Одна бабка сказала, что с приближением пожилого возраста директор медиахолдинга «ОМ» Ольга Чесакова чувствует себя все моложе и моложе. Причину того, что в свои пятьдесят она ощущает себя молодой оторвой, эта дама не только не скрывает, но даже гордится. И это вполне объяснимо, ведь, по собственным словам Чесаковой, ей посчастливилось заполучить роскошного любовника - молодого, горячего, спортивного и статусного. Поэтому сластолюбица величает его не иначе как Чингисханчик, а себя - тренером по борьбе за правду.

Но, несмотря на кажущуюся идиллию, одной бабке искренне жаль обоих. Во-первых, Чесакову, которая тешит себя иллюзиями о наличии каких-то чувств. А во-вторых, ее монгола, который совсем не тянет ни на Великого хана, ни на Мухаммеда Али, а скорее походит на политического неудачника, так как за медийные плюшки опустился до перебирания старого урюка в издательском доме престарелых.

Одна бабка сказала, что над сенатором Валерием Радаевым смеется львиная доля членов Совета Федерации. Его уже давно называют хромой саратовской уткой, а приключившаяся с ним недавно хромота вновь актуализировала бородатые шутки, дополненные сравнением с Паниковским.

Еще одним поводом для острот в адрес Радаева стал его гардероб, к которому присматривались и СМИ в бытность его губернатором. И если раньше обсуждались посадка и степень засаленности карманов его брюк, то теперь юмор стал тоньше. Обсуждается, например, предельное отсутствие сочетания в его одежде стоптанных мокасин и делового костюма.

Впрочем, более снисходительные сенаторы пытаются урезонить потешающихся над «деревенщиной» парламентариев ссылками на то, что их коллега - человек от сохи, привыкший к земле, и рекомендуют быть благодарными за то, что он не ходит на мероприятия и заседания в сандалиях и не пахнет навозом. 👇

Одна бабка сказала, что жена первого зампрокурора Саратовской области Иосифа Минеева всерьез беспокоится за его безопасность. Она даже купила ему каску и наказала ни за что не ходить на совещания с участием его начальника Сергея Филипенко без этого средства предохранения головы.

Вот и на сегодняшнее мероприятие, которое проходит как раз в эти минуты, то есть в пятницу вечером (да, вы все правильно поняли), наш толстяк пришел во всеоружии. Впрочем, как рассуждает одна бабка, на всякую крепкую голову найдется свой пьяный как собака Филя, и вряд ли минеевский шлем обладает таким качеством, как филенепробиваемость.

Одна бабка сказала, что саратовскому судейскому сообществу преподнесен хороший урок. Вслед за отставкой Федора Тимаева в 12-й апелляционный арбитражный суд нагрянула проверка. Но самое занимательное заключается совсем не в этом.

Забавно, что те, кого председатель суда еще вчера обслуживал, моментально почуяли запах тлена и начали кружить над телом отставника - принялись поносить его в своем запыленном Засратове. Причем они не стеснялись ни оскорблять Тимаева, ни связывать его с экс-мэром Саратова Юрием Аксененко. В общем, усердно стали рисовать ему новую биографию, пытаясь изобразить его эдаким монструозным коррупционером.

Такие потуги даже в глазах одной бабки выглядят убого и смешно, но зато прекрасно характеризуют нравы местной так называемой элитки. Однако случившееся послужит уроком тем наивным дуракам, которые не хранили собственное достоинство и чистоту мантии, а годами халдейничали на саратовской политической кухне. Вместо обещанного им «в случае чего» золотого парашюта в виде трудоустройства на спокойную, но хорошо оплачиваемую должность все они получат как минимум плевки в спину, хохот и улюлюканье.

И одна бабка вангует, что недалек тот день, когда и Людка Комлева напишет досудебное соглашение. А такой радости для всех старушек и не только осталось ждать недолго, ведь следующая комиссия уже не за горами.

Одна бабка сказала, что ее разбирает смех от того, какой переполох сейчас стоит в Арбитражном суде Саратовской области. В преддверии анонсированной проверки председатель инстанции Алексей Горябин мечется по коридорам третьей власти и буквально не находит себе места. В итоге он не нашел ничего лучшего, как организовать проверяющим самый настоящий брутальный прием на грани пятидесяти оттенков серого. Для этого он стряхнул пыль с Вероники Козиковой и Дианы Мамяшевой, проверенных судейских эскортниц, и поставил им задачи, невероятно далекие от арбитражного процесса.

