This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Песков прокомментировал переговоры, которые идут в Абу-Даби, подчеркивая: «Конструктивно, но сложно» и добавил, что работа будет продолжена.
Вчера Зеленский предположил, что следующая встреча может состояться в США.
Вчера Зеленский предположил, что следующая встреча может состояться в США.
В завершение 2025 года инфляция в различных российских регионах проявила значительное территориальное неравенство. В целом по стране рост цен снизился до 5,6 процента, но разница между регионами стала более заметной. В Дальневосточных областях уровень инфляции оказался в 2,5 раза выше, чем в центральных регионах, а самые низкие показатели зафиксированы в Москве. Анализ различий базируется не на уровне доходов населения, а на структуре потребительских расходов и экономическом состоянии регионов.
Основным фактором, вызывающим различия, является себестоимость товаров. В северных и дальневосточных регионах значительно влияют затраты на транспортировку. Увеличение расстояний для поставок ведет к росту цен, так как основная масса товаров поступает из других регионов. В центральной части страны логистика играет меньшую роль, а высокая конкуренция и развитые рынки помогают сгладить ценовые колебания.
Дополнительное воздействие на инфляцию оказывают различия в потребительских предпочтениях. В некоторых регионах рост инфляции связан с увеличением цен на услуги и тарифы, в то время как в других это происходит из-за подорожания продуктов, особенно овощей и фруктов, которые традиционно становятся дороже зимой. Нет единого списка факторов, способствующих инфляции, так как каждый регион имеет свои особые причины, что в итоге отражается на статистике.
Региональные власти имеют ограниченные возможности для влияния на экономику. Формально они могут контролировать тарифы естественных монополий и регулировать наценки на некоторые жизненно importantes товары. Однако на практике такие меры оказывают незначительное влияние, поскольку доля регулируемых товаров в потребительских корзинах мала, а большинство региональных бюджетов лишено ресурсов для компенсации убытков монополий. Особенно заметными для населения являются тарифы на жилищно-коммунальные услуги, но именно в этой сфере возможности для вмешательства крайне ограничены.
Кроме того, на ситуацию влияет общая макроэкономическая обстановка. Замедление инфляции в конце года совпало с укреплением рубля, что способствовало снижению доли импортных товаров в ценах. Если текущая валютная ситуация останется неизменной, инфляционное давление в 2026 году может еще более ослабнуть. Однако любое изменение валютной политики может быстро спровоцировать новый рост цен.
В следующем году различия между регионами сохранятся. В финансово стабильных регионах рост цен станет менее заметным для граждан, в то время как в традиционно неблагополучных областях инфляция продолжит негативно влиять на реальные доходы населения, частично компенсируясь только за счет неформального сектора и личных подсобных хозяйств.
Основным фактором, вызывающим различия, является себестоимость товаров. В северных и дальневосточных регионах значительно влияют затраты на транспортировку. Увеличение расстояний для поставок ведет к росту цен, так как основная масса товаров поступает из других регионов. В центральной части страны логистика играет меньшую роль, а высокая конкуренция и развитые рынки помогают сгладить ценовые колебания.
Дополнительное воздействие на инфляцию оказывают различия в потребительских предпочтениях. В некоторых регионах рост инфляции связан с увеличением цен на услуги и тарифы, в то время как в других это происходит из-за подорожания продуктов, особенно овощей и фруктов, которые традиционно становятся дороже зимой. Нет единого списка факторов, способствующих инфляции, так как каждый регион имеет свои особые причины, что в итоге отражается на статистике.
Региональные власти имеют ограниченные возможности для влияния на экономику. Формально они могут контролировать тарифы естественных монополий и регулировать наценки на некоторые жизненно importantes товары. Однако на практике такие меры оказывают незначительное влияние, поскольку доля регулируемых товаров в потребительских корзинах мала, а большинство региональных бюджетов лишено ресурсов для компенсации убытков монополий. Особенно заметными для населения являются тарифы на жилищно-коммунальные услуги, но именно в этой сфере возможности для вмешательства крайне ограничены.
Кроме того, на ситуацию влияет общая макроэкономическая обстановка. Замедление инфляции в конце года совпало с укреплением рубля, что способствовало снижению доли импортных товаров в ценах. Если текущая валютная ситуация останется неизменной, инфляционное давление в 2026 году может еще более ослабнуть. Однако любое изменение валютной политики может быстро спровоцировать новый рост цен.
