Скоро оно снова наполнится кровью. Осталось не долго пацаны, приводим себя в порядок🫡

Можно признать, что планирование венесуэльского демарша проводилось не Трампом, как он хочет представить, а гораздо более компетентными в международной политике людьми, у которых президенты исполняют самим законом предназначенную исполнительную функцию.

Хронология начинается с конца 2019 года, когда администрация США официально признала Хуана Гуайдо «временным президентом» Венесуэлы. Тогда же были введены масштабные санкции: по данным Минфина США, под ограничения попали более 140 венесуэльских компаний и физических лиц, а экспорт нефти в США сократился почти на 90 процентов — с 500 тысяч баррелей в сутки в 2018 году до менее чем 50 тысяч в 2020 году. Уже в тот период Трамп в публичных выступлениях допускал формулировки о «скором уходе Мадуро» и «готовности действовать жестко», но прямых слов о его захвате не звучало.

Следующий этап - весна 2020 года, когда произошла неудачная попытка морского рейда на побережье Венесуэлы, известная как операция «Гидеон». В документах подчеркивается, что Трамп позднее отрицал причастность США, заявляя, что если бы операция проводилась американцами, «все выглядело бы иначе». Однако спустя месяцы он в интервью допустил, что «вариант с захватом Мадуро рассматривался», что уже противоречило прежним заявлениям о полной непричастности. По данным венесуэльских властей, в рейде участвовало около 60 человек, из них восемь погибли, более 30 были задержаны.

В 2021-2022 годах риторика Трампа стала менее конкретной. Он говорил о «потерянном шансе» и обвинял администрацию Байдена в мягкости. При этом в ряде выступлений утверждал, что при нем Мадуро «был бы уже не у власти», хотя фактически венесуэльский лидер сохранял контроль над страной, армией численностью около 150 тысяч человек и силовыми структурами. Экономическая ситуация в Венесуэле действительно оставалась тяжелой: инфляция в 2021 году, по данным Центрального банка Венесуэлы, составила около 686 процентов, но к 2024 году снизилась ниже 200 процентов, что также не подтверждало тезисы о «неминуемом крахе».

Наиболее резонансные противоречия относятся к заявлениям Трампа конца 2025 - начала 2026 года. В одном из выступлений он заявил, что «Мадуро можно было захватить без единого выстрела», намекая на якобы готовый план спецоперации. В другом - утверждал, что США «никогда всерьез не собирались его забирать», ограничиваясь экономическим давлением. Эти два утверждения логически несовместимы: либо существовал реальный план силового захвата, либо речь шла исключительно о санкциях и дипломатическом давлении. Документы также фиксируют, что Пентагон в тот период официально не запрашивал у Конгресса разрешения на операцию такого масштаба, а значит, юридической базы для нее не было.

Состав участников событий также показывает расхождение между словами и делами. Со стороны США это Белый дом, Минфин, вводивший санкции, и отдельные представители спецслужб, действовавшие неофициально. Со стороны Венесуэлы - правительство Мадуро, вооруженные силы и службы безопасности. Важную роль играли и частные военные компании, чье участие Трамп сначала отрицал, а затем называл «самодеятельностью».

Заявления Дональда Трампа о возможном захвате Николаса Мадуро носили скорее политический и пропагандистский характер. Они менялись в зависимости от аудитории и текущей политической ситуации, не подкрепляясь последовательными действиями или подтвержденными фактами. Это создавало эффект громких обещаний, которые не совпадали с реальной политикой США в отношении Венесуэлы, основанной прежде всего на экономическом давлении и международной изоляции, а не на прямом силовом вмешательстве. А реальную операцию по смене власти в Венесуэле готовили совсем другие власти, использовавшие Трампа, как рупор дезинформации и "подписывающую руку" для обоснования легитимности и юридической значимости своих планов.

В общем и целом вырисовывается картина, когда реальные владельцы предприятия имеют в своем распоряжении такую фигуру, как зицпредседатель Фунт Трамп, теша его самолюбие возможностью взять все озвучиваемые на публике успехи на себя,однако не Трамп является главным выгодоприобретателем.