В Республике Адыгея продолжается противостояние между местными экологами и бизнесом за плато Лэгъо-Накъ (Лагонаки) — часть Кавказского заповедника, входящего в список природного наследия ЮНЕСКО.

При поддержке местных властей предприниматели — группа компаний «Мантера» — собираются построить на плато, у самой границы заповедника, горнолыжный курорт «Лагонаки» с гостиничным комплексом «Верхняя деревня».

Идею вынашивали с начала 2020-х, но к её воплощению перешли лишь в 2024 году, когда на плато началась вырубка деревьев для прокладки водопровода к будущему курорту.

Строительство самого курорта планируют начать в 2026 году.

Глава республики Мурат Кумпилов и депутаты Хасэ (парламента) Адыгеи встали на сторону застройщиков. В конце июля депутаты приняли закон, разрешающий пересаживать краснокнижные растения ради возведения отеля.

Кумпилов сразу же подписал этот закон, вступивший в силу 11 августа.

«В зимнее время года [курорт] будет ориентирован на горнолыжный туризм, а в летнее — на рекреационный, приключенческий и экологический туризм. Реализация проекта позволит вывести туризм и индустрию гостеприимства в Адыгее на новый уровень, удовлетворить самые разные туристские потребности», — заявил ранее Кумпилов.

Противники проекта уверены, что строительство нанесёт непоправимый ущерб природе. Защитники Лэгъо-Накъ назвали принятый депутатами Адыгеи закон «антиприродным» и «антифедеральным».

Экологический активизм — одна из немногих форм сопротивления, сохранившихся в современной России. В национальных республиках и коренных сообществах защита природы часто становится вопросом выживания.

Крупнейшие протесты последних лет в республиках России были тем или иным образом связаны с экологией. Баймакские протесты в Башкортостане в январе 2024 года прошли в поддержку активиста Фаиля Алсынова, задержанного за выступление на митинге против золотодобычи.

Протесты в Республике Алтай в июне этого года были прежде всего против реформы местного самоуправления, но в повестке был и экологический вопрос: жители опасаются, что реформа откроет путь крупному турбизнесу в ущерб природе.

В отличие от Башкортостана и Алтая, у экологов Адыгеи появились неожиданные союзники во власти. На их сторону встал депутат Госдумы от КПРФ Олег Михайлов, ранее известный поддержкой защитников леса возле посёлка Пычим в своей родной Республике Коми.

На этот раз он направил десятки депутатских запросов, добился доступа к документам проекта курорта и выявил, по словам его команды, многочисленные нарушения.

«Казалось бы – где Адыгея, а где Коми? Но эта ситуация напрямую перекликается с проблемами нашей Республики. [...] Недавно в Госдуму внесли очередной законопроект, позволяющий менять границы заповедных территорий. Если он будет принят, под угрозой окажутся уникальные природные объекты по всей России», — заявили в Коми республиканском отделении КПРФ.

Другим союзником экологов Адыгеи стала прокуратура республики. Это ведомство возбудило уголовное дело о подделке документов против компании-проектировщика «Авангард-Проект» и обратилось в Арбитражный суд, требуя признать недействительной положительную экологическую экспертизу проекта — первое заседание прошло 8 августа.

«Представитель республиканской прокуратуры особо подчеркнул, что “Верхнюю деревню” планируется строить в 6 м от границы Кавказского заповедника, а между тем вокруг заповедника до сих пор отсутствует охранная зона, которая там должна быть по закону еще с 2015 года», — написал эколог Валерий Бриних, побывавший на заседании.

Тем не менее, борьба далека от завершения. Экоактивисты утверждают, что власти, несмотря на действия прокуратуры, всё же намерены начать вырубку и пересадку краснокнижных растений уже осенью.

📹 Версию этого материала с фото и видео читайте в нашем инстаграме

⸻

💝 From the Republics — новости республик | Подписаться

Через восемь лет СССР организует в Тыве переворот и расстреляет руководство республики, пытавшееся дистанцироваться от советского влияния. В 1944 году СССР аннексирует Тыву.

Изображение: де-факто герб республики Танну-Тыва до преобразования в Тывинскую народную республику в 1926 году.

Если вы из Тывы и хотите рассказать, как в ваших семьях упоминали период Танну-Тыва / Тывинской Народной Республики, напишите нам по адресу feedback@fromtherepublics.com

⸻

💝 From the Republics — новости республик | Подписаться

Пять лет назад в Башкортостане завершились протесты в защиту шихана Куштау — редкий пример в современной России, когда победу одержали протестующие.

Шиханы — одиночные известняковые горы — священны для башкортов и одновременно представляют интерес для промышленников. Один из них, Шахтау, был уничтожен к началу XXI века.

