Друзья из блога Ундергрунд Хероз, посвященного российскому музыкальному андеграунду, создали новое шоу — "Домашний герой", где музыканты рассказывают о своем быте и о том, как он помогает или мешает заниматься заниматься творчеством, о своих инструментах и прочих материальных условиях музицирования. В первом выпуске они пригласили поучаствовать меня. Получилось, очень уютно, музыкально и по-домашнему. Делюсь ссылкой на блог и ролик.

https://undergrundheros.ru/domashnijgeroj1-yurij-vinogradov/

#введение_в_классическую_механику
Эволюция звука. Мортон Фелдман

Существуют композиторы с крайне узнаваемой, необыкновенной, даже экстравагантной манерой музыкального письма. Такие авторы кажутся предельно сосредоточенными на том или ином аспекте звучания, форме, типе музыкальной архитектуры, они развивают её с предельной концентрацией. Одним из таких мономанов был американский композитор-авангардист, музыкальный теоретик, один из пионеров "случайной" музыки и графической нотации, близкий друг Джона Кейджа и член Нью-Йоркской Школы Композиторов Мортон Фелдман.
Его музыка (во всяком случае, поздняя) столь монолитна и единообразна, что, кажется, услышав одно произведение, ты немного знаком уже с каждым из них. Сосредоточенная, медленная, даже медлительная, она раскрывается неторопливо - аккорд за аккордом, звук за звуком, тон за тоном в музыкальном пространстве плывут причудливые, сдержанные в музыкальных жестах структуры, минимально варьируясь. Кажется, что эта немногословная музыка таит какой-то свой секрет, с которым не хочет расставаться и о котором лишь тонко намекает слушателю. Однако Фелдман не скучен, его сочинения не вызывают ощущения монотонного повторения одного и того же приема: ему свойственен оригинальный музыкальный язык, у которого есть узнаваемые черты, но который богат и насыщен.

В музыкальных полотнах Фелдмана, которые неслучайно сравнивают с творениями американских абстрактных экспрессионистов, очень много пространства. Плывущие будто бы в расфокусе созвучия и ритмы охвачены, объяты тишиной столь же материальной, плотной, как и сам звук. Эта музыка очень кинетична, понятие элегантного, скупого музыкального жеста очень ей подходит. Впрочем, счесть Мортона Фелдмана минималистом нельзя, в отличие от классических работ Стива Райха (Piano phrase) и Терри Райли (in C) его сочинения очень гармонически богаты и полны острыми хроматизмами, для них характерно не торжество мелодики и звукового паттерна, но аккордовое сложение; медленно шествующие диссонирующие интервалы порождают хрустальные биения звука и своеобразный эффект муара. Очень трудно, описывая музыку Мортона Фелдмана, удержаться от визуальных ассоциаций.

Сравнение с американскими экспрессионистами не случайно еще и оттого, что сам Фелдман был дружен с Робертом Раушенбергом, Марком Ротко, Филиппом Густоном и другими художниками. Фелдман, вместе с композиторами-единомышленниками, пытался отразить в музыке ту эстетику динамичных и выразительных форм, игру пустоты и цвета, что была свойственна абстрактным экспрессионистам.
Несмотря на аскетичную музыку, сам Фелдман аскетом не был. Он был жизнерадостным, общительным человеком, водившим дружбу со многими своими талантливыми современниками музыкантами, поэтами, художниками, был вполне успешным бизнесменом, меценатом, преподавателем, путешественником. Интенсивность его жизни будто бы порождала предельную концентрированность и насыщенность той музыкальной ткани, которую он не сочинял, но прял, подобно искусному ткачу.

В отличии от сочинений его кумира Антона Веберна, зрелая музыка Фелдмана часто очень длительна, она разворачивается минутами, целыми часами. К примеру, его Второй струнный квартет длится около шести часов, а произведение, посвященное Филиппу Густону, почти пять часов. По словам самого Фелдмана, его ранние произведения были "предметами", но затем стали "процессами", неспешной и завораживающей эволюцией звука. Произведения такой длины композитор не пытается упорядочить, придав им традиционную форму симфонии или сонаты, напротив, он работает со звуком как с единым, монолитным потоком. Несмотря на такую длительность, его сочинения редко утомляют, в них меняется, преображается само время; кажется, что созвучия нежно прикасаются к слушателю, оставляя редкое и драгоценное ощущение предельной откровенности, открытости и уязвимости.

