This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Как проходит завершение открытия Токийской олимпиады
надо было в глаз ему стрелять
«В жизни есть тьма и есть свет, и вы — свет, равных которому нет»
Иллюстрации руки Ёситаки Амано к классическому произведению мастера японской хоррор-фантастики Хидеюки Кикути, Vampire Hunter D, 1983 год.
По нему снято прогремевшее на весь мир аниме, выпущена видеоигра и 8 томов манги.
Правда, Ёситака Амано у многих до сих пор ассоциируется исключительно со знаменитой серией Final Fantasy, хотя уже больше двадцати лет художник создаёт для неё только логотипы, обложки и промо-арты. Созданный им стиль запоминается и задаёт единую атмосферу, но сам Амано уже давно пробует себя во всех попадающихся под руку стилях, жанрах и техниках.
Иллюстрации руки Ёситаки Амано к классическому произведению мастера японской хоррор-фантастики Хидеюки Кикути, Vampire Hunter D, 1983 год.
По нему снято прогремевшее на весь мир аниме, выпущена видеоигра и 8 томов манги.
Правда, Ёситака Амано у многих до сих пор ассоциируется исключительно со знаменитой серией Final Fantasy, хотя уже больше двадцати лет художник создаёт для неё только логотипы, обложки и промо-арты. Созданный им стиль запоминается и задаёт единую атмосферу, но сам Амано уже давно пробует себя во всех попадающихся под руку стилях, жанрах и техниках.
Так вышло, что именно в 幽霊の日 (ю:рэй-но хи) мне пришла в голову идея написать немного о "Темных водах" (仄暗い水の底から) Хидео Накаты. (уже час думает об этом совпадении)
Фильм, практически повторяющий его главный шедевр “Звонок”: черные девичьи волосы, холодная вода, как проводник из мира мертвых и месть за непрожитое счастье. Но при этом “Темные воды” не уходит в самоповтор, кардинально отличаясь по смыслу и наполнению от "Звонка".
Мать-одиночка с дочерью переезжают в потрепанную квартирку, где с потолка все время капает мутная вода и живет нехорошая девочка-юрэй, кошмарящая героинь.
“Темные воды” - в первую очередь грустная социальная драма о незащищенном положении матери-одиночки в японском обществе, когда женщина-разведенка практически превращается в невидимое и бесправное привидение.
Атмосфера фильма пропитана сыростью и затхлостью полузаброшенного многоквартирного дома. Элементы хоррора подаются диетическими порциями, но пугают наотмашь. А финал так же пронзителен, как удар ножом для колки льда.
Фильм, практически повторяющий его главный шедевр “Звонок”: черные девичьи волосы, холодная вода, как проводник из мира мертвых и месть за непрожитое счастье. Но при этом “Темные воды” не уходит в самоповтор, кардинально отличаясь по смыслу и наполнению от "Звонка".
Мать-одиночка с дочерью переезжают в потрепанную квартирку, где с потолка все время капает мутная вода и живет нехорошая девочка-юрэй, кошмарящая героинь.
“Темные воды” - в первую очередь грустная социальная драма о незащищенном положении матери-одиночки в японском обществе, когда женщина-разведенка практически превращается в невидимое и бесправное привидение.
Атмосфера фильма пропитана сыростью и затхлостью полузаброшенного многоквартирного дома. Элементы хоррора подаются диетическими порциями, но пугают наотмашь. А финал так же пронзителен, как удар ножом для колки льда.
Ясима Гакутей (1786 - 1868)
«Придворная дама и тигр», 1820
Укиё-э, бумага, чернила, ксилография
Ясима высоко ценится как один из лучших мастеров укиё-э своего времени, но при жизни он был более известен как поэт и писатель – свои стихи он зачастую помещал на своих же картинах, а позже даже перевел на японский один из четырёх Великих китайских романов, «Си-ю-й» (Путешествие на Запад, эпоха династии Мин) и проиллюстрировал его.
«Придворная дама и тигр», 1820
Укиё-э, бумага, чернила, ксилография
Ясима высоко ценится как один из лучших мастеров укиё-э своего времени, но при жизни он был более известен как поэт и писатель – свои стихи он зачастую помещал на своих же картинах, а позже даже перевел на японский один из четырёх Великих китайских романов, «Си-ю-й» (Путешествие на Запад, эпоха династии Мин) и проиллюстрировал его.
По воспоминаниям Акико Такакура, одной из немногих выживших, находившихся в момент взрыва на расстоянии 300 метров от эпицентра:
"Три цвета характеризуют для меня день, когда атомная бомба была сброшена на Хиросиму: чёрный, красный и коричневый. Чёрный, потому что взрыв отрезал солнечный свет и погрузил мир в темноту. Красный был цветом крови, текущей из израненных и переломанных людей. Он также был цветом пожаров, сжёгших всё в городе. Коричневый был цветом сожжённой, отваливающейся от тела кожи, подвергшейся действию светового излучения от взрыва".
