Дмитрий Ухов

15.07.1946 – 10.08.2025

​Димы Ухова не стало. Он отмучался. Последние недели были очень тяжелыми. Его возили в больницу, возвращали назад, он отказывался от необходимой операции, а вопрос стоял о жизни. Мы постоянно направляли ситуацию, насколько это было возможно. Была подключена паллиативная помощь, институт эндокринологии, что-то еще. С ним постоянно была его жена Ирина, которой было очень тяжело. Последний раз его увезли в реанимацию 64-й больницы сегодня. Но, видимо, было поздно. В три час дня он скончался.
Этот поразительный человек был обездвижен последние три с половиной года. Он плохо видел, был отрезан от источников информации. Но он все помнил и активно интересовался происходящим в мире музыке. К счастью то, что происходило в мире не музыки, отчасти обходило его стороной. Только что, 15 июля он отметил свои 79 лет.
Мне трудно сейчас перечислять все многочисленные достоинства моего коллеги и учителя Дмитрия Петровича Ухова. Я просто снова вернусь к словам, которыми я иронично позволил себе обратиться к нему почти 20 лет назад, в день его 60-летия:
"Дмитрий Ухов является младшим представителем ценнейшей группы особых людей "глубинного восприятия". Действительно, на нем заканчивается поколение, совершенно особым образом относящееся к людям, к музыке, вообще, к способу взаимодействия с окружающим миром. Этих людей не так уж много – Леонид Борисович Переверзев, Владимир Борисович Фейертаг, Алексей Николаевич Баташев, Аркадий Евгеньевич Петров, Юрий Тихонович Верменич, Ефим Семенович Барбан… Есть нечто, что особым образом выделяет этих людей.
Правда, друг на друга они не похожи, особенно Дмитрий Ухов.
Даже фамилия у него особенная – ведь ухо играет важнейшую роль в восприятии музыки "джаз", хотя в других видах музыки его роль выражена не так явно. В свое время это обстоятельство дало название российской джазовой премии "ДжазУхо", в процессе присуждения которой вышеупомянутый юбиляр как раз и председательствовал. Кроме того, фамилия, происходящая от разных фрагментов лица, абы кому не дается. Например, поэт Языков, писатель Носов, экономист Глазьев, ученый Губкин и космонавт Губарев.
Кроме того, Дмитрий Петрович продолжает славные традиции энциклопедистов XVIII века – он знает все и готов всегда ответить на любой вопрос, в любое время дня и ночи. Будет ли это истиной, не так важно, все равно проверить невозможно, поскольку остальные энциклопедисты остались в том самом XVIII веке. Столь обширные познания делают бессмысленным какой-либо процесс обучения. Пытливый читатель может, обратясь к биографии Петровича в сети, обнаружить многочисленные попытки умножить свои бесконечные знания то на отделении структурной лингвистики филфака МГУ, то (или одновременно) на факультете ИТК ГМПИ им. Гнесиных.
Прозвища "авангардист", "санитар леса" и просто "Петрович" он дает себе сам или его придумывают работники издательств и радиостанций, которые не в состоянии представить себе истинные масштабы таланта это человека. Да и для меня представить этого человека в нескольких строках задача безнадежная: его деятельность не имеет границ и, собственно на границах происходит. Это границы между джазом и фольклором, новой академической музыкой, электронной музыкой, новой импровизационной музыкой, театральным перформансом, лингвистикой и еще бог знает чем. Соответственно, на этих границах он пишет и переводит книги, продюсирует фестивали (в том числе многолетний международный "Альтернатива"), участвует в худсоветах (в советское время), ведет радио и телевизионные программы, пишет музыку, читает лекции молоденьким студенткам и еще бог знает что. И все это благодаря обширным знаниям, острому уму, знакомству с деятелями нового искусства по всему миру и огромному количеству пластинок дома. Пожалуй, единственно, в чем трудно заподозрить г. Ухова, так это в педантизме. Знания, пиджаки, опечатки в рукописях и грампластинки в его коллекции сами выбирают порядок своего расположения, т.е. находятся в жизненном процессе бурления, далеком от застоя".
Это бурление прервалось, но, мы все будем помнить тебя и продолжать тебя любить. Прощай.

