В Мехико запретили наркомузыку. Почему это не сработает?

Во вторник конгресс города Мехико принял постановления, запрещающие исполнять и воспроизводить в общественных местах музыку, прославляющую преступность. Теперь, если хотите послушать какого-нибудь гнусавого апологета "козьего рога" и "пакетов по кило" — придется делать это в частном порядке. Мехико не первый субъект федерации, который вводит подобный запрет: наркомузыка уже запрещена в Чиуауа, Баха-Калифорнии, Штате Мехико, Халиско, Мичоакане и Керетаро. Исполнителей и организаторов иногда штрафуют и выдают запреты на публичные выступления.

Споры о запрете "наркокультуры" идут давно. Ещё в 2018 году я лично участвовал в неформальной дискуссии на эту тему. До законов же дело дошло в 2023 году. Логика таких запретов проста: если молодежь не будет слушать про то, как хороша лихая жизнь, то она пойдёт не в картель, а на завод. У правительства вызывает беспокойство то, что молодежь до 29 лет составляет 40% аудитории наркомузыки . История в общем похожа на гангста-рэп в США, где основным потребителем лихих речитативов про блатную жизнь стали белые школьники из приличных районов.

У нынешней ситуации с наркокультурой долгая история. Начиналось всё с северных корридо, которые были именно что балладами: стихотворным эпосом о жизни местных важных людей. Потом жанр опопсел, а рэперы и реггетонщики начали просто петь о том, как здорово живет бандит. Существует мнение, что дело это спонсируется самими картелями для привлечения молодежи, что логичным образом подстегнуло желание всё это непотребство запретить и не пущать.

Давайте поможем Даше-путешественнице найти в этой благой идее изъян. Почему такие запреты не работают? Начнем с базы: теории Джека Брема о реактивном сопротивлении. Если вы что-то запрещаете, то общественность начинает воспринимать ваши запреты как ограничение возможности контролировать собственную жизнь и начинает делать ровно наоборот. В медиа-психологии ещё есть понятие "эффект запретного плода". Опять же, если вы что-то запрещаете, публика начинает инстинктивно воспринимать это как нечто более ценное и особенное. В итоге, если запретить слушать песни про наркоту и бучон, то молодежь будет хотеть слушать про наркоту и бучон.

Но ведь десятки тысяч убийств, ведь правительство так старается, чтобы молодежь получала профессию и шла работать, нет? О нормализации насилия я уже писал: мексиканская молодежь привычна к тому, что так живут и так умирают. На минимальную зарплату ни о какой достойной жизни говорить не приходится, и даже она для многих мексиканцев — предел мечтаний. Все хорошие места заняты более возрастными поколениями, а молодежи остаётся эпидемия одиночества, отсутствие перспектив, преступность вокруг и политики, у которых с выполнением обещаний туговато. Молодежь демонстрирует наименьший процент одобрения федеральных властей, и с каждым новым коррупционным или международным скандалом он снижается.

С другой стороны, конечно же, от запрета наркомузыки толпы молодежи не побегут в картели. Их рекрутинг завязан на социально-экономические условия и бытовую культуру, а не на массовую. От того, что где-то запретят концерт Песо Плумы или Тигрес дель Норте будут петь только о несчастной любви и "золотой клетке в США" ничего по сути не изменится. Возможно, больше подростков начнут слушать запрещеночку, и это, на фоне общей безнадеги, как-то повлияет на уличную преступность, но это очень натянутое предположение. Скорее, просто станет больше алусинов.

Итог: выхлоп от этой идеи нулевой. Меньше наркомузыку слушать не станут, наоборот, она обретет сакральный ореол опасности и нон-конформизма. Но на преступность это не повлияет, скорее всего, никак. Повлияет на нее уровень бедности и качество рынка труда. Молодежь и правозащитники побухтят о наступлении на свободу слова, старшие поколения покивают "давно пора". В выигрыше только контролирующие органы, у которых появится новый повод требовать с увеселительных заведений взятки и раздавать штрафы.

