🐢 Действительно ли Франция долго формирует правительство? (часть II)
Исключением из всей этой картины служит Великобритания, в которой власть от консерваторов перешла к лейбористам менее чем за сутки. Причина такого исхода — двухпартийная система островной монархии. В прошлом Франция также имела опыт столь быстрой передачи власти оппозиции: в 1993 году президент-социалист Франсуа Миттеран на следующий день после выборов дал сформировать кабинет правому политику Эдуарду Балладюру, а в в 1997 году президент Жак Ширак за такой же срок назначил премьером социалиста Лионеля Жоспена.
Почему же сейчас не получается так быстро передать власть? Всё дело в том, что партийная система Франции за прошедшее десятилетие прошла неожиданную трансформацию. До Макрона в стране фактически господствовала двухпартийная система: имелись сильная левая Социалистическая партия и сильная правая голлистская партия (в лице всех предшественников нынешних кризисных «Республиканцев»), которые всячески сдерживали различных радикалов, и, разумеется, периодически сменяли друг друга на вершине власти.
В 2017 году же к власти пришла новосозданная партия макронистов, ныне известная как «Возрождение»: впитав в себя правое крыло Социалистов и левое крыло «Республиканцев», она стала гигантской центристской зонтичной партией. Традиционные партии страны понесли колоссальный урон и впали в кризис, а радикалам это открыло свежую почву для распространения своих взглядов: на левом фланге колоссального влияния добился Меланшон и его «Непокорённая Франция», а справа спустя десятилетия своего существования расцвело «Национальное объединение» Марин Ле Пен.
Единая центристская партия за прошедшие годы сбавила в поддержке и даже начала раскалываться: например, в 2021 году под руководством экс-премьера Эдуара Филиппа часть её членов образовали партию «Горизонты». Прошедшие в этом году выборы показывают, что в стране окончательно воцарилась многопартийная система, а прокрутить фарш назад в сторону двухпартийности уже не выйдет. Тем не менее, парадигмы в умах политиков остаются старыми, и многие из них хотят быстрой передачи власти, что просто не представляется возможным в нынешней ситуации — партиям нужно с нуля учиться выстраивать поствыборные коалиции и овладевать искусством компромисса со своими оппонентами.
Исключением из всей этой картины служит Великобритания, в которой власть от консерваторов перешла к лейбористам менее чем за сутки. Причина такого исхода — двухпартийная система островной монархии. В прошлом Франция также имела опыт столь быстрой передачи власти оппозиции: в 1993 году президент-социалист Франсуа Миттеран на следующий день после выборов дал сформировать кабинет правому политику Эдуарду Балладюру, а в в 1997 году президент Жак Ширак за такой же срок назначил премьером социалиста Лионеля Жоспена.
Почему же сейчас не получается так быстро передать власть? Всё дело в том, что партийная система Франции за прошедшее десятилетие прошла неожиданную трансформацию. До Макрона в стране фактически господствовала двухпартийная система: имелись сильная левая Социалистическая партия и сильная правая голлистская партия (в лице всех предшественников нынешних кризисных «Республиканцев»), которые всячески сдерживали различных радикалов, и, разумеется, периодически сменяли друг друга на вершине власти.
В 2017 году же к власти пришла новосозданная партия макронистов, ныне известная как «Возрождение»: впитав в себя правое крыло Социалистов и левое крыло «Республиканцев», она стала гигантской центристской зонтичной партией. Традиционные партии страны понесли колоссальный урон и впали в кризис, а радикалам это открыло свежую почву для распространения своих взглядов: на левом фланге колоссального влияния добился Меланшон и его «Непокорённая Франция», а справа спустя десятилетия своего существования расцвело «Национальное объединение» Марин Ле Пен.
Единая центристская партия за прошедшие годы сбавила в поддержке и даже начала раскалываться: например, в 2021 году под руководством экс-премьера Эдуара Филиппа часть её членов образовали партию «Горизонты». Прошедшие в этом году выборы показывают, что в стране окончательно воцарилась многопартийная система, а прокрутить фарш назад в сторону двухпартийности уже не выйдет. Тем не менее, парадигмы в умах политиков остаются старыми, и многие из них хотят быстрой передачи власти, что просто не представляется возможным в нынешней ситуации — партиям нужно с нуля учиться выстраивать поствыборные коалиции и овладевать искусством компромисса со своими оппонентами.
