Жалобу защиты на арест Вики Петровой городской суд ожидаемо оставил без удовлетворения.

Для понимания: молодая девушка, с высшим образованием, работой и местом жительства, обвиняемая в ненасильственном преступлении. Даже не в наркотическом, прошу заметить.

При прочих равных с другими девушками-подзащитными мы либо имели дело сразу с ходатайством следствия о домашнем аресте, либо следователь звонил дежурной судье насчет ареста, а та отвечала - даже не привозите, арестовывать не буду.

А у Вики - заключение под стражу.

Вика проводит первый месяц в СИЗО. И тут следователь предлагает ей признать вину и отправиться домой уже в конце июня. Рядом нет никого, с кем можно посоветоваться.

Предложение щедрое, но Вика отказывается. Что именно она сказала следователю, я так и не знаю.

У нее до сегодняшнего дня, наверное, была надежда на судью в апелляции, которая может отпустить ее домой к маме. Сговорчивых ведь иногда отпускают, как мы знаем. И уж точно никто не винил бы Вику в стремлении покинуть СИЗО как можно скорее.

И тут в суде она ни слова не говорит про регистрацию, работу, квартиру и необходимость выпустить ее из-под стражи. Только про то, что нельзя называть, но нужно прекратить. На первых словах у Вики дрожит голос, а потом уже нет.

Это как сцена из "Гарри Поттера и Даров Смерти", которую Роулинг почему-то не написала.

#ВикаПетрова

Что можно спросить у эксперта-лингвиста по делу о "военных фейках"?

Следователь считает, что эксперт - это такой универсальный провидец. У него в кабинете стоит палантир (или хрустальный шар, или иное всевидящее око), в который можно заглянуть и узнать правду.

Нет, этот инновационный прибор даже круче, чем палантир - он может показать не только то, что происходит (или происходило) на самом деле. Он ещё и цели всяких там разных действий большими красными буквами подписывает.

Только не спрашивайте, почему вопросы про истины и цели ставятся именно перед лингвистом. Ясно же, что секретный факультет, где видят сквозь пространство и время и читают мысли - это только и исключительно филфак. Потому что, как учил нас Жак Деррида, всё на свете является текстом.

Хотя я бы на месте следователя лучше заскочила за экспертизой на истфак к археологам - эти ребята вообще что угодно способны откопать и снабдить биркой.

#ВикаПетрова

Моя старая анимешная душа внезапно тронута аватаркой одного следователя тут, в телеграме.

Это вам не "любимый я и чужой спортивный автомобиль", и даже не раз встречавшийся мне при схожих обстоятельствах Глеб Жеглов. Это картинка другого рода - в идеальном мире идеально подходящая следователю.

(А кто не понял отсылку, тот не был анимешником в нулевых)

Обычная история: ещё один судья признал, что плакат "Миру мир! Нет войне" дискредитирует российскую армию.

Полицейские, правда, не смогли ответить, как этот плакат вообще касается вооруженных сил страны, которая, как известно, никаких войн не ведёт. Обширный список идущих прямо сейчас в мире войн (в которых Россия не участвует) суд прочитал, но, как видно, не впечатлился (а жаль - о некоторых из них я даже и не знала).

Риторически задаюсь вопросом, можно ли выходить на улицу с плакатом "Ура войне, нет миру!", если асимметричное утверждение наказывается штрафом в 30 тысяч рублей.

А ещё пью кофе и придумываю доводы жалобы, не отдающие шизофренией.

#неадвокатское , зато типичное питерское

Иду по улице. Обгоняю пару туристов, краем уха слышу их разговор:

- В этом доме убили Григория Распутина.
- А здесь где-нибудь есть дом, в котором никого не убили?

Эх, вот это была бы достопримечательность!

Приехала к подзащитной в изолятор. Сидим, общаемся.

Она в спортивных брюках и кроссовках, я - примерно в таком же виде, без дресс-кода. Отличить на первый взгляд, кто тут под арестом, а кто в гостях, невозможно.

В кабинет заходит сотрудник ФСИН. Смотрит на нас, явно задумывается:

- А кто из вас, - спрашивает он, - злодей?
- Никто, - честно отвечаю я.

Пауза. Явный скрежет шестеренок в голове молодого человека в форме.

- Извините, - смущается он наконец. - Я не знал, как правильно выразиться.

Хотелось бы думать, что извинения были адресованы нам обеим.

​​«Я в наручниках. Везут в СК»: задержан глава АП Удмуртии

Президент адвокатской палаты Удмуртии Дмитрий Талантов сообщил в Facebook о своём задержании. «Я в наручниках. Везут в СК. Всем!!!» – написал он. Через две минуты он опубликовал ещё одну запись: «Прошу сообщить всем о задержании моём. С трудом пишу, не видят. СК по Удмуртии».