Когда стало известно, что «Башкирская содовая компания» (БСК) при поддержке главы республики Радия Хабирова собирается добывать известняк на Куштау, это вызвало волну возмущения. В начале августа 2020 года к подножию горы подтянулась техника БСК.

В ответ жители Башкортостана вышли на защиту шихана — буквально. Они разбили палаточный лагерь и в течение двух недель дежурили у горы, не позволяя начать добычу.

Власти пытались сломить протест — устраивали контр-митинги, направляли силовиков. Но безуспешно: 16 августа Радий Хабиров лично приехал к протестующим и пообещал остановить работы.

К годовщине протестов журналисты FtR поговорили с тремя участниками тех событий. Разнообразие их биографий показывает силу низового активизма в Башкортостане — одного из самых влиятельных и в то же время самых преследуемых в России.

Двое героев согласились говорить анонимно, под именами Азат и Асылбикә. Третий — Руслан Габбасов, один из лидеров башкортской оппозиции, ныне живущий в изгнании.

Перейти к историям:

🔵 История Асылбикә

⚪ История Азата

🟢 История Руслана

📹 В нашем инстаграме мы выпустили сокращенную версию историй наших героев, но с большим количеством фото и видео. Подписывайтесь и делитесь!

5 ЛЕТ ПРОТЕСТАМ НА КУШТАУ. ИСТОРИЯ АСЫЛБИКӘ

Было очень страшно. Страшно было не то, что ехать, а даже говорить в поддержку. Несмотря на страх, решение было принято без долгих раздумий. Причина — это ценности, которые непоколебимы: сохранение родного языка, родной земли, родного народа.

Как сказал великий башкирский классик «иле юҡтың — теле юҡ»: нет языка у того, у кого нет своей земли. У меня есть и язык, и земля. Это мой дом.

Каждый башкир обязан сохранять земли, доставшиеся нам от предков, которые веками облюбовали их — горы, леса, степи, реки, озера — это всё наша родина. Мы обязаны сохранить и передать её потомкам.

С первого приезда на Куштау я ощутила энергию горы: Куштау гудел, вибрировал. Это многовековое сакральное место приняло нас. Было очень приятно видеть своих единомышленников, бесстрашных отважных защитников. Каждому из них было что терять, но они стойко защищали свои ценности.

Так же было удивительно видеть как нагнали заводчан из БСК в большую цепочку. Живой коридор с плакатами скандировал в нашу сторону, оскорбляя нас «экотеррористами» и другими неприятными словами, было жаль их.
Во многих источниках СМИ пишут, что нас на горе в этот день [16 августа] было более 3000-5000 человек. По моим ощущениям, там было не больше 500 человек, но никто не признавался в том, что нас было меньше.

После того, как глава республики дал слово не трогать гору, как грибы после дождя прибыло много новых лиц, но боролись и под дождем стояли не так много людей.

Я сама организовала чат активистов, которые занимались рассылкой писем в разные российские и зарубежные, всемирные организации по охране природы.

Мы держали связь со многими блогерами-миллионниками, звездами российского шоу-бизнеса, лидерами мнений, которые, благодаря нашим письмам, узнали о проблеме и поддержали нас и сохранение шихана. Благодаря этим событиям, многие поняли силу социальных сетей.

О башкирах, о защитниках Куштау узнали по всему миру.

Это до сих пор очень удивительное и яркое событие в истории не только Башкортостана, но и в новейшей истории России.

Люди, объединившись за одну идею, смогли отстоять свои права.

💚 Ссылки на истории других участников протестов на Куштау

⸻

💝 From the Republics — новости республик | Подписаться

5 ЛЕТ ПРОТЕСТАМ НА КУШТАУ. ИСТОРИЯ АЗАТА

На тот момент я находился достаточно близко к околовластным кругам. Меня не раз просили публично высказаться в поддержку властей, но я всячески уклонялся, предпочитая сохранять нейтралитет.

На публике я молчал, а внутри, естественно, переживал, особенно потому, что мои друзья и товарищи находились в самом эпицентре событий и были в лагерях экоактивистов возле шихана. За них было тревожно.

За день до 16 августа мне начали поступать жёсткие сообщения из разных инстанций: либо я высказываюсь в поддержку Хабирова, либо с нами прекращают всякое сотрудничество.

Меня вызвали на встречу с представителями властей — это был эмоциональный разговор: с матами, ультиматумами и обвинениями в нелояльности. Меня прямо попросили взять собрать активистов и отправиться на Куштау громить лагерь экоактивистов. Автобус уже ждал.

