Психические эпидемии и смеховая культура — часть I

Предновогодние недели для меня неизбежно превращаются в какой-то такой забег, в котором удается спать только по 3 часа в день, проезжать нужные мне станции метро и класть телефон в морозилку. Многие из моего круга общения делятся аналогичными дурацкими историями.

В связи с чем вспомнила один свой старенький материал, который, кажется, нигде кроме уже закрывшегося проекта, для которого я его писала, не публиковался — о психических эпидемиях и способах борьбы с ними.

Эпидемия смеха в Танганьике

30 января 1962 года в деревне Кашаша, что в современной Танзании (до объединения с Занзибаром —Республика Танганьика) в местной миссионерской школе-интернате для девочек начали происходить странные вещи: три воспитанницы принялись безостановочно истерически смеяться. Эпидемия неконтролируемого смеха, нулевыми пациентами которой они стали, захватила 95 из 159 учениц в возрасте от 12 до 18 лет. Приступы смеха продолжались от нескольких часов до 16 дней, в конце концов, школу пришлось закрыть и в следующие три месяца, несмотря на попытки возобновить занятия, полноценно сделать это так и не удалось.

Бесконтрольный смех со слезами, криками и нервными подергиваниями распространялся за пределы деревни и при первой вспышке захватил более 200 человек. Эпидемия затихала и возвращалась вновь, 18 месяцев подряд будоража окрестные деревни. В итоге, по общим подсчетам, за это время было закрыто 14 школ, а под действие одной из самых необычных эпидемий в Новейшей истории попали более 1000 человек.

Реакция на стресс

Лингвист Кристиан Ф. Хемпельманн предположил, что этот эпизод психической эпидемии в Танганьике вызван стрессом. По его словам, в 1962 г. страна только завоевала независимость, и ученики испытывали стресс из-за завышенных ожиданий со стороны учителей и родителей.

Социолог Роберт Бартоломью и психиатр Саймон Вессели в своей «Энциклопедии экстраординарного социального поведения» выдвинули схожую по смыслу гипотезу эпидемической истерии, специфичную именно для культуры Танганьики того времени. Дело в том, что в миссионерских школах дети сталкивались с совершенно иной реальностью, чем тот уклад жизни, который поддерживали в традиционных общинах строгие старейшины. По мнению исследователей, истерия могла быть реакцией на диссонанс между традиционным консерватизмом дома и новыми идеями, бросающими вызов этим убеждениям в школе. При этом не стоит забывать и об условиях содержания вырванных из привычной среды школьниц: стесняющая движения форма, неудобные стулья, общежития без окон и строгость учителей при полной невозможности выразить протест и быть услышанными.

Экстраординарное социальное поведение в древности

Однако случаи массового девиантного поведения, связанного с чрезмерным весельем, известны со времен античности. Вспомним Элевсинские мистерии с их процессиями и сальными шуточками в честь Ямбы, Дионисии с фаллическим шествием, маскарадом, не всегда пристойными дифирамбами и экстатическими плясками или римские Сатурналии с их «уравниловкой» рабов со свободными людьми и отдающим абсурдные приказы принцепсом (Saturnalicius princeps): «Пой голым!» или «Бросьте его в холодную воду!». При этом законам праздника были обязаны подчиняться все без исключений.

Современные исследователи часто проводят параллели между античными разгульными празднествами и средневековыми карнавалами, а Михаил Михайлович Бахтин, изучая творчество Франсуа Рабле, ввел в научный обиход понятия карнавализации и смеховой культуры, получившее развитие в работах таких специалистов, как Дмитрий Сергеевич Лихачев, Сергей Сергеевич Аверинцев и др.

Если вкратце, смеховая культура — это особая система, антимир, где высмеивается всё неблагополучное и неправильное. Большинство исследователей темы приходят к выводу, что функция таких «смеховых» праздников — это снятие психологического напряжения, избавление от страха, создание некоей отдушины для общества.

Кажется, многим из нас сейчас приобщение к смеховой культуре в любой примерно форме вот прямо очень необходимо🤪.

🌿 Очень Древняя Греция

​Психические эпидемии и смеховая культура — часть II

Танцевальная чума

Церковь пыталась запретить карнавальное буйство, но, возможно, именно строгость средневековых общественных норм породила одну из самых массовых европейских психических эпидемий.

Эпидемия, получившая название «пляска святого Вита», началась в конце XIV века в южной Германии и перекинулась затем на соседние страны: группы людей, держась за руки, двигались по улицам в стремительных хороводах, находясь в беспамятстве, которое сопровождалось бредом и галлюцинациями, и, часто, окончив многодневный танец, падали замертво.

