Талибан подает отчетливые сигналы о своем новом умеренном позиционировании. Обещает не трогать посольства, "простить" служивших в армии и бюрократическом аппарате, сохранить большую часть прав женщин, да и в принципе идет на переговоры о мирной передаче власти вместо силового захвата столицы.

На этот раз задача группировки - стать официально признанной властью в Афганистане и получить с этого соответствующие экономические дивиденды: от китайских инвестиций, газопровода ТАПИ, кредитов МВФ и т. д. Для этого им в том числе придется пойти против бывших "союзников:" зачистить страну от ИГИЛ и Аль-Каиды и на практике отказаться от поддержки уйгурских сепаратистов.

При этом до сих пор основное противостояние шло между талибами и непопулярным правительством Ашрафа Гани. Представители непуштунских народов (узбеки, таджики, хазарейцы) и умеренных оппозиционных движений еще не заявили о себе в полную силу, поскольку смещения Гани хотели все: именно он блокировал процесс мирных переговоров еще до выхода американцев. Основной оплот сопротивления талибам всегда находился на севере, поэтому сейчас группировка сделала особый акцент на захвате этих провинций.

Однако, если все крупные и влиятельные группы страны не будут представлены в формируемом Талибаном правительстве и тем более окажутся под религиозным и иным давлением - новой войны не избежать. Поэтому талибы заинтересованы в компромиссах ради не только внешнего признания, но и внутренней стабильности.

Основное сопротивление Талибану сейчас сосредоточено в Панджшерской долине и прилегающей к ней провинции Панджшер. Туда переместились остатки правительственных войск во главе с бывшим вице-президентом Амруллой Салехом, ставшим президентом после бегства Гани. В регионе также базируются вооруженные группы, лояльные конкретным лидерам.

Один из них - этнический узбек Абдул Рашид Дустум. Дустум воевал против исламистамов еще при просоветском правительстве и в предыдущих войнах с талибами. Сам он, возможно, находится в Узбекистане, что создает потенциальный конфликт страны с Талибаном.

Другой лидер - таджик Ахмад Масуд, сын воевавшего как раз с Советами (а потом и с талибами) легендарного "Льва Панджшера" Ахмада Шаха Масуда. Под его командованием сражался и сам Салех.

Все трое - опытные военные, максимально бескомпромиссные по отношению к талибам - к примеру, у Салеха они убили сестру. Паджшер - крайне защищенный район, который талибы так и не смогли захватить в прошлые войны и и который затем стал опорным пунктом для контрнаступления ополченцев и НАТО.

Но даже если провинция удержится и на этот раз, сопротивление едва ли сможет захватить Кабул без поддержки других государств и внутренних групп - вроде тех же таджиков и узбеков. Масуд и Дустум могли бы организовать и возглавить ополчение этих народов в северных провинциях.

Именно поэтому талибам крайне важно не вызвать гнев этнических меньшинств, а также США и Китая (войска уже не введут, но серьезно помочь сопротивлению могут). В таких условиях новой власти нужно проявить чудеса дипломатии, чтобы война в Афганистане действительно закончилась.

Помните, после победы Байдена все думали, что реально править Штатами будет вице-президент Камала Харрис?

На практике вскоре после выборов она фактически пропала с радаров. Затем Байден направил Харрис заниматься самым непопулярным направлением - миграционным кризисом, где она ожидаемо оскандалилась.

Возможен ли еще камбэк вице-президента? Некоторые шансы для этого есть. Сейчас Харрис пытается разрешить конфликт вокруг избирательных реформ в республиканских штатах и готовит визит в важные для противостояния с Китаем Сингапур и Вьетнам. В конце июля она наконец опубликовала полноценную стратегию решения кризиса на границе, стремясь исправить пока главную свою ошибку.

Politico пишет, что каждую неделю Харрис проводит встречи с видными общественными деятелями, а затем ее помощники продолжают контактировать с ними на регулярной основе. Тем самым, по мнению журналистов, Харрис формирует собственную сеть влияния, необходимую для потенциального президентства.