Свое решение я должен был озвучить своё публично. После этой встречи я понял, что нейтралитет больше невозможен. По итогу встречи я выступил с открытым заявлением против разработки шиханов. В тот же день вечером подготовил запасы еды, воды и сам поехал на Куштау, чтобы поддержать активистов.

16 августа, когда я стоял в плотной толпе, давка, тяжело было дышать и двигаться. Где-то рядом раздавались хлопки, непонятно что это, шумовые гранаты или что-то другое. Было страшно, но двигаться всё равно было некуда.

В какой-то момент мне удалось вырваться, я побежал в сторону леса. По пути столкнулся с рабочими БСК, которых согнали туда. Была перепалка, когда пытался им объяснить, какую роль они играют в этом конфликте. Среди них были и башкирские мужчины, дяденьки, работавшие разнорабочими. Было больно видеть, как их используют.

Среди ОМОНа встретил парня из параллельного класса. До него пытался донести, что происходит, он ничего не сказал.

Пиковое событие — приезд Хабирова. Проливной дождь, он сказал, что разработки шихана не будет. Толпа гудела, кто-то кричал, но я старался сдерживать эмоции, чтобы не дать повода для провокаций. Было тревожно и все где-то ждали подвоха.

Самый главный страх — это страх быть задержанным. Он буквально был на каждом шагу.

Ключевое — это то, что шиханы удалось отстоять. Куштау был признан памятником природы, и в 2020 году народ действительно победил.

Но эта победа не окончательная. С тех пор власть серьёзно усилила свои инструменты противодействия протестам и они также учатся. Мы это видим на примере разработки хребта Кырктытау.

Власти стали активнее работать с лояльными блогерами, использовать социальные сети для имитации диалога, организовывать «псевдообщественные» обсуждения судьбы природных объектов, любые народные сопротивления очень легко списывают на иностранное влияние и «западных кураторов». Репрессивная машина стала ещё заметнее после Баймакских событий 2024 года. Люди запуганы.

Власть понимает, что сейчас сила — на их стороне. Протестная активность есть, но в нынешних условиях ей всё сложнее. Любая борьба внутри страны против ресурсов системы может привести к печальным последствиям.

Мы сохранили шихан. Но, вместе с тем, за эти пять лет стала ощутимо слабее та вера в будущее, которую мы чувствовали в августе 2020 года. Даже статус памятника природы — не гарантия. Если захотят, то найдут способ обойти любые нормы, придумают юридические лазейки, запустят геологоразведку под другим предлогом.

И всё начнётся снова.

💚 Ссылки на истории других участников протестов на Куштау

⸻

💝 From the Republics — новости республик | Подписаться

5 ЛЕТ ПРОТЕСТАМ НА КУШТАУ. ИСТОРИЯ РУСЛАНА ГАББАСОВА

Борьба за шиханы шла еще с 2007 года, когда появились первые заявки от предприятия «Сода» о том, что им нужно отдать в разработку шихан Торатау. Наша организация «Башкорт» активно участвовала в защите Торатау.

Когда Радий Хабиров в 2018 году сказал, что Торатау он не отдает в разработку, потому что это красиво и возле Торатау похоронена его мать, а Куштау, мол, не имеет такой ценности — с тех пор началась наша борьба за Куштау.

Мы сделали заявление о том, что не допустим разработки Куштау, для нас вообще нет никакой разницы: Куштау это, Торатау или Юрактау.

К лету 2020 года организация «Башкорт» была запрещена [как «экстремистская»]. Я считаю, что ее запретили специально перед тем, как начать активную фазу разработки, надеясь помешать нам защищать гору Куштау. Но у них это не получилось.

Когда началась активная фаза разработки, при содействии, в первую очередь, местных жителей и нашей организации «Башкорт», мы разбили палаточный лагерь. Мы активно в нем участвовали, охраняли его. А потом противостояли титушкам, чоповцам и силовым структурам.

Самым сильным было первое столкновение — нападение титушек вместе с чоповцами. Их было примерно около 300 человек, когда в ночь с 9 на 10 августа они напали на лагерь.

Мы не давали им, всю ночь отбивались тогда. Сперва нас было где-то человек 40, наверное, против трёхсот, но с каждым разом прибывало все больше людей, и в итоге они отступили.

15 августа они смогли захватить лагерь. Под видом проведения флешмоба сторонников БСК, пока там всякие артисты выступали продажные, в это же время одновременно начался захват лагеря.

Подключили трактора, которые просто ехали вперёд, а за ними шла толпа росгвардейцев. Постепенно-постепенно они начали захватывать лагерь.

