Поговаривают, вчера исполнилось 39 лет со дня образования группы «Гражданская оборона». Дата вовсе не является формальной. Её определил сам Летов в интервью под изящным названием «Явление товарища Егора в стране большевиков» от 13 мая 1997 года:

«Правильнее будет назвать то, что мы делали, совместным наигрыванием. Репетиции записывали исключительно для себя, а уж потом их кто-то стал распространять. А историю ГО я отсчитываю, могу вам точно сказать, с 8 ноября 1984 года».

После книги Семеляка, казалось бы, о Егоре сказано абсолютно всё. Подсчитаны цитаты в сибирском самиздате, наизусть вызубрены клички его котов, хроника летовских отношений с Янкой пугает болезненной маниакальностью, его возведение в культ столь же маняще, сколько безобразно.

Но вопреки всему о Летове говорят. И делают это постоянно. В заплеванных подъездах, золотовалютных гостиных, под бокал Лансона, в полутьме последних электричек, с ненавистью и воздыханием, загадочно, а порой — опрометчиво.

Я не переношу на дух всё это дилетантство наподобие препарирования его жизненного пути с высоты времён. Почему НБП, почему волосы мыл редко, умел ли любить, что сказал бы по поводу нынешнего Дугина, презирал ли БГ, юзал ли психотропы, андерграунд — это осмысленный путь, утопил ли Янку, зачем косил от армии, выступил бы теперь с концертом на Донбассе?

Я думаю, ни один из этих набивших оскомину вопросов не имеет права на существование. Летов был губкой, а если угодно, фильтром, пропустившим через себя эту болезненно любимую страну с этим вечно печальным, но то и дело воспаряющим народом. Он отдал себя на откуп Бездне, о чем и утверждал в одном из своих последних заявлений, ссылаясь на Башлачева. Потому и сгорел.

Евангелием от Фомы с говорящей цитатой, которую Егор, конечно, знал, эту дискуссию советую навсегда закрыть:
«Иисус сказал: Тот, кто познал мир, нашёл труп,
и тот, кто нашёл труп — мир недостоин его»

Кроме того, на перформативной, кхм, инсталляции «Инсектопедия», куда я ненароком заглянул, обнаружился Егор Летов, точнее его цитата, с фотографией Бодлера. А всё потому, что они тоже вполне себе насекомые.

Без преувеличения легендарный музыкант и авангардист Джон Кейдж (ученик Шёнберга, на секундочку) в Ленинграде. Перформанс «Водная симфония» с участием Сергея Курехина и Бугаева-Африки.

Курёхин вспоминал:

«Я говорю, надо срочно какую-нибудь акцию, иначе эта встреча не войдёт в анналы. И я придумал братание русского и американского авангарда. Символом русского авангарда был квадрат, а вода (почему-то я тогда так решил) — символом Кейджа, носителя идей американского авангарда. Африка принёс какие-то бутылки из-под водки (водка — символ русской духовности), в них налили воду. Африка был помешан на Малевиче, полмастерской у него было забито чёрными квадратами. Акцию я придумал такую: мы ходили кругами вокруг квадрата и поливали друг друга водой. Кейдж хохотал как ребёнок, так ему нравилось».

Висконти, Жирардо и Делон на съемках «Rocco e i suoi fratelli».

Какова вероятность, оказавшись в субботу с утра на кладбище по личным, так сказать, делам, случайно наткнуться на могилу своего любимого поэта? Вот и я до сегодняшнего дня думал, что нулевая.

Впрочем, участок Губанова полузаброшенный, один из самых запущенных. Переделкинских толп вы здесь не встретите, Тарантино, как говорится, не приляжет. Увы, всё сообразно с судьбой:

«Как поминали меня —
Я уж не помню и рад ли?
Пили три ночи и дня
Эти беспутные капли.
Как хоронили меня —
Помню, что солнце — как льдинка...
Осень, шуршанье кляня,
Шла в не подбитых ботинках,
За подбородок взяла
Тихо и благословенно,
Лоб мой лучом обвила
Алым, как вскрытая вена,
Слезы сбежали с осин
На синяки под глазами —
Я никого не спросил,
Ангелы все рассказали

Луч уходящего дня
Скрыла морошка сырая,
Как вспоминают меня —
Этого я не узнаю».

Пятый — Александр Баширов.

Если вдруг ещё не определились с планами на вечер.