Обыск у Шлосберга — часть большой картины давления на «иноагентов». Почти тысяча административных протоколов и 26 уголовных дел по «иноагентским» статьям

«Иноагентство» — реальный инструмент репрессий, а не только «признание заслуг» от государства

⚡️Что случилось?

У псковского политика Льва Шлосберга сегодня утром прошел обыск, затем его допросили по статье об уклонении от исполнения обязанностей «иностранного агента» (ч. 2 ст. 330.1 УК, до двух лет лишения свободы). Возбуждено уголовное дело. Также обыски прошли у 95-летнего отца Шлосберга и по месту жительства неназванных людей, не имеющих отношения к политику.

Зампред псковского «Яблока» принципиально остается в России. Комментируя свое преследование, он отметил, что не признает себя виновным, так как «пунктуально выполняет все предусмотренные этим репрессивным законом [об иноагентах] ограничения».

➡️ «Иноагентство» как репрессивный инструмент

Льва Шлосберга внесли в реестр иноагентов 16 июня 2023 года. Тогда многие поздравили его с «почетным званием». «Звание заслуженное и говорит о том, что ваша работа высоко ценится»; «Поздравляю с пополнением армии лучших» – писали пользователи фейсбука.

На деле «иноагентство» – реальный инструмент поражения в правах и политического преследования. Формулировки законов намеренно нечеткие и позволяют использовать их так, как удобно правоприменителям.

По данным ОВД-Инфо, 133 иностранных агента – фигуранты уголовных дел. 26 из них, включая Льва Шлосберга, преследуются за неисполнение обязанностей «иноагента». При этом всего статус «иноагента» сейчас есть у 655 человек и организаций. 960 административных дел за «нарушение порядка деятельности иноагента» (ст. 19.34 КоАП) за 2 года поступило в суды.

⚫️ За повторное нарушение этой статьи в течение года иноагентов привлекают к уголовной ответственности. Именно это и происходит с псковским политиком.

➡️ Зачем нужен обыск?

«В последнее время многие обыски проводятся скорее формально, без реальной цели найти орудия преступления или важные для расследования доказательства», — считает юрист ОВД-Инфо Ева Левенберг.

➡️ Тем не менее силовикам обыски нужны, чтобы:

– придать объем материалам дела: это важнее, чем содержание; 
– при разблокировке изъятой техники получить информацию о посещенных веб-страницах, активных аккаунтах и переписках. Это значительно упрощает работу следствия, особенно если подозреваемый отрицает авторство текстов.
– дополнительно проверить подозреваемого на причастность к другим преступлениям, а также получить доступ к перепискам с другими людьми. Это может помочь собрать доказательства против всех этих лиц; 
– обыск дает следствию дополнительный аргумент для продления сроков предварительного расследования. Хотя сами по себе подобные дела, как правило, не требуют сложных и длительных усилий для расследования, затягивание процесса нередко становится частью практики.