Но и то — Куштау защищали весь день. Весь день устраивали баррикады, от одной баррикады постепенно к другой переходили, пока не достигли вершины, пока не захватили всю гору. И в итоге Куштау был захвачен.

Они прям тут же начали его огораживать сеткой, столбы забивать, шлагбаум ставить и так далее. В тот день арестовали около 70 наиболее активных защитников Куштау. Им потом всем выписали административные аресты от 5 до 15 суток.

Это все возмутило — с какой жестокостью они там и газовыми баллончиками обрызгивали людей, и били их, и что только они не делали. Все это на камеры попало. И в тот же день, 15-го числа, уже со всех уголков Башкортостана начали выезжать защитники Куштау.

Собравшись 16 августа, мы решили, что будем просто отбивать обратно Куштау. Официальный повод собраться, чтобы власти не докопались до нас — мы сказали, что будем проводить субботник.

Мы просто так и сказали, что будем убирать весь мусор с Куштау. А под мусором, в том числе, подразумевались и различные заборы, которые они там установили — сетки и так далее.

Огромная толпа мужчин — примерно около 10 тысяч, наверное, человек — мы просто голыми руками, можно сказать так, снесли все эти заборы, захватили обратно лагерь наш, который они 15-го числа снесли и разломали.

И Хабиров приехал на переговоры и сказал, что все, война закончилась, «повоевали и хватит», и давайте мир, и Куштау не будет разрабатываться. Это было, конечно, сильное событие.

Самое большое достижение этих протестов — это вера в себя, что мы можем. Что объединенные силы народа Башкортостана — вне зависимости от национальности, вероисповедания или социального статуса — объединившись, мы можем побеждать. И власть может проиграть, власть может идти на попятную.

Ну и, конечно же, то, что мы смогли сохранить шихан Куштау. И сегодня ему дан статус памятника природы.

Ситуация в стране изменилась: протесты запрещены, многих общественных деятелей посадили, плюс прошли Баймакские события, которые очень сильно отразились на обществе — в первую очередь, на башкирах. Пользуясь этим, они сейчас продавили разработку хребта Кырктытау.

Но борьба еще не закончена.

💚 Ссылки на истории других участников протестов на Куштау

⸻

💝 From the Republics — новости республик | Подписаться

Что случилось?

Верховный суд Республики Алтай отказался отменить закон о ликвидации сельских поселений.

Утром 18 августа у здания суда собрались сотни людей, которые встретили решение скандированием «Позор судье!»

Иск в суд подал юрист Дмитрий Тодошев — в нём он требовал признать закон недействительным, как не соответствующий Конституции Республики Алтай.

Что это за закон?

Закон, упраздняющий систему двухуровневого самоуправления, депутаты Эл Курултая Республики Алтай приняли в конце июня, несмотря на массовые протесты жителей республики. Самый крупный митинг против этого закона собрал 21 июня около четырёх тысяч человек.

Согласно закону, к 2026 году в Алтае будут ликвидированы сельские поселения — органы местной власти, позволяющие жителям напрямую участвовать в решении локальных вопросов.

Реформа, инициированная в Кремле, предполагает укрупнение муниципалитетов: теперь жителям сёл придётся решать все вопросы — от справок до инфраструктуры — в райцентрах.

Кроме практических неудобств, жители Алтая также опасаются, что реформа поможет крупному бизнесу скупать земли для строительства курортов, а органов самоуправления, которые могли бы противостоять этому, просто не будет.

Почему это важно за пределами Алтая?

Переход на одноуровневую систему — федеральная инициатива, которую Москва намерена внедрить по всей России. Критики считают, что она ослабит местное самоуправление и осложнит жизнь жителям малых населённых пунктов.

Среди противников реформы оказался раис Татарстана Рустам Минниханов. Именно в ответ на его критику, Госдума в марте приняла закон в смягчённой форме — с «переходным периодом» до 2035 года, в течение которого субъекты федерации могут сами решать, сохранять ли двухуровневую систему.

Однако на практике желающих сохранить прежнюю систему оказалось немного: изначально таких субъектов РФ было 17, но и этот список сократился.

Например, Республика Алтай входила в их число, но к началу лета, под давлением главы региона и кремлевского ставленника Андрея Турчака, начала переход на одноуровневую систему.

Что будет дальше?

После того, как стало известно, что суд отклонил иск, юрист Тодошев заявил, что дождётся мотивировочной части постановления, чтобы решить, каким образом оспаривать это решение, но пообещал «биться до конца».

Кроме того, он предложил пока ещё действующим депутатам муниципальных образований запустить параллельный процесс, с целью добиться «пересмотра решения сессии» Эл Курултая.

⸻

💝 From the Republics — новости республик | Подписаться