Поэтому первая судья тут же отправилась до блеска полировать весь арсенал своих кожаных ботфорт. А чем была занята вторая, даже одна бабка постеснялась сказать, упомянув лишь, что это тоже связано с полировкой. Главное, чтобы ревизоры разделяли традиционные ценности, иначе гостеприимный хозяин может оказаться в дурацком и очень-очень неудобном положении, а его менее традиционные коллеги по саратовскому судейскому цеху вряд ли захотят вписываться за него на подобных вечеринках.

Злые языки уже шепчутся, что Горябин «пустил в бой одних старушек», однако одна бабка более снисходительна к женским годам (все мы такими будем!) и намного более щепетильна. Поэтому она считает, что здесь следует говорить что-то типа «знойная милфа - мечта поэта». А председатель суда, не взирая на подобные перешептывания, успокаивает своих интим-протеже тем, что именно они смогут сохранить себя для правосудия. Этот сводник на полном серьезе призывает их найти плюсы даже в таком повороте событий: во-первых, выход из зоны полового застоя послужит высокой цели, а во-вторых, немного поозорничать иногда тоже неплохо для поддержания тонуса.

Одна бабка сказала, что вторая закадычная «подружка на посылках» облпрокурора Сергея Филипенко уже в скором времени будет ходить в сопровождении адвоката, а следственные мероприятия станут у нее случаться чаще, чем походы на работу (кстати, не особо частые). На этот раз, как, возможно, читатели догадались, речь идет о думском петушке Вадике Рогожине.

Однако его судьба окажется в некотором смысле еще более незавидной, чем у прокурорского коммивояжера Антона Скороходова. Ведь у последнего есть хотя бы определенный багаж в виде архива записей с высокопоставленными прокурорами, который он уже использует для торговли. А вот голубой парламентской дурилке нечего предложить, кроме давно загнувшегося издания и парочки зачахших телеграм-каналов. И осознание этого факта постепенно приходит к нему, как и понимание того, что на соседней со Скороходовым шконке будут востребованы совершенно другие его каналы, те, с которыми сподручнее обращаться врачам-проктологам.

Поэтому гусарство Рогожина перетекло в публичную истерику, чему одна бабка совершенно не удивлена: персональный шалун Сергея Филипенко и сам облпрокурор неслучайно нашли друг друга - оба давно слывут истеричками, чей недуг обострен еще и манией величия.

Одна бабка сказала, что жители коттеджного поселка Волжская заводь устали терпеть регулярные и граничащие с оргиями разнузданные празднества, устраиваемые прокурором Энгельса Дмитрием Журавлевым. Громкая музыка, гам, крики и песни стали неотъемлемыми атрибутами жизни прокурорских соседей в любое время дня и ночи. Любых недовольных Журавлев и его гости, среди которых, так скажем, не последние люди, посылают на три буквы, а полиция на нарушение закона о тишине и периодические хулиганские выходки никак не реагирует.

Супруга Журавлева, ранее принадлежавшая к пулу девушек с низкой социальной ответственностью, не отстает от мужа в плане закошмаривания соседей - с ее стороны они не слышат ничего, кроме хамства. Это уже не говоря о постоянных фактах пьяного вождения прокурора, который приняв на грудь, сам садится за руль, вместо того, чтобы воспользоваться помощью положенного ему по статусу водителя.

Поэтому весь поселок уже отчаялся найти управу на «дикого помещика в мундире», и его жители чувствуют себя чуть ли не крепостными, желающими сбежать подальше от хозяина-самодура. Последняя их надежда - это новый генпрокурор Александр Гуцан, и они готовы выступить с публичным обращением в его адрес, попросив не только помощи, но и разобраться, откуда у Журавлева взялся дорогой коттедж и средства на столь роскошный и праздный образ жизни. Чтобы не быть голословными, соседи прокурора обзавелись большим количеством фото- и видеоматериалов и готовы вместе с обращением отправить в Москву увлекательное документальное кино.