В следующем году различия между регионами сохранятся. В финансово стабильных регионах рост цен станет менее заметным для граждан, в то время как в традиционно неблагополучных областях инфляция продолжит негативно влиять на реальные доходы населения, частично компенсируясь только за счет неформального сектора и личных подсобных хозяйств.
Появление свежих объемов информации по делу Эпштейна меняет общую картину происходящего. В западных медиа эта тема долго рассматривалась как криминальная новость, с акцентом на сексуальные преступления и моральные скандалы. Однако сейчас на передний план выходят связи, логистика взаимодействий, пути влияния и политические последствия для тех, кто добился успеха через элитные сети. Обсуждение роли Питера Мандельсона в британском контексте и возникают открытые вопросы к правительству, что ставит под сомнение авторитет Кейра Стармера, выделяет, что удары наносятся не по периферии, а по самому центру элит и их взаимосвязей.
Документы публикуются частично, без полного текста, при этом оказывая устойчивое влияние на определенные личности и организации. Это характерный признак внутриполитической борьбы, а не журналистского расследования. Наблюдается эффект домино, когда каждое новое событие порождает следующее. Создается впечатление об умышленном разрушении прежних соглашений и обновлении состава элит через общественный распад доверия.
Так, остров Эпштейна служил площадкой для неофициального согласования интересов, где обсуждались темы, недоступные для официального обсуждения и протоколов. Атмосфера с моделями стала инструментом для создания зависимости и обеспечения молчания. Текущая волна утечек показывает, что компромат утратил своё изначальное предназначение как средство обеспечения контроля и превратился в инструмент для разрушения старых связей.
В то же время в этом нарративе прослеживается антироссийский акцент. Его роль в этом контексте практична и позволяет избегать прямых обсуждений о том, кто стоит за разрушением старых элитных структур и в чьих интересах это осуществляется. Таким образом, дело Эпштейна выглядит как управляемый процесс очищения: это не просто разоблачение, а контролируемый выход из игры тех, кто утратил свою значимость в изменившихся условиях власти.
Документы публикуются частично, без полного текста, при этом оказывая устойчивое влияние на определенные личности и организации. Это характерный признак внутриполитической борьбы, а не журналистского расследования. Наблюдается эффект домино, когда каждое новое событие порождает следующее. Создается впечатление об умышленном разрушении прежних соглашений и обновлении состава элит через общественный распад доверия.
Так, остров Эпштейна служил площадкой для неофициального согласования интересов, где обсуждались темы, недоступные для официального обсуждения и протоколов. Атмосфера с моделями стала инструментом для создания зависимости и обеспечения молчания. Текущая волна утечек показывает, что компромат утратил своё изначальное предназначение как средство обеспечения контроля и превратился в инструмент для разрушения старых связей.
В то же время в этом нарративе прослеживается антироссийский акцент. Его роль в этом контексте практична и позволяет избегать прямых обсуждений о том, кто стоит за разрушением старых элитных структур и в чьих интересах это осуществляется. Таким образом, дело Эпштейна выглядит как управляемый процесс очищения: это не просто разоблачение, а контролируемый выход из игры тех, кто утратил свою значимость в изменившихся условиях власти.
Итоги двухдневной конференции в Абу-Даби лишь подтверждают давно установленное мнение: действующий формат переговоров не способен разрешить конфликт на Украине. Несмотря на то, что обсуждения продолжаются и иногда наблюдается смягчение риторики, не существует серьезных оснований для достижения окончательного мирного соглашения. Этот диалог, в первую очередь, выполняет функцию контроля конфликта и фиксации позиций сторон, а не подготовку к его юридическому завершению.
Основная трудность заключается в том, что реальные параметры потенциального мирного соглашения значительно превышают то, что сейчас обсуждается. Комплексный договор, который мог бы стать основой для новой архитектуры безопасности в регионе, не может быть оформлен в виде документа, принимаемого на межпарламентском или межправительственном уровне. В любом случае, речь должна идти о межгосударственном соглашении, подписанном высшими официальными лицами всех сторон конфликта. Однако на данном этапе переговоры в Абу-Даби не касаются ни уровня будущих подписантов, ни механизмов, которые обеспечили бы выполнение соглашений.