​Информация по прощанию с Дмитрием Петровичем Уховым:
Прощание будет проходить в среду 13 августа.
Основное прощание в 14 часов в Хованском крематории, 21 км Киевского шоссе, ул. Адмирала Корнилова (проезд и точное место на сайте https://ritual.ru/poleznaya-informacia/krematorii_moskvy/khovansky-krematory/.
Те, кто не сможет поехать в крематорий, могут приехать в морг ГКБ №64 им. В.В. Виноградова (улица Вавилова, 61с5) в 13 часов (там небольшой зал для прощания).
После кремации мы собираемся помянуть Дмитрия Ухова в Культурном Центре Дом (Большой Овчинниковский пер., д.24, стр.4, приглашаем вас туда с 16-30.
Те, кто хочет внести свою лепту в помощь вдове Дмитрия, в организацию похорон и этой встречи, связывайтесь со мной лично (Ирина Ухова находится сложном состоянии без интернета, мы с Татьяной Комовой координируем происходящее). Ждем вас на прощании в крематории, если есть такая возможность. Спасибо.

Аннотация, которую Дмитрий Петрович Ухов написал для компакт-диска "Delikatessen II" Николая Судника и Вячеслава Гайворонского. Альбом был издан в 2018 году на лейбле "Длинные Руки" (Long Arms Records). Перевод аннотации на английский выполнен Антоном Ровнером и доступен по ссылке ниже, как и сам альбом.

https://zgamusic.bandcamp.com/album/delikatessen-ii

Ноктюрн на флейте водосточных труб

Джаз и шумовая музыка (брюитизм, нойз, индастриал) – с точки зрения истории – ровесники. Был даже в истории первого авангарда период, когда одно принимали за другое. Но недолго. Важнее другое: «если бы вы знали, леди, где рождался «джаз», вы бы никогда не произносили это слово вслух», как сказал один из основоположников джаза. Заодно не доверяйте до конца и тем поп-рок-критикам, для которых в нойзе главное – «человеконенавистническая атмосфера и интенсивная и слепая энергия».

Но – представьте себе – эта путаница даже вошла в нашу литературную классику. Помните в «Двенадцати стульях» пародию на театр Мейерхольда с «Оркестром кружек Эсмарха»…? И играет этот «клистирный батальон» «негрскую пляску “Антилопа у истоков Замбези”». Забавно? Пожалуй! Информативно? Если честно, то теперь – пожалуй, не очень, если учесть, что речь идет о «Первом в РСФСР эксцентрическом оркестре джаз-банде Валентина Парнаха» и самом Парнахе, танцующем своего «Жирафовидного истукана»… Да и вообще – вспомните судьбу и самого театра, и режиссера, и выдающегося поэта-переводчика – и правда первым внедрившего теорию и практику этого искусства в нашей стране!

А если я вам скажу, что теоретически обосновал значение шума для музыки (под общим названием «диссонанс») теоретик искусства Николай Кульбин и его приоритет официально признан лидером итальянского футуризма Маринетти, который в 1914 году побывал в Санкт-Петербурге по приглашению самого Кульбина (кстати, как и Вячеслав Гайворонский – медика по образованию, офицера и сотрудника Военно-медицинской академии Санкт-Петербурга)? Кроме «интонарумори» – самих инструментов и одной якобы подлинной пластинки – от музыки футуристов, кажется, ничего не осталось. Недаром Игорь Стравинский называл их «не аэропланами, как им хотелось бы, но, во всяком случае, роем очень славных, шумных ос».

Но эстетика нойза так или иначе давала о себе знать: она появляется в ударном антракте к опере «Нос» Д. Шостаковича, «Механических балетах» Дж. Антейла, «Ионизации» Вареза. Потом – у Джона Кейджа и голливудского мастера на все руки Генри Бранта (в своей абсолютной музыке – дадаиста и сатирика, как Судник и Гайворонский вместе взятые); в конкретной («магнитофонной») музыке Пьера Шеффера-Пьера Анри, в джазе (вспомним шумовое вступление к Round Midnight Джорджа Рассела с конгениальным соло Эрика Долфи и провидческое Jazz et Jazz для ансамбля и электронных звуков ещё одного француза – музыковеда и джазмена Андре Одэра).