«АУ» попыталась связаться с Талантовым, однако он не ответил на сообщения. Редакции пока не удалось дозвониться до АП Удмуртии – на момент публикации телефон был занят.

Напомним, Дмитрий Талантов в последнее время был одним из защитников журналиста Ивана Сафронова, обвиняемого в госизмене. Ранее это дело вёл адвокат Иван Павлов (внесён в реестр «иноагентов»), но в отношении него было возбуждено уголовное дело – якобы за разглашение данных предварительного следствия.

Также Талантов известен своими высказываниями против «специальной военной операции» на территории Украины. В апреле на президента АП поступил донос из-за его публикаций в соцсетях; тогда Талантов сообщал, что полиция начала проверку и взяла с него объяснения. С тех пор новой информации по этой теме не поступало.

Завтра суд о продлении ареста Вики Петровой.

И вдруг выяснилось, что родственник Вики, готовый предоставить ей жилье в случае освобождения из СИЗО, уехал из города и не оставил здесь нужные документы.

Поэтому нам срочно нужен человек из Петербурга или ближайшей Ленобласти, у которого есть в собственности квартира для Вики на период следствия и суда (до вступления приговора в силу).

Конечно, жилье должно быть пригодным для проживания, и хозяин квартиры должен понимать, что расследование и суд могут затянуться на месяцы.

Если вдруг такой фантастический человек есть, ему нужно завтра приехать в Калининский районный суд (Бобруйская 4) с оригиналами документов на квартиру (выписка из ЕГРП или свидетельство о праве собственности).

Идеально - если в квартире никто, кроме собственника, не зарегистрирован и не живет. Иначе судебные процедуры усложнятся.

Я буду просить для Вики меру пресечения в виде запрета определенных действий, но без квартиры, в которой она могла бы жить, это ходатайство не имеет смысла.

Все вопросы: @advocatpilipenko

Судебное заседание в 15:30. На поиски - ровно сутки. Всё как в кино, но гораздо хуже.

#ВикаПетрова

Чем больше работаю по делу Вики Петровой, тем больше начинаю удивительным образом верить в людей.

Личные поручительства мне приносили в офис, к дому (моя собака этому тоже сильно удивилась), присылали почтой, собирали силами волонтеров. Собрали целых 112 штук.

Совершенно незнакомый с Викой человек согласился внести залог - 1 миллион.

Поиски квартиры увенчались тройным успехом: была возможность даже выбрать жилье поближе к месту, где живёт Викина мама.

Люди отменяли прием у стоматолога, чтобы успеть в суд.

Люди не помещались в зал, но оставались рядом, в коридоре, несмотря на жару и духоту. И каждый спрашивал, чем помочь и куда писать письма.

Хотелось бы, конечно, чтобы аплодисменты публики под конец нынешнего судебного вечера были для судьи, а не только для Вики. Жаль, что это не так.

Но я сейчас еду в метро, смотрю на соседей по вагону, и думаю, что люди тут вокруг - невероятные, сильные и очень добрые. В большинстве своем, во всяком случае. И улыбаюсь.

Почти уверена, что Вика едет обратно в СИЗО в раскаленной за день на солнце конвойной машине, и несмотря ни на что улыбается тоже.

#ВикаПетрова

Чем занять себя в очереди в СИЗО? Можно, например, составить процессуальное бинго для торга со следователем.

Проверим, сколько прямых линий соберётся.

Я тут писала о замечательных вопросах в лингвистической экспертизе по делу о "военных фейках". А теперь - про ответы.

Как я и ожидала, лингвисту оказалось сложно искать в тексте "ложные сведения" и рассуждать о "соответствии действительности" разных утверждений.

Поэтому на помощь лингвисту пришел целый доктор политических наук. Правда, эксперта-политолога следователь ни о чем спрашивать не планировал. Так что, видимо, носитель политической мысли просто случайно мимо шёл и решил помочь коллеге-лингвисту от чистого сердца.

Шел медведь по лесу. Видит, машина горит

Ниже - цитата из заключения эксперта. Уровень аргументации доктора наук с 20-летним стажем работы потрясает моё воображение. Как жаль, что я в свое время бросила зачатки академической карьеры, а то бы тоже могла писать вот так:

В высказывании (9) содержится фактоид о деятельности российских федеральных каналов, о приписывании им намеренного искажения действительного положения вещей и о производстве информационных продуктов, имеющих целью ввести в заблуждение слушателей и зрителей. Адресант призывает «не смотреть федеральные каналы».