Если здоровье Байдена резко не ухудшится, серым кардиналом она уж точно не станет. Пока она даже не второй политик в стране. Во внутренней политике (и по влиянию на Байдена) она точно уступает главе администрации Рону Клейну, а по внешним вопросам - как минимум Блинкену и Салливану. Даже ее бывшую конкурентку за пост Сьюзан Райс некоторые считают влиятельнее.

Но, возможно, именно подходящих задач, поддержки в элите и чуть больше опыта до сих пор не хватало ей для успеха? В конце концов, Байден справился бы с проблемой миграции не лучше, а принятие заведомо провальной задачи на себя могло лишь поднять Харрис в глазах президента. В конце концов, когда все называют тебя серым кардиналом, проявлять излишнюю активность даже опасно - пока еще здоровый глава государства такому не обрадуется и точно не даст проявить себя в будущем. Пока что для Харрис важнее всего не публичность, а посильная помощь Байдену. А ближе к 2024 году все еще может кардинально перевернуться.

Рейтинг одобрения Байдена упал до минимальных уровней за весь президентский срок.

Согласно опросу NBC, только 49% опрошенных одобряют действия Байдена. По сравнению с апрелем показатель упал на 4 п. п. Всего 25% согласны с тем, как проходит вывод войск из Афганистана. Более 40% недовольны коронавирусной политикой.

Gallup подтверждает: поддержка Байдена в августе упала до 49% по сравнению с 56% в июне.

Сводные данные опросов различных агентств демонстрируют практически равные уровни одобрения и неодобрения Байдена.

О катастрофе говорить рано: опросы весь срок давали Трампу менее 50%, а накануне выборов - меньше 40%, и он все равно почти победил. Трампу не повезло иметь дело с пандемией в конце срока, в то время как Байден столкнулся с ней в начале. Да и в 2024 году демократы, вероятно, выдвинут кого-то еще, так что сейчас - лучшее время для непопулярных решений. А вот скажется ли это на рейтинге партии и сумеет ли она переломить этот тренд к промежуточным выборам в Конгресс 2022 года - большой вопрос.

Алжир разорвал дипломатические отношения с Марокко, обвинив Рабат в терроризме и шпионаже. Вполне возможно, что это еще один шаг к войне.

Карта газопроводов помогает увидеть реальную подоплеке этого конфликта. Осенью страны должны перезаключить контракт на транзит алжирского газа в Испанию и Португалию через Марокко. Пунктир обозначает трубу для перевода газа на прямой подводный маршрут: он якобы может помочь Алжиру обойтись без услуг враждебного соседа. По факту это больше похоже на блеф: пропускных мощностей явно не хватит. Вопрос скорее в том, кто кому навяжет новые условия транзита. А в случае полного разрыва в борьбе за южноевропейский рынок больше всех выиграет американский СПГ - помните, год назад Трамп подлил масла в конфликт, признав права Марокко на Западную Сахару? Но и Россия может откусить часть рынка со своим сжиженным газом.

Вообще, за всем этим стоит довольно занятная история. По ссылке чуть более полная версия.

Высокопоставленный чиновник ЕС объявил о желании стать президентом Франции.

Мишель Барнье, главный переговорщик по Брекситу от ЕС хочет выдвигаться от правоцентристской Республиканской партии - некогда самой влиятельной в стране. Своим главным предложением на данный момент он назвал ограничение иммиграции.

За семь месяцев до президентских выборов политический дрейф Франции вправо становится все очевиднее. Именно на этом фланге сосредоточилось большинство тяжеловесов, включая пока что однозначных финалистов - Макрона и Ле Пен. Причем это уже не прежний Макрон из правительства социалистов, а инициатор законодательства, которое многие считают откровенно антимусульманским. Барнье же хочет идеологически разместиться аккурат между Макроном и Ле Пен. Ведь пока последняя остается справа, даже Дональд Трамп мог бы надеяться на голоса левых и умеренных по принципу "только не Национальный Фронт".

