✍🏻🇮🇶 Из увиденного и услышанного вчера в парламенте.

Место для зарядки мобильных, народ стоит, заряжает, я тоже. Парню рядом со мной звонит мама и начинает дико орать. Он извиняется, оправдывается, а потом говорит, что телефон разряжен, — и кидает трубку.

Все интересуются, что случилось. Оказывается, чувак сказал маме: «Я иду гулять» — а сам дёрнул в парламент к протестунам. Все присутствовавшие снимали происходящее на фото и видео — и постоянно лили контент в интернет.

Мама зашла в соцсети, смотрела видосики — и внезапно на одном из них увидела своего сыночку КУРЯЩИМ. Озверела, набрала и надавала люлей. Тот факт, что сыночка тусил с протестующими в захваченном здании парламента, возмутил её в последнюю очередь.

✍🏻🇮🇶 Обещанный пост про то, как я ходила в здание иракского парламента, захваченное садристами. То, о чём говорится в материале, основано на лично увиденном и услышанном мной, а также на моём эмпирическом опыте. На большее не претендую.

🔘 Перед тем, как решиться на данную авантюру, я изучала арабские (в частности, иракские) соцсети, читала, что пишут местные журналисты, общалась с багдадцами. Решение приняла только после этого. Моей целью было увидеть и зафиксировать интересные вещи, своего рода историческое событие, — и уйти живой и здоровой, а не убиться.

🔘 Финальной «точкой одобрения» стал таксист, который меня вёз. Услышав название «пункта назначения», он гыгыкнул и сказал: «Окей, поехали». Никаких «кошмар, туда нельзя, там закрыто, лучше не суйся» и т.д. Это тоже хороший знак — поскольку таксисты, как правило, в теме. Более того — по словам парня, ценник на поездку к парламенту вырос вдвое (в моём случае — с 5 тысяч динаров до 10 тысяч). Это объяснялось возросшей популярностью локации — многие пригоняли и протестовать, и тусить, и просто посмотреть, что происходит.

🔘 Таксисты доезжали до определённого места примерно в километре от здания парламента. На небольшом «пятачке» творилось настоящее столпотворение, некоторые садристы регулировали дорожное движение, помогали автомобилям и маршруткам разъехаться.

🔘 По пути к зданию парламента меня проверяли несколько раз (из-за рюкзака). Чекали содержимое (фотоаппарат и бутылка воды), спрашивали, откуда я, однажды поинтересовались, зачем прискакала, — и спокойно пропускали дальше. Проверки не отличались тщательностью (так, один садрист просто покрутил рюкзак в руках, словно «взвешивая» его, и быстро отдал мне; другие открывали только «большие» отделения и бегло заглядывали туда). Спецсредства типа металлоискателей не использовались. Документы не просили. И так — со всеми, кто нёс «багаж». Возможно, если бы я была без рюкзака, то меня бы даже не заметили — по крайней мере, на подступах к парламенту.

🔘 Я не скрывала, что я — туристка из России. Иногда даже подчёркивала (вовремя забыть арабский и перейти на английский — ценный навык). Игры в шпионов или попытки «косить» под кого-то, кем ты не являешься, не имели абсолютно никакого смысла. При желании всё равно узнали бы (паспорт лежал в кармане), а вот доверие ко мне было бы подорвано (что вовсе не хорошо и безопасно, когда идёшь в толпу протестующих, потенциально готовых к насилию и провокациям).

🔘 Кроме того, я руководствовалась следующим соображением: иностранка — чужая, она вне игры, поэтому мои шансы получить по голове могут потенциально уменьшиться. Наконец, меня как «зарубежную гостью» теоретически могут предупредить о грядущем шухере, вывести из здания или как-то подсобить, чтобы я успела сделать ноги. Сопутствующие потери в моём лице и перспектива международного скандала не нужны никому — особенно садристам, явно не желающим портить собственный имидж в глазах мировой общественности. Вероятно, эти рассуждения кажутся вам наивными — но в итоге они подтвердились.

🔘 Войдя в здание парламента, я столкнулась с самым «основательным» чек-пойнтом. Во-первых, проверяли в «предбаннике», при нормальном освещении, а не на улице — и хорошо ещё, если под фонарём, а не в темноте. Во-вторых, они обратили внимание на фотоаппарат. В-третьих, спалили в рюкзаке бумажку — ПЦР-тест, который я сделала на всякий случай в Турции, для пересечения иракской границы. В тексте документа было слово «Russian» — и через полчаса уже куча людей знала, что я из России. Это помогло.

🔘 Личный досмотр происходил тут же, в «предбаннике». Мужчин ощупывали и просили поднять рубашку / футболку. Женщин не было (ни среди проверяющих, ни среди протестующих / визитёров). Парень, которому надлежало досмотреть меня, сильно смутился, символически хлопнул меня по плечам и пропустил.