https://youtu.be/M466YTlK8UM

#введение_в_классическую_механику

"Территории забвения" Тристана Мюрая

Я с большим интересом слушаю фортепианную музыку композиторов, которые обыкновенно — в своих оркестровых, электроакустических и так далее работах — не привязаны к традиционному темперированному строю и высотам. Композиторы-спектралисты, такие как Гризе, Мюрай, Хааса и их предшественники (скажем, Ксенакис) часто работают с облаками звука — с наплывающими полями музыкального напряжения, лишенными четких границ. Фортепиано для таких композиторов — своеобразный вызов в силу того, что высоты фиксированны и нет возможности сделать плавное портаменто, контролировать атаку звука, а также использовать микрохроматические интервалы. Звук фортепиано стабилен, повторяем, тогда как звуковая материя, с которой предпочитают работать спектралисты, неустойчива. Для спектрализма характерно движение от тембра к гармонии, их взаимные превращения — спектральный анализ позволяет выявить скрытые гармонические характеристики отдельного тембра, сделать их слышимыми. Фортепиано с трудом подходит для такой экспликации.

"Территории забвения", Territoires de l'oubli Тристана Мюрая — это попытка использовать достаточно консервативный инструмент в русле спектральных техник. Пьеса, как указывает сам композитор, написана для фортепианных резонансов, сама атака звука, четкий фортепианный тон выступает лишь источником резонансов, а не чем-то интересным самим по себе; отдельный тон — лишь зазубрина, шрам на континууме фортепианных резонансов. Фортепианная педаль держится нажатой всю пьесу — достаточно длинную, чуть менее 30 минут. Пьеса драматична, изменчива, текуча — в ней есть дьявольские раскаты в басах, аккордовые последовательности, напоминающие пульс сердца, облака гармоний, расцвечивающие музыкальное время в матовые, приглушенные теплые оттенки. Мюрай исследует тембр фортепиано с помощью самого фортепиано — наложения и взаимодействия тонов создают биения, осцилляции тембра, разрушают стабильность тона.

"Территории забвения" пытаются превратить фортепиано из перкуссионного инструмента с фиксированной высотой тона в инструмент с плавной, призрачной атакой — важно не острие звука, но его затихание, постепенное погружение в тишину и забвение.

https://youtu.be/R2qoYkdwmvw

#рекомендация

Я редко собираюсь на территории рока и прочей популярной музыки, редко говорю об известных и ключевых фигурах, предпочитая рассказывать о менее известных сюжетах современной музыки. Более того, предпочитаю тяжеловесность и основательность легкости; поэтому хочу порекомендовать вам телеграм-канал, в котором автор пишет легко и информативно, не чураясь поп-музыки и прочих освещенных светом общественного внимания областей, куда я редко забираюсь.

@tikvtakt — телеграм канал редактора вокального шоу «Ну-ка, все вместе» на России-1 и продюсера аудиостока Fugue Елизаветы Зеленской, в котором она рассказывает о героях рока, популярной музыки и джаза. Здесь вы найдёте интересные факты и заметки про историю музыки, жанры и культовых исполнителей — своеобразный дайджест истории поп-культуры. А ещё материалы о работе продюсеров и закулисья вокальных тв-шоу и музыкальных библиотек.

#введение_в_классическую_механику
«Безгласие. У снега нет голоса» для фортепиано Беата Фуррера

Музыка Беата Фуррера не укладывается в рамки какого-то течения в современной музыке - пост-минимализм, новая сложность, новая простота, неоромантизм, спектрализм и так далее. Беат Фуррер концептуальный композитор в том смысле, что всякое его произведение — это внимательное исследование новой идеи; как говорит сам композитор, он должен «изобрести материал и взаимоотношение интервалов заново». Однако Фуррер не просто строго следует какой-либо идее, он гибок и оставляет возможность для изменения концепта в том случае, если логика развития самого материала этого потребует. Изменения в концепте не менее важны, чем постоянство, так как могут «привести на территории, на которых иначе бы мы не оказались».

