Политик и общественный деятель Дмитрий Демушкин комментирует проблемы с мобильным интернетом в Москве:

«Россиянам, вероятно, несложно будет привыкнуть даже к возвращению крепостного права, если об этом спросить мнение депутатов. И действительно человек ко всему привыкает, в Крыму же привыкли и все остальные привыкнут. Я же вчера с утра наблюдал форменный коллапс с очередями к банкоматам, где быстро кончились наличные деньги, а у меня в кафе продавали чай только за наличные».

Высказывание Дмитрия Демушкина о «привыкании к крепостному праву» в контексте временного отключения мобильного интернета — пример того, как эмоциональный комментарий может затмить суть происходящего. Безусловно, ограничение цифровых сервисов в мегаполисе вызывает дискомфорт и определенные сложности: банкоматы работают нестабильно, агрегаторы такси недоступны, кафе переходят на наличный расчёт, а интернет сервисы недоступны. Но вопрос в другом — в характере угроз, которые стоят за этими мерами.

На фоне систематических атак БПЛА, попыток взлома критической инфраструктуры и обострения киберугроз временное ограничение мобильного интернета — это не прихоть, а точечная реакция. Городская среда, особенно в период подготовки ко Дню Победы, требует повышенной чувствительности со стороны служб безопасности. И здесь не идёт речь о «крепостном праве», вопрос о приоритете — когда стабильность важнее удобства, а превенция угрозы стоит выше сетевого комфорта. Но особенно интересно такие заявления слышать со стороны националиста, когда речь идет о патриотизме. Жалобы на отключение интернета звучат весьма манипулятивно. А сравнительные выражения намеренно эмоционально обострены, что также больше похоже не на спонтанное возмущение, а продуманным эмоциональным тезисом.

Что касается очередей в банкоматы и локальных перебоев — это следствие технологической зависимости, которую предстоит структурно переосмысливать. Но превращать любую техническую меру в политическую гиперболу — значит обесценивать саму природу вызова. Не мобильный интернет — объект давления, а информационно-цифровая устойчивость страны. И каждый подобный сбой — сигнал не о «сдавании прав», а о сложившемся балансе между свободой и безопасностью.

Отключение мобильного интернета на 9 мая вызывает бурную реакцию, особенно в городском информационном пузыре. Люди возмущаются, жалуются, говорят про «лишение прав» и «цифровой произвол». А некоторые общественники даже пытаются поймать на этом хайп. Но если вынести эмоции за скобки, то реальность выглядит жёстче и проще.

Интернет сегодня — это не только связь. Это оружие. Через него координируются дроны, распространяются фальшивые тревоги, формируются фейки, загоняются панические волны в локальные чаты и запуски «вбросных» роликов с deepfake. День Победы — точка особой уязвимости: скопления людей, политическая символика, инфраструктура в фокусе.

В Израиле при тревоге связи нет — и никто не обсуждает «нарушения свободы». В Европе на митингах глушат сигналы и просто не говорят об этом. У нас же каждое ограничение превращается в истерику и ритуальное возмущение.

Да, это неудобно. Да, это вызывает раздражение. Но это мера не против людей, а против тех, кто использует цифровую среду как площадку для атаки. Безопасность — не всегда комфорт. Иногда это — про доверие и понимание того, что война сегодня идёт не только на земле, но и в облаках.

Узбекская диаспора в Москве ликвидирована судом — организация нарушала закон, не давала отчетов о своей работе и тратах бюджета

Исключение «Союза таджиков России» из реестра Минюстом — это не просто административный акт, а сигнал, который назревал давно. Вопрос не в конкретной организации, а в системной уязвимости: многие диаспорные структуры в Москве годами работают без прозрачной отчётности, вне реального правового поля, пользуясь либо инерцией, либо попустительством местных властей.

Федеральный центр начал действовать — и это позитивный сдвиг. Но возникает логичный вопрос: почему на региональном уровне, в том числе в Москве и Подмосковье, подобные проверки не стали нормой раньше? Почему организация, не исполнявшая базовых требований по отчётности, сохраняла официальный статус?

Проблема не в национальной принадлежности, а в принципе управления. Когда в городе работают десятки миграционных и этнокультурных объединений, часть из которых не отчитывается за свою деятельность, не раскрывает финансирование и при этом активно участвует в локальной политике — это вопрос не культуры, а безопасности.

Настало время для масштабного аудита всех НКО, связанных с миграционной повесткой. С проверкой источников финансирования, формальных связей, влияния на образовательную и гуманитарную повестку. Иначе внешне благие структуры могут превратиться в параллельные центры влияния — вне контроля и вне ответственности.