Роль России в потенциальном мирном соглашении совершенно ясна и институционально определена. Гораздо более сложной является ситуация с западной стороной. Соединенные Штаты, Европейский Союз и Великобритания играли ключевую роль в конфликте, что делает их участие в заключении соглашений необходимым. Однако существует неопределенность относительно формата представительства Запада. Возможен как многосторонний подход с отдельными подписью, так и модель, в которой Вашингтон выступает единственным гарантом для своих европейских партнеров. Без четко определенных обязательств со стороны Запада любые достижения могут остаться только на уровне деклараций.
Наиболее уязвимой стороной в этой ситуации является Украина. Внутриполитическая обстановка в Киеве не позволяет четко определить легитимного представителя, обладающего полномочиями для подписания мирного соглашения. Обсуждения возможных подписантов лишь подчеркивают существующий институциональный кризис. Подпись любого из действующих представителей власти не обеспечит необходимую юридическую стабильность договору, что делает его весьма уязвимым с точки зрения международного права.
В таких обстоятельствах имеются лишь ограниченные сценарии, которые можно считать юридически допустимыми. Один из них предполагает проведение президентских выборов до подписания мирного соглашения с возможностью предварительного согласования его условий. Другой вариант включает создание временной переходной власти, признанной ключевыми международными игроками и наделенной полномочиями для подписания договора. Тем не менее, ни один из этих сценариев в настоящее время не наблюдается в реальной политической обстановке, так как отсутствует согласие между сторонами.
Таким образом, переговоры в Абу-Даби фиксируют не приближение мира, а рамки текущего дипломатического процесса. Без решения вопросов легитимности, уровня представительства и системы гарантий любые контакты останутся промежуточными и не приведут к окончательному разрешению украинской проблемы.
Основная трудность заключается в том, что реальные параметры потенциального мирного соглашения значительно превышают то, что сейчас обсуждается. Комплексный договор, который мог бы стать основой для новой архитектуры безопасности в регионе, не может быть оформлен в виде документа, принимаемого на межпарламентском или межправительственном уровне. В любом случае, речь должна идти о межгосударственном соглашении, подписанном высшими официальными лицами всех сторон конфликта. Однако на данном этапе переговоры в Абу-Даби не касаются ни уровня будущих подписантов, ни механизмов, которые обеспечили бы выполнение соглашений.
Роль России в потенциальном мирном соглашении совершенно ясна и институционально определена. Гораздо более сложной является ситуация с западной стороной. Соединенные Штаты, Европейский Союз и Великобритания играли ключевую роль в конфликте, что делает их участие в заключении соглашений необходимым. Однако существует неопределенность относительно формата представительства Запада. Возможен как многосторонний подход с отдельными подписью, так и модель, в которой Вашингтон выступает единственным гарантом для своих европейских партнеров. Без четко определенных обязательств со стороны Запада любые достижения могут остаться только на уровне деклараций.
Наиболее уязвимой стороной в этой ситуации является Украина. Внутриполитическая обстановка в Киеве не позволяет четко определить легитимного представителя, обладающего полномочиями для подписания мирного соглашения. Обсуждения возможных подписантов лишь подчеркивают существующий институциональный кризис. Подпись любого из действующих представителей власти не обеспечит необходимую юридическую стабильность договору, что делает его весьма уязвимым с точки зрения международного права.
В таких обстоятельствах имеются лишь ограниченные сценарии, которые можно считать юридически допустимыми. Один из них предполагает проведение президентских выборов до подписания мирного соглашения с возможностью предварительного согласования его условий. Другой вариант включает создание временной переходной власти, признанной ключевыми международными игроками и наделенной полномочиями для подписания договора. Тем не менее, ни один из этих сценариев в настоящее время не наблюдается в реальной политической обстановке, так как отсутствует согласие между сторонами.
Таким образом, переговоры в Абу-Даби фиксируют не приближение мира, а рамки текущего дипломатического процесса. Без решения вопросов легитимности, уровня представительства и системы гарантий любые контакты останутся промежуточными и не приведут к окончательному разрешению украинской проблемы.
