Кола убивает печень быстрее алкоголя!
И неважно: она с сахаром или диетическая.
Выдыхаем, садимся в позу лотоса. И после короткой медитации идём спокойно читать статью.
Забавно, но пока полной рецензируемой статьи нет в открытом доступе.
Если ошибаюсь — ткните меня носом. Но есть её описания. Учёные проанализировали данные из UK Biobank 103 тысячи человек, средний возраст 55 лет.
Кто пил хотя бы баночку газировки с сахаром или без, чаще болел стеатозом печени.
Болезнь развилась у 949 участников исследования, а 103 вовсе умерли от заболеваний печени (цифры привожу по OP161 из UEG Journal).
И вот тут давайте въедливо анализировать.

1️⃣ Сначала вопрос к заголовкам. Почему в куче статей упоминают только Колу?
Тогда как речь про любые сахаросодержащие и подслащенные напитки.
Фанта, Пепси, напитки из Черноголовки, Добрый Кола...
Давайте винить всю газировку, а не отдельный бренд!

Отдельный вопрос, это именно газированные напитки или напитки без газа? Например, холодный чай или кофе в банках; лимонады без газа и соки с добавленным сахаром.
Судя по всему, главный критерий был сахар/сахзамы в составе.

2️⃣ Всё ещё топчемся на заголовках. Нас заверяют, что Кола опаснее алкоголя.
Хотя мы уже выяснили, что не одна Кола повинна. Но!
MASLD — это неалкогольная жировая болезнь печени!
Она связана с инсулинорезистентностью (в частности),а не с пьянством.
В печени накапливается жир.
Печень себя плохо чувствует и со временем уходит в бессрочный отпуск.
К чему тут сравнение с алкоголем?
Или это изящная аналогия: мол, от виски с колой у вас печень отвалится двумя разными способами?

3️⃣ До мышей журналистов докопались. Теперь идём в данные от учёных.
Тут их хочется похвалить: они не просто нашли закономерность, но и попытались её объяснить.
Почему от сладких и несладких напитков так всё плохо?
Первая причина, как пелось у Николаева, это сахар.
Повышается вес, наступает инсулинорезистентность, накапливается мочевая кислота. И привет, стеатоз печени.
Сие логично. Но вывод отсюда: любое сладкое в больших количествах и регулярно — фактор риска.
А это мы и так знаем

4️⃣  Вторая причина — предположительно, пагубное влияние некалорийных сахзамов на микробиом кишечника.
Все эти аспартамы, ацесульфамы, цикламаты и прочие сукралозы уже давно винят в “плохом” изменении микробиома.
Но давайте прямо: исследований всё ещё мало, связь не очевидна.
Большинство данных получено на животных или вовсе in vitro.
Буквально брали человеческий кал или бактериальные культуры и капали туда подсластители.
Когда же доходит до исследований на людях, удивительным образом оказывается, что нет значительных и — что тоже важно — стабильных сдвигов состояния микробиома к худшему.
Ой как так вышло? Ссылаюсь на данные обзоров, а всё ещё не на свои личные ощущения и ретроградный МирКурей. [1] [2] [3] [4]

А ещё подсластители все супер-разные.
Вроде кажется, что один фиг, сукралоза там или аспартам. Однако у всех этих Е-шек (да, это Е-шки) разные механизмы действия, пути метаболизма, разные данные исследований влияния на микробиом.
И в составе газировки зеро может быть куча разных сочетаний подсластителей.
А не какой-то единый их состав.

Более того: связь изменений микробиома с болезнями печени — тоже лишь предположение, а не доказанный факт!
А подается всё в СМИ как железобетонная связь.
Да из описания исследования легко можно сделать такой вывод. Хотя когда смотришь глубже, то видишь, что конструкция похожа на дженгу.
Вот-вот развалится:
всё на предположениях предположений!

5️⃣ Почему не виним сладкий чай или кофе с сиропом?
Раз мы выяснили, что даже одна порция в 250 мл в сутки опасна для печени.
Почему мы не проанализируем, сколько ещё сладкого ели наши любители напитков?
Они явно получали сахар не только из несчастной Колы или Миринды.
Почему мы в принципе говорим, что именно напиток приводит к стеатозу печени? А не торт, шоколадка, печенье и пр.?

Анализировали ли образ жизни участников исследования:
их питание, активность, сопутствующие заболевания?
Очень удобно найти два совпадающих фактора и провести между ними корреляцию.
Так и строится, увы, большинство сенсационных исследований.
Пока не будет ответа на все эти вопросы, невозможно делать смелые выводы. Или опровергать их.