Танцевальная чума вернулась в июле 1518 года, когда в Страсбурге обычная горожанка фрау Троффеа вышла на улицу и начала свой безумный безостановочный танец. За следующую неделю к ней присоединились еще 34 человека, а за месяц — около 400 горожан. Из-за чрезмерной физической нагрузки многие из них погибли от сердечных приступов, инсультов или истощения.

В 1479–1480 гг. эпидемия яростной, сумасшедшей пляски прокатилась по Италии. Болезнь окрестили «тарантизм» по названию местного народного танца — тарантеллы. В общем, по всей Европе с XII по XVII века можно насчитать с десяток подобных эпизодов: «Утрехтская пляска на мосту» и «Детская пляска» в Германии, «Бал Конвульсионеров» в Париже и т. д., а список вспышек массовых психозов в Новое и Новейшее время близится к сотне.

Не держите в себе

Большинство исследовавших эту тему психологов ожидаемо склоняются к версии, согласно которой массовые истерии Средневековья были, как и в случае со школьницами из Танганьики, следствием постоянного, не находящего разрядки стресса.

Жители выросших на обломках Римской империи городков изо дня в день опасались нападения завистливых соседей, смертельных болезней, уличных грабителей, жадных феодалов, неурожаев, падежа скота и бог знает чего еще. Ах да, Бога-то они тоже еще как боялись, ведь каждое воскресенье с церковной кафедры слышали о собственной беспросветной греховности и неизбежных адских муках.

Поэтому, возможно, люди античности несколько лучше разбирались в человеческой психологии, раз позволяли себе регулярно, иногда по нескольку раз в год, вполне легитимно сбрасывать ярмо рутиной ответственности и предаваться освобождающему буйству народно-религиозных празднеств.

🎼 Очень Древняя Греция

С наступившим вас 2026 годом, друзья!

Многие в это время любят подводить итоги прожитого года, но мне этот жанр не очень близок, поэтому начну с самого очевидного, о чем хочется вспомнить 1 января — с благодарностей. В первую очередь, я благодарна вам, дорогие подписчики, за то, что читаете, оставляете комментарии, встречаетесь и общаетесь лично, ходите на мои лекции и поддерживаете мои проекты. Когда в 2018 году заводила этот канал, просто хотела охватить как можно большее количество читателей своим минойским прозелитизмом, а в результате познакомилась с огромным количеством потрясающих, увлеченных и вдохновляющих людей, многие из которых стали моими друзьями и коллегами по работе в разных окологреческих проектах.

Кажется, в этих горизонтальных связях и заключается одно из главных преимуществ телеграма — всегда можно найти «компанию по интересам», обсудить важное и узнать нужное, поэтому отдельная благодарность — создателям ТГ в лице сына одного видного филолога-классика, и немного — ответственным за принятие подобных решений товарищам за то, что хоть эту площадку нам пока не заблокировали.

Отдельно хочу поблагодарить команду проекта «Смысловая 226» за то, что они его придумали и запустили, и за то, что моя идея была выбрана среди 529 заявок, вышла в финал и получила шанс стать настоящей книгой. Эта новая, литературная глава моей жизни кажется местами не всегда понятной и пугающей, но очень интригующей и вдохновляющей. Дело за «малым» — оправдать столь большой кредит доверия к моим задумкам и навыкам, но я очень постараюсь🤩.

А еще знаете, в течение года постоянно пересушиваю и перечитываю любимого своего Бродского, и вот сегодня это его подводящее итог стихотворение кажется особенно актуальным:

Я входил вместо дикого зверя в клетку,
выжигал свой срок и кликуху гвоздем в бараке,
жил у моря, играл в рулетку,
обедал черт знает с кем во фраке.
С высоты ледника я озирал полмира,
трижды тонул, дважды бывал распорот.
Бросил страну, что меня вскормила.
Из забывших меня можно составить город.
Я слонялся в степях, помнящих вопли гунна,
надевал на себя что сызнова входит в моду,
сеял рожь, покрывал черной толью гумна
и не пил только сухую воду.
Я впустил в свои сны вороненый зрачок конвоя,
жрал хлеб изгнанья, не оставляя корок.
Позволял своим связкам все звуки, помимо воя;
перешел на шепот. Теперь мне сорок.
Что сказать мне о жизни? Что оказалась длинной.
Только с горем я чувствую солидарность.
Но пока мне рот не забили глиной,
из него раздаваться будет лишь благодарность.