Сочинение «Безгласие. У снега нет голоса» 1986 года («Voicelessness. The snow has no voice») посвящено Альфреду Шли, немецкому музыковеду и издателю, который на протяжении 40 лет, начиная с 1938 года, руководил венским издательством Universal Edition. Пьер Булез сказал, что Шли «всегда держал нос по ветру». Во время его руководства Universal Edition сотрудничало с такими мастерами, как Оливье Мессиан, Карлхайнц Штокхаузен, Пьер Булез, Дьёрдь Куртаг, Лучано Берио, Вольфганг Рим — популярность и историческая значимость их работ является лучшим подтверждением тонкости и точности суждений вкуса Альфреда Шли. Именно благодаря его поддержке сочинения многих советских композиторов, таких, как Родион Щедрин, Эдисон Денисов и Альфред Шнитке, стали известны мировой аудитории.

10-минутная пьеса для фортепиано имеет интересную, необычную структуру: сначала исполнитель играет первый и второй нотоносец, затем второй и третий и так далее, таким образом правая рука постоянно повторяет уже звучавший в левой руке материал, пока левая рука играет новый материал.

Звучание пьесы собранно, сконцентрированно, утонченно, холодно и отстраненно, мистично в своей сосредоточенности. Пьеса состоит из точек напряжения, последовательности звуковых пятен разной интенсивности и окраски; затихающее эхо, разреженное пространство, дегуманизированный простор, бесконечная ностальгия, лишенная памяти и почвы, застывшая ламентация - музыка будто бы лишена оценок и эмоций, звук движется вне координат представлений. Освобожденная от ожиданий, мнений, условностей, она суть немая речь, слово, лишенное плоти, молчание окутывающих все вокруг снегов.

https://youtu.be/cWkxkxuFLcg

#джазист
Написал для Джазиста про альбом трио РуРаРо (Рубанов-Столяр-Рагазанов). Рекомендую эту запись желающим познакомится с современной российской импровизацией в её экспериментальном воплощении — крайне интенсивная, разнообразная, изобретательная музыка, сыгранная виртуозно.

"«Red Wave Sessions #6» — это определенный вызов слушателю. Музыканты играют впечатляюще технично, разнообразно, четко; молниеносные фортепианные пассажи-вспышки сопровождает ритмический контрапункт ударных, им вторит саксофон, выдающий скомканные, плотные, напряженные, как пружина, мотивы. Трио не откажешь в изобретательности: иногда музыка звучит как первобытная пляска, гипнотический трайбал (например, эпизод в «6 piece of code 1», где Роман Столяр играет на блокфлейте вместе с саксофоном и ударными), иногда — как авангардное сочинение первой половины XX века. Есть и джазовые эпизоды, заставляющие вспомнить классиков — Джона Колтрейна и Орнетта Коулмана или даже «Rhapsody in Blue» Джорджа Гершвина. Однако сама по себе музыка не торопится раскрываться для слушателя; поначалу она может казаться утомляющей и даже раздражающе хаотичной, слишком экспрессивной, театральной. После нескольких прослушиваний она уже не кажется надрывной и эмоциональной; начинаешь понимать, что «Red Wave Session #6» — это объективная музыка, движение чистых музыкальных идей, а не повествование об эмоциях и не стенограмма внутренней жизни некоего субъекта в экстремальных обстоятельствах".

https://jazzist.club/ruraro-red-wave-session-6/

Что нового о загадке свободы воли может сказать нам опыт импровизатора? И как вообще в нашем детерминированном мире возможно что-то свободное?

Новое эссе Юрия Виноградова в жанре philosophy fiction. О свободной импровизации, детерминизме, Джоне Кейдже и Дэвиде Юме.