Иван Косиченко
Para todo mal 🤩

Мексиканский долг: слон в комнате

20 мая мексиканские СМИ разразились новостью о том, что агентство Moody's понизило рейтинг суверенных долговых обязательств Мексики до уровня "Baa3", который считается критическим. Следующее понижение может существенно ограничить возможности Мексики по привлечению внешних займов. Мексиканские аналитики трактуют это так, что внутренние правила крупных инвестиционных фондов не позволяют вкладываться в "мусорные облигации", а федеральное правительство может остаться без денег. Позиция это, конечно, радикальная, но структурные проблемы в мексиканских финансах действительно есть. О них сегодня и поговорим.

Современная мексиканская экономика в значительной степени является порождением кризиса 1982 года. Причиной его стало "десятилетие популизма", в которое Мексика активно тратила заемные деньги на социальные проекты и инвестиции, надеясь на бесконечный рост цен на нефть. Однако, сказка быстро закончилась. Процентные ставки выросли, нефть упала. 12 августа 1982 когда Мексика объявила о своей неспособности платить по долгам.

Ответом государства стало резкое сокращение государственных расходов и поддержание бюджетной дисциплины. Макроэкономическая стабильность стала ключевой идей правительства, и нужно сказать, что к кризису 2008 года Мексике удалось добиться больших успехов. Однако, потом наступил кризис, сокращать государственные расходы было некуда, и Мексика вернулась к дефициту бюджета, который снова начала покрывать за счет заимствований. С тех пор объем государственных обязательств постоянно рос и на первый квартал 2026 года достиг 50,4% годового ВВП Мексики.

Почему я вообще в это полез? Ну 50% и 50%, это вообще средненько. Однако, для Мексики это может стать проблемой не только экономической, но и политической.

Во-первых, существенная часть государственного долга — это долги нефтяной госкорпорации Pemex. Падение доходов от нефтедобычи, сомнительное качество инвестиционных проектов, конфликты с трудовыми организациями. Вопрос её приватизации на повестке дня стоит давно, но даже для самых "неолиберальных" правительств Pemex оставался символом суверенитета, который спасали любой ценой. Рейтинговые агентства настоятельно рекомендуют вернуться к вопросу приватизации для урегулирования долгов компании.

Во-вторых, в Мексике последние годы экономический рост практически отсутствует. Мексиканцы при этом стареют. Количество пенсионеров увеличивается, а введенная при Лопесе Обрадоре всеобщая пенсионная система легла на бюджет нелегким грузом, вместе с прочими социальными программами. Конфликты с США и грядущий пересмотр соглашения о свободной торговле уверенности не добавляют.

Наконец, вопрос, а за счет чего вообще формируется мексиканский бюджет? На 2025 год главным источником бюджетных доходов были налоги на доходы физических и юридических лиц и на товары потребления, в сумме дававшие 20% ВВП. Причем доходы от Pemex дают меньше пятой части от этой суммы. Таким образом, налоги являются столпом мексиканского бюджета: чем больше людей и компаний работают "в белую", тем больше доходов в него поступает.

Чтобы успешно платить проценты по долгам и, в идеале, сокращать объем задолженности, Мексике нужно расширять формальный сектор занятости и потребления. Здесь сразу возникает три проблемы:

1️⃣ Мексиканцы не рвутся в формальный сектор. Высокие налоги при посредственном качестве государственных услуг этому не способствуют.

2️⃣ Мексиканская экономика не растёт.

3️⃣ Мексиканцы стареют и количество занятых имеет тенденцию к сокращению. Правительственные оценки собираемости налогов эксперты считают излишне оптимистичными, а дефицит бюджета имеет все шансы вырасти.

В итоге, для Мексики формируется еще одна кризисная точка, угрожающая добавить сложностей в и без того непростой обстановке. Я считаю маловероятным, что Мексика может столкнуться с кризисом, сопоставимым с 1982 годом, но вполне возможно, что правительству Шейнбаум придётся где-то урезать расходы или принимать "суверенные решения" относительно Pemex. В любом случае политические последствия у этого будут.

Иван Косиченко
Para todo mal 🤩