Пока постепенно нойз не дал о себе знать и в рок-музыке, начиная с канадской группы NSB (Nihilist Spasm Band) – с 1965 года – и пресловутого пост/индастриала уже в 1970-е – сами подставьте, кого хотите: хоть глумливых Throbbing Gristle, хоть легкомысленных Cleaning Woman; и не забудьте группу «Зга» Николая Судника, такую же эффектную – сценичную и остроумную, как и само её название. И даже удостоившуюся чести открывать аудио-хрестоматию «экспериментальных звуковых инструментов» Orbitones, Spoon Harps & Bellowphones (с предисловием не кого-нибудь, а самого Тома Уэйтса)… Собственно, «Зга» – всё ещё лучшее свидетельство об интенсивности творческих поисков советского предперестроечного андеграунда, времени, когда «низы уже не могли жить по-старому» (а «верхи» еще «хотели»). По формуле – если в числителе – DIY (do it yourself) + «objets trouvés» («сделай сам» на «найденных объектах», как это у нас называется, хотя давно могли бы уже вспомнить, что так во Франции называются «бюро находок»), тогда в знаменателе – энергетика «рок-индастриала» + импровизационно-джазовая свобода коллективного самовыражения + дисциплина «Рока в оппозиции». Собственно, один из его лидеров – Крис Катлер. Всего пять лет прошло с момента записи (ещё в квартире Судника в Риге) пластинки первого «самодельного» магнитоальбома до сборника Riga на лейбле Криса Катлера ReR. Впрочем, от вагонных пружин и металлических листов «Зги» до нового «электронного» Судника дистанция такая же, как от первых «конкретных» опытов с магнитофонной лентой до «акузматики». А между ними – и воссоздание исторического итальянского футуризма с Александром Лебедевым-Фронтовым («Ветрофония»), и опыты импровизационной, но по сути не джазовой коллективной импровизации (ФИГС). И параллельно – долговременное сотрудничество с Вячеславом Гайворонским (а одно время ещё и с его – Гайворонского – баянисткой-вокалисткой Эвелиной Петровой). Как исполнитель Гайворонский, в свою очередь, принимает участие и в самом новом «симфо-проекте» Судника «Opera of the Eighteenth Hour» (тоже памяти выдающегося человека – рано, слишком рано ушедшего из жизни Вилли Мельникова)…

Вячеслав Гайворонский – в отличие от рок-оппозиционера Судника – числился любимцем ещё советской (ново)джазовой элиты: в 1980-е годы «Ленинградский дуэт» (с Владимиром Волковым) был единственным ансамблем, который мог бы соперничать по популярности и престижу с трио «Ганелин-Тарасов-Чекасин». Мог бы, если бы творческую индивидуальность Гайворонского – идеального «свободного художника», добровольно уединившегося в «башне из слоновой кости», – можно было втиснуть в рамки мэйнстрима (реально никакой конкуренции и быть не могло; наоборот, в 2017 году Владимир Чекасин и Вячеслав Гайворонский несколько раз выступали вместе: на 70-летии Гайворонского в Санкт-Петербурге и на тройном юбилее с Владимиром Тарасовым в Москве). Гайворонский последовательно экспериментирует со всеми возможными (и невозможными, в смысле – воображаемыми) формами и жанрами мировой музыки – от русской этники и Баха до традиций Востока и рок-музыки «Аквариума» (в одном номере, между прочим, появляется и Судник). А в трио с Андреем Кондаковым ещё и диск «Русские романсы. Посвящение Даргомыжскому» и советские песни («О любви не говори»). Естественно, в поле зрения Гайворонского-экспериментатора не мог не попасть и судниковский «футуроз», в то время как Судник сочинял свою грандиозную «симфо-рок-кантату» «Carmina Moriturorum» с камерным ансамблем Opus Posth памяти Николая Дмитриева. Собственно, основатель центра «Дом» и «Длинных рук» (с Сергеем Курёхиным) успел спродюсировать и первые «Деликатесы». Но вышел диск в 2005-м уже посмертно. Дмитриев тогда радостно подхватил образ «деликатесов» – «того, что вкусно и необычно», к чему «надо обращаться не каждый день». «Деликатесы II», записанные ещё как бы в настроении первых «Деликатесов» в 2009 году, – принципиально от них отличаются. Если первые, по выражению Дмитриева, «праздник», то вторые – «ноктюрн на флейте водосточных труб». Ноктюрн – в прямом смысле слова, ночной поток коллективного подсознательного между бодрствованием и сном, когда протекает чуть ли не вся жизнь – от и до. По моему субъективному ощущению, это субстрат всей музыки Гайворонского – например, 2-го Струнного квартета (ср. финал 15-й симфонии Дмитрия Шостаковича). Недаром если на первом диске «Деликатесов» в 12 частях – парадоксально – 15 отдельных номеров (ещё три бонуса), то здесь все 9 – единое и непрерывное целое, vita ipsa (если воспользоваться любимым Судником мертвым языком – латынью).