Одна бабка сказала, что та трагедия, которая накануне произошла в областной прокуратуре у Сергея Филипенко, может открыть для некоторых его подчиненных окно невиданных доселе возможностей. Именно так транслирует своим товарищам последние кадровые движения начальник управления ведомства по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью Павел Щетинин, предвкушающий свое назначение прокурором Кировского района.

Раздухарившийся Щетинин и другие прокурорские острословы буквально брызгают ядом, судача, что приготовленное «соске Анжеле» кресло еще не видало женских прелестей. А наиболее дальновидные злые языки уже лопочут о том, что ей уготовано хлебное, но гиблое место. Поэтому через некоторое время стоит ждать и других новшеств, например, посадки первой саратовской женщины-прокурора, которая давно себе роет яму своим же языком (во всех смыслах этого выражения).

А пока подчиненные Сергея Филипенко прочат заигравшемуся мальчику-шефу частые вояжи на новое место работы своей старой зазнобы. Правда, эти поездки, как уверена одна бабка, со временем могут послужить квалифицирующим признаком ко всем тем подвигам, которые эта очень сладкая парочка уже совершила или еще совершит.

Одна бабка сказала, что нехорошие вечеринки с участием публичных персон могут менять судьбы не только представителей богемы. Некоторые из них (в зависимости от участников) способны внести изменения и в фискально-политический расклад. Как, например, одна из тех, что прошла в усадьбе «Волжино» и была снята на видео.

Бабушка не уверена, но полагает, что содержание этой записи может сильно возмутить приверженцев ЗОЖ. Хотя они могут и не поверить в то, что нюхавшие белое порошкообразное вещество отдыхающие употребляли на самом деле протеин или аспирин, особенно с учетом того, что в этом участвовали и некоторые открытые поборники здорового образа жизни. Поэтому пожилая женщина не удивится, если узнает, что кое-кого с околоспортивными и сомнительными политическими достижениями ждет после такого пожизненная дисквалификация. Тем более что эти последние очень любят по пьяной лавочке толкать речи за здоровую молодежь.

Если этот пост наберет больше 20 тысяч просмотров, то бабка растрогается настолько, что может даже опубликовать то самое видео, чтобы им насладились все желающие. Ну а если нет, то особо любопытные в состоянии и сами отправиться на «Волжино», где любителей закинуться всевозможными порошками регулярно привечают, и по следам подобных собирушек можно составить целый список не последних в регионе людей.

Одна бабка сказала, что после назначения Анжелики Романовой прокурором Энгельса ее начальнику Сергею Филипенко придется столкнуться с жесткой конкуренцией. И в очереди на доение зажиточного района он будет стоять далеко не первым; причина этого - в бурной молодости протежируемой им особы.

Учась в СГЮА, Романова не только сильно куролесила в пятиэтажной общаге, но и снималась в хоум-видео, шокируя свою подругу-соседку, добропорядочную чеченку Кристину.

Свою слабость на передок неукротимая Анжелика демонстрировала уже тогда и, прежде всего, перед представителями кавказских народностей. Не остепенилась она даже после окончания вуза, начала работы в прокуратуре и замужества. Через ее гостеприимное лоно прошли и рестораторы, и силовики, и, естественно, коллеги. В надзорном ведомстве даже ходит скабрезная поговорка - «кто не трахал Анжелу, тот не прокурор». Последний момент как раз и объясняет то обстоятельство, что при низком уровне квалификации она смогла достаточно высоко подняться по карьерной лестнице.

Что касается предстоящего назначения, то пожилой женщине кажется, что наиболее успешно действовать через Романову будут Муса и его друзья: у них есть серьезный козырь, чтобы заставить прокуроршу танцевать под свою дудку, ведь с дудками кавказцев она привыкла иметь дело. И об этой нездоровой тяге ярко свидетельствует одна из записанных в студенческие годы Анжелики кассет, которая потерялась, а позже нашлась не в тех руках. Так что шефу Романовой, ожидающему снятия сливок с Энгельса, придется еще отстоять очередь. Не зря же она за глаза ласково называет его «Москвич» - не потому, что из столицы, а потому, что он у нее по счету 412-й. Но если так пойдут дела, то быть Сергею Филипенко «Мерином», разумеется, шестисотым. 👇

Одна бабка сказала, что ушедшему в отставку прокурору Энгельса Дмитрию Журавлеву придется немного перевести дух от трудов (не)праведных. Как он сам рассказывает своему окружению, перед трансфером в судейскую систему он будет вынужден полгода подождать - чтобы улеглись некоторые связанные с ним неприятные истории. Такой вариант якобы нарисовал его отцу председатель облсуда Олег Ляпин.

