Сегодня русским шансоном принято называть блатняк; ценителей жанра «аутентичного шансона» это нередко расстраивает. Поэтому, ради отмежевания интеллектуально элитистского направления от тюремной лирики, придумали новый термин: романтический постшансон. По сути, и то и другое явление выходит из кабаре. Бардовская и авторская песня – это и есть постшансон.

Не смотря на классовую ненависть между этими ветвями низовой лирики, блатняк имеет не меньшее культурологическое значение, о чём недавно начали говорить такие композиторы как Горлинский и Дорохов. Так что услышав «Владимирский централ» не спешите с проявлениями брезгливости. Лет через десять об этом будут говорить так же, как сейчас говорят про легендарный альбом Дины Верни.

Никита Высоцкий и Михаил Ефремов, 1988 год

На днях поэтесса Елена Костылева обаружила у Аркадия Северного замечательную актуалочку – песню про карантин. Речь там совсем про другое, но из сегодняшней реальности этот текст мгновенно превращается в гениальные метафоры:

Закрой глаза и вспомни карантин
Который позади уже остался;
Ты на плече своём увидишь карабин
С которым ты не расставался.

А сколько мы ходили строевым!
Наверное часов по десять в сутки.
Как плохо быть солдатом молодым,
Но это уже прошлые минутки.

Как далеко до дембеля, дружок!
А говорят, что дембель неизбежен.
Я прослужил почти уже годок,
Но дембель далеко ещё, как прежде.

[et c.]

Песня про армейку превращается в эсхатологический триллер: военный режим у нас реализуется в ограничении свободы передвижений, карабин на плече напоминает о карантинных спорах, в которых «все против всех», а дембель становится аллюзией на смерть. «Я прослужил почти уже годок» звучит, как Дантевское «Земную жизнь пройдя до половины». Северный в который раз доказал, что его искусство «здорово и вечно».

Добрый день

#Дугиндня

https://xn--r1a.website/poriv1993/19

А вот это уже точно #антиренессанс

Культурный центр Вознесенского на Ордынке организует благотворительный онлайн-марафон «Bloomsday». Мероприятие пройдет 16 июня и  будет приурочено ко Дню главного героя модернистского романа «Улисс» Леопольду Блуму.

Участниками марафона станут российские деятели культуры, среди которых Кирилл Серебренников, Игорь Верник, Алена Долецкая, Макс Фрай, Максим Диденко и многие другие.

Зрители смогут стать частью культурного события и направить деньги в фонд «Созидание», который впоследствии их распределит по региональным госпиталям, борющимся с коронавирусом.

Коронавирус идет на спад, но врачи продолжают заботиться о людях, которые каждый день заражаются и поступают в больницы. И искусство, как и общество, опьяненное новообретенной свободой, не должны забывать об этом и поддерживать медиков.

Советские фельетоны на "формалистское искусство" пестрят фразеологозмами да присказочками – долгое время такой стиль письма отталкивал советского интеллектуала, по умолчанию бывшего "западником". "Сел не в свои сани", "Смотришь на него, и диву даёшься!", "он, как говорится, из молодых, да ранний"... [et c.] В книге о Курёхине Александра Кана видим то же самое:

Западничество в нашей среде считалось безусловной и безоговорочной нормой. Чрезвычайно редко встречавшиеся отступления от нее (я помню в Клубе современной музыки человека по имени Геннадий Муриков — он учился в аспирантуре филфака ЛГУ, обожал «тотального» Штокхаузена, терпеть не мог джаз и свободную импровизацию, а в перестройку начал писать православно-государственнические статьи в толстых литературных журналах) воспринимались скорее как аномалия.

Сегодня культурную ценность пословиц и поговорок осознают только сторонники традиционализма, родноверы и Дугинисты. "Излишек" подобных "словечек" часто по-снобски воспринимается как признак провинциализма. Эта культурная катастрофа, идущая из совка, будет преодолеваться не одно десятилетие. А пока что можно обратить внимание западников на то, что "за бугром" знание своего фольклора считается признаком интеллигентного человека.

Молодой Вячеслав Бутусов

Всё так. Только не 26 лет уже, и абрикосов тоже нет.

В немного забытой, но не утерянной рубрике #Киновыходногодня очень личная подборка важных из недавнопросмотренных фильмов:

«Хрусталёв, машину!» — Алексей Герман-старший, 1998
Самая знаковая работа Германа. Снимавшаяся целых 7 лет картина по сценарию жены режиссёра о репрессиях, «делах врачей», этапах, коммунальных квартирах, соседях, русской зиме и прочих королях и капусте. Советский кинокарнавал, вошедший во все возможные альманахи по киноискусству. Главную роль собирался сыграть Довлатов, но гениально исполин Юрий Цурило.


«Андрей Рублёв» — Андрей Тарковский, 1996
Новэллы о средневековой Руси соединенные рассказом о становлении знаменитого иконописца Андрея Рублёва в годы «до написания «Троицы». Первая картина советского кино, затрагивающая духовно-религиозную сторону средневековой Руси.


«Пустой дом» — Ким Ки Дук, 2004
Самая романтическая мелодрама мастера, получившая «лучшую режиссуру» в Венеции. «Пустой дом» – из тех фильмов, когда морщишься при мысли, что надо пересказывать содержание. Не надо.

Предыдущую подборку можно посмотреть тут

И всё-таки что-то не так с Bassins de Lumières, новой арт-площадкой Бордо на месте бывшей базы немецких подводных лодок.
Цифоровое искусство (та его часть, которая делает акцент на зрительные эффекты) в десятых так и не преодолело свои границы, продолжая создавать контент для технологий вроде Cinema 360.
Но как аттракцион для туристов - ок.