Самим лево-зеленым, чтобы минимально навязать бой, нужен единый кандидат, но личные амбиции, как обычно, берут верх. Причем многие из них настолько недовольны политикой Макрона, что все громче звучит идея призвать левых избирателей к бойкоту второго тура. Именно так социал-демократы могли бы внезапно привести к власти Ле Пен.

Но прогнозировать даже победителей первого тура во Франции - пока неблагодарное дело. Макрон за год до прошлых выборов только создал свое движение и уж никак не претендовал на победу над Фийоном. Национальный Фронт еще несколько выборов назад был маргинальной партией, и даже умеренно правые голосовали во вторых турах предпочитали им социалистов. Так что Барнье, зеленую мэра Парижа Анну Идальго и целую плеяду правоцентристских кандидатов еще рано списывать со счетов.

Bloomberg: Бывшие враги, США и Талибан, находят общий язык против ИГИЛ

Дано: к власти в Афганистане пришли люди, которых вы признаете террористами и против которых воевали двадцать лет. У них так себе дела с соблюдением прав человека. Но вам нужно как-то договариваться с ними по эвакуации граждан, безопасности, экономическим проектам, иначе за вас это сделают враги

Задача: как объяснить такое сотрудничество собственному электорату в условиях пикирующих рейтингов?

Блумберг получает пятерку с плюсом. Мораль его новой статьи вполне может лечь в основу пиар-стратегии западных, да и не только правительств: Талибан - зло, но это меньшее зло. Нам нужно с ним дружить, чтобы бороться против ИГИЛ/Аль-Каиды/России/Китая/Ирана (другие могут подставить сюда США, Израиль и уйгурских сепаратистов). Прецедентов в истории Запада хватает: Китай при Дэне Сяопине против СССР, монархии Персидского залива против Ирана, азиатские диктатуры против современного Китая.

Посмотрим, выучило ли мировое сообщество этот урок.

Жесткая позиция властей Польши относительно иммигрантов - одна из попыток вернуть все более падающее доверие.

Не так давно в польскую политику вернулся бывший премьер-министр страны и председатель Европейского Совета Дональд Туск. Вновь встав во главе оппозиционной "Гражданской платформы", он уже сравнял ее по рейтингу с правящей партией "Право и Справедливость". Ее лидера Ярослава Качиньского (которого называют "реальным правителем Польши) он считает чуть ли не личным врагом.

Сама "Право и Справедливость" недавно рассорилась с партнерами по коалиции из-за "Польской сделки" - популистской социальной программы, которая также могла бы вернуть партии голоса. Эксперты и политики все чаще говорят, что в этом году возможны досрочные выборы.

Все это происходит на фоне ссоры уже не только с ЕС, но и с США. После близкой дружбы при Трампе теперь страна все чаще сталкивается с американской критикой своей внутренней политики, а согласование Северного потока-2 без всяких консультаций - и вовсе сродни удару в спину. Приоритеты Штатов изменились - в противостоянии с Китаем им нужен сплоченный и способный защитить себя самостоятельно Евросоюз.

На такое новое отношение Польша ответила новым законом о СМИ, который может запретить самое популярное оппозиционное медиа - дочернюю компанию американского Discovery. Вдобавок поляки договариваются об инвестициях с Китаем, о закупке вооружений с Турцией и даже (правда, на уровне частного бизнеса) о строительстве АЭС в России. Такой вот троллинг некогда главного союзника.

Неудивительно, что симпатии западных стран на стороне Туска, который в свое время открыто радовался победе Байдена.

Как вы думаете, кто в Конгрессе громче всех выступает против желания демократов продлить полномочия главы ФРС Джерома Пауэлла? А против планов Байдена назначить бывшего главу администрации Обамы послом в Японию? А кто угрожал проголосовать против с трудом согласованного Байденом инфраструктурного плана? И обдумывает бросить вызов лидеру демократов в Сенате Чаку Шумеру на выборах 2022 года? И это только за последние дни.

