По депутату Белоусову, которого обвиняют во взятке в 3,2 млрд рублей, но отпустили домой, — адвокат объясняет, что следствие не учло, что для ареста нужно разрешение Госдумы, а она такого разрешения не давала. Госдума давала разрешение только на возбуждение дела.

Следствие ошиблось. И суд ему отказал. И депутата отпустили.

Правовое государство прямо. Для всех бы так.

По всей стране стоят тысячи памятников Ленину. Они есть в каждом городе, кое-где — по несколько штук. Культа Ленина такого масштаба давно не существует, но памятники стоят, словно идолы подзабытой религии.

Что будет с этими памятниками? Нужно ли их сохранять и ремонтировать за бюджетный счет? Или потихоньку убирать? Но если убирать, то как? Ведь каждая попытка моментально вызывает протест коммунистически настроенных горожан. Их не так много, но они заметны. А теперь еще и Украина с ее «декоммунизацией» вызывает нежелательные ассоциации: борьба с советским теперь слишком напоминает о борьбе с российским.

В свердловском моногороде Ревде власть решила реконструировать площадь и передвинуть памятник Ленину в другое место. Свердловские коммунисты моментально развернули протест, подвезли противотанковые ежи и протестующих; администрация города в ответ заказала соцопрос, который показал, что памятник горожанам не так уж и нужен. Сейчас судьба ревдинского Ленина не ясна — но если его удастся убрать, то примеру могут последовать и другие российские города, в том числе соседний Екатеринбург.

Вот наш репортаж оттуда.

Я никогда не был в Крыму — ни в украинском, ни в российском. У меня нет связанных с ним детских воспоминаний, какие есть у многих моих сверстников и людей более старшего возраста; родители не возили меня в Ялту, я не пил вина с друзьями в Коктебеле, не видел вершины Ай-Петри, не фотографировался у «Ласточкиного гнезда», не был в Керчи («Не был — так молчи», — справедливо рифмовал «Ляпис Трубецкой»).

Может быть, поэтому крымская история с самого начала не вызывала у меня особых чувств: Крым для меня был абстракцией, топонимом, до 2014 года я достаточно смутно представлял себе даже его очертания на карте.

Для меня главная горечь присоединения Крыма в том, что оно сформулировало вопрос «Чей Крым?», на который всегда почему-то требуют дать односложный ответ, чтобы записать тебя в тот или иной лагерь. Чей, чей, чей? Сложные ответы не принимаются. Сентенция в духе «По факту Крым сейчас российский, и, может быть, в этом есть даже определенная гуманистическая логика; но то, каким образом его сделали российским, было страшной ошибкой; последствия этих действий оказались ужасными для всей страны, для нашего народа, для нашей власти, для всех» — это выглядит тоскливой размазней и принимается плохо.

Только неким гуманизмом и может быть оправдано присоединение: в том смысле, что оно не может быть обосновано «исторической справедливостью», «геополитикой» или чем-то подобным. Речь может идти только о человеке, о людях. Только интересы живущих в Крыму людей могут быть достаточным аргументом. Если жители Крыма хотят жить в России и не хотят быть Украиной, то это ставит вопрос о переменах. Но, во-первых, лишь ставит вопрос а не предполагает обязательных перемен; во-вторых, всегда надо помнить о возможности манипуляции общественным мнением; в-третьих, эти перемены должны были пройти иначе. Выбраны не те инструменты, не те методы, неверный подход. И то пренебрежительное отношение к интересам соседней страны, при котором Крым стал российским, надолго испортило репутацию России, а может быть, вообще толкнуло нас на дорогу, которая в конечном счете приведет к большой национальной беде.

В общем, конечно, никаких праздничных чувств годовщина присоединения у меня не вызывает. При этом мне бы не хотелось делить людей на тех, для кого Крым «наш» и для кого «не наш». Я сам считаю себя патриотом (а кто не считает?) и желаю стране лучшего. Только я уверен, что это лучшее никак не может быть связано с агрессивным поведением, с угрозой, с противопоставлением себя остальному миру. В этом смысле присоединение Крыма причинило моей стране вред. Но я понимаю, что кто-то считает иначе. Не думаю, что это причина ругаться и ненавидеть.

Постепенно у многих граждан пропадает воодушевление по поводу крымской истории (что показывают, в частности, опросы ФОМ). Почти не сомневаюсь, что в обозримом будущем (вероятно, после 2024 года) российская власть начнет как-то решать крымскую проблему: выплатой ли Украине компенсаций, дешевым ли газом, созданием ли какой-то совместной экономической зоны, проведением повторного референдума — не знаю. Но я надеюсь когда-нибудь все же съездить в Крым, не ощущая неловкости и горечи от того, что эта прекрасная (как говорят) земля превратила соседние страны во врагов.