Так что пока Дмитрию Журавлеву придется побыть на передержке. В качестве таковой он рассчитывает на должность главного специалиста по связям с «общественностью» в структурах бизнесмена Романа Трифонова, которому он на протяжении нескольких лет оказывал высоко оцененные услуги. И теперь за все хорошее он надеется на уже вполне официальную зарплату, которую ему обещает выбить Елена Тимошок. Она не только выступала в качестве коммуникатора между ним и Трифоновым, но и исполняла роль его спецпредставителя (еще одного амбассадора) со времен работы Журавлева зампрокурора Волжского района.

Журавлев считает данный вопрос уже решенным: Тимошок убедила его, что участие экс-прокурора в личной судьбе и бизнесе Трифонова было весьма и весьма значительным. Хотя одна бабка не исключает, что за время, проведенное вне правоохранительной системы, бывший прокурор Энгельса окончательно растеряет хватку, и про данные ему обещания могут уже и не вспомнить.

Одна бабка сказала, что не могла не услышать стенания саратовского предпринимателя, одного из бывших королей госзаказа Андрея Смирнова. Он был достаточно успешен благодаря своим теплым отношениям с предыдущим губернатором Валерием Радаевым и его семьей, а отношения эти сложились за счет гостеприимства бизнесмена.

Будучи радаевским фаворитом, Смирнов получал для своего ООО «Эффин Групп» жирные куски в виде строительных подрядов. Среди них - возведение музея Трудовой славы и Дворца водных видов спорта, восстановление филармонии и многие другие проекты. Это позволяло ему строить бизнес, а затем - с началом проблем - соскочить без значительного ущерба для себя, хотя практически все объекты были провалены.

Его секрет во многом заключался в том, что он все время находился в тени: не лез в публичную сферу, а тем более в политику, и даже не маячил в губернаторской свите, а потому избежал участи другого радаевского фаворита – главы ЭМР Дмитрия Лобанова. Смирнов просто сидел тихо и рубил капусту, подливая другу Валере (данный вопрос был, пожалуй, единственным, к которому он подходил ответственно). И время показало, что это была очень разумная стратегия.

Но в Саратовской области со временем могут отменяться любые индульгенции, а ушедшие в прошлое контакты - стать поводом для назойливого внимания. Поэтому когда Радаев был отправлен в политический отстойник, Смирнов решил, что лучшая защита - это дружба с высокопоставленным прокурором. Инстинкт самосохранения, желание приструнить навязчивых кредиторов и надежда хотя бы отчасти вернуть хлебные годы чудесные привели его к первому зампрокурора области Иосифу Минееву.

Но с Минеевым Смирнов хлебнул горя или, по крайней мере, не снискал себе выгод, на которые рассчитывал. Во всяком случае, именно это является предметом его стенаний. Он едва ли не последними словами клянет зама Сергея Филипенко, ибо тот «пьет до полного коматоза», но, «к счастью, непритязателен в еде» - ест хоть и много, но зато «все, что в корыто навалят», и «готов, пожалуй, жрать и с лопаты».

Честно говоря, у Смирнова были поводы для недовольства и Радаевым, который во хмелю любил похулиганить, а его сын, который, бывало, приезжал на рыбалку, вылавливал карпа мешками, как будто для продажи. Но с Минеевым хлебосольному бизнесмену пришлось еще хуже: достались ему только хлопоты с мертвецки пьяным прокурорским телом, обильно жрущим, но бесплодным, да насущные вопросы, которые это тело не может решить. А все потому, что за годы службы первый зампрокурора наел только подкожный жир, но никак не авторитет. И теперь Смирнову остается только жаловаться на завтраки и обещания, которыми его кормит Иосиф Недовиссарионович, на неудачно выбранную крышу, которая дает течь после пары рюмок, и неумение в местной политической колоде отличить шестерок от тузов.

Одна бабка сказала, что у прокурора Саратовской области Сергея Филипенко начался новый приступ построения карьерных воздушных замков. Он и до этого уже порядком достал своих подчиненных рассказами о перспективах получения им достойных его должностей (вплоть до прокурора Краснодарского края), а теперь снова носится по коридорам ведомства в состоянии нервного возбуждения.

