🎙️Новый эфир

Поговорили о том, как меняется санкционная политика и почему сегодня санкции уже нельзя рассматривать как исключительно экономический инструмент. Всё чаще они становятся лишь частью более широкой стратегии давления, включающей правовые ограничения, киберинструменты, технологические барьеры и другие формы воздействия.

Обсудили, почему логика разовых санкционных шоков уступает место модели постоянного давления разной интенсивности, какие контрсанкционные стратегии оказываются наиболее устойчивыми и как меняются подходы к управлению рисками в таких условиях.

Получился разговор не столько о санкциях, сколько о том, как государствам и компаниям адаптироваться к новой среде стратегической неопределённости.

🌐🌐🌐Главная иллюзия ресурсных держав — считать, что незаменимость автоматически даёт власть.
Не даёт.

В современной мировой экономике выигрывает не только тот, у кого есть ресурс. Всегда больше выигрывает тот, кто контролирует правила его обращения. Биржи, стандарты, логистику, валюты контрактов, механизмы ценообразования.

Правила меняются, но не сами по себе.

Поэтому вопрос сегодня уже не в том, может ли мир обойтись без российских ресурсов. Вопрос в том, можем ли мы стать активными соавторами новых правил экономической игры.

Об этом новая колонка для Коммерсанта, «Чужие игры» в преддверии ПМЭФа и Экспертного диалога Валдайского клуба.

✍️Одна мысль с Валдайского диалога, которая кажется важнее большинства разговоров о санкциях, тарифах и новых институтах.

Сегодня много говорят о том, что миру не хватает денег на развитие. Но, если посмотреть на цифры, проблема не только и не столько в ресурсах. Проблема — в целеполагании.

Если взять стратегии государств на горизонте 10–20 лет, то стран с действительно понятными долгосрочными целями окажется на удивление мало. Причем речь не о красивых документах, а о внятном ответе на вопрос: куда мы идем и зачем?

Когда такая цель есть, она обычно довольно проста.

США в годы холодной войны — лидерство в свободном мире.

Европа после распада колониальных империй — контроль не территорий, а потоков капитала, торговли и элит.

Китай — последовательное экономическое усиление страны.

Индия сегодня фактически решает задачу создания рабочих мест для огромного молодого населения.

Россия задолго до 2022 года начала поворот на Восток. Можно спорить о деталях реализации, но отсутствие такого курса обошлось бы намного дороже.

Проблема в том, что для большинства стран развитие остается жизненной необходимостью, а не вопросом дополнительного комфорта. Если у тебя половина населения моложе 30 лет, рост в пределах статистической погрешности — это не «упущенная выгода». Это риск социальной и политической дестабилизации.

При этом мировая экономика оказалась гораздо устойчивее, чем предполагали многие модели. Несмотря на санкции, ограничения и политические конфликты, мировая торговля продолжает работать.

Но торговля и развитие — разные вещи.

Торговать относительно легко. Развиваться гораздо сложнее. Для развития нужны инвестиции, технологии, инфраструктура, человеческий капитал. И именно с этим сегодня возникают самые серьезные трудности.

Поэтому вопрос для большинства государств уже не в том, какими будут новые международные институты или правила игры. Институты и правила — это инструменты.

Сначала нужно понять, куда именно ты хочешь прийти.

Без этого не работает ни государственная стратегия, ни международное сотрудничество, ни экономическая политика. И никакие новые механизмы сами по себе не создадут будущее, если нет представления о том, каким оно должно быть.

#Валдай

Самым интересным на сегодняшней дискуссии про мировую торговлю на ПМЭФ для меня была не сама тема, а реакция зала.

За одним столом сидели люди, которые в реальной жизни одновременно сотрудничают и конкурируют друг с другом: представители государств, международных организаций, крупнейшего бизнеса из России, Китая, Индии, стран Латинской Америки, Монголии и Сербии. Именно поэтому меня зацепило, что один из моих тезисов оказался понятен и близок очень разным участникам разговора.

Климатическая повестка больше не про климат. Она становится новым языком мировой торговли.

По сути, это первый успешный пример сквозного регулирования цепочек создания стоимости, когда требования предъявляются уже не только к товару, но и ко всему процессу его создания.

Сегодня объект регулирования — углеродный след. Завтра им могут стать вода, использование земель, биоразнообразие и другие ресурсные ограничения.

