Je suis Pes.

Две звезды.

Позвали меня как-то на «60 минут». Вроде во второй раз, но сразу на два блока - сорок минут в прямом эфире. Тема, говорят, серьёзная - США вводит пошлины на сыр и вино из Европы. Готовы, Михаил?

По телу пробежала дрожь, все тело возбудилось. А что - я знаменитый экономист-американист. В вине разбираюсь не хуже тех сомелье - один раз в жизни даже видел Шато Марго 1982 года. Да и сыр обожаю, с макаронами особенно. Короче, лицом торговать нужно. И точка.

Сказано - сделано. Вызвал извозчика, спешно гуглю слово «эмбарго» в дороге. Все упыри провластные будут против меня. А кто за?

⁃ С вами будет Галкин и Игорь Николаев. Но вы, Михаил, наша надежда. Нужна уверенная и пылкая позиция!

Ну нихуя себе! Галкин! Игорь Николаев! Я! Пришлось немедленно поделиться деталями с водителем, мамой, девушкой, бабушкой, бабушкиными подругами, Жорой, Антоном, Сергеем, Настей, Юлей. Анонс в канале, конечно. Сегодня на сцене две старые звёзды и одна новая, восходящая. Конев, то есть. Михаил. Я.

На крыльях влетел в гримерку. Знакомых лиц не нашёл - прячутся, наверное, в своих VIP-комнатах. Может, голос разминают или другие части тела. Уж с ними-то мы плечом к плечу - ух! Я пил чай, жевал бутерброд с запрещённой колбасой и мечтал.

Перед выходом придумал коронный номер. Вот выступит Игорь Николаев против санкций. Ведущие Оля и Женя пробегут взглядом по экспертам и моя рука взметнётся ввысь. Женя, как всегда, одобрительно кивнёт, а Оля улыбнётся.

⁃ Сейчас я, простой русский солдат со Смоленщины, твёрдо скажу - я против санкций. И у меня на это пять причин.

И Галкин должен так засмеяться сильно-сильно своим знаменитым смехом. А Николаев, конечно, начнёт аплодировать и потирать усы. Единороссы, конечно, махнут рукой и сдадутся под таким напором. Все вспомнят, что я отсылаю зрителя к знаменитой песне. А значит не только умён, но ещё и находчив.

Блеск диодов вернул к реальности. Я встал на своё место, рядом какие-то два мужика. «Три минуты до эфира» - крикнули из-за угла. А где же две заезды?

Взгляд упал на бумагу с именами экспертов. Все правильно, Игорь Николаев - профессор кафедры прикладной макроэкономики ГУ-ВШЭ Игорь Николаев. А вот и Галкин - политолог. И почему-то Дмитрий, а не Максим. Уважаемые люди, между прочим. Постойте-ка...

30 секунд до эфира. Мотор.

Как же это все произошло
Ведь не мало времени прошло
Я не научился жить один
И у меня на это пять причин.

От любви до ненависти.

Однажды Эрнест Хемингуэй поспорил, что напишет самый короткий рассказ, способный растрогать любого.

Кажется, моя бабушка об этом узнала и решила поучаствовать в конкурсе. Днём она сообщила: ты пишешь хорошо, но Цыпкин немного лучше.

Цыпкина, кстати, очень уважаю. Но все равно почувствовал нестерпимую боль где-то под ложечкой. Пойду есть первый снег. Желтый.

Новый год,
Что вот-вот настанет,
Исполнит вмиг мечту твою,
Если снежинка не растает,
В твоей ладони не растает,
Пока Ход Конева смотрю.
Пока Ход Конева смотрю.

https://www.youtube.com/watch?v=RI_F7-qdq8E

Я предупреждал.

На голубых глазах.

Они украли ее детство.

Когда ищешь алкоголь после 23:00.

Каждый Робинзон мечтает о такой Пятнице.

Анастасия Ивлеева на сцене Прямой линии с Медведевым.

В очередной раз мне страшно от того, что все радуются условному сроку для невиновного человек.

Но я и сам радуюсь. Егору Жукову не сломали судьбу, но написали биографию. Пусть будет так.

Она хотела даже повеситься
Hо институт, экзамены, сессия!

Окей, бумер.

Проглядели, не уберегли. Свободу! Руки прочь!

Текст Шафран это какой- то ужасающий, кромешный ад. Желать молодому парню, чтоб его «года два покормили повара ФСИН», вообще желать любому кто не совершал тяжких преступлений - российской тюрьмы - это пиздец.

«Говорят эта диета отлично ставит мозги на место» - нет, не ставит. Русская тюрьма никого не перевоспитывает, никого не исправляет, а только ломает людей. Удивительно, что Анна за годы проживания на святой Руси этого не поняла.

Чего бы не писали о приговоре Егору Жукову одни - «дали условно невиновному человеку, чему тут радоваться», или другие - «радуйтесь, что дали условно, а могли бы» и тд. - Главная новость состоит в том, что молодой человек на свободе.

Относительно самого факта выхода на улицу, революций и прочих «души прекрасных порывов» - если бы меня спросили хочу ли я, чтобы мои дети вышли на площадь а затем провели в тюрьме какое-то время ради реализации чьих то политических амбиций, я бы сказал нет. Нет, никогда, ни при каких обстоятельствах.