🔘 Уже у дверей, разделяющих «предбанник» и холл первого этажа, я столкнулась с «боссом уровня» — мужчиной предпенсионного возраста, который вежливо и словно извиняясь заявил, что женщин пускать нельзя — начальство не разрешает.

🔽

🔽

Я врубила режим «ну позязя», обещала не доставлять никому проблем, пулей пофоткать и отвалить — но мужик только разводил руками. Впрочем, через минуту подскочили ребята, проверявшие мой рюкзак, и сказали мужику, что у меня есть камера, я всё сниму, выложу в интернет и сделаю им пиар — круто же, ну! В итоге пустили.

🔘 Внутри творилось что-то запредельное. Сотни людей пели, танцевали, махали флагами, курили, орали и снимали всё подряд. Энергетика — убойная и бешеная, через 5 минут с меня ручьём лил пот, а в голове стучало: «Муктада, Муктада! Бейт Ахлю, Бейт Ахлю!» Столько шиитских песен и «кричалок» я не слышала никогда в жизни. По ощущениям — чистый драйв, адреналин и рок-н-ролл, буквально башню рвало. А от понимания, что всё это творится в здании парламента, просто сносило крышу. Настоящий сюр!

🔘 Люди спокойно приносили еду и воду, заказывали доставку. Приходили курьеры, уличные торговцы, журналисты и просто зеваки. Чтобы вы понимали — прямо в здании иракского парламента можно было купить, например, сладкую выпечку, кофе / чай и сигареты, тут же всё это съесть, выпить и покурить.

🔘 Многие протестующие притащили матрасы, одеяла и подушки. Спали вповалку в боковых коридорах и по углам. Вернее — отрубались, поскольку нормально спать при таком шуме, гвалте и оре нереально. Отходишь от «главной сцены», где гремит «рок-концерт», рассекаешь по коридору — а там люди валяются на полу. Вудсток на минималках.

🔘 Женщины, кроме меня, действительно отсутствовали. Я видела только одну девочку — совсем маленькую, ещё дошкольницу (лет 4-5, не более). Её привёл отец. Никаких девчонок постарше, девушек, женщин и бабушек. Только я — и толпа арабских мужиков. Одета, кстати, я была в чёрную футболку и чёрные спортивные штаны, так что на первый взгляд не особо выделялась из толпы.

🔘 Мужики были максимально любезны и вообще вели себя вежливо и адекватно — и по отношению ко мне, и по отношению друг к другу. Никто не дрался, не ругался, не грозил удолбить оппонента флагштоком по башке или засунуть палку ему в тиз. Ничего не громили и не разрушали — только курили в помещениях, намусорили и накидали «бычков». Я наблюдала пару инцидентов, когда подростки, присутствовавшие среди садристов, едва не начинали драку, — но старшие «смотрящие» реагировали моментально. Они сразу видели и гасили конфликты, растаскивали пацанов ещё до фактической стычки и уводили в разные стороны для профилактической беседы. После неё пацаны были тише воды, ниже травы.

🔘 «Смотрящие» контролировали определённые участки внутри здания и следили за порядком. Одни просто мониторили ситуацию, другие имели определённые функции (например, сидели на зарядке телефонов). Человек отдавал «смотрящему» свою трубку и зарядку (если она была), уходил — а потом возвращался и забирал аппарат. Некоторые оставляли зарядные устройства подключёнными к удлинителям, чтобы люди, имевшие мобильник аналогичной фирмы / модели, могли ими воспользоваться.

🔘 Я лазила везде, меня никто не трогал и не обижал, многие уже знали, что я иностранка (вообще) или конкретно из России. Ещё я чувствовала, что за мной беспалевно и ненавязчиво приглядывают «смотрящие» на разных участках — но это скорее ощущение, чем факт. Люди просили сфоткаться с ними или сфоткать их, запилить селфак и т.д. Короче, никаких проблем и препятствий для перемещения и съёмки.

🔘 Сотрудники службы безопасности и охраны парламента присутствовали. Они закрыли для садристов некоторые этажи, комнаты, проходы и коридоры — но это никому не мешало передвигаться. Кроме того, охранники периодически курсировали по зданию, делая вид, что у них всё под контролем. По факту — ходили и ходили, никто не обращал на них внимания и никто никого не цеплял. Вообще в парламенте царила атмосфера народных гуляний, во время которых в праздничной толпе иногда мелькает полицейский патруль.

🔘 Спустя примерно 2,5 часа пребывания у садристов меня выцепили сотрудники службы безопасности и на хорошем английском попросили свалить. Причём я была на втором этаже и видела, как они целенаправлено поднимались ко мне с первого.

🔽