Это вовсе не какой-нибудь республиканец-трампист. Знакомьтесь, Алесандрия Оказио-Кортес - пожалуй, самый видный прогрессивист (т. е. левый демократ, хотя себя она считает социалисткой) после Берни Сандерса. Фактически она возглавляет в Конгрессе собственную мини-фракцию из 6 человек The Squad. По взглядам они гораздо радикальнее типичных демократов вроде Байдена, а в чем-то просто напрямую расходятся с ними - к примеру, поддержкой Палестины в конфликте с Израилем. И даже высокопоставленные члены партии все больше вынуждены с ними считаться.

В общем, запомните это имя и этих людей. Через 1-2 избирательных цикла не исключено, что наследники Безумного Берни наконец поучаствуют в президентских выборах. Но уже сейчас, в период шаткого демократического большинства, от этой "партии внутри партии" зависит все больше в американской политике. Что подтверждает тезис о все более серьезном расколе в американских партиях и обществе в целом.

29 сентября в Японии пройдут выборы главы правящей Либерально-Демократической партии (ЛДП). Премьер-министр Ёсихидэ Суга объявил, что не примет в них участия

На фоне четвертой волны коронавируса, непопулярной у населения Олимпиады и провальной эвакуации японцев из Афганистана рейтинг одобрения правительства упал до 26%. Это ставило под угрозу абсолютное большинство ЛДП на выборах в октябре.

Фактически решение Суги означает, что у Японии скоро появится новый премьер. Из известных кандидатов однозначный фаворит - министр по административной реформе Таро Коно: у него не только самые высокие рейтинги в партии и среди населения, но и хорошие отношения с большинством партийных фракций. Год назад он поддержал Сугу и теперь, вероятно, получит эту поддержку назад.

Таро Коно - "голубь" во внешней политике. Будучи министром иностранных дел, наладил отношения с Китаем. Вел переговоры по мирному соглашению с Россией. Он же всегда содействовал сотрудничеству с РФ в Арктике и импорту российского СПГ. А поскольку он непримиримый противник атома, это немаловажный аспект. В общем, неплохой вариант для России.

Среди других кандидатов в лидеры ЛДП есть довольно интересные личности.

Вот, к примеру, настоящий Трамп в юбке Санаэ Такаичи. Единственная женщина-кандидат, но отнюдь не феминистка, а ястреб и националист. Такаичи отрицает итоги Второй Мировой и несколько раз демонстративно посещала Храм Ясукуни, где ведется почитание военных преступников Японской Империи - назло Китаю и обеим Кореям. Настолько сильно поддерживает ядерную энергию, что однажды заявила, будто "катастрофа в Фукусиме никого не убила". Также Такаичи одобряет восстановление японской армии. Еще интересный факт: и Таро Коно, и Такаичи в молодости работали помощниками американских конгрессменов.

Такаичи - новичок в борьбе за высший пост, и у нее все еще впереди. Но опытный кандидат-тяжеловес Сигэру Исиба - не менее интересный персонаж. Выступал не просто за создание армии, а за ядерное оружие (свое или американское) на Окинаве и превентивный удар по КНДР. Чуть ли не единственный в элите против всяких мирных переговоров с Россией. Как и Такаичи - открытый член ультраправого движения Ниппон Кайги.

Впрочем, лидируют все равно голуби. Если победит не Таро Коно (и не пока неизвестный кандидат), то скорее всего это сделает миролюбивый Фумио Кисида. Хотя, учитывая популярность того же Исибы в массах, рано списывать радикалов со счетов.

Продолжая тему Японии.

Сигэру Исиба, вероятнее всего, снимет свою кандидатуру на выборах главы ЛДП в пользу Таро Коно. Такие слухи ходили и раньше, но теперь он публично усомнился в своих перспективах. Это еще больше снижает интригу выборов: по последним опросам, совместный рейтинг Коно и Исибы составляет 53% против 12% у ближайшего преследователя Фумио Кисиды, не говоря уж о поддержке внутри партии.