К счастью, Филипенко еще не кричит «Карету мне, карету!», но уже готов паковать вещи, так как якобы скоро его заберут обратно на историческую родину. Под ней, конечно, имеется ввиду не Західна Україна (хотя, как говорится, с чем черт не шутит), а Уральский федеральный округ. Туда руководить окружным управлением Генпрокуратуры отправляется его покровитель Юрий Пономарев. Это кадровое решение вселило в Филипенко уверенность, что теперь ему точно достанется должность прокурора одного из экономически развитых уральских регионов, предпочтительнее, конечно, Свердловской области.

Однако саратовский прокурор с уральско-западенскими корнями стал уже настолько токсичной личностью, что даже его подчиненные смеются над амбициями начальника. Такой сомнительный багаж его многолетнему патрону вряд ли нужен. Но этого Филипенко не понимает и не хочет понимать: уж слишком давно он тяготится собственным халдейством при саратовских партбоссах, которые записали его в свои персональные шныри.

Одна бабка сказала, что очень удивлена отсутствием у своей аудитории интереса к нехорошей вечеринке в усадьбе «Волжино». Пост на эту тему не набрал и 6 тысяч просмотров, хотя пожилая женщина сулила обнародовать с этого мероприятия видео, если текст посмотрят 20 тысяч раз.

Бабуля просит поднажать, ведь она уверена, что всем интересно посмотреть как известный саратовский гомосексуалист представитель запрещенного в РФ движения и в прошлом спортивный комментатор в пьяном виде вместе с местными селебрити нюхает кокаин. А самое интересное нас ждет после его обнародования, а именно - битье себя кулаками в грудь, утверждения, что во всем виноват ИИ, и вообще это была понюшка протеина для поддержания спортивного тонуса и креативных комментариев.

Одна бабка сказала, что экс-прокурор Энгельса Дмитрий Журавлев не считает себя вышедшим в тираж и даже продолжает активничать. Однако его поведение больше напоминает бессистемные действия шкодливого маленького хулигана, который не может причинить существенного вреда, а просто гадит по мелочи.

Действует он проверенными методами: занимается медийными вбросами на самом грязном саратовском СМИ - чесаковском «Общественном мнении». Причем грязь он льет и на своих бывших коллег, которые, как ему кажется, причастны к его отставке (хотя больше всех для этого сделал сам Журавлев). Он немилосердно подставляет не только все надзорное ведомство, но и его руководителя Сергея Филипенко, которого и так подставили дальше некуда.

Кроме как к Ольге Чесаковой, прокурору-расстриге податься больше некуда. Его амбассадор, который раньше занимался размещением диффамации на разных медиаплощадках, встретит Новый год в СИЗО. А больше никто, за исключением «ОМа», подобных пасквилей у себя размещать не будет, чего нельзя сказать о занятном видео, на котором запечатлено, как Антон Скороходов садится голой задницей на лицо Журавлеву. От этих кадров не отказалась бы и одна бабка.

С Чесаковой Журавлеву очень повезло: она давно слывет женщиной доступной во всех отношениях, особенно когда речь идет о легком заработке - как откровенной чернухе, так и грантах в качестве награды за лояльность. Правда, старожилы саратовской прессы помнят, что в молодые годы она не была такой алчной. Так, на одном из празднеств в клубе «Витальяно» (с участием многочисленных представителей журналистского сообщества) она исполняла страстный минет под лестницей одному армянскому джентльмену. И делала она это не только профессионально, но и на общественных началах. Она до сих пор хранит теплые воспоминания о случившемся в этом клубе и даже лелеет мысль об отмщении тем, кто посмел снести этот памятник ее орального мастерства и построить на его месте элитный жилой дом.

Теперь под крылом защеканки Чесаковой собирается все местное отребье - казах-приживалка (ему бабка посвятит отдельное эфирное время), представители самых разных запрещенных движений, деятели псевдоискусств. Теперь к этому сброду примкнул и деклассированный Журавлев, которого сиделец на лице сдал со всеми потрохами, и которому теперь многие прямо советуют не зарекаться ни от сумы, ни от тюрьмы.

