📍По решению Демешина: благоустройство дамбы в Южном реализует Максим Иванов

В Хабаровске продолжается благоустройство дамбы в Южном округе — одной из самых ожидаемых горожанами строек последних лет.

По решению губернатора Дмитрия Демешина проект реализует депутат Государственной Думы от Хабаровского края, руководитель регионального отделения «Единой России» Максим Иванов. По мнению экспертов, выбор не выглядит случайным.

Иванов — человек со строительным бэкграундом, отрасль он знает изнутри. С таким руководителем проекта подрядчику сложно отделаться общими фразами или незаметно сэкономить на качестве — разговор идёт на одном языке, по существу. На объекте такого масштаба и общественной значимости это принципиально важно.

Дополнительный фактор — репутация политика, у которого взятые в работу объекты доводятся до сдачи без долгих согласований. Для губернатора, работающего в стиле жёсткого спроса, это весомый аргумент.

И сам факт того, что одну из самых заметных строек города Демешин доверил именно Иванову, — уже важный маркер.

Личные поручения такого уровня губернатор раздаёт точечно и по итогам реальных результатов, а не статуса.

Дамба в Южном — это ещё и про то, как в крае выстраивается командная работа, основанная на доверии и конкретных делах, а не на формальных полномочиях.

Сенатор Калашников об итогах ПМЭФ: Хабаровский край не просто реализует отдельные проекты, а формирует связную экономическую модель

Член комитета Совфеда по экономической политике РФ Виктор Калашников оценил итоги Петербургского международного экономического форума для Хабаровского края. По его словам, губернатору Дмитрию Демешину удалось выстроить системную работу в сфере экономики - когда каждый новый проект или новое решение встраиваются в логичную цепочку.

«Хабаровский край системно закрывает ключевые инфраструктурные разрывы и одновременно наращивает инвестиционную привлекательность — вхождение в топ-20 национального рейтинга не случайность, а результат последовательной работы команды губернатора. Особенно важно, что регион не просто реализует отдельные проекты, а формирует связную экономическую модель: переработка, водоснабжение, энергетика, транспорт — все эти блоки усиливают друг друга», — подчеркнул сенатор.

Сенатор отметил, что на экономику края работают не только новые производства, но и лоббистские достижения Дмитрия Демешина - в частности, списание 6,55 млрд рублей бюджетных кредитов.

«Это не просто облегчение долговой нагрузки, это высвобождение ресурсов под реальные проекты с быстрой отдачей. Каждая такая цифра работает на доверие рынка», — отметил Виктор Калашников.

История с деприватизацией в регионах - показательный кейс, в котором у государства сильная правовая позиция, но уязвимая коммуникационная стратегия. Мы видим классическую конфигурацию: судебные решения уже вступили в силу, активы возвращены, формально задача выполнена. Но именно на этом этапе в игру входит медиаизмерение, где начинают активно работать бывшие собственники.

Их логика проста и понятна: сместить акценты с сути претензий к приватизации на эмоциональный нарратив про «отжатый бизнес», давление и избирательность решений. Для этого используются два хода. Первый — обвинительная повестка в адрес региональных властей (коррупция, превышение полномочий, «несправедливые» подходы). Второй - вынос дискуссии на федеральный уровень с попыткой создать картинку «спорного кейса», который якобы требует пересмотра. В результате юридически закрытая история получает вторую жизнь в медиаполе.

Уязвимое место государства в этом кейсе - фрагментарная коммуникация. Когда решения не сопровождаются понятным, системным объяснением логики действий, общественный запрос на справедливость легко перехватывается и переупаковывается другой стороной. Вчерашние бенефициары несправедливой модели приватизации начинают успешно примерять на себя роль жертв, апеллируя к рабочим местам, инвестициям и «вкладу в развитие региона» - и значимая часть аудитории готова эту рамку принимать.

Этот кейс хорошо иллюстрирует простую вещь: деприватизация и другие чувствительные решения требуют не только юридической безупречности, но и профессионально выстроенной коммуникационной архитектуры. Если государство не объясняет, что именно и почему оно делает, это за него объяснит кто‑то другой - но уже в свою пользу.