Политика того не стоит.

Крошка моя, я по тебе скучаю
Я от тебя письма не получаю
Ты далеко и даже не скучала
Но я вернусь, вернусь чтоб ты узнала
Что я далеко, я по тебе скучаю
Я от тебя письма не получаю
Ты далеко и даже не скучаешь
Но я вернусь, вернусь и ты узнаешь
Что я снял Ход Конева.

https://www.youtube.com/watch?v=sn8LMPRz1yA

Я/Мы Егор Шатов.

Проснулся в Новой России.

Рок у меня между ног.

Господи, когда же пойдёт снег? Сегодня. Сегодня я проснулся весь в снегу, забыл закрыть окно. Пьянство побеждает холод души и тела, я был согрет в ночи. Но обжигающий морозный поцелуй на щеке выхватил меня из объятий если не Морфея, то морфия.

Спать запрещено. Я должен на сьемках, я обещал. Мертвецкий холод, смертельная тревога, пустота всех бутылок в доме. Даже верный пёс в игре изображал уход в лучший мир. Поцеловал собаку в пуп, чтобы забрать тепло.

Давно за полдень, ждут. Из душа выскочил в такси, казалось, в полотенце. Уснув, в аварии очнулся. Наш BMW вошёл в снегоуборщик. Я выскочил в бреду, осматривая раны. Из пробки выполз нищий, чтоб толкнуть букварь. Купил, вручил коротышу на остановке. Мать, кажется, готовит иск за нападенье.

Ресторан «Ноев Ковчег». Друзья в богатстве, питаются неспешно и смиренно. Давлюсь кебабом, запиваю коньяком. Беседа вся на мне - в похмелье балагурю так, что смех мешает смыслу. При том, все ем и ем - уху, салаты, травы. Похмельный жор. Друзья смеются, гонят вон, в театр. Разбились в атомы, по разным агрегаторам такси.

Сквозь снег примчались в Гоголь-Центр, из E-класса пересел в «Машину Мюллера». И, хлопнув первой дверью, хлопнул «Арарат». Превозмогал икоту, растолкал людей и плюхнулся на первый ряд. Но неужели я уже в спектакле?

Народ все пер, но сцена ужасающе полна. С левой руки чуть древняя семья с больной мамашей, служками и геями-детьми лет тридцати. Старуха кашляет, больна, под капельницей лежит. Прислуга квохчет, греет йогурт, меряет давление. Геи играют с собакой и ебутся между собой. За ширмой, конечно. Хорошо играют.

Справа - больничная палата. Лежит мертвец, почти мертвец. Вокруг врачи, неспешно ходят и мудят под нос, как водится. Медсестры соблазняют жопами и коллективно меняют памперс лежачему. На фоне кто-то в тапках жует банан.

Все приправлено страшным звоном треугольника. Или колокольчика. Я спросил у старших о символизме действа, но был призван к молчаливому просмотру путём моральной затрещины. Что-ж, ждём!

А вот уже на сцене, не поверите, толпы голых мужчин. В масках, но не на тех членах, что привычно видеть. Все было похоже на обыск свингер-клуба, где омоновцы были вынуждены пройти дресс-код. Я охуевал.

Дальше вышли женщины, тоже голые. У них были разные вагины, но одинаковые груди. Поняв фиксацию постановщика, я расслабился. В попытке не трогать себя в причинных местах, заметил, что голые люди играют мебель. О как!

А дальше, ох, я насмотрелся. Нагие не покидали сцену весь вечер. Но важно, черт возьми, невероятно охуенно - в этом не было ни капли пошлости. Если что-то в зале и встало - то зрители от аплодисментов. Актеры сняли маски и стали играть к втридорого лучше.

Маркиза и виконт возбуждали не телом, были одеты. Они волновали игрой, текстом, движениями и глазами. А ведь хорошо на первом ряду! Я здесь рядом, с ними, в деле.

Горчилин. Актёр, играющий страну, шалаву, смерть, монашку и любовь. Он выдал все, махая окровавленным лоном, потекшими глазами и дубинкой из предательской резины. Талант мизантропии. Социопат герой. Глашатай из спектакля. Будь бабой, я б в него влюблён. Был.

Я просидел в поту весь вечер, хохотал семь раз и плакал пять. Меня трясло без пьянки, блуда и бабла. Я будто вынырнул из мира и поплыл в культуру . В искусство, коего во мне без мала до хуя.

Я хлопал, будто банщик веником по жопе. Я был в восторге, я хотел пылать, рыдать и пить. Я вышел, утонул в снегу, вине и голубых глазах. Но все не мило стало - хочется ещё спектакля! Я знал - животное и страсть на веки в человеке. Я видел это через сцену Гоголь-центра.

Очнулся позже, плохонький, бессильный, молодой. Боялся смерти, вспомнил Мюллера - вздохнул. Великий мастер, как и велики спектакли по его мотивам. Свободу Кириллу! Ах да, он уже тут, цитирует Мюллера.

«Единственное, в чем публика может быть единой, — страх смерти, он есть у всех».

Исполком ВАДА на четыре года лишил Россию права участвовать в международных соревнованиях, в том числе Олимпиадах и чемпионатах мира

ПИЗДЕЦ.