«Опыт свободной игры — опыт, который обнажает власть не-Я, Иного над нашей субъективностью. Если в своей импровизации мы выражаем чувство текущего мгновения, то само мгновение уже дано нам в своей определенности, как и мы сами. Мы лишь обнаруживаем себя вброшенными в некоторые обстоятельства. Таким образом, радикальная свободная импровизация парадоксально утверждает реальность и неподатливость мира, которая в иных случаях может быть сокрыта от нас. Не случайно многие импровизаторы описывают опыт игры как опыт бессубъектности; когда ты погружен в плетение музыкальной ткани, кажется, что твоё сознание — лишь продолжение некоторых креативных механизмов, которые больше и древнее тебя самого. Это своеобразный визионерский опыт, тайна рождения свободы во власти сил, притаившихся в самом ядре твоей субъективности, там, где уже нет четких границ между Я и не-Я. Для Макса Шелера человеческое суть негативное, отрицающее, человек, по его мысли, рождается тогда, когда возникает сила, способная отрицать и сдерживать детерминированные природные процессы; человеческая воля суть инструмент сдерживания, негативная сила. Несмотря на некоторый романтизм и непоследовательность этой идеи, её можно использовать для интерпретации самого процесса импровизации. Ведь импровизация, отрицающая, снимающая личность самого музыканта, оказывается, таким образом, подлинно человеческой деятельностью — последовательностью отрицаний, разрешений спутанной многовариантности в единое решение, которое, впрочем, невозможно предугадать».

https://syg.ma/@yuri-vinogradov/de-libero-arbitrio

Старинная проблема умопомешательства и гениальности, пожалуй, столь упорна оттого, что безумие является вызовом нашим представлениям о справедливости мира и возможности контроля обстоятельств нашей жизни. Трудно смириться с мыслью, что даже наше собственное сознание способно изменить нам, что мы можем утратить контроль над самим ядром нашего бытия, не получив взамен драгоценного дара.
Мало кто, впрочем, предполагает, что телесные болезни ведут к гениальности — язвенный колит, рассеянный склероз или, скажем, подагра не ассоциируются с пробуждением творческих способностей. Обыкновенно считается, что такие заболевания скорее мешают творчеству, нежели помогают ему. Да, испытания, которые выпадают на долю болеющего, могут пробудить его к собственной творческой судьбе, но все таки вопреки, а не благодаря болезни. Аналогично и с ментальными заболеваниями — они оказывают всестороннее влияние на жизнь человека, значительно снижают качество жизни и мешают раскрыться дарованиям.
Яркий пример — судьба гения романтической музыки Роберта Шумана. Шуман всю жизнь страдал от расстройства настроения, похожего на биполярное расстройство. У него были как эпизоды творческого подъема, так и депрессии. Во время депрессий он не мог сочинять музыку и его творчество оказывалось парализовано. В 50-х годах XIX века он, после попытки самоубийства, был по собственной просьбе помещен в психиатрическую лечебницу, в которой через несколько лет умер от пневмонии, так и не вылечившись. Вероятно, к расстройству настроения присоединились и последствия сифилиса, которым он заразился ещё в студенческие годы, так как Шуман начал страдать от галлюцинаций и иных органических симптомов, вроде речевых расстройств. Симптомы болезни также напоминали результат отравления ртутью, которая в те годы, в отсутствие антибиотиков, была одним из немногих средств против сифилиса. В последние месяцы жизни Шуман, оторванный от семьи, не мог работать и сочинять, так как болезнь полностью поглощала его. Лечение же помочь попросту не могло. В те годы изоляция больного и отрыв его от привычной деятельности считались одним из способов излечения психических расстройств — предполагалось, что мозг больного в отсутствии обычных стимулов и переживаний сможет исцелиться сам. Естественно, этот варварский метод приносил вреда гораздо больше, чем пользы.
Поддержкой Роберту Шуману была его жена Клара Вик-Шуман, гениальная пианистка и композиторка. Она не только воспитывала детей (она родила в браке с Шуманом 8 детей), но и с помощью концертов обеспечивала семью, а также пропагандировала творчество мужа. Кстати, сам Роберт с ревностью относился к творчеству жены. Можно только представить, каких высот достигла бы музыка Клары Вик-Шуман, если бы не быт, отсутствие поддержки и болезнь мужа. От серьёзного ментального расстройства страдал и один из сыновей четы Шуман — Людвиг, который также окончил жизнь в лечебнице. Однако, в силу недостатка свидетельств, трудно понять, было ли связано его заболевание с болезнью отца.
Если бы у Шумана был доступ к современной фармакологии — к антибиотикам, антидепрессантам и нормотимикам, препаратам, помогающим при колебаниях настроения — возможно он прожил бы более длинную и наполненную творчеством жизнь. Его гениальность отнюдь не следствие его болезни, напротив, болезнь была той преградой, что мешала раскрыться его гению.