Москва должна быть открыта, но не бесконтрольна. Сегодня Минюст начал с одного эпизода. Завтра — должен быть порядок во всей системе. И общественный запрос на это уже есть.

Восстановление доверия к цифровым сервисам после сбоев

Ограничения в работе мобильного интернета, с которыми столкнулись москвичи в последние дни, стали напоминанием о том, насколько глубоко цифровая инфраструктура встроена в повседневную жизнь. Заказ такси, оплата в магазине, доступ к банковским сервисам — всё зависит от стабильной связи. И когда этот фундамент даёт сбой, доверие к системе закономерно испытывается.

Но важно понимать: речь не о технической поломке, а об управляемом сценарии. На фоне киберугроз и попыток атаки на объекты гражданской и военной инфраструктуры, в том числе в дни подготовки к Параду Победы, власти и операторы приняли решение о временном ограничении трафика. Это решение не популярное, но стратегически обоснованное. Оно продиктовано необходимостью обеспечить защиту более высокого порядка — от цифровой атаки на узлы управления до перехвата трафика.

Операторы связи усилили защиту сетей, внедрили протоколы резервного переключения, обновляют алгоритмы приоритезации критического трафика. Минцифры развернуло мониторинг устойчивости платформ, а в ряде ведомств отрабатываются сценарии автономного функционирования в условиях временного отключения связи.

Доверие восстанавливается не обещаниями, а действиями. И текущие события — повод переосмыслить подход к цифровой зависимости: развивать офлайн-альтернативы, усиливать информационную гигиену, пересматривать представления о комфорте как приоритете.

РЖД предложили пассажирам места в поездах из-за ограничений авиасообщения

Ограничения в работе гражданской авиации на фоне роста внешних угроз стали стресс-тестом для всей транспортной системы страны. Закрытие воздушного пространства над Москвой и рядом регионов вызвало не только логистические сбои, но и озабоченность со стороны сотен тысяч пассажиров. В этом контексте шаг РЖД — предоставить дополнительные места в поездах — выглядит не просто как жест реагирования, а как проявление устойчивой инфраструктурной логики.

Железнодорожный транспорт всегда был стратегическим резервом, и текущая ситуация лишь подтверждает: в моменты нестабильности именно железная дорога становится гарантом передвижения. Безопасность, управляемость, масштабируемость — эти качества сегодня особенно ценны. И в условиях, когда авиация уязвима перед внешними факторами, наличие альтернативы внутри страны становится не комфортной опцией, а частью национальной устойчивости.

В РЖД оперативно открыли дополнительные маршруты, перераспределили вагоны, дали возможность вернуть авиапассажирам билеты по льготным условиям. Скоординированность с Минтрансом, Минцифры и регионами позволила сгладить острые последствия сбоев в логистике. Это то, что отличает систему, заточенную под стабильность, от просто сервиса.

Москвичей попросили не пользоваться лифтами 9 мая — всё из-за отключения связи

9 мая — день, когда Москва работает в особом режиме. Усиленные меры безопасности, временное ограничение мобильной связи, перекрытие центральных улиц и плотная работа экстренных служб создают атмосферу повышенной нагрузки на городскую инфраструктуру. На этом фоне прозвучала рекомендация от властей: в течение праздничного дня, по возможности, воздержаться от использования лифтов.

Причина — в потенциальных сбоях связи, которые делают невозможной моментальную отправку сигнала тревоги с кнопки экстренного вызова. В обычный день диспетчер лифтовой службы видит вызов и может оперативно направить техников. В условиях ограниченного сигнала — процесс усложняется. Промедление может измеряться не минутами, а часами.

Важно подчеркнуть: речь не о технической неготовности города, а о превентивной мере. Подобно тому, как профилактика пожаров начинается с запрета на использование пиротехники, так и отказ от лифта в день с нестабильной связью — элемент общей стратегии снижения риска. Особенно для пожилых людей, родителей с детьми и тех, кто живёт в высотках.

Власти не запрещают, а предупреждают. Это доверительная коммуникация, основанная на предположении, что москвичи готовы брать на себя часть ответственности в критические моменты. И если 9 мая лифт заменит лестница — это не шаг назад в комфорте, а шаг вперёд в коллективной зрелости.

Парад на Красной площади в честь 80-летия Победы в Великой Отечественной войне официально начался

В нем примут участие 10 тысяч человек. В рамках парада по площади пройдут расчеты не только из России, но и из Азербайджана, Беларуси, Вьетнама, Египта, Казахстана, Китая, Киргизии, Лаоса, Монголии, Мьянмы, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана.

