͏Ну что, давайте теперь серьезно о новом русском нобелиате - Дмитрии Муратове.

Конечно, это легенда российской прессы, глыба «независимых» СМИ.
Муратов прошел сложный жизненный путь, от простого журналиста скромной Комсомольской правды, до соучредителя газеты, основанной под патронатом одного из крупнейших политиков той эпохи – Михаилом Горбачевым.

Видимо, близкое знакомство и постоянное общение с этим выдающимся советским руководителем накрепко вбили в свежего нобелиата, некоторые базовые принципы, благодаря которым, мы сегодня можем гордиться Муратовым.

Во-первых, это непререкаемая верность нормам демократии, поэтому в руках коллектива Новой Газеты контрольный пакет акций издания, а сам Муратов вот уже почти 30 лет безальтернативно избирается главным редактором.

Во-вторых, это абсолютная приверженность нормам свободы слова и журналисткой этики, которая выражена в негласных, но очень четких внутриредакционных правилах, которые строго регламентируют возможные интерпретации тех или иных событий, задают журналистам газеты вполне определенный вектор работы. Верность которого и подтвердила вчера Норвежская Академия наук.

Дмитрий Муратов очень цельная натура, для него путеводной звездой, всегда была правда, пусть даже самая неприглядная — правда о благородстве чеченских полевых командиров, правда о величии героев Евромайдана, правда о вечном русском пьянстве, правда о природной порядочности мигрантов из Средней Азии. Дмитрий Муратов сделал так, что правда и Новая Газета стали синонимами.

Многие сейчас удивляются тому, что, казалось бы, малоизвестный даже в России медиаменеджер, получил самую престижную премию в мире, но в этой награде есть железная логика. Дмитрий Муратов всегда знал, что громкие слова, произнесенные на публику, никогда не будут столь эффективны, как тихие разговоры в высоких кабинетах Вашингтона или Лондона, которые и принесли ему заслуженный успех.

Российские власти разрешили вернуться в РФ 150 тысячам мигрантов из Таджикистана и 150 тысячам мигрантов из Узбекистана, заявил глава Федерации мигрантов России Вадим Коженов.

Он пояснил, что амнистия не распространяется на мигрантов, в отношении которых суд принял решение о выдворении за пределы РФ.

Ситуация загадочная и пугающая. Некая сила, исключительно влиятельная, отменяет разом 300 тысяч решений, принятых российской полицией. Триста тысяч человек, остаются либо возвращаются в Россию, точно зная, что Закона в России — нет.

Не работает ни миграционное законодательство, за нарушение которого было вынесено большинство решений о депортации, ни административный кодекс (те самые массовые драки мигрантов которые обещал беспощадно пресекать мэр Москвы Собянин), ни иные преступления против личности, которые в силу своеобразной российской правоприменительной практики часто наказываются 10 или 15 сутками ареста.

Люди, приехавшие в Россию из классических failed states, несостоявшихся государств, где общественная жизнь после 1991 года вернулась в средневековую архаику, будут ли они уважать после этого Российское государство? Станут ли они воспринимать решение об амнистии как проявление гуманности и великодушия большой и сильной России?

Как показывает повседневная жизнь — нет, не будут.

Кто же тот всемогущий лоббист, который смог продавить это беспрецедентное решение?

Глава Федерации мигрантов рассказал, что были «переговоры». Кого и с кем? Кто с кем договорился, что людей, которые возможно были причастны к деятельности радикальных структур, принимали участие в нашумевших драках и других нарушениях российского законодательства решили оставить в России?

Как технически происходил процесс отмены постановлений, вынесенных отделами МВД? Кто их отменял? Тоже МВД? Тогда мы имеем право знать — кто конкретно принял это решение, чья подпись стоит на соответствующем распоряжении?

И как тут не вспомнить удивительную принципиальность тех же территориальных отделов МВД, которые выносили решения по депортациям добровольцев Донбасса, которых отправляли в украинские и казахские тюрьмы «за нарушение правил временного пребывания на территориии Российской Федерации». Как, например, выдали в апреле 2020 в Казахстан ополченца батальона «Спарта» Евгения Щербака, где его осудили на 4,5 года.