Надо сказать, что латынь, крупные (можно сказать, академические) формы – это подсознательное стремление перевести в музыкальную символику «бытовое» восприятие шумов (в финальной, 9-й композиции настоящего диска слышится мерный звук работающего механизма, например, идущего поезда). Конечно, несмотря ни на какое стремление, от реализма не избавиться.

И Судник с Гайворонским создают новое – третье – качество из сочетания шумового реализма с абстракционизмом музыки. Тот же «мотив поезда» воспринимается как упрямое остинато, как в буги-вуги (у Гайворонского чуть ли не единственный раз ощущается джазовая фразировка), и не случайно реалистические звуки колоколов в 7-м номере рождают ассоциации с операми Мусоргского, а в 8-м переходят в дзен-буддистский ритуал. Наверное, это можно было бы назвать диалектическим «единством противоположностей» или – лучше – юнгианской «сизигией».

Хотя, конечно, не избежать и собственно музыкальных ассоциаций – жанровых (траурный марш на пятой минуте 4-го трека) и даже цитатных (из «Кармен» и из A-tisket, a-tasket, первого, ещё «детского», хита Эллы Фитцджеральд в 8-м треке).

Вот всё и выстраивается. Эта как бы «детская песенка» возвращает нас ко 2-му треку, «лейтмотиву детства». Правда, по сравнению с классиками, здесь всё вывернуто наизнанку: воспоминание о далеком детстве (после всего пережитого – см. Траурный марш) – в ясном мажоре, а само начало жизни – смутный минор.

И периодически где-то фоном всплывающая японская модальность (пентатоника с полутоном), намёк на то, что возможен взгляд на «звукошумы» ещё и с какой-то третьей стороны – как несколько версий одного события в «Расёмоне» Акиры Куросавы под «Болеро» Равеля. Может быть, поэтому после кульминации – импульсивного накала страстей (7-й трек) и ретроспективы всей жизни (8-й трек) следует кода – поезд. Естественно – в движении. Может быть, к третьей части? Окончанию «Трилогии»?

Дмитрий Ухов

На фото (спасибо Павлу Корбуту!) – я в компании Дмитрия Ухова, Ричарда Тейтельбаума, тоже уже покинувшего этот мир, и его жены Хироко Сакурадзава, 27 июня 2013 года, в день сольного концерта Ричарда в Культурном Центре ДОМ. В те дни мы довольно много времени провели вчетвером, и это один из наиболее памятных моментов в моём общении и сотрудничестве с Дмитрием Петровичем. Именно он предложил блестящую идею пригласить жившую тогда в Москве польскую флейтистку Эдиту Фил для небольшого запланированного биса, а предваряли концерт часовая передача “Домашняя музыка” на Радио Культура, целиком посвящённая Тейтельбауму, и сравнительно краткое, но очень ёмкое вступительное слово Ухова на сцене ДОМа.

Он стал помогать мне буквально с самого начала моей деятельности, – перед российскими гастролями финского фри-джазового трио Black Motor в ноябре 2012 года была передача “CD-Гурман” о них, – а последняя его программа, приуроченная к организованному мной событию, вышла в апреле 2021 года, когда Фёдор Амиров исполнял фортепианный цикл Фредерика Ржевского “The People United Will Never Be Defeated!”. Всегда, когда только мог, Дмитрий Петрович представлял по моей просьбе музыкантов перед их выходом на сцену, и я много советовался с ним, готовя события, всегда мог ему позвонить или написать… А он не жалел на это своего времени и всегда откликался.