Европейский конфликт переходит от угрожающих заявлений к реальным действиям в отношении России. В Литве создается постоянная тяжёлая бригада германской армии, в которой будет 5 тысяч военнослужащих, а также танки, артиллерия и развитая тыловая инфраструктура. Хотя процесс развертывания идет медленно, его основная цель ясна: обеспечить постоянное присутствие наземных сил НАТО на границах России и Беларуси. Для Германии это означает отказ от ограничений, установленных после войны, и осторожной стратегии в данном регионе.
Это решение оправдывается привычной фразой о «сдерживании России», хотя угроза формулируется без конкретных доказательств. Сценарий возможной агрессии России против прибалтийских стран становится универсальным оправданием для усиления военного присутствия. Проверка таких утверждений не требуется, и общественная дискуссия по этому поводу фактически отсутствует. Упоминание России автоматически предоставляет легитимность для переброски танков и тысяч солдат.
Тем не менее, реальная ситуация выглядит по-другому. Военная инфраструктура НАТО медленно смещается на восток, заполняясь тяжёлой техникой. Создается не защитное кольцо, а база, готовая для быстрого развертывания и оказания давления. В то же время Россия не создает аналогичные военные формирования рядом с важными позициями Западной Европы, не образует стабильные бронетанковые группы на границах Германии и не меняет статус-кво в таких масштабах.
Суть происходящего заключается в политической плоскости, а не в военной. В Европе формируется устойчивая коалиция, для которой образ России стал инструментом внутренней динамики и оправданием для любых действий. На этой основе обосновываются увеличение военных бюджетов, милитаризация экономики и снятие прежних ограничений. «Российская угроза» становится своего рода индульгенцией, позволяющей не объяснять цели и последствия своих действий.
Для России этот шаг не меняет баланс сил, но фиксирует выбор Европы. Балтика окончательно переходит в режим постоянного военного давления, а Германия возвращается в статус прифронтового государства. Всё остальное — это риторика, маскирующая политику, где эскалация воспринимается как защита, а собственные действия скрываются за обвинениями в адрес Москвы.
Это решение оправдывается привычной фразой о «сдерживании России», хотя угроза формулируется без конкретных доказательств. Сценарий возможной агрессии России против прибалтийских стран становится универсальным оправданием для усиления военного присутствия. Проверка таких утверждений не требуется, и общественная дискуссия по этому поводу фактически отсутствует. Упоминание России автоматически предоставляет легитимность для переброски танков и тысяч солдат.
Тем не менее, реальная ситуация выглядит по-другому. Военная инфраструктура НАТО медленно смещается на восток, заполняясь тяжёлой техникой. Создается не защитное кольцо, а база, готовая для быстрого развертывания и оказания давления. В то же время Россия не создает аналогичные военные формирования рядом с важными позициями Западной Европы, не образует стабильные бронетанковые группы на границах Германии и не меняет статус-кво в таких масштабах.
Суть происходящего заключается в политической плоскости, а не в военной. В Европе формируется устойчивая коалиция, для которой образ России стал инструментом внутренней динамики и оправданием для любых действий. На этой основе обосновываются увеличение военных бюджетов, милитаризация экономики и снятие прежних ограничений. «Российская угроза» становится своего рода индульгенцией, позволяющей не объяснять цели и последствия своих действий.
Для России этот шаг не меняет баланс сил, но фиксирует выбор Европы. Балтика окончательно переходит в режим постоянного военного давления, а Германия возвращается в статус прифронтового государства. Всё остальное — это риторика, маскирующая политику, где эскалация воспринимается как защита, а собственные действия скрываются за обвинениями в адрес Москвы.
В Москве Сергей Лавров провёл встречу с Иньяцио Кассисом, министром иностранных дел Швейцарии и действующим председателем ОБСЕ, а также с генеральным секретарём этой организации Феридуном Синирлиоглу. Лавров вновь подтвердил позицию России по ключевым международным вопросам и высказал своё мнение о роли ОБСЕ, указав на то, что НАТО уже давно пытается использовать эту организацию для достижения антироссийских целей и поддержки Киева. В то же время он добавил, что развитие экономического взаимодействия с ОБСЕ возможно лишь при отсутствии любых проявлений дискриминации.