Попросить об амнистии этих людей, видимо было некому, либо их влияние не настолько велико, как лоббистов завоза рабочей силы из Средней Азии.

На жесткой антимигрантской риторике немало кандидатов прорвались в депутаты Госдумы нового созыва. Но выборы теперь в прошлом и интерес к общественному мнению немедленно угас.

Более того, риторика облеченных властью чиновников повернулась на 180 градусов. Не так давно начальник Главного управления по вопросам миграции генерал-лейтенант полиции Валентина Казакова прямо заявила, что против «трудовой миграции» выступают самые настоящие иноагенты.

Это мы понимаем. С политикой партии не согласен?! Враг народа!

Только настоящий враг народа — тот, кто этот народ лишает рабочих мест. Это - тот, кто загоняет этот народ в нищету, искусственно занижая уровень зарплат. Тот, кто создает в крупных и малых российских городах, рабочих поселках и селах настоящие этнические гетто, где русские чувствуют себя угнетенным меньшинством.

https://www.kp.ru/daily/28343/4489000/

По поводу амнистии мигрантов ещё добавлю.

❗Мне пишут силовики, которые с большим усилием спровадили многих амнистированных в родные пенаты. Дело в том, что доказать юридически причастность многих ТЫСЯЧ мигрантов к террористическим организациям не удалось, но ждать, когда они взорвут, что-нибудь в метро не стали, и приложили все усилия, найти повод для депортации. Теперь эти люди получили амнистию и едут в русские города!

❗Тот, кто это придумал предатель и агент влияния❗ Фактически мы видим переброску к нам в тыл гибридного войска! Всë в рамках "мятежвойны", о которой я так часто пишу.

https://xn--r1a.website/rqnst/1521

Владлен Татарский совершенно справедливо пишет о главном.

https://xn--r1a.website/vladlentatarsky/8998

Огромное количество мигрантов, высланных из РФ по нетяжелым статьям, на самом деле это активисты экстремистских салафитских групп, которых решили быстро выслать вместо того, чтобы долго и сложно что-то доказывать.

То есть подонки, которые "договорились" с Узбекистаном и Таджикистаном о "миграционной амнистии" на самом деле завозят в Россию Армию Завоевания.

Готовая завоевательная структура численностью больше, чем была у Халида ибн Валида и Тарика ибн Зийяда вместе взятых.

Однополые и сексуальные

Президент России присвоил гражданство нашей страны уругвайской актрисе Наталии Орейро. Та вообще то живёт в Аргентине и в России жить, по ее же собственным словам, не собирается. И вообще Орейро сказала, что попросила гражданство РФ в виде шутки на одном телевизионном шоу. Видимо, шутка удалась.
Кстати.
Недавно Путин критиковал Запад за однополые браки. Мол, здоровая консервативная Россия против этого. Сама же Орейро в 2010 году принимала активное участие в кампании за однополые браки и гордится этим. Так ей за это российское гражданство дали? Или за то, что один журнал назвал ее " одной из самых сексуальных ныне живущих женщин"?
Пока сексуальным уругвайским аргентинкам в шутку дают российское гражданство, это самое гражданство с огромным трудом, мучаясь от нашего бюрократизма, получают русские, приезжающие из республик бывшего Союза.
Наверное их нещадно гоняют по кабинетам потому, что они в отличие от Орейро не участвовали в компании за однополые браки.

Осень — традиционное время обострения. И пока большинство интернет-бойцов привычно отрабатывают по сатанинскому празднику «День всех святых», то активное меньшинство предлагает создать «Стоп-лист консерватора». Здесь они собирают информацию о брендах, которые поддерживают лгбт+-повестку, и предлагают от них отказаться.

Активно поддерживаю инициативу и предлагаю включить эти компании, особенно, обратив внимание на Мастеркард, Визу, Майкрософт, Эппл и Андроид. Надеюсь, что интернет-консерваторы будут последовательны и откажутся от использования их продукции уже сегодня

Присоединяйтесь к инициативе!

Спор вокруг указателей в метро на таджикском/узбекском и других языках мигрантов с юга имеет под собой множество смыслов. Это не просто про таблички в транспорте и напряженную миграционную обстановку в одном из районов Москвы.

