«Есть много сильных игроков, которые страдают от паранойи, но вслух они стараются не говорить то, что думают. В личных разговорах они говорят одно, публично — другое. (...) Думаю ли я, что читерство повсеместно? Нет, не думаю. На самом деле оно встречается гораздо реже. Я играл онлайн, наверное, больше всех на длинной дистанции, и много играл блиц против молодых ребят — и это невероятно раздражает. Они стали настолько сильными, что у меня в дебюте почти никогда нет преимущества, а потом они защищаются всю партию. Играть против них — сплошное мучение. Те же Гурель, Эрдoгмуш, Мохавад — ребята из Турции, Ирана, Узбекистана, России — они сейчас так прибавили, что легко подумать: «Нет, тут что-то нечисто». Но когда сыграешь с ними достаточно партий, понимаешь: они просто действительно стали сильнее. Так и есть. Проблема в том, что если ты играешь только с соперниками 2600+ и не сталкиваешься с более широким кругом игроков, легко создать искаженную картину того, как выглядит шахматный мир.»

«Есть прокторинг или нет — неважно. Если Фаби всё равно проиграет какому-нибудь мастеру ФИДЕ из Ирана, Узбекистана, Индии или ещё откуда-то, он всё равно будет считать, что турнир “нечестный”. Вот в чём настоящая проблема. (...) Эти ребята с рейтингом 2300–2400 ещё не топ-гроссмейстеры, но при этом могут обыграть сильнейших игроков. Не имеет значения, какие меры принимаются — всё равно будет ощущение, что что-то не так. Ты просто не допускаешь мысли, что такой соперник может тебя обыграть, потому что ты сам настолько хорош. У меня нет этого ощущения, потому что я играл против многих из них, и иногда они просто выносили меня с доски. Разгром! Но это не значит, что они жульничают. Когда у тебя есть большой опыт игр против таких соперников, начинаешь понимать: шахматы — это уже совсем не та игра, что раньше.»

«Я считаю, что лицемерие Фабиано и его нежелание прямо сказать то, что он думает, потому что он боится реакции, — это серьёзная проблема. Как я говорил уже не раз, читерство, конечно, существует, но я не думаю, что это настолько большая угроза. (...) Пусть все играют с проктором. Можно страдать паранойей, а можно просто играть и мириться с этим. Я действительно думаю, что всем стоит играть под прокторингом. Мне это нормально, подозреваю, Магнус тоже спокойно к этому относится. Может, Фабиано будет против — ну что ж, такова жизнь.»

«Мне кажется, Хикару, мягко говоря, не совсем справедлив. Можно переживать по поводу проблемы, даже если она тебя напрямую не касается. Можно волноваться из-за шахматного мошенничества вообще, а не из-за конкретного турнира. Я, например, не играю на женском чемпионате мира, но если там кто-то будет жульничать, меня это всё равно сильно расстроит. Даже если не против меня лично — всё равно неприятно, что такое происходит, в любом турнире.»

«Я могу сам решать — играть мне в турнире или нет. Другие тоже так делают. Хикару сказал, что, возможно, не будет играть в следующем Freestyle. Но я не думаю, что это стоит обсуждать публично — это личное решение каждого. Гукеш отказывается от некоторых турниров, Алиреза тоже, это их право. Если я не хочу играть в Titled Tuesday — это не должно идти мне в минус, какие бы ни были причины. Если я считаю, что уровень читерства неприемлем для меня, то это вполне веская причина.»

«Одна из моих главных претензий к Дэнни (Рэншу) в том, что много лет нам говорили: читерство — это не проблема. Или, по крайней мере, не настолько серьёзная, чтобы мешать проводить турниры. А теперь он говорит: “Раньше мы этого не понимали, но теперь стали лучше.” По сути, это значит: “Ну да, в прошлом против тебя действительно жульничали, а мы сделали недостаточно, чтобы это предотвратить. Но ничего, теперь доверяй нам — в будущем будет лучше!” И да, прокторинг — инструмент тяжёлый, неудобный, многие это признают. Но теперь нам говорят: “Мы его доработаем, а пока доверяй нам и играй по нашим правилам, иначе ты просто не сможешь участвовать в важных турнирах тура, который для тебя имеет значение.” На мой взгляд, это абсурдное требование. Они плохо справлялись раньше, а теперь я должен ещё и благодарить их? И при этом не иметь права злиться за все те случаи, когда меня реально обманывали?»

«Надо понимать, что у каждого события есть своя история. То, что сейчас всё вроде бы работает идеально, не значит, что я могу просто забыть, как на протяжении многих лет турнир организовывался, на мой взгляд, совсем не так, как следовало бы.»

"Фаби не параноик. Он выражает чувства многих игроков. И не только Крамника, чьи резкие высказывания и действия невольно помогли многим читерам, и тех, кто хотел бы скрыть правду, создавая эту «параноидальную» риторику. Да, мы не можем жить и играть в вакууме. Да, онлайн-шахматы не должны прекращать своё существование и будут продолжать развиваться, даже если онлайн-читерство неизлечимо. Но обзывать Фаби или с улыбкой намекать на его наивность или просто элитизм – более чем несправедливо. Это злонамеренно.

Проблема огромная, и даже благодаря борьбе с читерством в оффлайн-шахматах я знаю, насколько она сложна, и чувствую, что мы никогда не сможем её решить. А в интернете ситуация ещё хуже. Никто не требует немедленного решения или даже радикального улучшения такой сложной проблемы. Но нападать на человека калибра Фаби, имеющего репутацию человека, поднявшего все эти важные вопросы, — это почти в духе Оруэлла.

Мне не нравится, как пиар-машина обращается с выдающимся игроком, который осмеливается высказывать свою точку зрения. Фаби не параноик, а человек, который излагает свои аргументы очень сдержанно. Один из немногих, кто имеет реальный вес и при этом достаточно независим.

Замалчивание или игнорирование мнения таких людей, как он, не принесет пользы шахматному сообществу в целом."

"Теперь вы наконец-то "подали голос", но – позвольте мне предсказать – снова ничего не предпримете.

ФИДЕ и Chess.com, помимо прочего, годами освещая неподобающее поведение Хикару Накамуры, дали этому высокомерному стримеру чувство безнаказанности. Самое время проявить хотя бы элементарную справедливость и независимость от спонсоров и мероприятий. Показать, что ФИДЕ – это сила, с которой нужно считаться.

Но именно это, Эмиль, "вы" (ФИДЕ) и делаете – замалчиваете и игнорируете мои даже не предположения, а зачастую неоспоримые факты. И то, что Хикару лично оскорбил другого шахматиста (примеров бесчисленное количество), это, на самом деле, ваша личная вина как генерального директора ФИДЕ. Вы молчали, когда он месяцами публично оскорблял меня и клеветал на меня месяцами. Вы (ФИДЕ) ничего не сделали, когда во время турнира он публично оскорбил Фирузджу, а затем и членов его семьи."