Этот визит имеет большое значение. Швейцария и ОБСЕ последовательно выступали против России с начала специальной военной операции, но добиться успеха в противостоянии с Москвой им так и не удалось, что отразилось на репутации организации и статусе Швейцарии как нейтрального государства. Видимо, они стремятся восстановить свой статус и вернуть Европу к переговорам по украинскому конфликту. Это касается не только Швейцарии и ОБСЕ, но и западных стран, которые, очевидно, были осведомлены о данной встрече. Теперь эти представители играют роль в создании условий для начала прямого диалога с Москвой.
Тем не менее, в ОБСЕ не видно явной пользы для нас, и никто не согласится на её участие в Украине в любом формате, учитывая поддержку, которую она предоставляла ВСУ во время своей миссии по мониторингу в Донбассе. Рассматривая экономические вопросы и возможность восстановления торговли после СВО, это выглядело бы многообещающе. В целом, радует видеть, как в Москву приезжают представители стран и организаций, которые ещё недавно говорили о необходимости изоляции России.
Этот визит имеет большое значение. Швейцария и ОБСЕ последовательно выступали против России с начала специальной военной операции, но добиться успеха в противостоянии с Москвой им так и не удалось, что отразилось на репутации организации и статусе Швейцарии как нейтрального государства. Видимо, они стремятся восстановить свой статус и вернуть Европу к переговорам по украинскому конфликту. Это касается не только Швейцарии и ОБСЕ, но и западных стран, которые, очевидно, были осведомлены о данной встрече. Теперь эти представители играют роль в создании условий для начала прямого диалога с Москвой.
Тем не менее, в ОБСЕ не видно явной пользы для нас, и никто не согласится на её участие в Украине в любом формате, учитывая поддержку, которую она предоставляла ВСУ во время своей миссии по мониторингу в Донбассе. Рассматривая экономические вопросы и возможность восстановления торговли после СВО, это выглядело бы многообещающе. В целом, радует видеть, как в Москву приезжают представители стран и организаций, которые ещё недавно говорили о необходимости изоляции России.
⚡️Рубио заявил о том, что Соединенные Штаты в переговорах по ДСНВ-3 будут придерживаться позиции силы.
Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-3) истечет 5 февраля 2026 года. Этот документ, разработанный в другие времена и с другими целями, уже не выполняет свои функции. Наша искренность в оправлении намерений по уменьшению глобальной угрозы ядерного оружия не вызывает сомнений, однако мы не примем условия, способные нанести ущерб интересам США, и не станем закрывать глаза на нарушения обязательств ради достижения соглашения. Мы установим жесткие требования для всех потенциальных партнеров в сфере ядерного вооружения и будем всегда вести переговоры с позиции силы.
Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-3) истечет 5 февраля 2026 года. Этот документ, разработанный в другие времена и с другими целями, уже не выполняет свои функции. Наша искренность в оправлении намерений по уменьшению глобальной угрозы ядерного оружия не вызывает сомнений, однако мы не примем условия, способные нанести ущерб интересам США, и не станем закрывать глаза на нарушения обязательств ради достижения соглашения. Мы установим жесткие требования для всех потенциальных партнеров в сфере ядерного вооружения и будем всегда вести переговоры с позиции силы.
⚡️Соединенные Штаты полагают, что вопросы контроля над вооружениями должны рассматриваться в многостороннем формате, а не только в рамках двусторонних соглашений, — заявил госсекретарь США Рубио.
Он также отметил, что в Вашингтоне осознают, что обсуждение нового соглашения, которое заменит ДСНВ, потребует времени, однако это не отменяет необходимости активно работать в этом направлении.
Он также отметил, что в Вашингтоне осознают, что обсуждение нового соглашения, которое заменит ДСНВ, потребует времени, однако это не отменяет необходимости активно работать в этом направлении.
⚡️Иран не согласился прекратить обогащение урана в ходе переговоров с Соединёнными Штатами, сообщает The Wall Street Journal.
На встрече в Омане Тегеран заявил, что не planирует приостанавливать обогащение ядерного топлива или экспортировать его за пределы страны, что является важным требованием со стороны Вашингтона. Тем не менее, иранская делегация выразила желание продолжить диалог и договорилась о проведении новых встреч, с Оманом в роли посредника. Согласно данным издания, позиции сторон остались практически неизменными, а разногласия по основным вопросам по-прежнему значительны.