Таблички, как и любые другие символы, устанавливает победитель. Помните фотографии, сделанные в Германии в 1945 году? Москва 1942 км, Берлин-Центр, например. Приходя в города противника, любая армия первым делом водружает над главным зданием свой флаг, а потом на свой манер начинает называть улицы, вешать указатели на языке своих солдат и пр.

Далее идут храмы, памятники и другие символические объекты, свидетельствующие о принадлежности той или иной территории/города врагу - их необоходимо либо уничтожить, либо переделать на свой лад. Был храм Святой Софии в Константинополе - стала мечеть. Особенно в деле переформатирования городского ландшафта и топонимики в свое время постарались большевики, этот пример нам ближе и понятнее. Они были людьми подготовленными, в совершенстве владели лучшими западными подходами и прекрасно понимали, что в первую очередь везде необходимо менять символы. Последствия этого мы видим до сих пор в виде улиц Урицкого, Володарского, площадей Коммунаров.

Войны XXI века ведутся не танковыми клиньями и многокилометровыми фронтами, а молниеносным действием техники, небольшими мобильными группами и, самое важное, информационным подавлением противника. Через СМИ и соцсети, эстетику, культуру, и, например, такие инфоповоды. Если на Западе, в тех же США сейчас уже во многих городах идет процесс уничтожения символов (памятники генералам-южанам, королям, исторические названия улиц), то у нас пока прощупывают почву на предмет, проглотит ли общество появление новых, несвойственных вывесок в транспорте. Меню в закусочных быстрого питания уже давно делают на узбекском/киргизском/таджикском, теперь следующая стадия. Кто знает, сколько нам осталось до требований переименовать улицу и станцию метро Скобелевская, названных в честь легендарного Белого генерала Скобелева, наводившего ужас на многоликую османскую армию. Если сейчас общество проглотит таблички на эти языках - будьте уверены, от нас потребуют дальнейшего отступления. Таковы законы этой невидимой, но вполне ощутимой войны.

Проводят парады, называют улицы и вешают указатели те, кто победил. Хотелось бы узнать у московских властей, когда они успели передать ключи от города? И, что куда важнее, кому и на каких условиях?

Запрещенный за поддержку Путина русский писатель Достоевский сообщает:

"В наше время чуть не вся Европа влюбилась в турок, более или менее. Прежде, например, ну хоть год назад, хоть и старались в Европе отыскать в турках какие-то национальные великие силы, но в то же время почти все про себя понимали, что делают они это единственно из ненависти к России.

С тех пор как Турция в войне с Россиею, мало-помалу укрепилось и установилось, в иных местах в Европе, даже уже действительное и серьезное убеждение, что нация эта не только организм, но и имеющий большую силу, которая, в свою очередь, обладает свойством развития и дальнейшего прогресса.

Эта мечта пленяет многие европейские умы все более и более, а наконец, даже и к нам перешла: и у нас в России заговорили иные о каких-то неожиданных национальных силах, которые вдруг проявила Турция. Но в Европе укрепилась эта мечта опять-таки из ненависти к России, у нас же - из малодушия и страшной поспешности пессимистских заключений, которые всегда были свойством интеллигентных классов нашего общества, чуть только лишь начинались где-нибудь и в чем-нибудь наши "неудачи"!

В Европе случилось то же самое, что произошло в поврежденном уме Дон-Кихота, но лишь в форме обратной, хотя сущность факта совершенно та же: тот, чтоб спасти истину, выдумал людей с телами слизняков, эти же, чтоб спасти свою основную мечту, столь их утешающую, о ничтожности и бессилии России, - сделали из настоящего уже слизняка организм человеческий, одарив его плотью и кровью, духовною силою и здоровьем.

Об России же самые образованные европейские государства со страстью распространяют теперь совершенные нелепости. В Европе и прежде нас мало знали, даже до того, что всегда надо было удивляться, что столь просвещенные народы так мало интересуются изучить тот народ, который они же так ненавидят и которого постоянно боятся. Эта скудость европейских о нас познаний и даже некоторая невозможность Европы понять нас во многих пунктах - всё это в некотором отношении было для нас до сих пор отчасти и выгодно. А потому вреда не будет и теперь.