Одна бабка сказала, что анонсированный в телеграм-каналах переход Сергея Филипенко на аналогичный пост в другой регион приведет к кадровым перестановкам в саратовском надзоре еще до того, как это назначение состоится. И в первую очередь этот процесс коснется тех, кто играли ведущие роли в организованной областным прокурором группировке.

Уходя из разоренного им региона, Филипенко пытается спрятать концы в воду и вывести из-под удара кадры, которые могут его самого вывести на чистую воду. Одним из первых стал начальник управления ведомства по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью Павел Щетинин.

Последний еще недавно рассчитывал на кресло прокурора Кировского района, считая это заслуженной наградой за то, что он так успешно заменял Дмитрия Журавлева (его тоже срочно отправили на покой), терроризируя местных силовиков ради исполнения хотелок начальника. Но своей деятельностью Щетинин изрядно наследил, поэтому его начальник выхлопотал ему тихую гавань у главы клиники имени себя Виктора Парамонова.

Выбор облпрокурором Парамонова оказался неслучаен. Их обоих связывает не только серьезная клиника, симптоматика которой известна не только медицинскому сообществу, но и годы плотных деловых отношений.

Вместе с Мариной Алешиной доктор выступал тылом Сергея Филипенко, как лично оплачивая некоторые медийные провокации, так и сам организовывая их на своих площадках вроде маргинального канала «Союз Антитеррор» и одноименного сайта. На них они напропалую оскорбляли саратовских политиков и силовиков, которые были им неугодны, а также поливали грязью и федералов, которые были «идейно» чужды Парамонову и его столь же сумасшедшему однофамильцу. За такую поддержку Алешина и Филипенко помогали главе частной клиники доить бюджет, выбивая для него средства из областного ТФОМС.

Однако одной бабке кажется, что тихая гавань может оказаться не такой уж тихой. И выполнение щекотливых услуг, которые от Щетинина потребует его новый работодатель, может выйти пока еще прокурору боком.

Одна бабка сказала, что давно подметила примечательное электоральное явление: перед выборами в партиях начинаются некоторые шатания - в их рядах появляются обиженные, которые норовят покинуть ряды, погромче при этом хлопнув дверью. В их число закономерно попал и боксер, а с некоторых пор еще и геронтофил Артем Чеботарев.

На саратовском политическом небосклоне Чеботарев всегда был шестеркой, вынужденной ввязываться в различные сомнительные предприятия. Он успел поработать молодогвардейцем-титушкой, засветившись со своим тренером в истории с выносом бюллетеней с УИК, поучаствовал в попытке рейдерского захвата рынка, побывал на посылках у депутата «Дона Альберто» Старенко, с которым ему пришлось наезжать на управляющие компании. И, как показали подобные скандальные кейсы, он готов вписываться за любую партию и любых персонажей, лишь бы это приносило хоть какие-нибудь дивиденды. В конечном итоге он прилепился к саратовским прилепинцам и вместе с ними затек во вновь образованную партию, которую ему волей случая (а точнее чесаковской семейки) удалось возглавить, а за роль спойлера на губернаторских выборах его даже одарили депутатским мандатом.

Однако и в своем последнем амплуа «заправдиста» Чеботарев все равно остался потребителем и полным ничтожеством. Потому что человек, обладающий хоть каким-то чувством собственного достоинства, вряд ли бы согласился стать краткосрочным проектом сластолюбивой старухи Ольги Чесаковой. Хотя, следует признать, вместе они образовали достаточно удачный симбиоз. Это позволило омандаченному боксеру капитализировать себя еще на одну копейку (к одной имевшейся ранее, так как ему, конечно же, грош цена), приобрести ложное чувство уверенности собственной значимости и немного подзаработать.

Правда, взамен на медийную и политическую поддержку Чеботареву пришлось сексуально удовлетворять дряблую вымогательницу Чесакову. Как известно, у всего есть цена. Вопрос лишь в том, готов ли человек ее платить, а Чеботарев, разумеется, был готов даже на такую жертву (может, ему даже нравятся разные извращенные придумки партнерши).

Поэтому одна бабка абсолютно уверена, что дальше этот отлепившийся от партии персонаж в буквальном смысле пойдет по рукам. В условиях отсутствия каких бы то ни было ресурсов (если не считать помойных чесаковских медиа) Чеботареву остается платить за свое политическое будущее только натурой. А в «Единой России», куда он жаждет вернуться, найдут применение уже и другим частям его тела, кроме той, которое застолбила старушка Оля.

