«Как одна уборщица пытается толпу миллиардеров да пару супермоделей прокормить», — черная комедия «Треугольник печали» с остросоциальным сюжетом о кораблекрушении элитного лайнера получила в этом году «Золотую пальмовую ветвь» Каннского фестиваля.
Для его режиссëра Рубена Эстлунда это уже вторая подобная награда: первую он получил 5 лет назад за производственную драму о кураторе у которого украли мобильный телефон.

Гран-при поделили также два европейских фильма: «Близко» Люкаса Донта (о дружбе двух подростков) и «Звëзды в полдень» Клэр Дени (о журналистке и бизнесмене, бегущих из охваченного гражданской войной Никарагуа).
Жюри, отвергнув политически противоречивые фильмы и противостоящие друг другу страны — среди награжденных нет ни американцев, ни украинцев, ни россиян, да и восточноевропеец всего один, с картиной о цирковом осле — кажется, пытается вернуть Европе еë нормальность изрядно потрепанную за последние три бурных года. Но не является ли такое избегание противостояний просто попыткой засунуть голову в песок?

Madonna & Alaïa
📸by Steven Meisel, 1990

Сотни старшеклассников одетых в ватники и шапки-ушанки, вооружëнные арматурой бегут по городу, забивая каждого встречного, не исключая стариков и женщин. Дети сбрасывают с крыш многоэтажек на своих противников канализационные люки. Толпа обезумевших гопников высаживается с поезда в соседнем городе и начинает крушить все окружающее. Нет, это не постапокалиптический триллер и не постановочная клюква о «злых русских», а реальность Советского Союза 1970-х и 1980-х.

Эмблемой наступающего взрыва молодежного насилия и превращения разрозненных банд гопников во что-то более грозное стала Казань, где группировка «Тяп-ляп», знаменитая масштабными беспорядками держала город уже к 1976 году при полном безразличии властей. Чтобы государство обратило на нее внимание бандитам потребовалось начать массовое применение огнестрельного оружия против случайных прохожих.
Впрочем, последующие судебные процессы ничего не остановили — и в Перестройку набирающее обороты старое доброе ультранасилие было замечено и кинорежиссерами.

В 1987-1988 годах Николай Морозов и Роберт Хисамов снимают документальную трилогию о казанской молодëжи: «Пустота», «Страшные игры молодых», и, наконец, «Крик.ПТУ не с парадного подъезда».
Так что «лихие 90-е» начались задолго до распада Советского Союза и «Криминальная Россия» будущего стала знаменитой уже в самом начале Перестройки.

Интересно взглянуть и на танцы молодёжи из ОПГ 1980-х, запечатленные в самом конце «Крика», они, кажетcя, не происходят из какой-либо традиции, а попросту являются смесью уроков физкультуры и начальной военной подготовки. Строевой шаг, повороты на 90 градусов и имитирующие удары жесты руками и ногами, кажутся скорее элементами марша. Ну или чего-то очень примордиального и очень боевого.

Вот бы итальянская поп-дива Сабрина Салерно удивилась, если бы узнала как её жизнерадостный клип о летних романах воплотился сумрачными агрессивными движениями птушников из Татарской АССР.

В рубрике #Киновыходногодня любимое редакции от Анны Меликян:

Русалка, 2007 — юная авантюристка в исполнении Маши Шалаевой отправляется покорять Москву и попутно влюбляется в «космического» столичного рекламщика (Евгений Цыганов). Мелодрама Анны Меликян, выдвинутая на «Оскар» и одна из немногих сентиментальных картин о нулевых, на которые не больно смотреть.

Звезда, 2014 — провинциалка и жена чиновника вместе делят квартиру в Москве. Работа Анны Меликян о мечтах современных женщин. Кастинг на роли шёл полтора года, Северия Янаушскайте специально выучила русский язык, а на грим Тинатин Далакишвили уходило ежедневно четыре часа. Дебют совсем юного Паши Табакова и самый пронзительный финал из всех картин Анны.

Предыдущую подборку смотрите тут

Дзержинский районный суд Петербурга вернул полиции протокол в отношении Юрия Шевчука. Пресс-служба МВД по Башкирии ранее сообщала, что административное дело открыто «в связи с провокационными высказываниями рок-музыканта».

Забавно, что так называемые стражи порядка не удосужились даже грамотно составить процессуальный документ, тем более, в отношении человека, постоянно дававшего концерты простым солдатам на фронте и всегда заступавшегося за наших военных.

В часы бессонницы люблю я в кресле спать
и видеть сон неотличимый
от тех картин, что наяву мной зримы,
и, просыпаясь, видеть сон опять:

старинное бюро, свеча, кровать,
тяжелый стол, и двери, и за ними
в пустом гробу лежит старуха вини —
я к ней иду, чтоб в лоб поцеловать.

Однако ночь творит полураспад:
в углу виднеется забытый кем-то сад,
томя сознанье падает паук,
свет из окна приобретает шорох,
лицо жены моей повернуто на юг,
и всё — в печали, нет уже которой.

Леонид Аронзон

Ален Делон и Роми Шнайдер на съемках «Бассейна»