В действительности, приведенная в исследуемых материалах информация «о небылицах и ереси в отношении притеснения русских и наличия нациков на Украине» и в целом о ситуации на Украине является ложной, о чем свидетельствуют результаты многолетних переговоров международного уровня, многочисленных встреч на высшем уровне, и документы, фиксирующие проблемы дискриминации русского населения и распространения нацистской идеологии на Украине.

#ВикаПетрова

Слушаем приговор. Статья не самая страшная, срок условный.

Освободить. Немедленно. В зале суда. Каждое слово как нектар.

Просыпается секретарь судебного заседания.
- Напишите мне сначала расписки за приговор, который мы вам на следующей неделе вручим. И подписку о невыезде до вступления приговора в силу. И расписку в том, что вы счастливы и жаловаться не будете. Тогда решетку и откроем.

Позвольте, говорю я. Расписки будут, когда будет вручён приговор, а подписку о невыезде заполнить можно и в зале суда, а не в клетке.

Вдруг в разговор вступает конвой.
- Нам сейчас копию приговора дадут, мы в изолятор позвоним, там дадут добро - тогда освободим.

Позвольте, говорю я. Какое добро из изолятора, если уже суд и так был добр и человека из-под стражи выпустил?

Подзащитный (осуждённый, но почти уже освобожденный) поднимает глаза, полные смирения:
- Да ничего страшного, Анастасия Владимировна, у меня же все равно сумка с вещами там [в конвойном помещении суда], мне забрать надо.

Позвольте, говорю я. Неужели обязательно за вещами идти в наручниках?

Секретарь, конвой, подзащитный - хором:
- Обязательно!

В дверях совещательной стоит усталая судья с кругами под глазами и молча смотрит на наш балаган.

Пишем часть расписок, передавая бумаги через решетку. Подзащитный под конвоем отправляется за кофтой и документами.

Спустя полчаса дожидаюсь его в коридоре, и мы выходим на улицу, в питерскую аномальную жару.

Еду домой с чувством выполненного долга и думаю: а может, уже пора писать в приговорах: "освободить осуждённого из-под стражи в зале суда медленно, нехотя и после заполнения частично предусмотренных законом бланков"?

(07.07.21, напомнено фейсбуком, за год ничего не изменилось)

Есть такая старая добрая примета:

Когда весь день расписан по минутам, а ты капитально задерживаешься в одном суде, и потом пытаешься по пробкам успеть в другой, не самый территориально доступный, когда бежишь на последнем дыхании под внезапно начавшимся дождем в неудобных туфлях (черт бы ее побрал, женскую гендерную социализацию, почему именно сегодня я не в кедах?), когда влетаешь в суд впритык к заседанию, и только успеваешь буквально парой слов перекинуться с подзащитным, вполголоса чертыхаясь на невовремя требующий электричества ноутбук...

Именно тогда, именно в этот день и час, в суд приходит письмо о минировании. Ни минутой раньше, ни часом позже.

Отдыхайте, адвокат, пейте кофе, заряжайте технику и ждите симпатичную служебную собаку, которая обнюхает каждый уголок суда и разрешит работать дальше.

Только держите в уме, что все оставшиеся на сегодня дела рискуют обрушиться, как костяшки домино. И попробуйте удержать равновесие.

Возможно, контекстная реклама что-то знает о том, как в 20 лет я захотела было стать стюардессой, но, как выяснилось, не вышла ростом.

Возможно и то, что после приговора адвокатам по делу Аэрофлота эта реклама всплывает у всех моих коллег. Как самый безопасный вариант взаимодействия с авиацией.

Ведь шанс, что самолёт упадет, ничтожно мал - в отличие от шанса сесть на 6 лет за юридическое сопровождение авиакомпании.

https://advstreet.ru/process/delo-aeroflota/

Сижу в канцелярии суда, знакомлюсь с делом. Вокруг кипит обычная судебная работа.

Раздается звонок городского телефона, идёт какой-то разговор, потом сотрудница нервно кладет трубку.

Невольно слышу ее диалог с соседкой по кабинету:

- Представляешь, звонят, просят копию судебного акта. Кто судья - не знают. Номер дела - не знают. Гражданское, уголовное, административное - тоже не в курсе. Как я им его найду?

- Ну, всякое бывает. Иногда звонят люди неграмотные, ничего не знают. Они и не должны в этом разбираться.

- Так звонили-то из полиции, - вздыхает девушка.

Сегодня Вике Петровой предъявили обвинение в окончательной редакции.

Следствие уверено, что она, "не являясь специалистом в области политологии и военного дела", и зная, что версия Минобороны - единственно истинная и не подлежащая сомнению, опубликовала во "ВКонтакте" целых четыре поcта.