Пусть они кричат у себя о "позорной слабости России как военной державы", вопреки свидетельству десятков их же корреспондентов с самого поля войны, удивлявшихся боевой способности, рыцарской стойкости и высочайшей дисциплине русского солдата и офицера; пусть самые возможные, хотя бы и значительные, ошибки русского штаба в начале войны, они считают не только непоправимыми, но и органическими всегдашними недостатками нашего войска и нации (забыв, как часто мы их бивали в битвах за все последние два столетия).

Пусть, наконец, самые серьезнейше из их политических изданий сообщают Европе за точную истину об огромном бунте народа, предводимого нигилистами, на Выборгской стороне в Петербурге, и о вытребованных русским начальством двух полках по железной дороге из Динабурга, для спасенья Петербурга, - пусть это всё говорят они в слепой своей злобе.

Повторяю, нам это даже выгодно, так как сами они не ведают, что творят. Ведь, уж конечно, им бы хотелось возбудить у себя повсеместно к нам ненависть "как к опасным противникам их цивилизации", - и вот они же представляют нас в упадшем виде, в смешном до позора слабосилии как военной державы и как государственного организма. Но ведь кто так слаб и ничтожен, тот может ли возбуждать опасения и против себя коалиции? А им именно нужно настроить против нас свое общество. Стало быть, во вред же себе говорят, а коли так, то приносят нам не вред, а пользу. Мы же подождем конца".

Дневник писателя, 1877 год.

Торгаши #ПошлиВон #ДаПобеде

Граждане России должны бойкотировать компании тех стран, чьи правительства поставляли и поставляют оружие киевским бандеровцам и фашистам, чьи инструкторы натаскивали восемь лет русофобов, мучителей и душителей. Каждый честный человек должен отказаться также от покупки товаров из этих стран. Да, испанские маслины вкусные, немецкие машины качественные, но их правительства поставляют оружие для УБИЙСТВА РУССКИХ!

Это США, Великобритания, Германия, Франция, Испания, Нидерланды, Швеция, Финляндия, Дания, Чехия, Польша, Греция, Канада, Австралия, Литва, Латвия, Эстония, Турция, Грузия.

Поэтому #ПошлиВон: ИКЕА, Метро, Ашан, Ив Роше, турецкие помидоры и прочие. Любителям турецких пляжей надо объяснить, что это сродни предательству. Мы защищаем свою страну и своих производителей. На освободившееся место придут компании из стран, которые поддерживают Россию или сохраняют нейтралитет - и таких на Земле большинство. Каждый русофоб должен сто раз подумать, прежде чем пакостить России.

У нас отдельные плохоразвитые людишки сокрушаются по поводу запрета Эппл пэй и прочих заграничных плюшек, за которые они готовы Родину продать. Придётся перевоспитывать, исправлять ошибки последних десятилетий.

Мы призываем всех добрых русских людей разрезать карточки компаний из вышеназванных стран и выложить их на свои страницы с призывами: #ПошлиВон #ДаПобеде

Интервью 2014 года, но очень свежее по своей сути.


Ополченец Новороссии: "Когда мне говорят о единой Украине, то я сразу вспоминаю, как миномётная мина летит на жилой квартал"


Ополченцы Луганской народной республики родом не только с Донбасса. Сюда приехали люди из разных частей Украины. Так, Сергей родом из Днепропетровска и, в отличие от пушечного мяса киевской хунты, не скрывает6 своего лица под чёрной маской. На втором этаже здания правительства ЛНР, отставив в сторону свой автомат Калашникова, Сергей играет на гитаре песни Наутилуса Помпилиуса, ДДТ, Крематория, вызывающие6 чувство спокойствия в осаждённом и изнурённом бомбардировками городе. Он любезно согласился рассказать, почему взял в руки оружие и приехал в Луганск.


- Давно ли ты в ополчении и почему пришёл сюда?


Я в ополчении ещё с начала мая. Я пришёл, потому что увидел, что поднимается неофашизм. Я увидел это изнутри, поэтому я приехал в Луганск и вступил в батальон.


- Что именно ты увидел, что конкретно тебя заставило примкнуть к ополчению Новороссии?