🔥5👍3👏2
Вчера вечером в Париже состоялась церемония открытия семнадцатых летних Паралимпийских игр. Как и в случае с олимпийской церемонией, торжества прошли не на каком-то специальном стадионе, а прямо в городе: были задействованы Елисейские Поля и Площадь Согласия. Соревнования будут идти полторы недели и завершатся 8 сентября.
👍4
Люси Касте сегодня днём объявила о своём уходе с поста директора парижской мэрии по финансам и закупкам. После того, как Макрон отклонил её кандидатуру на пост главы правительства, номинантка левых оказалась на распутье: либо сдаться и вернуться на работу в мэрию, где она ради агитационных мероприятий NFP взяла отпуск до 31 августа, либо продолжить свою борьбу и уйти с государственной службы. В результате Касте остановилась на втором варианте, пообещав направить все свои силы на сохранение коалиции.
Бороться с Макроном коалиция решила путём митингов, запланированных на 7 сентября. К поддержке манифестаций, предложенных «Непокорённой Францией», уже присоединились зелёные и коммунисты, однако прочие союзники левых заняли по ним неоднозначную позицию: например, профсоюз «Всеобщая конфедерация труда» (один из крупнейших в стране) заявил о позитивном отношении к планируемым акциям, но при этом отказался призывать своих членов выходить на улицы. А Социалистическая партия тем временем устами своего генерального секретаря Пьера Жуве и вовсе заявила об отказе от протестов «на данном этапе».
На отказ социалистов от активного участия в митингах повлиял рост напряжения по отношению к NFP в их рядах: так, на днях Элен Жоффруа, давняя оппонентка главы партии Оливье Фора, призвала к разрыву союза и отказу от сотрудничества с LFI. В эту пятницу поддерживающие её сопартийцы планируют встретиться для обсуждениях своих дальнейших действий: среди таковых, например, глава Окситании Кароль Дельга, несмотря на отказ левых от консультаций с Макроном посетившая сегодня утром Елисейский дворец.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤔7
👨🦽«В Советском Союзе инвалидов нет!», или как Москва Паралимпиаду (не) принимала
Пока Макрон находился в Сербии, акторы французского политического кризиса оказались предоставлены сами себе, и ничего шибко значимого за прошедшие полтора дня не сделали — лишь очередные обещания подвергнуть оппонентов импичменту, если президент отдаст контроль над правительством в их руки, да призывы «сплачиваться и брать власть» (с таким, например, сегодня выступил экс-президент Саркози, призвавший «Республиканцев» перестать упираться и пойти наконец на союз с макронистами). Почему бы тогда немного не отвлечься от Франции, и в свете Паралимпийских игр не поднять из глубин памяти одну связанную с ними страницу советско-российской истории?
Впервые соревнования для людей с ограниченными возможностями были устроены в 1960 году, и сейчас они проходят в семнадцатый раз. В 1980 году СССР принимал Олимпиаду, и, по идее, должен был заодно организовать Паралимпиаду. Московская Олимпиада для советской и постсоветской пропаганды имеет статус культового мероприятия — это был триумф отечественных спортсменов и организаторов, о котором не приминают с поводом или без вспомнить при каждой новой Олимпиаде (в этом году вот даже сняли какой-то сериал, прославляющий всё это дело). А вот про советскую Паралимпиаду почему-то никогда не вспоминают.
А всё дело в том, что вспоминать нечего — СССР не стал устраивать Паралимпиаду, снабдив отказ от неё рассказами про «отсутствие в стране инвалидов». Если немного копнуть, то вскроется целый пласт историй об ужасном обращении «Страны Советов» к людям с ограничениями: взять хотя бы отношение к ветеранам-инвалидам (ещё при Сталине была устроена кампания по депортации из крупных городов в сельскую местность ряда категорий увечных ветеранов, причём особо больных могли даже сослать в какой-то специальный отдалённый «дом инвалидов») или банальный образ застройки советских городов, спланированных сугубо под нужны здоровых людей.