Одна бабка сказала, что те, кто именуют себя нашими людьми и внимательно следят за браконьерскими делами Виктора Парамонова, почему-то не обращают внимания на другие подобные группировки. Среди них – проживающая в селе Большая Ивановка Татищевского района семья Газарян, где главную роль играют отец семейства Вагиф и два его сына. На подхвате у них состоят еще несколько соплеменников, и вместе они составляют настоящую банду, в распоряжении которой есть несколько внедорожников, снегоходы, квадроциклы и, конечно же, целый арсенал стволов, большая часть которых «темные».

К счастью, в отличие от Парамонова и его егерей они еще не стреляют людей, но это не значит, что на их существование надо закрывать глаза. Они уже давно промышляют браконьерством как в общедоступных угодьях, так и в частных, а добытое мясо сдают в подпольный цех, работающий в гаражах в районе Сокурского тракта.

Не останавливается этническая ОПГ и перед воровством у фермеров домашнего скота. При этом всякий раз участники группировки отделывались максимум символическим наказанием. Например, Вагифу Газаряну помог избежать серьезного наказания за крупную кражу один из авторитетных представителей диаспоры Овик Нерсесянц. В результате глава банды получил условный срок и смог продолжить «семейное дело».

Оставаться безнаказанными браконьерам помогают сотрудники полиции - действующие и бывшие. Ценным источником информации для них одно время (пока его не закрыли) служил сотрудник лицензионно-разрешительного отдела ОМВД «Татищевский» Сергей Ганин, предупреждавший о готовящихся рейдах на нелегальных охотников.

За вопросы транспортировки добытого мяса отвечает бывший сотрудник ГИБДД Роман Поверин, который и сам не прочь пострелять дичь в черную. И периодически ему же приходится решать и другие вопросы по линии полиции.

Пожилая женщина весьма не глупа и отлично понимает, что только за счет связей диаспоры и бывшего гаишника подобная гоп-компания не смогла бы чувствовать себя так вольготно столь продолжительное время. Поэтому одна бабка считает: стоит присмотреться, кому Газаряны отрезают самые лучшие куски от настрелянного и наворованного, и сделать так, чтобы эти куски пошли не в то горло покровителям группировки в среде правоохранительных структур.

Одна бабка сказала, что она относится ровно к любым национальностям, но сделала тревожные наблюдения об экспансии в саратовские органы власти казахов. Уже сейчас их намного больше, чем, например, русских в госструктурах Казахстана; и в перспективе это не может не вызвать напряжения.

Данное явление бабка связывается с изменением вектора региональной власти, которая в нынешней своей модификации нуждается в фигурах не самостоятельных, а способных слепо подчиняться. В этом плане казахи оказались выгодны во всех отношениях: они не только ментально склонны к покорности и знают свое место, но и достаточно неприхотливы (во всяком случае, пока) - готовы есть конину, оставляя более изысканные яства хозяевам положения.

Особенно их много оказалось среди судебных приставов, прежде всего, в приграничных и Энгельсском районах. В ФССП весьма низкие зарплаты, поэтому удержаться там могут только истинные спартанцы. Другое дело - суды, где денежное довольствие получше, но за это приходится постоянно расплачиваться, выполняя волю руководства, на что казахи легко идут, даже не задумываясь о последствиях, - архетип подчинения застилает им разум.

Отдельный тип - это казахи, которые давно в Саратовской области акклиматизировались. Они более свободны и раскованны, а жанр их выступлений намного шире. Типичный пример - Артем Чеботарев, который успешно выступает в амплуа стендапера (благо ему, в отличие от Нурлана Сабурова, депортация не грозит), перевертыша и геронтофила. Он тоже готов слепо подчиняться, иначе не попал бы в политико-сексуальное рабство к Ольге Чесаковой с ее пиар-конторой и не стал бы петь с голоса дряблой медийной милфы, которая теперь пытается подложить его под единороссов. Но и сам Чеботарев не такой уж простачок: кто-кто, а он - самый настоящий расист, испытывающий настоящее удовольствие от осознания, что трахает коренное население (пусть даже в лице знавшей виды Чесаковой), но умело свои чувства скрывает.