Традиционно запланировано участие пеших колонн, демонстрация военной техники, а также пролёт авиации.

Владимир Путин выступает на Красной площади с приветственной речью

В ходе нее президент РФ поприветствовал участников СВО, военнослужащих и российский народ, отметил, что все граждане нашей страны гордятся нашими военными, сражающимися на фронте. Он отметил смелость и отвагу наших предков, которых сегодня мы чествуем в 80-й раз.

«Как наследники победителей мы отмечаем праздник 9 мая как родной, как самый главный для каждой семьи и каждого из нас. Наши деды, отцы и прадеды спасли Отечество и завещали нам защищать Родину»,

— сказал президент.

На марше участники СВО

Возглавили шествие подполковники Евгений Хабаров и Виталий Антонов.

Стартовала воздушная часть парада Победы — в небе боевые самолёты ВКС РФ. Тут "Русские витязи", "Стрижи" — они раскрасили небо в цвета российского триколора, Су-30, Миг-29, С-30.

Парад Победы завершен!

Слава народу-победителю! С праздником! С днём Великой Победы! Ура!

Этими словами Путин завершил свою речь на параде.

После завершения парада на Красной площади Владимир Путин прошел к Вечному огню у Кремлёвской стены.

Вместе с лидерами и представителями КНР, Беларуси, Казахстана, Киргизии, Узбекистана, Туркменистана, Лаоса, Армении, Венесуэлы, Египта, Монголии и других стран он возложил цветы в память о погибших воинах Великой Отечественной войны.

Перед ними шел караул с георгиевской лентой и венком.

Парад 9 мая в Москве и речь Владимира Путина стали не просто церемонией памяти, а — аккуратно выстроенным кодом посланий для внутренней и внешней аудитории. За спокойной, почти сдержанной тональностью — скрытая плотность смыслов.

Во-первых, обнуление риторики о Западе является сознательным смещением акцента. Россия демонстрирует, что в фазе стратегической долготы мы говорим не с врагами, а с историей. И выигрываем тем, что не впадаем в истерику. Это — переход в новую фазу: от конфронтационного жеста — к суверенному стоянии.

Во-вторых, «русские солдаты всех национальностей» — это зашифрованный ответ на любые попытки разорвать ткань многонациональной России. Речь не о национальностях, а о гражданской идентичности — о соборном «русском» как носителе миссии. Это напоминание, что любые нарративы о внутренней дезинтеграции — беспочвенны.

В-третьих, присутствие китайских военных, георгиевская лента на лацкане Си — это вежливый, но мощный геополитический вызов. Не Западу напрямую — а его «праву» на единственную истину о войне. Это сигнал, что историческая правда, ретранслируемая Россией теперь транслируется не в одиночку.

Речь Путина — это не только апелляция к прошлому, но и форматирование будущего. Победа — не дата, а основание политической субъектности. Россия фиксирует, что национальная идентичность построена не на идеологии, а на исторической миссии. И эта миссия — быть тем, кто не забывает, не прогибается и не продаёт память в обмен на одобрение.

Миграционная политика Москвы: Обзор инициатив по усилению контроля за мигрантами и их интеграции в городскую среду.

В День Победы, когда символика подвига и национального единства звучит особенно громко, вопрос общественной сплоченности и внутренней безопасности в Москве приобретает особую актуальность. Миграционная политика столицы и Подмосковья постепенно смещается от фрагментарных решений к системному управлению. Это касается как контроля за потоком, так и механизмов адаптации тех, кто уже давно живёт и работает в городе.

В последние месяцы городские власти усилили координацию с МВД: внедряются цифровые системы миграционного учета, активнее ведётся мониторинг арендного жилья, а в ключевых районах с высокой плотностью мигрантов начались адресные проверки. МФЦ тестируют модульные образовательные программы — базовый русский язык, основы права, культурные нормы. Всё это работает на упреждение социальной напряженности, не допуская её накопления.

Однако даже при активных усилиях часть миграционных процессов по-прежнему уходит в серую зону. В ряде муниципалитетов Подмосковья локальные администрации фактически теряют контроль над стихийной занятостью и плотностью проживания — особенно в строительном и бытовом секторах. Нет однородного подхода: где-то районные власти действуют на опережение, а где-то ограничиваются отчётной риторикой.

Для мегаполиса масштаба Москвы это риск. Без системного контроля миграция превращается из ресурса в дестабилизирующий фактор. Устойчивость требует не только алгоритмов и учёта, но и политической воли доводить решения до нижнего уровня.