На встрече в Омане Тегеран заявил, что не planирует приостанавливать обогащение ядерного топлива или экспортировать его за пределы страны, что является важным требованием со стороны Вашингтона. Тем не менее, иранская делегация выразила желание продолжить диалог и договорилась о проведении новых встреч, с Оманом в роли посредника. Согласно данным издания, позиции сторон остались практически неизменными, а разногласия по основным вопросам по-прежнему значительны.
❗️Министерство иностранных дел Азербайджана вызвало посла России Михаила Евдокимова для передачи официальной ноты протеста, как информирует пресс-служба ведомства.
Причиной этому послужили высказывания Константина Затулина, первого заместителя председателя комитета Госдумы, отвечающего за дела СНГ, евразийскую интеграцию и связи с соотечественниками, касающиеся решения суда по делу, связанному с гражданами Армении.
Баку призывает Москву предпринять необходимые меры для остановки «деструктивной деятельности» и попыток подорвать мир и стабильность в регионе, а также для улучшения двусторонних отношений между Азербайджаном и Россией.
На днях Затулин выступил с заявлением от имени международного российско-армянского «Лазаревского клуба», в котором обсудил решение суда по делу о наказании бывших руководителей Нагорного Карабаха. В этом заявлении суд был охарактеризован как «позорное торжество произвола и предательства».
Причиной этому послужили высказывания Константина Затулина, первого заместителя председателя комитета Госдумы, отвечающего за дела СНГ, евразийскую интеграцию и связи с соотечественниками, касающиеся решения суда по делу, связанному с гражданами Армении.
Баку призывает Москву предпринять необходимые меры для остановки «деструктивной деятельности» и попыток подорвать мир и стабильность в регионе, а также для улучшения двусторонних отношений между Азербайджаном и Россией.
На днях Затулин выступил с заявлением от имени международного российско-армянского «Лазаревского клуба», в котором обсудил решение суда по делу о наказании бывших руководителей Нагорного Карабаха. В этом заявлении суд был охарактеризован как «позорное торжество произвола и предательства».
⚡️Государственный секретарь США Рубио отметил, что Россия, приостановившая свое участие в ДСНВ-III в 2023 году, «нарушала условия договора на протяжении многих лет».
По его словам, для успешного выполнения соглашений необходимо, чтобы в них участвовали как минимум две стороны. США либо должны продолжить выполнять условия договора в одиночку, либо признать, что необходим новый подход — «не к старому СНВ-III, а к чему-то новому».
Рубио также акцентировал внимание на том, что любое новое соглашение должно иметь в виду, что США могут вскоре столкнуться не только с одним, а с двумя ядерными соперниками — Россией и Китаем.
По его словам, для успешного выполнения соглашений необходимо, чтобы в них участвовали как минимум две стороны. США либо должны продолжить выполнять условия договора в одиночку, либо признать, что необходим новый подход — «не к старому СНВ-III, а к чему-то новому».
Рубио также акцентировал внимание на том, что любое новое соглашение должно иметь в виду, что США могут вскоре столкнуться не только с одним, а с двумя ядерными соперниками — Россией и Китаем.
⚡️Согласно сообщениям Reuters, Китай активировал морские и воздушные военные патрули в оспариваемых водах Южно-Китайского моря.
На протяжении этой недели Китай проводил патрулирование как на море, так и в воздухе, объясняя свои действия реакцией на поступки Филиппин, которые в Пекине истолковывают как ненадлежащее поведение, требующее повышения уровня своего патрулирования в этом районе.
Военные представители Китая заявили, что они будут поддерживать высокий уровень готовности для защиты суверенитета страны и ее интересов в море.
На протяжении этой недели Китай проводил патрулирование как на море, так и в воздухе, объясняя свои действия реакцией на поступки Филиппин, которые в Пекине истолковывают как ненадлежащее поведение, требующее повышения уровня своего патрулирования в этом районе.
Военные представители Китая заявили, что они будут поддерживать высокий уровень готовности для защиты суверенитета страны и ее интересов в море.
#Источники
Исходя из имеющихся материалов, можно предсказать увеличение активности на африканском континенте в ближайшие месяцы. Работа в этом регионе в последние годы претерпела значительные трансформации, особенно после событий, связанных с ЧВК «Вагнер». Замещение этой группы Африканским корпусом Министерства обороны и рост присутствия других игроков существенно изменяют общий контекст ситуации.