"Три цвета характеризуют для меня день, когда атомная бомба была сброшена на Хиросиму: чёрный, красный и коричневый. Чёрный, потому что взрыв отрезал солнечный свет и погрузил мир в темноту. Красный был цветом крови, текущей из израненных и переломанных людей. Он также был цветом пожаров, сжёгших всё в городе. Коричневый был цветом сожжённой, отваливающейся от тела кожи, подвергшейся действию светового излучения от взрыва".
"Он увидел тысячи подробностей этого утра: плещущую и дышащую океанскую воду, и бесконечное, вьющееся розовато-белое драное кружево прибойной пены, и зелень рисовых посевов в алмазной чешуе поливных вод, и быстро плывущий на запад город - от него веяло той острой прелестью, которой полны, особенно в утренний час, чужеземные города. Глаз быстро ловил чуждый, необычайный вид домов и улиц, паутину дорог, яркие цветные пятна крыш, а сердце подсказывало, что и в этом чужом городе в ранний час сонно улыбаются красивые девочки, матери смотрят из окон на бегущих в школу школьников, старики радуются еще одному утру, богатому теплом, светом, голубизной неба... Вот в этот-то миг кусок урана закончил свое падение и часть его перестала быть веществом. Бомба взорвалась на заданной высоте в две тысячи футов. Вспыхнул свет, свет смерти, давящий, жгущий...
Из воронки, выжженной в том месте земли, над которым сверкнул эпицентр взрыва, где родилась неведомая планете температура в семьдесят миллионов градусов, поднимаются клубы обращенных в раскаленный атомный пар железа, алюминия, гранита, стекла, цветов, листьев, обращенных в атомный пар человеческих глаз, смоляных девичьих кос, сердец, крови, костей - и заполняют огромный куб пространства."
Василий Гроссман, "Авель"
Из воронки, выжженной в том месте земли, над которым сверкнул эпицентр взрыва, где родилась неведомая планете температура в семьдесят миллионов градусов, поднимаются клубы обращенных в раскаленный атомный пар железа, алюминия, гранита, стекла, цветов, листьев, обращенных в атомный пар человеческих глаз, смоляных девичьих кос, сердец, крови, костей - и заполняют огромный куб пространства."
Василий Гроссман, "Авель"
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Perfect blue, 1997
dir. Satoshi Kon
dir. Satoshi Kon
Некоторые читатели знают, что я играю в Magic: the Gathering, и казалось бы, какая здесь могла быть связь с Японией?
Есть такой конвент, PulseCon, который в этом году пройдет в онлайн-формате, но мерч для него выпустят вполне себе реальный. MtG по такому случаю разродится очередным коллекционным набором под названием Purrfection. В него войдут четыре карты с иллюстрациями Аяко Исигуро - большой любительницы суровых котиков и супруги великого и ужасного (и тоже любителя котиков) Дзюндзи Ито.
Есть такой конвент, PulseCon, который в этом году пройдет в онлайн-формате, но мерч для него выпустят вполне себе реальный. MtG по такому случаю разродится очередным коллекционным набором под названием Purrfection. В него войдут четыре карты с иллюстрациями Аяко Исигуро - большой любительницы суровых котиков и супруги великого и ужасного (и тоже любителя котиков) Дзюндзи Ито.
“Самое потрясающее открытие относительно мотивов Мисимы прозвучало в интервью со старым членом садо-мазо-клуба (где автор ещё и отклоняет предложение помочиться на другого члена). Так вот, Мисима подцепил 20-летнего студента в гей-баре, и их секс принял форму, скорее, ролевой игры – Мисиме нравилось разыгрывать сэппуку, причём со всей атрибутикой: предсмертным стихом, мечом, которым предстояло взмахнуть любовнику, и красной тряпкой в роли «кишок». Юнец восхищенно глядел на то, как, по его словам, «у Мисимы мгновенно вставал. Когда доходило до смерти, он кончал, даже не касаясь себя руками, я никогда такого не видел».
Казалось, Мисима был совершенно незаинтересован в любовнике: «я думаю, я был просто свидетелем того, что он хотел делать на публику». Через три свидания с вот такими игрищами (и отсутствием секса) мальчика ещё и бросили.“
Казалось, Мисима был совершенно незаинтересован в любовнике: «я думаю, я был просто свидетелем того, что он хотел делать на публику». Через три свидания с вот такими игрищами (и отсутствием секса) мальчика ещё и бросили.“