6️⃣ А что случалось, если люди заменяли сладкие и подслащенные напитки водой?
Вы не поверите, случалось чудо!
Риск стеатоза снижался на… готовы к цифрам?
На 12.8% и 15,2%. Вроде немало.
Но вопрос: а почему люди всё равно заболевали и достаточно часто? А может, всё-таки были ЕЩЁ какие-то факторы развития грозной болезни печени? Мы не хотим случайно это изучать, ребята?
Понятие “риски” мы часто понимаем неверно.
Тут речь про относительный риск, а не абсолютный.
Что такое "относительный риск снизился на условные 13%"?
Это значит, что условно тысяча человек пила сладкие напитки.
У 10 из них развилась болезнь печени.
Риск 1%. А ещё тысяча людей пила воду. У 8,7 из них развилась болезнь печени. Риск 0,87%. (Да, мы по-питерски тут делим людей на части). И разница уже не так велика. Ибо 0,87% на 13% меньше 1%.

А если бы снизился на 13% абсолютный риск?
Тогда это была бы революция.
Из 1000 пьющих сладкие напитки человек заболели 130. Из 1000 пьющих воду человек заболело... 0! Очень хочется узнать, считали ли учёные абсолютный риск? (Если напутала - ткните носом).

📌 К чему мы приходим?
Объедаться и опиваться сладким вредно.
И это знает любой ребёнок.
Жидкие калории легче сожрать, чем твёрдые.
Поэтому все гонят на напитки (отчасти справедливо).
Хотя в исследовании пишут про всего одну баночку в 250 мл в день.
Изучать, как сахар и подсластители влияют на микробиом и затем на здоровье по-прежнему надо.
Мы всё ещё слишЬком мало знаем!
А если вы тревожное пирожное, пейте воду. Или кофе. Или чай.
источник
Теперь понимаете, что нельзя говорить, что Кола убивает печень хуже виски или рома? И как нам дальше жить?

Про профилактическое железо для младенцев
(1/3)

Педиатрия полна спорных тем (медицина — не точная наука!), и добавление препаратов железа в питание младенцев — одна из них. Поскольку уже неоднократно в чате канала «Федиатрия» возникали запросы на эту тему, постараюсь кратко описать свою позицию. Для четкости буду писать тезисно, по пунктам. Если вам неинтересно читать матчасть и рассуждения, можно сразу перейти к прямым рекомендациям: это пункты 20-22.

1. Железо — необходимый элемент работы организма, в первую очередь из-за своего участия в обмене кислорода. Железо входит в состав гемоглобина, который разносит кислород по уголкам и закоулочкам организма. Кроме этого, оно участвует в разных обменных процессах и в иммунном ответе на инфекцию, а в излишках — может просто накапливаться в организме мертвым грузом (с токсическим эффектом). Вопрос в том, нужно ли употреблять железо в пищу, не стоит вообще. Это жизненно важно, и получить железо можно только из внешнего мира.

2. Доношенные человеческие дети рождаются с запасами железа, которое они накапливают внутриутробно, а затем получают небольшие количества железа с грудным молоком. Запасов хватает примерно до 6 месяцев, после чего железо начинает поступать в больших количествах с введением прикорма. Дети на искусственном вскармливании получают железо в смеси, причем содержание может быть разным.

3. Недоношенные (рожденные до 37 недель беременности) и дети с низкой массой тела при рождении (меньше 2500 г), а также из многоплодной беременности не накапливают достаточных запасов железа, поэтому им показано добавление железа в виде капель, доза определяется в зависимости от срока и веса при рождении. Обычно 2—4 мг/кг/сутки.

4. Существующие рекомендации по приему железа разнятся. В США дают здоровым доношенным детям с 4 месяцев 1 мг/кг, в России в последние годы такая же рекомендация. В Израиле дают с 4 месяцев 7,5 мг/сутки, независимо от веса, а затем увеличивают вдвое. В общем случае ВОЗ рекомендует профилактику железодефицита в популяциях, где риск железодефицитной анемии (ЖДА) выше 40%.

Однако с этими рекомендациями не все так гладко, как хотелось бы. В 2022 году вышел хороший обзор на эту тему, на основании которого распишу еще несколько тезисов.

5. Чтобы понять, нужно ли давать железо, надо оценить риски, как и всегда в медицине. Мы понимаем, что абсолютно безвредных препаратов в принципе не бывает. И уж точно небезвредны препараты железа, которые вызывают множество нежелательных эффектов, не только вредящих организму, но и делающих многие из препаратов плохо переносимыми. Самые частые негативные эффекты у взрослых — запор, тошнота и диарея. Младенцы изучены хуже, но нет оснований думать, что их это не касается.