И вот да, в наших жизнях, что за последние несколько лет, что вообще, может твориться много всего неожиданного, малоприятного, тяжелого и вгоняющего в тоску, но позиция «пока мне рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность» всё ещё кажется мне самой правильной и дающей силы двигаться дальше.

Καλή Πρωτοχρονιά, дорогие! Пусть у каждого из вас в новом году будет как можно больше поводов для благодарности и радости, чем для всего остального🤗.

Как украсить дерево по-древнегречески: иресиона

Украшение деревьев на праздники — дело, как известно, крайне популярное и фиксируется примерно везде, где эти самые деревья растут. В Древних Афинах во время праздника Пианепсий, в конце октября по нашему календарю, который призван был почтить удаляющегося на зиму в Гиперборею Аполлона, существовала традиция украшения ветвей оливы белой и пурпурной шерстю, различными осенними плодами, например, орехами, и небольшими сосудами с вином и маслом. Мальчики, у которых были живы оба родителя, с пением носили иресионы по городу, после чего вешали перед храмом Аполлона и перед домами граждан полиса.

Плутарх даже приводит соответствующее этому действу песнопение:

Иресиона, пошли нам фиги и хлеб в изобилье,
Дай нам меда вкусить, натереться оливковым маслом,
Чистого дай нам вина, чтоб сладко уснуть, опьянившись.

Также во время празднований варили специальную похлебку из бобов или стручковых плодов (πυάνων) как воспоминание о приготовлении похожего блюда из остатков корабельной провизии вернувшимся с Крита Тесеем. Кстати, и сами иресионы символизируют, в том числе, благодарность героя Аполлону за благополучное возвращение и победу над Минотавром.

🫒 Очень Древняя Греция

Каликандзары: неоконченные дела и новые начинания

Современный греческий фольклор в целом довольно понятный и похож на общеевропейский, но иногда встречаются в нем и очень специфические существа и явления. Например, каликандзары чем-то похожи на славянских чертей и прочую святочную нечисть, появляющуюся с Рождества по Крещение. Внешне это антропоморфные существа, иногда карлики, но с шерстю на руках, рогами, копытами, хвостами и другими звериными атрибутами типа обезьяньих зубов или ослиных ног. Иногда появляются в виде чёрных кошек, которые умеют ходить на задних лапах, а на передних имеют длинные когти.

Каликандзары живут в преисподней, Нижнем мире, и в основном заняты тем, что пилят, рубят или грызут ствол Мирового древа, чтобы в конце концов оно пало вместе со всей Землёй. А на святки они поднимаются на поверхность через колодцы, подземные источники, щели и провалы и начинают всячески безобразничать, пакостить и устраивать неприятности. Например, воруют людей (предпочитают пошедших «по воду» молодых девушек), вещи, еду (особенно любят сладости). Похищенные предметы и ставшие их жертвами люди известны под названием «параора» — буквально («вне [положенного] времени»). При этом и сами каликандзары могут называться «параоритами» — «вневременными».

Есть мнение, что истоки представлений о каликандзарах восходят к празднику цветов — Антестерии, который приходился на конец февраля — начало марта. Древние греки верили, что на третий день праздника цветов из Аида «выходят души умерших и навещают своих близких», и, конечно, устраивали дионисийские шествия с участием сатиров, силенов верхом на ослах, участников хора в звериных шкурах и с венками, разодетых нимфами и менадами женщин. Все они, вместе с отрядом афинских всадников, сопровождали триумфальную колесницу, на которой везли ксоан Диониса к Ленойону — храму Диониса в Афинах.

Каликандзары боятся огня, священников, святой воды, креста, церковных колоколов, крика первого петуха, огня и дыма, в частности от них отлично помогает сжигание рождественского полена или старых вонючих ботинок🥴. Самое обидное, что пока они шляются по подлунному миру, ствол древа восстанавливается, и вернувшись, им приходится заново приниматься за свой безрадостный труд. Эта разочаровывающая незавершенность кажется мне в их образе особенно важной.

Потому что с началом нового года многие из нас строят планы и очень переживают, когда в итоге их не удается осуществить за очередной 365-дневный цикл. Только вот год — это не так много времени, как кажется в самом начале, а некоторые по-настоящему важные дела требуют более длительной дистанции и более основательных усилий. В общем, я не из тех, кто заполняет YearCompass, а к собственным планам на будущее отношусь без лишнего надрыва, ведь Тюхе — дама крайне капризная: сегодня так, а завтра вообще всё с ног на голову. Но одно дело на этот год у меня точно есть — о чем можно почитать в следующем посте👇.

🔨 Очень Древняя Греция