Задумавшись обо всём этом, я решил на днях спросить своих знакомых, а знают ли они, что вместо Советского Союза в 1980 году Паралимпиаду принимали Нидерланды? Или о сталинских кампаниях по депортации героев войны, ценой своего здоровья принёсших миру победу над нацизмом, а в качестве благодарности получивших не заботу, и высылку куда подальше, дабы они своим видом «не портили облик городов»? Как оказалось, никто из них про это не знал, разве что слышали легендарную фразу «в СССР инвалидов нет!»…
Пока Макрон находился в Сербии, акторы французского политического кризиса оказались предоставлены сами себе, и ничего шибко значимого за прошедшие полтора дня не сделали — лишь очередные обещания подвергнуть оппонентов импичменту, если президент отдаст контроль над правительством в их руки, да призывы «сплачиваться и брать власть» (с таким, например, сегодня выступил экс-президент Саркози, призвавший «Республиканцев» перестать упираться и пойти наконец на союз с макронистами). Почему бы тогда немного не отвлечься от Франции, и в свете Паралимпийских игр не поднять из глубин памяти одну связанную с ними страницу советско-российской истории?
Впервые соревнования для людей с ограниченными возможностями были устроены в 1960 году, и сейчас они проходят в семнадцатый раз. В 1980 году СССР принимал Олимпиаду, и, по идее, должен был заодно организовать Паралимпиаду. Московская Олимпиада для советской и постсоветской пропаганды имеет статус культового мероприятия — это был триумф отечественных спортсменов и организаторов, о котором не приминают с поводом или без вспомнить при каждой новой Олимпиаде (в этом году вот даже сняли какой-то сериал, прославляющий всё это дело). А вот про советскую Паралимпиаду почему-то никогда не вспоминают.
А всё дело в том, что вспоминать нечего — СССР не стал устраивать Паралимпиаду, снабдив отказ от неё рассказами про «отсутствие в стране инвалидов». Если немного копнуть, то вскроется целый пласт историй об ужасном обращении «Страны Советов» к людям с ограничениями: взять хотя бы отношение к ветеранам-инвалидам (ещё при Сталине была устроена кампания по депортации из крупных городов в сельскую местность ряда категорий увечных ветеранов, причём особо больных могли даже сослать в какой-то специальный отдалённый «дом инвалидов») или банальный образ застройки советских городов, спланированных сугубо под нужны здоровых людей.
Задумавшись обо всём этом, я решил на днях спросить своих знакомых, а знают ли они, что вместо Советского Союза в 1980 году Паралимпиаду принимали Нидерланды? Или о сталинских кампаниях по депортации героев войны, ценой своего здоровья принёсших миру победу над нацизмом, а в качестве благодарности получивших не заботу, и высылку куда подальше, дабы они своим видом «не портили облик городов»? Как оказалось, никто из них про это не знал, разве что слышали легендарную фразу «в СССР инвалидов нет!»…
👍8🔥3🥴3🤡2🤔1
🏝 Печальное лето республиканца Эрика Сьотти подошло к концу
В последний день лета мятежный лидер «Республиканцев» (LR) Эрик Сьотти анонсировал создание своей новой партии, «Союза правых за республику» — название прямо отсылает на объединение генерала де Голля из 60-х, «Союза демократов за республику». Сьотти демонстрирует свои амбиции на формирование новой итерации ведущей голлистской партии — выступающих в данный момент в этой роли «Республиканцев» в своём выступлении он активно критиковал, обвиняя их в многолетней самодискредитации, обещая при этом новой партией исправить свои былые ошибки.
Ещё в начале лета никто и не мог подумать, что глава республиканцев будет такое заявлять: бывший претендент на звание кандидата от LR в президенты страны (на партийном конгрессе в декабре 2021 года занял второе место, набрав 40% голосов против 60%, ушедших главе региона Иль-де-Франс Валери Пекресс), он всего полтора года назад занял пост председателя партии. Особых успехов у Сьотти на этом посту не было, его правление запомнилось массой разногласий: например, из-за пенсионной реформы (Сьотти поддержал её), или отношения партии к неоднократным попыткам вынести вотумы недоверия правительству. Но, по крайней мере, кризисная LR до текущего лета не подавала признаков начала распада.
Плохие знаки для Сьотти начались в первых числах июня: на выборах в Европарламент LR под его руководством не смогла показать хороший результат, собрав на 1,2% голосов меньше, чем в 2019, потеряв 2 места из былых 8. По итогу тех выборов Макрон распустил парламент, и Сьотти, пытаясь выправить положение, неожиданно для всех прорвал «санитарный кордон», объявив о союзе с Ле Пен. Дальше началась уже известная кутерьма: политбюро партии вступило в борьбу с председателем, попытавшись свергнуть его, но Сьотти удалось удержаться через суд. Впрочем, влияние в партии было полностью потеряно, и свой список кандидатов в депутаты ему пришлось выставлять с помощью RN.
