С середины сентября 1981 года в палестинских районах Бейрута и других ливанских городов регулярно взрывались заминированные автомобили. Одна такая машина взорвалась в районе Фахани в Бейруте 1 октября, убив 83 человека и ранив 300, включая 80 женщин, которые оказались охваченными огнем в загоревшейся фабрике по производству одежды, принадлежавшей ООП. Другой автомобиль взлетел на воздух поблизости от филиала ООП в Сидоне, убив 23 человека. Только в декабре 1981 года 18 бомб, размещенных в автомашинах, мотоциклах, на велосипедах или ослах, сработали поблизости от офисов ООП или в местах массового расселения палестинцев, принеся многочисленные смерти.

Ответственность за эти террористические акты взяла на себя новая и до тех пор неизвестная организация, называвшая себя «Фронт освобождения Ливана от иностранцев». Взрывчатка расфасовывалась теперь в пакеты из-под стирального порошка Ariel, так что, если машину с ней останавливали на блокпостах, груз выглядел вполне невинно. В некоторых случаях израильтяне вербовали женщин-водителей, чтобы уменьшить вероятность перехвата машины по пути ее следования к цели.

Бомбы для автомашин разрабатывали в лабораториях Управления специальных операций Армии обороны Израиля (Maarach Ha-Mivtsaim Ha-Meyuchadim). Там же производили самые первые экспериментальные образцы летающих дронов. Эти дроны испускали особые лучи, которые приводили в действие детонирующие устройства на взрывных зарядах. Один из местных агентов Дагана подводил автомашину как можно ближе к цели под наблюдением с воздуха и с земли, запарковывал ее там и покидал место операции. Когда наблюдатели «ловили» момент, которого ожидали, они нажимали кнопку, и машина взлетала на воздух.

Шарон рассчитывал, что такие операции спровоцируют Арафата на нападение на Израиль, который ответит вторжением в Ливан, или, по крайней мере, заставят ООП предпринять ответные действия против фалангистов, в связи с чем Израиль мог бы ввести в Ливан большие силы под предлогом защиты христиан.

«Фронт освобождения Ливана от иностранцев» начал также атаковать сирийские объекты в Ливане и даже брать на себя ответственность за операции против подразделений Армии обороны Израиля. «Мы никогда не были связаны с действиями против наших войск, – заявлял Даган, – но Фронт брал такую ответственность для того, чтобы создать видимость, будто бы он действует против всех иностранных сил в Ливане».

Ясир Арафат не поддавался на эти уловки. Он обвинял «Моссад» и во взрывах, и в акциях Фронта. Однако и эта позиция Арафата была не совсем верна. На самом деле в «Моссаде» были категорически против того, что делали Бен-Гал и Даган.

«При поддержке Шарона, — говорил один из офицеров тех времен, — творились ужасные вещи. Я отнюдь не вегетарианец, был сторонником операций по ликвидации, которые проводил Израиль, и даже участвовал в некоторых из них. Но здесь мы говорим о массовых убийствах во имя самого убийства, чтобы сеять хаос и чувство тревоги среди населения. С каких это пор мы отправляем на базары осликов с поклажей из взрывчатки, чтобы взрывать их там?»

Другой сотрудник «Моссада», бывавший в Ливане в то время, рассказывал: «Я видел с некоторого расстояния, как на воздух взлетал начиненный взрывчаткой автомобиль, который разрушал всю улицу. Мы учили ливанцев, как достигать большей эффективности при взрыве бомбы. Все, что потом мы видели в арсенале “Хезболлы”, на самом деле имело своей отправной точкой те наши операции».

Госдепартамент США объявил, что предварительное расследование пришло к выводу, что Израиль, возможно, нарушил соглашения с Вашингтоном об использовании поставляемых США кассетных боеприпасов во время войны в Ливане. “Департамент очень серьезно относится к своей ответственности за обеспечение того, чтобы предоставленное США оружие использовалось в целях, разрешенных законодательством США”, — сказал представитель Госдепартамента. Закон США о контроле за экспортом оружия ограничивает использование оружия американского производства “внутренней безопасностью” и “законной самообороной", которые, как Израиль, несомненно, заявил бы, были целью его действий против "Хезболлы”. Но более точные "ограничения на конечное использование” содержатся в американо-израильских контрактах, по словам представителя Госдепартамента, хотя формулировки засекречены. Считается, что эти ограничения требуют, чтобы Израиль воздерживался от угрозы гражданскому населению при использовании боеприпасов. Правозащитные группы обвинили и Израиль, и "Хезболлу" в совершении военных преступлений путем неизбирательного нанесения ударов по гражданским районам во время войны. Если предварительный вывод Госдепартамента подтвердится, это может заставить Белый дом осудить Израиль, возможно, путем замораживания экспорта кассетных бомб в еврейское государство.

Предполагается, что кассетные суббоеприпасы взрываются при ударе. Производители заявляют, что количество неразорвавшихся составляет около 5%, но, по оценкам ООН, более 30% кассетных бомб, выпущенных по Южному Ливану, не сдетонировали. Когда сотни тысяч мирных жителей, перемещенных в результате боевых действий, начали возвращаться в этот район, они обнаружили тысячи кассетных бомб в садах, домах и на улицах, в апельсиновых садах, банановых плантациях и оливковых рощах, часто свисающих с ветвей.

Крис Кларк, руководитель ливанской программы Центра Организации Объединенных Наций по координации противоминной деятельности, сказал, что его организация зафиксировала около 840 отдельных ударов кассетными бомбами на площади 13 квадратных миль. Награжденный орденом бывший британский солдат, который курирует глобальные операции Службы ООН по разминированию и обезвреживал боеприпасы в Косово и Судане, Кларк говорит, что ситуация с кассетными бомбами в Южном Ливане “наихудшая, которую я когда-либо видел”, добавив: “Это беспрецедентно и невероятно”. Официальный представитель Министерства иностранных дел Израиля Марк Регев заявил, что Израиль “полностью поддерживает усилия ООН по обезвреживанию боеприпасов в Ливане”.