Одесса. Для очень многих, кого я знаю, поворотной точкой стала Одесса, где людей просто так сожгли заживо. Это был уже Рубикон, точке невозврата. После этого люди должны были восстать, Луганск с Донецком восстали, и я приехал в Луганск.


- Как ты оцениваешь прошедшие три месяца существования Новороссии? Что это было?


Это изменения, прежде всего в сознании людей. По мне, люди начинают просыпаться - под минами, под гаубицами, под "Градами". Когда гибнут товарищи, всё становится просто и понятно. Отсыпается какая-то шелуха. Люди, которые приходят с оружием на чужую землю, они неправы по определению, им нечего тут делать. И остаётся выбор - быть их рабом или умереть. Умрут в итоге все, но одни умрут плохо, а другие хорошо. Многие люди здесь решили, в первую очередь, для себя : свобода или смерть. Я старюсь жить как они и принадлежать к этим людям.


- Эти три месяца были непростыми для ЛНР, вокруг Луганска пытаются замкнуть кольцо, идёт наступление на город. Хватит ли сил, чтобы удержать город?


Я не знаю, но мне по большому счёту всё равно. У нас ситуация безвыходная - победить или умереть. Но конечно хочется верить, что победим.


- А что значит победа? Где и когда она будет?


Для меня победа, если, как минимум, Новороссия будет в тех границах, которые она для себя заявила. Поначалу это Луганская и Донецкая области по административным границам. Если выйдет последний украинский военный отсюда и больше сюда не зайдёт. Конечно, здесь ещё будет много перетрясок и переделок, во многом строительство государства придётся начинать с нуля, но первая победа в моём понимании такая.


- Но остановится ли на этом война? Или она выйдет за пределы двух областей?


Очень хотелось бы верить, что выйдет дальше. По мне, это не война и даже не революция, это эволюция. У людей происходи перестройка сознания на правильный режим, они понимают, что никто кроме их мужчин с оружием их не защитит. То есть никакие бумаги, международные договоры - это всё фикция. Государство начинается с армии. Украина, которая 23 года разрушала армию, столкнулась с тем, что её армия неспособна защищать государство, она способна только бить из фронтовой артиллерии по мирным людям. Всего остального они избегают, они боятся воевать. Наёмники здешние - да, мы видели здесь много наёмников...


- Откуда?


Как говорят местные жители, они видели поляков, литовцев и арабов. Это только то, что слышал я, только в одном районе Луганской области, где мы тогда работали. Вот они воюют качественно, очень хорошо, видно, что люди прошли большую школу и имеют большой опыт. А многим украинским военным война не нужна, но у них заградительные отряды за спиной, Нацгвардия, Правый Сектор, которые расстреливают тех, кто отступает.

- А что значит для тебя поражение? Это партизанская война, подполье или уход в Россию?

Я не знаю, не думал даже об этом. На войне быстро привыкаешь жить одним днём - контролируешь время внутри дня, поскольку это нужно для выполнения каких-то задач, а какой при этом день недели - в принципе не важно. Будем решать проблемы по мере возникновения. Посмотрим, куда выйдет.


- Какое настроение у горожан Луганска? Что сегодня в воздухе витает?


Все ждут хороших новостей. Я не знаю, откуда эта информация и правдива ли она, но уже ждётся чего-то хорошего.


- Наступления?


Да, хотелось бы оттянуть их хотя бы за границы Луганской и Донецкой областей и приводить в порядок город. Потому что город разнесли, как после Великой Отечественной войны.


- Позволяет ли соотношение сил их откинуть?


Не знаю, оно и в 41-м году было невозможно. Здесь, мне кажется, какие-то высшие силы действуют. Очень многое зависит от тех, кто нам поможет или не поможет, от тех, кто нам помогает уже и от тех, кто думает, надо это делать или не надо.


- В Луганск пришла гуманитарная помощь из России. Будет ли её достаточно?