В серии заметок #acoustica_mentis_бш музыкант-импровизатор и историк философии Юрий Виноградов (ведущий канала @classic_mechanics) расскажет о классических музыкантах с ментальными расстройствами и о том, как ментальное здоровье и музыка связаны.

#музыкальный_радар
Susan Allen & Roman Stolyar — Together

Пианист, композитор, пропагандист импровизации и педагог Роман Столяр выложил на своем bandcamp оцифровку замечательной записи Together: дуэт с калифорнийской арфистской и импровизаторкой Сьюзи Аллен, записанный в Сибири в 2009 году.

Пожалуй, наиболее интересный аспект этой записи — взаимодействие и пересечение двух близких тембров, фортепиано и арфы (впрочем, иногда Столяр играет на флейтах или использует препарированные тембры фортепиано). Музыка вызывает ассоциации с танцем близнецов, с созвучным мерцанием похожих созвездий; иногда, когда концентрация внимания на миг ослабевает, становится трудно отличить тембр фортепиано от арфы.

Материал импровизаций достаточно разнообразный — есть и минималистичные, скупые росчерки в духе Веберна, которому грезится музыка Дебюсси и Равеля, и импрессионисткие зарисовки и каскады тонов, заставляющие представить игру бликов света на поверхности воды, и равномерно-пульсирующие медитации, и (как в пьесе Ancient Spirits) сюжеты, заставляющие вспомнить традиционную японскую музыку. Музыка образна, даже живописна; впрочем, это скорее истории, новеллы в звуке со своими персонажами, взлетами, кульминациями, спадами, моментами действий и созерцаний, чем абстрактные музыкальные ландшафты. Together отлично иллюстрирует тезис, что спонтанная импровизация вполне способна порождать музыку, которая по своим формальным признакам не уступает музыке сочиненной, письменно зафиксированной.

https://romanstolyar.bandcamp.com/album/together

#музыкальный_радар
Ilia Belorukov & Peter Ototsky — Conspects (2020)

Музыка, которая грезит о становлении, о том, чтобы застыть в чеканных, четких формах, но пока лишь пребывает в постоянном движении и изменении. Свободный импров иногда — это не музыка в привычном понимании как совокупность относительно стабильных структур, но протомузыка, бурлящая, кипящая, текучая материя, которой под пристальным взглядом созерцающего еще только предстоит стать музыкой.

В этой записи партия саксофона Белорукова подобна застрявшему в глотке невысказанному слову — тона ищут мелодию, пытаются создать высказывание, но их усилия тщетны, они опрокидываются в хаос. Петр Отоцкий пытается нащупать ритмическую пульсацию и грув, но любая размеренность разрушается музыкальной энтропией.

Conspects Белорукова и Отоцкого действительно напоминают увлекательные и путанные конспекты какого-то магического трактата, в котором жемчужины глубочайшего и темного смысла сопряжены с абсурдом и тавтологиями.

#игразолы
EllektraJazz — Snow After Midnight (2020)

Решил поучаствовать в создании новогоднего настроения и записал специально к праздникам и кануну Нового года краткий альбом в составе моей джаз-роковой one man band. Это мое личное прощание со столь противоречивым 2020 годом и надежда на то, что следующий год будет ко всем нам добрее. По звучанию это "дарк джаз на стероидах" — классические, умеренно медленные джазовые ритмы (ударные, контрабас) с интенсивными инструментальными соло на фортепиано, гитарах и синтезаторах, но, как мне кажется, настроение музыки достаточно светлое, прозрачное. Публикую релиз в своё 35-летие, так что этот день особенно для меня радостен.

Послушать музыку можно на стримингах, поддержать меня донейшеном на Bandcamp.

По причинам правового характера начал новую серию подкастов — Ось Асимметрии. В отличии от Введения в Классическую Механику в новом подкасте не будет фрагментов чужой музыки, поэтому этот подкаст я смог разместить на ряде площадок, в том числе на Яндекс.Музыке. Ось Асимметрии будет более популярным подкастом, в его рамках я буду доступно рассказывать о самых базовых проблемах современной музыки и о центральных фигурах. Первый эпизод подкаста посвящен важному вопросу: зачем вообще слушать современную академическую музыку? Какие важные возможности она перед нами открывает?