После второго тура выборов дела пошли ещё хуже — вынужденный союз левых и макронистов лишил правых шансов на приход к власти, а вместе с тем навредил и Сьотти: многие верные союзники не смогли пройти в парламент, а часть всё же избранных по его списку депутатов сбежали с корабля, не желая сидеть вместе с Эриком у разбитого корыта. Заодно пришли плохие известия из родной для него Ниццы: находящийся в давнем конфликте с главой LR градоначальник Кристиан Эстрози сполна воспользовался поствыборным хаосом, и зачистил местную власть от лояльных Сьотти лиц. Для этого Эстрози подал в отставку, быстро выиграл в том же месяце внеочередные выборы, и заполнил исполнительную власть города своими людьми.
Прямо сейчас Сьотти готовится к новым судам с руководством «Республиканцев», желающим снять его с поста главы партии: первое заседание состоится 14 октября, а основной процесс ожидается в 2025 году. Нет никаких сомнений в том, что рано или поздно его выгонят из LR, и тогда политик полностью окажется в объятиях Марин Ле Пен. А учитывая историческое отношение семьи Ле Пенов к Шарлю де Голлю, крайне забавно, что именно под их крылом он будет вынужден выстраивать новую «голлистскую» партию.
В последний день лета мятежный лидер «Республиканцев» (LR) Эрик Сьотти анонсировал создание своей новой партии, «Союза правых за республику» — название прямо отсылает на объединение генерала де Голля из 60-х, «Союза демократов за республику». Сьотти демонстрирует свои амбиции на формирование новой итерации ведущей голлистской партии — выступающих в данный момент в этой роли «Республиканцев» в своём выступлении он активно критиковал, обвиняя их в многолетней самодискредитации, обещая при этом новой партией исправить свои былые ошибки.
Ещё в начале лета никто и не мог подумать, что глава республиканцев будет такое заявлять: бывший претендент на звание кандидата от LR в президенты страны (на партийном конгрессе в декабре 2021 года занял второе место, набрав 40% голосов против 60%, ушедших главе региона Иль-де-Франс Валери Пекресс), он всего полтора года назад занял пост председателя партии. Особых успехов у Сьотти на этом посту не было, его правление запомнилось массой разногласий: например, из-за пенсионной реформы (Сьотти поддержал её), или отношения партии к неоднократным попыткам вынести вотумы недоверия правительству. Но, по крайней мере, кризисная LR до текущего лета не подавала признаков начала распада.
Плохие знаки для Сьотти начались в первых числах июня: на выборах в Европарламент LR под его руководством не смогла показать хороший результат, собрав на 1,2% голосов меньше, чем в 2019, потеряв 2 места из былых 8. По итогу тех выборов Макрон распустил парламент, и Сьотти, пытаясь выправить положение, неожиданно для всех прорвал «санитарный кордон», объявив о союзе с Ле Пен. Дальше началась уже известная кутерьма: политбюро партии вступило в борьбу с председателем, попытавшись свергнуть его, но Сьотти удалось удержаться через суд. Впрочем, влияние в партии было полностью потеряно, и свой список кандидатов в депутаты ему пришлось выставлять с помощью RN.
После второго тура выборов дела пошли ещё хуже — вынужденный союз левых и макронистов лишил правых шансов на приход к власти, а вместе с тем навредил и Сьотти: многие верные союзники не смогли пройти в парламент, а часть всё же избранных по его списку депутатов сбежали с корабля, не желая сидеть вместе с Эриком у разбитого корыта. Заодно пришли плохие известия из родной для него Ниццы: находящийся в давнем конфликте с главой LR градоначальник Кристиан Эстрози сполна воспользовался поствыборным хаосом, и зачистил местную власть от лояльных Сьотти лиц. Для этого Эстрози подал в отставку, быстро выиграл в том же месяце внеочередные выборы, и заполнил исполнительную власть города своими людьми.
Прямо сейчас Сьотти готовится к новым судам с руководством «Республиканцев», желающим снять его с поста главы партии: первое заседание состоится 14 октября, а основной процесс ожидается в 2025 году. Нет никаких сомнений в том, что рано или поздно его выгонят из LR, и тогда политик полностью окажется в объятиях Марин Ле Пен. А учитывая историческое отношение семьи Ле Пенов к Шарлю де Голлю, крайне забавно, что именно под их крылом он будет вынужден выстраивать новую «голлистскую» партию.