Фракция экс-премьера Синдзо Абэ, по данным СМИ, может поддержать кандидатуру Санаэ Такаичи. Абэ - тоже член ультраправого движения Ниппон Кайги. Однако низкая популярность в префектурах и среди населения (3%) даже с этой поддержкой оставляют ей мало шансов на успех.

Интересно, что в такой турбулентный период японские СМИ интересует отношение будущего премьера к России. Крайне влиятельное издание Nikkei Asia считает, что новый лидер должен придерживаться подхода Суги, а не Абэ. Последний 27 раз встречался с Путиным, отказался от единой с Западом позиции по санкциям и был готов обсуждать уступки по двум Курильским островам вместо четырех. Суга относился к России куда холоднее. Однако, вопреки надеждам автора, Таро Коно в отношениях с РФ - все-таки скорее Абэ, чем Суга.

Свергнутый на днях президент Гвинеи Альфа Конде в 2019 году обнулил себе президентский срок. Если верить некоторым СМИ, помог ему в этом бывший сотрудник Дерипаски. Русал добывает в Гвинее бокситы, необходимые для алюминиевой промышленности, и обладает (обладал?) огромным политическим влиянием.

Правда, в последнее время его нарастили и Турция с Китаем. Поэтому часть экспертов, к примеру, видит в перевороте французский след: пришедший к власти Мамади Думбуя - бывший член Иностранного Легиона. Бывшая метрополия, таким образом, якобы зачищает регион от геополитических конкурентов.

Вопрос в том, будут ли новые власти мстить России за поддержку Конде и осуждение переворота или попытаются извлечь выгоду из дальнейшего сотрудничества.

До недавнего переворота мало кто следил за политикой в маленькой африканской стране Гвинее. А ведь там и помимо Дерипаски немало интересного.

К примеру, советником свергнутого президента Альфы Конде некоторое время был небезызвестный Джордж Сорос на пару с экс-премьером Великобритании Тони Блэром. Последний одновременно работал консультантом ближневосточного фонда, который тогда же заключил с правительством Гвинеи крупную сделку.

После прихода к власти Конде отобрал у франко-израильского бизнесмена Бени Штейнмеца два месторождения железной руды, якобы полученных при прежней власти коррупционным путем. Штейнмец подал в суд на Сороса, обвинив, что тот насоветовал такое решение Конде из-за личной неприязни к израильтянину. Во-первых, потому что Сорос, дескать, антисемит. Во-вторых... и тут мы внезапно возвращаемся в Россию, где в 90-х Конде и Штейнмец не поделили активы Связьинвеста.

Некоторые французские СМИ даже намекают, что переворот якобы связан с местью Штейнмеца. Правда, интересно, как бы он смог организовать такое из тюрьмы.

В общем, заинтересованных в стране сил не так уж мало. Посмотрим, в чью пользу будут развиваться события.

По мере приближения выборов в Бундестаг все громче звучит тема российского вмешательства. Несколько месяцев назад речь шла лишь об информационной кампании, но теперь нас обвиняют в кибератаках на политиков от ведущих партий. Об этом уже заявили немецкие МИД и прокуратура.

Между тем, СДПГ опережает бывших фаворитов из ХДС/ХСС уже на 4% и имеет все шансы сформировать коалицию вовсе без партии Меркель. Сама Меркель уже пугает избирателей союзом СДПГ с Левыми. Последние, между прочим, выступают за дружбу с Россией и выход из НАТО. Так что все основания для оправдания провала и шантажа победителей "российской темой" а-ля демократы при Трампе уже подготовлены.

На парламентских выборах в Норвегии левоцентристская оппозиция одерживает победу.

После подсчета 97,5% бюллетеней консерваторы во главе с премьер-министром Эрной Сульберг признали поражение после восьми лет правления. Потенциальная новая коалиция из Лейбористов, Центристов и Левых Социалистов предварительно получает 89 мандатов из 169.