"Слушать современную музыку следует, в том числе, оттого, что она не создаёт иллюзии непосредственного понимания. Человеческая жизнь представляет из себя каскад загадок и вопросов — и если мы хотим соответствия между музыкой и жизнью, то мы должны обращаться именно к музыкальной современности, прибегая к прошлому лишь как к временному убежищу или в дидактических целях".

https://music.yandex.ru/album/13208055/track/75268261

Также подкаст можно послушать на Buzzsprout, Spotify и других площадках:
https://axisofasymmetry.buzzsprout.com/

#осьасимметрии

Написал для Джазиста про дебютный альбом DYW — Futurejazz. И пусть амбициозное название, как мне кажется, не соответствует самому материалу, музыка мне очень понравилась. Рекомендую всем тем, кто любопытствует, что получится, если смешать медитативный desert rock и камерный джаз с интонациями fusion.

Отдельное спасибо Льву Боровкову (канал @thelostchords) и Наталье Югриновой за внимательную, творческую и чуткую редактуру.

"Сама же музыка убедительна, монолитна и увлекательна. Чеканная ритм-секция погружает в гипнотические волны грува, а саксофон и электроника завлекают в танец пустоты и забвения. «Futurejazz» ближе к арт-року или фьюжну с характерными ориентальными элементами дезерт-рока, чем к, собственно, современному джазу. Саксофон часто позволяет себе будто пьяные, не совсем точные ноты — из-за этого атмосфера становится пряной, беспокойной; кажется, что вокруг жар и марево бескрайней пустыни, над которой уже простерла свои крылья ночь".

https://jazzist.club/dyw-futurejazz/

#джазист #dyw

В силу того, что капитализм, как и мое лечение и жизнедеятельность, требуют постоянных финансовых подношений, а скудная жизнь очень утомляет и раздражает, ищу удаленную работу (здоровье не позволяет мне с легкостью выходить из дома и куда-то ездить, а также работать в обычном графике). С удовольствием напишу для вас фортепианную пьесу в подарок или для других целей (в нотах, аудио), выполню саунд-дизайн любой сложности, напишу музыку для вашего фильма или игры, сведу ваш материал. Могу писать музыку практически в любых жанрах - от хип-хопа, джаза и фортепианных пьес до рока и электроники. Вдруг вы мечтали, скажем, о посвященной вам пьесе для большого органа? Я с удовольствием помогу вам исполнить эту мечту.

Также могу оформить ваш релиз, сделать обложку.
С удовольствием возьму работу по написанию текстов - лучше всего мне удаются тексты о музыке и тексты по гуманитарной проблематике (философия, история, психология, антропология, этика, музыковедение). Пишу качественно, быстро, грамотно, с радостью.

Познакомиться с моими работами можно здесь:

Свободно-джазовый альбом Snow in Europe на Fancy Music, который создан полностью мной — от записи всех партий до сведения и мастеринга:
https://fancymusic.ru/yuri-vinogradov-snow-in-europe/

Фортепианная и modern classical музыка: https://yurivinogradov.bandcamp.com/

Джаз-рок:
https://ellektrajazz.bandcamp.com/

Электроника:
https://ssirec.bandcamp.com/.../glitter-but-sing-seldom...
Также моя музыка есть практически во всех стриминговых сервисах, ищите Yuri Vinogradov.

Мои тексты о музыке и её философии можно прочитать в моем тг-канале Механика звука, на Сигме, в блоге Джазист.
https://syg.ma/@yuri-vinogradov
https://xn--r1a.website/classic_mechanics
https://jazzist.club/author/yuri-vinogradov/

Мои визуальные работы, если кого-то заинтересует эта сторона моей деятельности (также я сам оформляю собственные альбомы, поэтому можно просто посмотреть мои обложки):
http://outsider-art.ru/yurivinogradov

Мои подкасты о современной академической музыке (полностью сделаны мной — от написания и озвучки текстов до оформления и сведения):
https://radio.syg.ma/.../vvedenie-v-klassicheskuyu-mehaniku
https://axisofasymmetry.buzzsprout.com/

Буду рад заказам и сотрудничеству! Пишите в личку мне, Юрию Виноградову @orpheus_in_hell.
Прошу дружественные каналы о репосте.