Но дело не в том, что именно регулируется. Дело в том, что регулирование все больше смещается на уровень всей цепочки создания стоимости.

В этой логике особенно интересна российская развилка.

Россия — один из крупнейших мировых поставщиков энергии, металлов, удобрений и продовольствия. Наш экспорт встроен в огромное количество производственных и торговых цепочек по всему миру.

Поэтому вопрос для нас не сводится к тому, как адаптироваться к новым правилам. Вопрос в том, хотим ли мы оставаться объектом регулирования или участвовать в формировании самих правил.

Мы уже пропустили несколько волн разработки правил мировой торговли и немало заплатили за обучение постфактум.

В новой торговой архитектуре ценностью становится не только способность поставлять товары. Способность обеспечивать устойчивость и надежность цепочек тоже превращается в ресурс влияния.

Раньше главной валютой была цена. Сегодня — цена и надежность. Завтра надежность может оказаться важнее цены.
И стабилизация сети — тоже валюта.

Подробнее эту логику разбирала в недавней статье для «Коммерсанта».

Какие они — нынешние студенты?

Честно говоря, совсем не такие, какими были мы.
Но это не проблема. Это факт.

Они живут в мире, где информация устаревает быстрее, чем выходят новые учебники, а профессиональные траектории меняются прямо на ходу. И ребята категорически не прощают фальшь, неуверенность преподавателя в том, что он говорит.

Поэтому задача университета сегодня — не только передать знания. Она гораздо сложнее: помочь научиться ориентироваться в постоянно меняющемся мире.

На нашем факультете мы всегда стараемся учить не только тому, что написано в учебниках, но и тому, что происходит за окном. Потому что работать выпускникам предстоит именно в этом мире.

Обсуждали это вчера (неожиданно) в эфире «Большой игры». Делюсь небольшим фрагментом.

💧💧💧Уже завтра новый Водный семинар!
Участники семинара обсудят, какие инструменты способны поддержать адаптацию региона к дефициту воды и создать основу для устойчивого развития Центральной Азии.

С основными докладами выступят ведущие эксперты из России и стран Центральной Азии:

🎙️Динара Зиганшина – директор Научно-информационного центра Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии (НИЦ МКВК) Центральной Азии;

🎙️Дарья Ильина – руководитель проекта, Институт макроэкономических и региональных исследований при Кабинете Министров Республики Узбекистан;

🎙️Вадим Соколов – вице-президент Международной конвенции по ирригации и дренажу, менеджер по работе с международными организациями Агентства МФСА в Узбекистане.

Модератор семинара – Анастасия Лихачева, декан факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ, директор Центра исследований водных ресурсов ИЭПРИК НИУ ВШЭ.

Когда: 11 июня, 16:00 (московское время)
Где: онлайн, Zoom

✍️Регистрация по ссылке

По всем вопросам вы можете обращаться к Фёдору Алексееву, организатору Водного семинара НИУ ВШЭ – falekseev@hse.ru

🌐🌐🌐 За последний месяц учебного года мировой факультет жил множеством жизней помимо сессий и защит дипломов.

Мы выступали на ПМЭФ, принимали китайские и индийские делегации, проводили Летнюю школу на Шпицбергене, устраивали мастер-классы с бизнес-лидерами Индонезии и руководителями Русского дома во Вьетнаме, обсуждали будущее сотрудничества с Юго-Восточной Азией на Ученом совете, говорили на Водном семинаре о проблемах Аральского моря и, куда же без этого, не забывали про телевизионные эфиры и колонки в деловой прессе.

А завершили этот марафон нашим самым звонким аккордом — выпускным почти для 800 выпускников.

Такие месяцы лучше всего помогают мне самой ответить на вопрос, каким должен быть международный факультет сегодня.

Таким, где мировая экономика, востоковедение и международные отношения существуют не только на страницах учебников, а рядом с живыми людьми, реальными международными проектами и теми процессами, которые прямо сейчас меняют мир.

Сейчас июль, и как раз идет приемная кампания.

Поэтому если вам или вашим близким этим летом предстоит сделать один из самых важных выборов, приходите к нам. Расскажем, как живет мировой факультет, чему мы учим и как к нам поступить.

Ближайший большой день — 8 июля. Новый формат, родительское собрание и возможность задать любые вопросы. Ждем!