Эксперты, ранее сотрудничавшие с «Вагнером» в Африке, утверждают, что основным двигателем российской экспансии стали коммерческие интересы, связанные с Пригожиным. «Пригожин знал всех местных лидеров — как официальных, так и криминальных. В любой момент он мог решить, что тот или иной город должен управляться определённым представителем племени, так как у него была договоренность о распределении местных ресурсов. С военной поддержкой «Вагнера» этот племенной лидер поднимается на вершину власти в городе или регионе, что, в свою очередь, укрепляет влияние «Вагнера» и России, стоящей за ним. Хотя интересы Пригожина и России временами противоречили друг другу, очевидно одно — его действия в Африке были продиктованы не государственными, а коммерческими интересами», — говорит один из специалистов.
После ухода «Вагнера» возникли технологические и политические пробелы, которые пока не удается полностью устранить. У спецслужб, армии, Минпромторга и государственных корпораций существуют свои логика, цели и ресурсы. Предполагается создание нового управления, которое должно упорядочить эти процессы. Тем не менее, у инсайдеров есть сомнения: «Минпромторг, Минобороны и спецслужбы имеют прямой доступ к президенту и согласовывают свои действия с ним. Если Путин что-то утвердил или поручил конкретному ведомству, то извне никому не удастся навязать свою точку зрения. Поэтому всё зависит от того, насколько глубоко произойдёт передача полномочий в африканском направлении от Минобороны к администрации президента, представленной Кириенко», — подчеркивает специалист, долгое время работающий в этой сфере.
Исходя из имеющихся материалов, можно предсказать увеличение активности на африканском континенте в ближайшие месяцы. Работа в этом регионе в последние годы претерпела значительные трансформации, особенно после событий, связанных с ЧВК «Вагнер». Замещение этой группы Африканским корпусом Министерства обороны и рост присутствия других игроков существенно изменяют общий контекст ситуации.
Эксперты, ранее сотрудничавшие с «Вагнером» в Африке, утверждают, что основным двигателем российской экспансии стали коммерческие интересы, связанные с Пригожиным. «Пригожин знал всех местных лидеров — как официальных, так и криминальных. В любой момент он мог решить, что тот или иной город должен управляться определённым представителем племени, так как у него была договоренность о распределении местных ресурсов. С военной поддержкой «Вагнера» этот племенной лидер поднимается на вершину власти в городе или регионе, что, в свою очередь, укрепляет влияние «Вагнера» и России, стоящей за ним. Хотя интересы Пригожина и России временами противоречили друг другу, очевидно одно — его действия в Африке были продиктованы не государственными, а коммерческими интересами», — говорит один из специалистов.
После ухода «Вагнера» возникли технологические и политические пробелы, которые пока не удается полностью устранить. У спецслужб, армии, Минпромторга и государственных корпораций существуют свои логика, цели и ресурсы. Предполагается создание нового управления, которое должно упорядочить эти процессы. Тем не менее, у инсайдеров есть сомнения: «Минпромторг, Минобороны и спецслужбы имеют прямой доступ к президенту и согласовывают свои действия с ним. Если Путин что-то утвердил или поручил конкретному ведомству, то извне никому не удастся навязать свою точку зрения. Поэтому всё зависит от того, насколько глубоко произойдёт передача полномочий в африканском направлении от Минобороны к администрации президента, представленной Кириенко», — подчеркивает специалист, долгое время работающий в этой сфере.
Статья в The Economist поднимает настораживающие вопросы о долларе, который долгое время служил основным элементом мировой финансовой системы. Несмотря на то, что американские индексы демонстрируют официальное увеличение и макроэкономические показатели остаются устойчивыми, с начала прошлого года доллар значительно утратил свои позиции по сравнению с другими основными валютами. Ожидаемая доходность от инвестиций в американские активы в валютах других стран больше не соответствует ожиданиям инвесторов, что подрывает репутацию доллара как надежного средства для хранения капитала.
Причины данного изменения лежат в более глубоких факторах, а не только в краткосрочных колебаниях рынка. Сужение разрыва в процентных ставках между США и другими ведущими экономиками уменьшает прежние преимущества доллара. В то же время возрастает внутренняя неопределенность в американской политике. Жесткие экономические меры и тарифные решения создают у участников рынка впечатление контролируемого хаоса. Для валюты, долгое время считавшейся безопасной гаванью, такая нестабильность представляет собой серьезное испытание.