В центре кампании были вопросы энергетики и отношений с Евросоюзом. Лейбористы, как и Консерваторы, поддерживают сохранение нефтегазовой ориентации норвежской экономики. Однако коалицию не собрать без Левых Социалистов. Последние хотят прекратить выдачу лицензий на добычу, увеличить углеродный налог и зеленые инвестиции. Компромиссом, по слухам, может стать частичная отмена льгот и некоторых видов лицензирования при полном сохранении уже ведущейся добычи.

Потенциальные партнеры Лейбористов также готовы выйти из Европейской Экономической Зоны, Третьего энергетического пакета ЕС и Агентства по сотрудничеству энергетических регуляторов, которое отвечает за интеграцию энергетических рынков. Партии опасаются потери автономии своей энергетики от ЕС. Вероятно, новая власть как минимум запустит переговоры об изменении условий интеграции.

Зато, если результаты ощутимо не изменятся к концу подсчета, Лейбористам удастся избежать коалиции с куда более радикальными Зелеными (требуют немедленного прекращения добычи нефти) и Красными (хотят выйти из НАТО и строить в Норвегии "скандинавский социализм"). Впрочем, частичного роста налогов все равно не избежать.

Так что Норвегия, как и весь Запад, испытывает влияние зеленых трендов, но пока еще в куда меньшей степени: после 2050 года страна рассчитывает и дальше использовать ископаемое топливо.

Появилась новая кандидатура на выборах главы правящей партии Японии.

Это бывшая министр связи Сейко Нода. Шансов на победу у нее немного, но создать трудности фавориту Таро Коно она способна. Чем больше кандидатов, тем выше вероятность второго тура. В нем голоса парламентских фракций имеют больший вес, чем голоса префектур, где Торо в тандеме с поддержавшим его Исибой особенно популярен.

Интересно, что половина кандидатов на де-факто высший пост теперь женщины. Многие выступают за повышение роли женщин в политике: даже крайне правый Абэ поддерживает Такаичи, а губернатор Токио Юрико Коике год назад называли возможным новым премьером. И это в крайне консервативной стране. Коно, например, осуждают за такие либеральные позиции, как разрешение супругам носить разные фамилии, а потомкам императора по женской линии занимать трон.

Традиции и иерархии здесь играют такую важную роль, что членам фракций чуть ли не впервые разрешили голосовать независимо от позиции их лидеров. Это, конечно, не очень хорошо для Коно и может принести неожиданные результаты.

Как подмечают японские эксперты, Коно так хочет получить поддержку фракций, что уклоняется от всех острых вопросов и даже смягчил позиции относительно АЭС. Поможет ли ему эта умеренность - увидим уже к концу месяца.

Франция отозвала послов из США и Австралии из-за отмены многомиллионной сделки на покупку Австралией французских подводных лодок. Вместо этого Канберра купит атомные подводные лодки США в рамках объявленного на днях партнерства AUKUS (Австралия, Великобритания, США).

Байден приносит партнерам одно разочарование за другим. В эпоху Трампа европейцы считали похолодание отношений США и ЕС следствием своеобразных личных позиций президента. Но события этого года показали, что тенденция к отдалению Вашингтона не зависит от партий и персоналий, а носит объективный и долгосрочный характер. Кроме конфликта с подлодками, об этом говорят односторонний вывод войск из Афганистана и такой же неожиданный призыв к отказу от патентов на вакцины, сохранение тарифного спора и коронавирусных ограничений на поездки.

Причина этого - в еще одном тренде, который оказался не просто причудой Трампа: США сосредоточили все внимание на Китае. В этих условиях им нужны союзники, способные занять твердую антикитайскую позицию, либо новые партнеры в Азии. Европа в своих попытках соблюдать нейтралитет и развивать с Пекином торговлю должна теперь полагаться на себя. Поэтому Вашингтон по-прежнему требует довести оборонные расходы ЕС до 2% ВВП, а участившиеся разговоры о европейской армии не пугают его, как прежде.

На прошедших выборах правящая партия победила, но не достигла своей главной цели - преодолеть 50%-й порог.