У кого-то есть инвайт в «Ауру»? Пришлите, пожалуйста, интересно посмотреть — d.kolezev@yandex.ru.

UPD: Прислали, спасибо!

Итак, «Яндекс» запустил соцсеть «Аура». Пока выглядит как загадочное сочетание Instagram (потому что основной контент — фоточки с короткими подписями и комменты) и Tinder.

Связь с Tinder особенно заметна: не только потому что посты надо лайкать или дизлайкать свайпами вправо-влево, но еще и потому что в «Ауре» можно так же лайкать или дизлайкать потенциальных собеседников. Соцсеть при обоюдном согласии будет создавать вам чат; при этом можно выбрать цель «Отношения» (это уже чистый Tinder), «Онлайн общение» или «Офлайн активности». Функция называется Smart Matching и, кажется, должна подбирать собеседников с помощью нейросети по общим интересам, географии и т.п.

Отдельного мобильного приложения у «Ауры» нет, она живет внутри приложения «Яндекса». Десктопной версии тоже нет (пока?), mobile only. При первом запуске нужно выбрать свои интересы из списка (это добавит ваш профиль в одноименные сообщества), ввести дату рождения и загрузить фото.

Пока приложение тестируется, попасть туда можно через инвайт, который пять раз за сутки позволяется высылать зарегистрированным пользователям.

Рядом со мной сейчас сидит Юрий Сапрыкин и недоумевает: зачем людям еще одна соцcеть? И действительно. Впрочем, посмотрим.

Провел в Варшаве два с половиной дня, толком не успел посмотреть город, было лишь несколько утренних и вечерних прогулок. Поэтому впечатлениями поделиться сложно, могу только оставить некоторые заметки (совершенно, как вы понимаете, субъективные, обрывочные, поверхностные):

1. Варшаву сложно назвать красивой. Город довольно монотонный, полный безликих зданий второй половины XX века, не очень чистый, кое-где завешанный рекламой, утыканный строительными заборами — это не тот город, где вам хотелось бы провести отпуск. Иногда он напоминает Москву, только более скромную — и в размерах, и в характере жизни. В Польше, как говорят, есть места куда более симпатичные и интересные для туристов — в первую очередь, Краков.
2. Самые приятные районы Варшавы расположены, ясное дело, возле Старого города. К сожалению, эта часть польской столицы была почти полностью разрушена во время Второй Мировой войны и восстанавливалась после 1945 года. Сейчас район включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО именно как тщательно и бережно восстановленный исторический объект. Варшавский Старый город похож на многие исторические центры европейских городов, хотя вечером в субботу тут оказалось непривычно тихо, довольно темно и малолюдно. Сделаем скидку на календарь: март — не самое очевидное время для туристических поездок в Варшаву; летом тут наверняка хорошо.
3. Одно из самых интересных зданий Варшавы — Дворец науки и культуры, советская сталинская высотка, строительство которой было завершено в 1955 году. Это родная сестра московских высоток: тот же песчаник, тот же шпиль, те же монументальные очертания. Архитектор Лев Руднев, как говорят, пытался совместить соцреализм с чертами польской архитектурной школы. Высота со шпилем 235 метров, 3288 комнат, 42 этажа. Наверху есть смотровая площадка; не сказать, что с нее открывается такой уж вдохновляющий вид, но побывать стоит (там же можно выпить кофе). Как говорят, в Варшаве многие это здание не любят, ассоциируют с негативом советского периода, видят в сталинском небоскребе символ советского угнетения. Ходят разговоры о возможном сносе здания. Мое личное мнение как туриста: высотка украшает Варшаву, это яркая доминанта делового центра, прекрасный ориентир и архитектурная диковинка. В архитектурном смысле ее снос сделал бы Варшаву беднее. Но, конечно, я высказываюсь лишь как случайный турист; решать гражданам Польши, жителям Варшавы.
4. Хотя в Старом городе пустовато, вечерняя и ночная жизнь в Варшаве очень бурная: сотни баров, рюмочных, ресторанчиков и самых настоящих ночных клубов: с очередями на входе, мрачного вида вышибалами, фейс-контролем, девицами на каблуках, пьяной толпой вокруг, гулом техно изнутри — я давно такого не видел, а в Варшаве — прямо на каждом шагу. Если любите такое, вам сюда.
5. В качестве персональной рекомендации: мы забрели, по счастливой случайности, в элегантный бар Podwale Bar and Books в Старом городе. Ломящийся от диковинных бутылок, таинственно светящийся бар на первом этаже и просторная сигарная комната с роялем на втором; наверху играло лихое джазовое трио, бармены и официанты были в бабочках и сорочках, вдоль стен уютно расположились книжные шкафы. Будете в Варшаве, зайдите на коктейль обязательно.
6. К сожалению, совсем не было времени походить по музеям. Это то, за чем в Варшаву хочется вернуться: музей Шопена (Шопен тут всюду — от названия аэропорта до музыки в такси и парфюмерных брендов), музей Варшавского восстания, центр науки Николая Коперника (Коперник тоже всюду)…

