все, чему я дивлюсь: серебру
битых лун, алкоголикам в парке,
тихой ночи, простой, как этюд
и фольваркам в глазах патриарха

той весной, ведь ей не до безумств
трупных пятен в обличье хитона
буржуазный иван златоуст
отпевает людей под бетоном

в этой области те, кто в тряпье
диоскурят в накуренных залах
с кобурой на отцовском ремне
предпочтивши курсиву заглавный.

погибает поэт в хрустале
дымной хтони, окраине моря
в тех местах тем, кто пьёт божоле,-
два в упор, и последний контрольный

в тех местах где обрывистый шёлк
юных платьев оркестром оплакан
ад морфиновый — вальсы берёз
бьют стаканы полночных метафор

этих сумерек кожа бледна
из райцентров, как на телеграфе,
пусть тебе водрузят кенотаф
не плевать чтобы с кровью на кафель

бей, господь, предвещая фальстарт
в дань эпохе в дурмане эфира
в том что ты впопыхах воспевал
мы заранее схоронили.

весна’22

А Дэвид Линч понимает фильмы Дэвида Линча?

Родители Сержа Генсбура, Иосиф Гинзбург и Ольга Бесман, выпускники Санкт-Петербургской консерватории.

«Страх и ненависть в Лас-Вегасе» знают буквально все, но далеко не все знают о биографической картине «Там, где бродит бизон», снятой Артом Линсоном по мотивам романов Хантера Томпсона «Страх и отвращение в Л-В» и «Большая охота на акул», являющегося сборником статей за более чем двадцатилетний период классика от Rolling Stones до Playboy.

Те же мундштук, упоротый адвокат, летучие мыши и адренохром, но вместо Джонни Деппа и Бенисио Дель Торо — Билл Мюррей (да, Мюррей играл Томпсона и справился едва ли не лучше) и Питер Бойл. Вместо солнечной Невады — скалистые горы Колорадо. Вместо Jefferson Airplane и Тома Джонса — Нил Янг и Хендрикс. Вместо гонок в пустыне — Супербоул’72. Однако, главное различие не в этом. «Страх и ненависть», ставший классикой массовой культуры — фильм о гонзо, наркотиках и символах Америки, скользнувшей из лета любви в дождливую осень, но «Там, где бродит бизон» и есть гонзо, безумное, пародийное, но не гротескное.

Впрочем, «СиН» поднимает куда более ясные темы, в «Бизоне» же во главе угла — дистиллированная американщина. Вечный штатовский оружейный вопрос, ранчо с реднеками и последователями Чарльза Мэнсона, президентский пул и канонический юмор наподобие собаки, вгрызающейся в паховую область чучелу по команде «Никсон».

Иными словами, я бы сказал, что «Страх и ненависть» про режиссера Гиллиама, а «Там, где бродит бизон» про журналиста Томпсона. Поэтому, всегда выберу второй.

Везешь парижских детей на экскурсию, а там пьяный Серж Генсбур на вокзале

Мне грустно, что у миллионеровой экономки не хватило терпения и она останется там, где была — среди своих полудеревенских друзей навеки. А этот ее крестьянин в клетчатой рубашке, мне кажется, с ней долго жить не будет, у него слишком масляное лицо. И возможно, миллионерова экономка уйдет глубоко в свою марихуану и останется навсегда одна. У всех женщин, с которыми я имел дело в своей жизни, очень несчастливые судьбы.

Иногда во сне мне видятся экономка и ее крестьянин, занимающиеся любовью, и хотя я убеждаю себя, что она фригидна, — мне все-таки больно.

Эдуард Лимонов о сущности любви, «Дневник неудачника».

Сочувствую, если ваша суббота заканчивается не так

Фёдор Чистяков (группа «Ноль»), 1992’й, интервью французскому телевидению

В 27 Фёдор станет живой легендой, а через полтора года он ударит свою возлюбленную в шею ножом, будет осужден, отсидит в Крестах, станет свидетелем Иеговым и проникнется любовью к Баху. За это я русский рок и люблю.

Ну, кстати да.

«Хичкок/ Трюффо». Книга, представляющая собой расшифровку 52-часовой беседы двух классиков, впервые изданная в 1966 году.