Я сейчас говорю о Либеральной партии Канады. Премьер-министр и ее лидер Джастин Трюдо объявил досрочные выборы в парламент исключительно с целью получить единоличное большинство мандатов. До этого ему приходилось полагаться на партнеров по коалиции, которые то и дело критиковали его инициативы - например, как недостаточно зеленые. Однако в результате либералы получили лишь на одно место больше, чем раньше.

Тем не менее, даже такой результат станет для партии мандатом на проведение более смелой программы. Ее главный пункт - повышение налогов для финансовых организаций, которые "нахлобучили" государство, слишком быстро восстановившись после кризиса. Собранные средства пойдут на зеленые инвестиции, жилищные и социальные программы.

Из действительно нового на этих выборах пока только повышенная роль почтового голосования. Мы до сих пор не знаем, как проголосовал еще миллион граждан Канады, выбравших эту опцию, но вряд ли приведенные выше цифры ощутимо изменятся.

Еще одна параллель с США - жесткий партийно-региональный раскол, основанный на энергетических и этнических факторах. Нефтедобывающие провинции Альберта и Саскачевана поддержали практически одних консерваторов, Квебек снова делегировал в парламент собственный блок, инуитская автономия Нунавут выбрала партию Новых Демократов, а остальные регионы - либералов. Вопреки общемировым трендам, для нефти это скорее ничья: консерваторы потеряли два мандата, но и Зеленые лишились одного.

Еще одна страна может в будущем провести референдум о выходе из ЕС

8-9 октября в Чехии пройдут выборы в нижнюю палату парламента. Правящая партия премьер-министра Андрея Бабиша ANO лидирует, но ее нынешние партнеры по коалиции рискуют не пройти барьер в 5%. В такой ситуации ANO, учитывая натянутые отношения с оппозицией, может полагаться только на ультраправую SPD (ее, кстати, парадоксально возглавляет на четверть японец и на четверть кореец Томио Окамура). Однако та уже назвала цену своей поддержки: принятие закона о референдуме. SPD не скрывает, какой именно референдум ей так хочется провести: партия давно выступает за выход Чехии из Евросоюза.

Сейчас всего 28% чехов поддерживают эту идею, так что в ближайшее время ждать "Чексита" не придется. Но само вхождение евроскептиков в правительство еще одной страны - безусловно, интересная тенденция.

Завтра в Германии пройдут долгожданные выборы в Бундестаг.

Если верить опросам Insa, которые учитывают все хитросплетения немецкой избирательной системы (она как бы смешанная, но в то же время пропорциональная), результаты ожидаются примерно такие:

СДПГ - 227 мандатов
ХДС/ХСС - 204 мандата
Зеленые - 136 мандатов
Свободные демократы - 109 мандатов
Альтернатива для Германии - 100 мандатов
Левые - 59 мандатов

Это все ещё сохраняет возможность для множества коалиций: ХДС/ХСС-СДПГ-СвДП (и даже без последних), ХДС/ХСС-Зеленые-СвДП, СДПГ-Зеленые-СвДП и СДПГ-Зеленые-Левые.

Какая комбинация в итоге победит, зависит от решения нескольких вопросов:

1. Кандидатура канцлера. ХДС будут настаивать на Лашете, а СДПГ - на Шольце. Это ставит их союз под угрозу, если только от Лашета не откажутся свои

2. Переговоры с третьими партиями. СвДП выступает резко против роста налогов - важного пункта программ Зеленых и СДПГ. Зеленые хотят создать под себя министерство по изменению климата с правом вето на все действия правительства. По сути большая часть коалиционных переговоров сведется к убеждению СвДП и Зеленых присоединиться к одному из двух лидеров гонки

3. Фактор Левых. В коалиции СДПГ-Зеленые-Левые первые две партии смогли бы по максимуму реализовать свои самые крайние требования. Для Левых это и вовсе единственный вариант оказаться в правительстве. Но Шольца поддерживают в основном как самого адекватного преемника умеренной Меркель, поэтому ради долгосрочной репутации партии ему лучше избегать союза с радикалами

Так что после выборов все самое интересное только начинается