👍5🔥1🫡1
Столичная градоначальница Анн Идальго сообщила, что олимпийские кольца, размещённые на Эйфелевой башне, отныне станут постоянным дополнением культовой достопримечательности. Для этого нынешний вариант колец заменят на улучшенную копию — текущая тяжёлая декорация вряд ли выдержит зимнюю погоду, поэтому вместо неё изготовят новый символ игр, сделанный из более лёгких и устойчивых к непогоде материалов.
Вместе с кольцами в городе планируют сохранить и другие символы прошедших соревнований: прямо сейчас обсуждается, где стоит разместить для постоянной дислокации чашу олимпийского огня (ту самую, что выглядела как воздушный шар), а также использованные в церемонии открытия статуи известных француженок, появлявшиеся на берегах Сены по ходу водного парада атлетов.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👀5👍1
Хомячок-аналитик
Вы одобряете решение оставить Олимпийские кольца на Эйфелевой башне?
Anonymous Poll
18%
👍 Да
58%
👎 Нет
24%
👍3
В последние дни августа французские социологи порадовали, выложив несколько интересных опросов про поствыборные настроения французов. Самый обширный опрос провела компания «Ipsos» по заказу «Le Monde»: в нём приведены данные по отношению к результатам выборов, восприятию отдельных политических сил и многому другому. Полные результаты можно посмотреть вот тут, а ниже приведу самые интересные моменты:
• Несмотря на летние политические конфликты, большинство французов довольны своим июльским выбором: голоса во втором туре однозначно изменили бы не более 10% опрошенных. Меньше всего таких среди макронистов (8%), больше всего — среди республиканцев (11%). При этом значительная доля разочарованных среди воздержавшихся от голосования — лишь 67% из них уверены в правильности своего игнорирования электоральных процедур. (Подробнее на рис. 1)
• Оценки «республиканского фронта» (тактики взаимного снятия левых и центристских кандидатов во втором туре) сильно поляризировались: 55% опрошенных считают, что это было необходимо для противодействия радикалам, в то время как остальные 45% расценивают это как средство сохранения власти «традиционными партиями» (наибольший процент подобных мнений, разумеется, среди сторонников «Национального объединения» — 68%). (Рис. 2)
• Лишь 54% сторонников президентской коалиции и 38% сторонников LR в итоге остались довольны необходимостью голосовать за левых во втором туре, в то время как среди поддерживающих «Народный фронт» не видят ничего плохого в своих вынужденных голосах за макронистов аж 63% опрошенных. Сторонники центристов явно остались недовольны поствыборным наседанием левых на президента и лояльные ему партии, а в рядах приверженцев LR видны кризисные настроения. (Рис. 3, 4)
• Лишь 12% французов спустя два месяца с выборов убеждены в позитивных последствиях роспуска Национальной Ассамблеи, 67% считают, что этот шаг Макрона привёл к дестабилизации. На удивление, наиболее мягкие оценки высказывают опрошенные сторонники LFI: 26% из них рассматривают выборы как позитивный шаг, а 54% как негативный (в первом случае это больше, чем у сторонников какой-либо иной партии, а во втором — меньше). (Рис. 5)
• Но при этом «Непокорённая Франция» в плохом положении — 69% опрошенных считают, что LFI является угрозой для демократии, а 72% высказали мнение о провоцировании сторонниками Меланшона насилия. По обоим показателям выходит значительный рост по сравнению с предыдущими опросами (+12% за год): демонстрация словом и делом приверженности идее левой коалиции не смогла перекрыть громкие уходы из партии, и общий имидж LFI для общественности остаётся крайне радикальным. (Рис. 6)
• В то же время опрошенные не смогли решить, усилила или потеряла своё влияние по итогам поствыборного периода LFI: по 39% голосов набрали оба варианта. По мнению французов, свои позиции по итогам лета существенно упрочило «Национальное объединение» (об этом заявил 61% опрошенных), а вот президентское «Возрождение» и «Республиканцы» ослабли (так посчитали 68% и 63% соответственно). (Рис. 7)
• «Национальное объединение» сохраняет имидж ультраправой партии (69% опрошенных такого мнения), но при этом ощущение угрозы для демократии со стороны RN постепенно падает (53%). Отдельно был проведён опрос среди сторонников «Республиканцев» на предмет отношения к союзу Сьотти с RN: 32% избирателей партии всё ещё поддерживают данную инициативу, а 68% выступают против. (Рис. 7, 8)
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥5🤔2👍1