В Москве началась "ложная" весна и чем ближе тёплые деньки, тем сильнее по ним скучаешь.
Хочу поделиться своими архивными, тёплыми деньками на Байконуре.

Знакомьтесь, это Александр Сергеевич Гребёнкин, мой коллега по набору 2018 года, и сегодня он проводит свой второй день на орбите!

Немножко обалдевший, с непривычно опухшим из-за невесомости лицом, Саша — как всегда невозмутимый, позитивный и общительный. Передача смены коллеге по набору — это особенно легко и приятно, ведь за 5 лет подготовки мы шли нога в ногу: испытания, лекции, экзамены, выживания, парашютные прыжки, полёты на невесомость.

Совместно пройденные годы учёбы в ЦПК сближают похлеще любой ВУЗовской программы.

И вот теперь мы оба на орбите, куда так сильно хотели попасть, и наша мечта сбывается вот здесь в прямом эфире!

Первые успехи и сложности — всё это проживается вместе всем коллективом, и я очень рад передавать смену именно коллеге по своему набору. Что хочется пожелать перед тем, как мы наденем скафандры и закроем за собой люк станции? Чтобы вот эта передача эстафеты у нас происходила без сбоев, и у нашей семёрки сложится непрерывная цепочка передач орбитальной смены.

Есть контакт! 🔥

В момент отстыковки корабль Dragon был как новенький. Но по мнению команды Константина, сейчас он выглядит ещё лучше, ведь эта поджаренная зефирка-маршмэллоу, справилась с поставленными перед ней задачами: защитила оборудование и экипаж от экстремальных температур в несколько тысяч градусов по Цельсию и безопасно доставила экипаж на поверхность Земли!

4 основных парашюта раскрылись вовремя.
Замедление происходило по плану.
Погода была благоприятной.

Если вкратце:
Приводнение произошло штатно!

Команда Константина Борисова поздравляет родных и близких, а также подписчиков космонавта с благополучным возвращением Crew-7 с МКС на Землю.

Апрель насыщен космическими событиями, и пока мы все ждём пуска «Ангары-А5» с космодрома Восточный, хочу рассказать, как прошла посадка экипажа «Союз МС-24».

Добраться до места посадки можно двумя способами — на машинах, вместе с поисково-спасательной службой, и на вертолётах. Ми-8 вылетают из Джезказгана и Караганды. Распределение кто, на чём и откуда летит, происходит за пару дней до посадки. Запомнить номера вертолётов важно, т.к. прилетишь ты на одном, а улетать, скорее всего, будешь на другом.

Ещё на земле распределяем места для съёмки, моё уже традиционно под стульчиком, на котором сидит оператор. При съёмке видеокамеру нельзя прислонять к борту вертолёта, иначе изображение будет «плясать», какой бы хороший стабилизатор в ней не был. Так что фотики лежат на полу, им вибрация не страшна, а видики — на них сверху. В этот раз нас было немного — 7 камер, но даже так места было маловато.

Два часа оглушительной тряски — и мы в точке посадки. Заметить спускаемый аппарат пилот может только после того, как произойдёт вывод основного парашюта — примерно за 15 минут до касания с землёй. И, надо сказать, это непростая задача. В этот раз нам повезло, и у нас было минуты 4 на съёмку аппарата в полёте.

Цепляю страховочный торс, открываю дверь. Лицо и руки сразу обжигает холодный ветер, но за съёмкой этого не замечаешь. Спускаемый аппарат с экипажем на борту медленно приближается к земле. Самая интересная и сложная задача — это заснять срабатывание двигателей мягкой посадки, к сожалению, в этот раз у меня не получилось. Буду ждать следующей попытки через полгода.