7. Принято считать, что русских поляки не очень любят — не будем тут погружаться в долгую и сложную историю наших взаимоотношений. В целом никакой бытовой русофобии мы не заметили; когда мы говорили, что приехали из России, поляки не переставали быть дружелюбными и улыбчивыми. Кроме того, в Варшаве очень много украинцев и белорусов — восточные славяне тут так перемешаны, что вряд ли можно говорить о каком-то висящем в воздухе напряжении между ними (то есть нами). Разок я, впрочем, видел на стене плакат с надписью «Achtung Russia», на котором было изображено лицо Путина с перекрещенными костями, а двойная S в слове Russia была нарисована в духе нацистской SS. Но то был всего лишь один плакат.

На молебен «за храм» в Екатеринбурге позвали Галустяна, Пореченкова и ненастоящего Путина. Зачем?.. Что хотели сказать этим?..

Читаю репортажи, оценки и комментарии по поводу молебна «за храм» в центре Екатеринбурга — и думаю, что молебен этот ухудшил позицию инициаторов строительства. Любое обострение ее ухудшает. Им было бы лучше не пытаться вывести людей на улицу. А уж если решили собираться, то не пытаться привлечь собравшихся с помощью Михаила Галустяна и двойника Путина. Какие-то дешевые трюки. Нельзя так.

Среди всех PR-инструментов сторонников строительства храма мне нравился только телеграм-канал с его разумной, спокойной и веселой интонацией. Так и тот оказался тонким троллингом журналиста Андрея Варкентина! (Только что его переименовали, теперь канал посвящен новому зданию ФСБ — еще одна знаковая стройка в Екатеринбурге).

Мы, кстати, приглашали представителей Фонда святой Екатерины на очный разговор в рамках проекта "Горсовет" в Ельцин Центре. И они сначала согласились. А потом отказались. Очень жаль. Надо говорить друг с другом.

Пришло время лёгкого ребрендинга. Этот канал возник на заре существования телеграма, с тех пор всё десять раз поменялось, и анонимный (или похожий на анонимный) канал ассоциируется сегодня с какой-то чёрнопиарной гнусью; пора переподписаться своим именем. Ещё одна вещь, которая изменилась с тех пор — в медийном пространстве появился ещё один Юрий Сапрыкин, основатель паблика «Страдающее Средневековье», редактор «Медузы», просто хороший человек (нет, не сын), поэтому фамилия требует уточнения. И два слова о принципах: в этом канале нет и не будет рекламы, «партнерского обмена», списков популярных каналов, с этим можно не писать. Если вы хотите что-то проанонсировать, «осветить», «информационно поддержать» — это тоже не сюда. Тут чистота и одиночество, ссылки на познавательные тексты, минимум анонсов и перепостов, иногда французские певицы. Всем радости.

Ура, новые "Намедни" вышли (как и обещано, на YouTube). Вечером посмотрим.

Владимир Путин подписал законы о фейковых новостях и неуважении к власти

Росстат прекрасен. Ждем, когда альтернативные измерения будут запрещены, а сомнения в адекватности официальной статистики приравняют к оскорблению власти. (График Ъ)

Вот этот человек «борется с геями», угрожает им, пишет заявления на детей, раскрывает их персональные данные. Мне кажется, это тот случай, когда управления по борьбе с экстремизмом действительно могли бы обратить внимание на персону.

Но обратят ли? Ведь он про себя рассказывает:

«…Потом на меня вышли государственные служащие и сообщили, что меня проверяет АП. На тот момент меня выселили в нарушение всех норм из жилья в центре Санкт-Петербурга. Чтобы не покупать фейковую прописку, я встал на учет как лицо без определенного места жительства и 15 лет снимал двухкомнатную квартиру. Администрация президента собрала по мне информацию, и в итоге мне помогли с квартирой. Сейчас у нас новая трехкомнатная квартира. Половину ипотеки плачу сам, половину [суммы] дали от администрации. Наверное, за то, что я ни копейки не прошу государственных денег».

В Якутии после изнасилования женщины приезжим собирается большой митинг против мигрантов, на котором выступают глава региона и мэр Якутска. Мэр по-якутски говорит толпе:

— Вроде бы, мы терпели, терпели, но, думаю, наше терпение лопнуло. Надо нам всем вместе собраться, навести порядок, Мы у себя на родине, у себя в городе, как хозяева нашей земли, и надо это донести.

Вьются флаги Якутии. Кричат люди.

Я бы на месте Москвы — ну, слегка напрягся, что ли.