6. Нехватка железа может приводить к анемии и связана с потенциальным снижением когнитивных способностей и иммунной защиты. Это как раз хорошо известно и служит обоснованием для повсеместного назначения железа.

7. Избыточное железо может накапливаться в тканях, нарушая их функции. Кроме того, повышенное содержание железа связано с худшей переносимостью инфекций и нарушением формирования нормальной микрофлоры в кишечнике. А это, в свою очередь, может влиять на множество проблем от нарушений развития иммунной и нервной систем до желудочно-кишечных заболеваний.

8. То есть, как мы видим, плох не только дефицит железа, но и его избыток. Исследования показывают, что прием железа детьми с железодефицитом приносит пользу, а прием железа детьми без железодефицита не просто нейтрален, а ухудшает их неврологическое развитие и иммунную защиту. Это уже ставит под сомнение необходимость тотального приема железа младенцами.

Про профилактическое железо для младенцев
(2/3)

9. Одна из проблем состоит в том, что определение нехватки железа, как и анемии, довольно расплывчато. Анемия — это снижение гемоглобина, а железодефицит — это снижение железа, которое служит одной из причин анемии. Так вот, порог анемии у младенцев в 110 грамм гемоглобина на литр крови (ниже считается анемия, выше — здоровье) был взят из исследований с малой выборкой и не пересматривался уже 60 лет. Вполне возможно, что 100 и 105 г/л также входят в популяционную норму и не требуют диагностического ярлыка, но мы этого просто не знаем.

10. То же самое касается диагностики железодефицита. Для этого используется ряд маркеров в произвольной комбинации, которые тоже не абсолютно достоверны. Передвижение границ «нормы» в любую сторону может сильно изменить «заболеваемость» железодефицитом и анемией, что влияет на рекомендации по профилактике и лечению.

11. Диагностика железодефицита, кроме того, может быть ошибочной при дефиците цинка и меди. В таком случае препараты железа будут бесполезны и даже вредны.

12. ВОЗ рекомендует добавлять железо в рацион младенцев, если вероятность развития железодефицитной анемии в популяции 40% и выше. Что это значит — сказать сложно. По идее, это означает, что каждый регион изучает свои риски и вводит или не вводит рекомендации по приему. Но в России медстатистики нет как класса, а там где она есть, она зависит от границы нормы. Поэтому я не очень понимаю, как на практике применять эту рекомендацию.

13. Согласно документам самой ВОЗ, заболеваемость ЖДА в популяции 0-4 года (куда входят младенцы) в развитых странах в 2001 году была 20,1%, а в 2011 году — 12%, что подразумевает, что тотальной профилактики в развитых странах быть не должно. В развивающихся странах этот же показатель был 39% в 2001 и 51% в 2011. То есть там скорее профилактика нужна.

14. Жесткость рекомендаций и высокие дозы железа для младенцев в Израиле объясняются ростом ЖДА у детей в последние годы. Кроме того, в Израиле значительно меньше унифицирован прикорм (каждый прикармливает согласно своей культуре, единого рынка младенческого питания нет). Это значит, что прикорм может запаздывать или он не обогащен железом в достаточной мере (в отличие от коммерческих каш, например).

15. Я думаю, в ситуации неопределенности статистики правильнее ориентироваться на группы риска, к которым помимо недоношенных и маловесных относятся дети из социально-неблагополучных семей и дети, не получающие ни ГВ, ни смесь (я таких не встречал, но речь о маргинальных случаях, когда детей кормят коровьим/козьим молоком или кефиром), а также дети от матерей с железодефицитом. Кроме того, сюда же можно отнести детей, у которых задерживается прикорм (= эксклюзивное ГВ после 6 месяцев) и детей из вегетарианских семей.

16. Возникает законный вопрос: если препараты железа полезны только при дефиците, почему его сразу не выявлять, чтобы не давать тем, у кого нет дефицита? К сожалению, это невозможно, а если было бы возможно, это стало бы плохой практикой:
— брать анализы крови у младенцев вообще нежелательно — одно это может привести к анемии,
— анализы очень неточны, и в результате все равно будет большая группа детей, которые получают ненужный препарат, и еще одна поменьше, в которой дети не получают нужный препарат,
— неточность анализов, тем более взятых без показаний, а как скрининг, приведет к избыточной медикализации, множество детей получит диагноз и встанут под наблюдение без реальных оснований,
— даже если бы анализы были суперточны, у нас нет реальных данных о том, при каких результатах назначение железа оправданно, а при каких — нет (речь не о грубых нарушениях, а о довольно широкой «серой зоне»),
— это дикая нагрузка на медицинскую систему и трата ресурсов без какой-либо доказанной пользы.