Каждый грамм груза - бесценный, потому что других поступлений просто нет. Кроме той гуманитарной помощи, что приходит, у нас нет других источников медикаментов, предметов первой необходимости. Луганск ведь осознанно взяли в полукольцо, чтобы создать гуманитарную катастрофу - взорвали линию электропередачи в районе Новосветловки и вокруг неё окопали много техники. То есть они осознанно держат этот разрыв, чтобы город был без света, соответственно без воды. Недалеко от наших позиций накрыло "Градами" газопровод, ночью было светло как днём - в городе сознательно создаётся гуманитарная катастрофа, чтобы люди просто вымерли. Вот такие у нас противники. Когда мы воюем с ними, они осознанно бьют по жилым кварталам. Началось это 11 июля, когда под Изварино (где находится пограничный переход с Россией) попала в кольцо какая-то западноукраинская бригада. 13 июля под Луганском на склон холма выгнали танки и начали бить прямой наводкой по жилым кварталам, по девятиэтажкам. То есть они осознанно отстреливаются по мирным людям. Они воют вот так.


- Почему? Откуда эта злоба и озверение?


Я не могу судить, что у них происходит в головах, потому что когда мы брали пленных, выталкивали из БТРов, они плакали, рассказывали про маму, просили их не убивать, потом они сидели у нас, приезжали их мамы, рыдали, просили отпустить их деточек. Но это уже было после того, как их взяли в плен, а до того они ехали на БТРах и думали, что их встретят люди с двухстволками. Они просто ехали и били из пулемётов по всему что видели, что шевелилось. По-моему, они нас не считают людьми, и попасть по большому городу из танка легче, чем в другой танк, верно? Они знают, что там живут наши близкие, за которых мы воюем. Поэтому они воюют вот так.


- Ты сказал, что "они не считают нас людьми". Кого вас? Ведь вы же жили в едином государстве более 20 лет.


Как оказалось, нет. Где-то вырастили отребье, которое считает себя высшей нацией, а нас соответственно нелюдями. Они уверены, что эту землю нужно от нас зачистить и они приедут сюда и будут жить со своими семьями на этих ресурсах. Что-то подобное рассказывал один из пленных, ему обещали денег на переезд, на обустройство здесь, любой дом по выбору: заходи, живи, выгоняй местных. Вот так.


- Откуда пленный был родом?


Откуда-то из-под Черновцов, с Западной Украины. Людьми их язык не поворачивается назвать, этих существ вырастили там. Их сформировали там, причём я даже не знаю, когда и как это произошло.


- То есть за 20 с небольшим лет со времени развала СССР...


Да, то есть каким-то образом на этом старом местечковом национализме, который болтался на Западной Украине, вырастили этих недосверхчеловеков. Как, я не знаю. Я не слыхал ни о чём подобном, то есть это было для внутреннего пользования.


- Как ты видишь Украину в будущем? Что будет с этой страной?

Я не знаю, будет так или нет, но я Украину в будущем вообще не вижу. То есть она уже никогда не будет единым государством, потому что когда мне говорят о едином государстве, то я сразу вспоминаю, как свистит миномётная мина. И кто эту мину выпустил по нам, по жилым кварталам, по больницам. Был день, когда осознанно расстреливали детскую реанимационную больницу. То есть они осознанно ложили мины туда. С этими людьми у меня никогда не будет одной страны, никогда не будет одной истории, я их и людьми-то считать не буду. Это лично моё такое восприятие.


- Как говорится в одном из лозунгов Майдана, "никогда мы не будем братьями"...


Да. Когда им дали в руки оружие, то у них был шанс повернуть его против тех, кто отправлял их сюда.


- Против олигархов?


Да, против олигархов, которые решили вот так распилить страну и заодно почистить лишнее с их точки зрения население. Но они этого не сделали, побоялись или не захотели. У них совершенно другой менталитет. Если бы я узнал, что Львов отделяется от Украины - да и на здоровье! Я живу в другом регионе страны, отделяйтесь Львов, Тернополь, Ивано-Франковск, нам же только легче будет. А они пошли с оружием на нас, потому что мы захотели сами распоряжаться своей землёй. И здесь уже возврата не будет, ничего не вернётся обратно. Слишком много людей здесь полегло, что с одной, что с другой стороны. Их-то данные о потерях сильно занижены. Слишком много семей треснули пополам, кто-то в ту сторону, кто-то в другую. Мой родственник, милиционер, мне месяца два назад позвонил, он знал, где я, и сказал: "Я в аэропорту Луганска, надеюсь, что мы не встретимся". Вот тогда я понял, что такое гражданская война.