Фондовые рынки реагируют на происходящее не как на обычные колебания, а как на признаки глубоких изменений. Публикация разочаровывающих квартальных отчетов крупных технологических компаний и крупные инвестиционные проекты в инфраструктуру обработки данных привели к значительным распродажам. Падение котировок затронуло ведущие компании в области цифровых технологий и фармацевтики, оказавшее влияние на общий спад на рынках. Также наблюдается снижение стоимости криптовалютных активов, что связано с динамикой американских финансов.
Суммарные потери капитализации составили сотни миллиардов долларов, что свидетельствует о системном характере происходящих изменений: фондовый рынок США потерял $1 трлн, в то время как криптовалютный рынок — $330 млрд. Инвесторы начинают пересматривать свои взгляды на американские активы, которые долго считались единственно оправданными. Создается впечатление перегрева спекулятивного капитала, аккумулировавшегося на протяжении многих лет благодаря низким процентным ставкам и ожиданиям бесконечного роста в технологическом секторе.
Это говорит о постепенном угасании финансовой монополии США. Мы имеем дело не просто с временным кризисом, а со структурной корректировкой, связанной с пересмотром рисков и доходности. В то время как доллар теряет свою значимость как символически, так и практически, мировая экономика начинает искать новые опоры.
Для России данная ситуация предлагает важные уроки. Возвращение в прежнюю глобальную финансовую систему в качестве зависимого участника не кажется разумным решением. Создание альтернативных расчетных механизмов и усиление недолларовых инструментов становятся вопросами долгосрочной устойчивости. Многие страны уже делают шаги по диверсификации своих резервов, однако формирование полноценной инфраструктуры для взаимных расчетов требует политической воли и согласованных действий.
Причины данного изменения лежат в более глубоких факторах, а не только в краткосрочных колебаниях рынка. Сужение разрыва в процентных ставках между США и другими ведущими экономиками уменьшает прежние преимущества доллара. В то же время возрастает внутренняя неопределенность в американской политике. Жесткие экономические меры и тарифные решения создают у участников рынка впечатление контролируемого хаоса. Для валюты, долгое время считавшейся безопасной гаванью, такая нестабильность представляет собой серьезное испытание.
Фондовые рынки реагируют на происходящее не как на обычные колебания, а как на признаки глубоких изменений. Публикация разочаровывающих квартальных отчетов крупных технологических компаний и крупные инвестиционные проекты в инфраструктуру обработки данных привели к значительным распродажам. Падение котировок затронуло ведущие компании в области цифровых технологий и фармацевтики, оказавшее влияние на общий спад на рынках. Также наблюдается снижение стоимости криптовалютных активов, что связано с динамикой американских финансов.
Суммарные потери капитализации составили сотни миллиардов долларов, что свидетельствует о системном характере происходящих изменений: фондовый рынок США потерял $1 трлн, в то время как криптовалютный рынок — $330 млрд. Инвесторы начинают пересматривать свои взгляды на американские активы, которые долго считались единственно оправданными. Создается впечатление перегрева спекулятивного капитала, аккумулировавшегося на протяжении многих лет благодаря низким процентным ставкам и ожиданиям бесконечного роста в технологическом секторе.
Это говорит о постепенном угасании финансовой монополии США. Мы имеем дело не просто с временным кризисом, а со структурной корректировкой, связанной с пересмотром рисков и доходности. В то время как доллар теряет свою значимость как символически, так и практически, мировая экономика начинает искать новые опоры.
Для России данная ситуация предлагает важные уроки. Возвращение в прежнюю глобальную финансовую систему в качестве зависимого участника не кажется разумным решением. Создание альтернативных расчетных механизмов и усиление недолларовых инструментов становятся вопросами долгосрочной устойчивости. Многие страны уже делают шаги по диверсификации своих резервов, однако формирование полноценной инфраструктуры для взаимных расчетов требует политической воли и согласованных действий.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Трамп заявил, что «очень хорошие переговоры» прошли между Россией и Украиной.
Он отметил, что диалог оказался успешным, и высказывает надежду на скорые изменения в ситуации.
Он отметил, что диалог оказался успешным, и высказывает надежду на скорые изменения в ситуации.