Огромную роль он сыграл в подготовке и проведении последних двух международных фестивалей “Длинные Руки”, в 2017 и 2018 годах, когда их в большей степени курировал уже я, хотя и при значительной поддержке Людмилы Дмитриевой. К фестивалю 2018 года мы с Людмилой издали компакт-диск “Delikatessen II” Николая Судника и Вячеслава Гайворонского, и Дмитрий Петрович написал к нему аннотацию (см. предыдущий пост).

То, что он передал мне за эти годы нашего взаимодействия, проявляется и будет проявляться во всех моих последующих проектах, сколько бы их ни было, и вообще в моей жизни. Любых слов здесь мало, поэтому – светлая память и бесконечное спасибо за всё!...

Александр Пантюшков

8 октября (среда): Александр Маточкин, русский певец, фольклорист, сказитель, собиратель, переводчик, представит в КЦ ДОМ свои "Аглицкiя пѣсни". Это современные переводы англоязычной песенной классики, сделанные в духе традиционной русской аутентики.

https://dom.com.ru/events/5543/
https://vk.com/event232518969

Стоимость билетов в предварительной продаже – 1200 руб., в день концерта – 1500 руб.

Билеты: https://matochkin.ticketscloud.org/

В субботу 11 октября на сцене Культурного Центра ДОМ – трио Гайворонский–Кондаков–Волков из Санкт-Петербурга!

Вячеслав Гайворонский – труба, голос
Андрей Кондаков – фортепиано, перкуссия
Владимир Волков – контрабас

https://dom.com.ru/events/5541/
https://vk.com/event232543955

Стоимость билетов в предварительной продаже – 2000 руб., в день концерта – 2500 руб.

Билеты: g-k-v.ticketscloud.org/

Концерт группы Бром – уже через неделю!

https://www.youtube.com/watch?v=KgV-3O829GA

"Лысый убит и вынесен ногами вперёд, макароны съедены, а милицанер вот-вот проснётся — Чёрная голова не пощадила никого, и вы сами могли в этом убедиться, но то ли ещё будет.

Этим летом трио БРОМ не теряло времени зря, а это значит, что 19 сентября в КЦ ДОМ вашему вниманию будет представлено нечто совершенно иное. Ещё громче, ещё смешнее, ещё страшнее."

Стоимость билета в предварительной продаже – 1800 руб., в день концерта – 2000 руб.

Билеты: https://brom.moscow/#tickets

Полная видеозапись концерта 18 апреля – Вячеслав Гайворонский, Андрей Разин, Николай Рубанов:

https://www.youtube.com/watch?v=Tk4udcqI7vQ

Завтра – концерт группы Бром, первый официальный альбом которой выходил на лейбле "Длинные Руки".

Сегодня – последний день электронной предпродажи билетов:
https://brom.moscow/#tickets

На входе билеты будут стоить дороже.

В четверг 20 ноября в Культурном Центре ДОМ – вечер индустриальной музыки: CORPS Алексея Тегина и EPIFANIA Владимира Епифанцева.

Подробнее:

https://dom.com.ru/events/5555/
https://vk.com/event232847394

Стоимость билетов в предварительной продаже – 1500 руб., в день концерта – 2000 руб.

Билеты: https://corps-epifania.ticketscloud.org

"Аглицкие песни" Александра Маточкина – уже через неделю!

https://vk.com/video-48536705_456240063

Стоимость билетов в предварительной продаже – 1200 руб., в день концерта – 1500 руб.

Билеты: https://matochkin.ticketscloud.org/

В следующую субботу, 11 октября, – трио Гайворонский–Кондаков–Волков!

https://www.youtube.com/watch?v=8JtB8Lrz2Kw

Стоимость билетов в предварительной продаже – 2000 руб., в день концерта – 2500 руб.

Билеты: g-k-v.ticketscloud.org/

Александр Маточкин и его "Аглицкие песни" – завтра!

https://www.youtube.com/watch?v=Yqiu7TEVx4Y

Сегодня – последний день электронной предпродажи билетов:
https://matochkin.ticketscloud.org/

На входе билеты будут стоить дороже.

Гайворонский–Кондаков–Волков – завтра!

Сегодня – последний день электронной предпродажи билетов:
https://g-k-v.ticketscloud.org/

На входе билеты будут стоить дороже.

Первое отделение концерта памяти Николая Дмитриева 10 апреля 2015 года – Не Те, с большим вступительным словом Дмитрия Ухова:

https://www.youtube.com/watch?v=r6Kh0Tvv2fw