Да-да, был один, а после экспертизы стало четыре. И три из них уже удалены администрацией соцсети.

Первый пост - с подборкой видео о том, чего нельзя называть. Он опубликован ещё до вступления в силу "законов о военных фейках", поэтому Вике вменяется, что она "самостоятельно не удалила" этот пост.

Второй - про то, как Вика отбывала административный арест в марте.

Третий - тот самый, из-за которого и возбудили уголовное дело.

Четвертый - дубль третьего. Для верности.

Для чего они были опубликованы? Следствие считает, что для "дестабилизации политической обстановки в стране и возбуждения панических настроений среди граждан, а также вызывания негативного отношения граждан к государственным органам и вооруженным силам" нашей страны.

Против Вики - настоящие специалисты в области военного дела, понимающие цели и задачи "спецоперации" в соответствии с сообщениями минобороны, не поддающиеся панике и возлюбившие свои государственные органы как самих себя.

А Вика - как будто бы одна против всех. Или не одна?

27 июля в 14.00 у неё апелляция на продление стражи. Санкт-Петербург, ул. Бассейная, дом 6, зал 32. Приходите.

#ВикаПетрова

Пью сегодня кофе в центре города, ровно между двумя популярными судами.

За столиком напротив сидит молодая девушка с ноутбуком.

Ничто не предвещает, что сейчас я увижу самую нелепую попытку познакомиться, но тут из другого конца зала к ней прямой наводкой движется мужчина в костюме.

Дальнейший разговор я слышу частично, потому что девушка говорит тихо, а вот у мужчины голос поставлен очень хорошо.

- Здравствуйте, девушка, меня зовут Н., я адвокат, а вы кто по профессии?
- ...
- Отлично, мы с вами можем наладить выгодное сотрудничество, я занимаюсь коммерческими спорами, корпоративным правом.
...
- Может, вас чем-нибудь угостить?
...
- Тогда оставьте мне свой телефон.
...
- Зря, зря. Ну, тогда запишите мой номер, телефон адвоката ещё никому не повредил.
...
- Ну, как хотите.
(уходит)

До сих пор не понимаю, был ли это подкат или попытка заарканить потенциального клиента. Или и то и другое вместе, как повезёт.

А ещё мне интересно, насколько это вообще работает - начать знакомство романтического толка с упоминания о том, что ты адвокат?

Художник, режиссер, фотограф, поэт - это понятно. А вот есть ли желание у спокойно попивающих сок у себя в квартале кофе девушек знакомиться с адвокатами?

В ленте подряд два анонса.

В одном месте приглашают на онлайн-встречу про преследование адвокатов по "цензурным" статьям, а в другом - на вебинар о том, как адвокату вести соцсети.

Ребят, я на два мероприятия не разорвусь, но, может, вам объединиться?

Ещё про дело Вики Петровой.

Вчера приезжаю к ней на свидание в СИЗО. Вдруг из ниоткуда появляется следователь - я, мол, с вами к Вике пойду. Я попыталась, конечно, объяснить ему на пальцах слово "конфиденциально", потом слово "наедине", но эти материи оказались слишком тонкими для следственного комитета.

А когда мне всё-таки удалось пообщаться с подзащитной примерно с полчаса, следователь вдруг решил, что свидание окончено, и пора ее допрашивать.

И таки даже "допросил" мою подзащитную. Забавно, правда, что Вика при этом допросе даже не присутствовала - к моменту составления протокола сотрудники СИЗО уже увели ее на обед.

Предлагаю следствию не останавливаться на достигнутом. Можно, например, составить протокол допроса наедине с собой (и конфиденциально!), без обвиняемой и адвоката. Даже за пределы своего кабинета выходить не обязательно.

А что? Интересы следствия требуют решительных мер.

Подробно про вчерашний балаган написала "Адвокатская улица".

Удивительно, но некоторые судьи не знают, что дата в верхней строчке ордера - это не дата принятия поручения (она ниже, где прямым текстом пишется - "поручается с дд.мм.гггг вот то и вот это"), а дата выдачи адвокату самого бланка ордера - пустого. Незаполненного. Заполненный почему-то не выдают, я проверяла.

И что дату заключения соглашения можно увидеть в нижней части ордера, если внимательно присмотреться, тоже знают не все судьи.

Из этого незнания растут конспирологические рассуждения об адвокатах, заранее знающих, что и где совершат их будущие подзащитные, и, может быть, даже руководящие их противоправными действиями. И не только растут, но и дают свои плоды в судебных актах.

Фу, гадость.