Мыслить музыку сегодня

Достаточно ли музыку "просто слушать", чтобы её понимать? Нужна ли музыке философия и мышление для того, чтобы взаимодействие с ней было полноценным, глубоким, ценным опытом? Об этом я расскажу в новом эпизоде подкаста Ось асимметрии.

"Если мы «просто слушаем» музыку, не порываясь мыслить о ней, мы пребываем в мутном, спутанном потоке звуковых вещей — росчерков, пятен, провалов; пребываем в сладостном смятении. Однако такой поверхностной захваченности музыкой недостаточно, если мы хотим осознавать её, если хотим раскрыть те возможности смыслов, которые в ней сокрыты, если хотим, чтобы вся наша жизнь пришла в унисон с музыкой...Ограничиваясь «простым прослушиванием» мы превращаем музыку, игру света и теней, в плоскую и неряшливую карикатуру на саму себя. Подлинное осознание начинается с мышления, а там, где присутствует свободное и увлеченное радостью и собственным предметом мышление, там присутствует и философия".

https://music.yandex.ru/album/13208055/track/75539163

Послушать на Buzzsprout и других площадках:
https://axisofasymmetry.buzzsprout.com/


#осьасимметрии

J.Peter Schwalm, Arve Henriksen — Neuzeit (2020, RareNoise Records)

Журналисты, музыканты и другие энтузиасты от мира музыки сейчас наперебой составляют свои чарты альбомов года. Я воздержусь, но расскажу об одном приятном и глубоком опыте: в ноябре этого года вышел альбом-коллаборация электро-акустического композитора J. Peter Schwalm и трубача Arve Henriksen. Альбом называется Neuzeit, Новое время. Новое время — это эпоха культурного и технологического взрыва, которая привела к развертыванию глобальной научно-технической цивилизации, в которой мы живем ныне. Еще Neuzeit — текущий момент, радикальная современность, текущее мгновение. Стоим ли мы на пороге эры технологического расцвета, у врат нового Эдема, или нам грозит вымирание? Современность бросает человечеству свои вызовы — углубляющееся неравенство, подъем фундаментализма и возвращение средневековой ментальности, локализации в условиях глобального мира, пандемия, кризис самого понятия истины, которое более, чем когда-либо, требует вопрошания.

Музыка Neuzeit — меланхолическая, отстраненная рефлексия, попытка занять дистанцию по отношению к кипящему, пылающему "сейчас". Как в вихре событий, среди угроз и опасностей, найти себя? На что опереться субъекту? Музыка Shwalm и Henriksen романтична, полна прекрасных и нехоженых гармонических троп; кажется, что такое мелодическое и аккордовое мышление могло бы быть у Петра Ильича Чайковского, если бы он был нашим современником. Труба — голос одинокого сердца — будто ночная песнь среди звезд и теней электронных ландшафтов J. Peter Schwalm. Проблемный, сложный в тембральном отношении синтез живых инструментов (трубы, фортепиано) и электроники удался музыкантам: тембры ведут свои разговор на равных. В мастерских аранжировках много воздуха, перед слушателям разворачиваются пространства, в которых танцуют, осциллируют лаконичные, сдержанные музыкальные линии, складывающиеся в монохромные узоры.

Этот альбом, пожалуй, отличная возможность взглянуть на время, которое всегда остаётся новым, на современность, которая никогда не становится прошлым. Год сменяет год, но мы, пока живы, всегда остаёмся здесь-и-сейчас, посреди метаморфоз духа времени, всегда живого, посреди необъятной, беспредельной актуальности.

Об альбоме мне рассказал Вячеслав Степанов, ведущий канала @recordwors, за что ему большое спасибо.

#музыкальный_радар

Yuri Vinogradov — Autoaesthetics (2020)

Этот важный для меня альбом пьес для фортепиано соло, вышедший сегодня на лейбле Аутсайдервиль, который я курирую вместе с одноименным проектом, представляет собой сборник из рубрики Аутоэстетика, которую я веду в социальных сетях проекта Outsiderville, а также некоторых иных пьес, как вдохновленных поэзией и визуальным артом, так и самостоятельных. Аутоэстетика - мой художественно-критический проект в рамках Outsiderville. С помощью текста, истории философии и собственной музыки я интерпретирую искусство резидентов проекта и пытаюсь найти ему место в истории живописи и культуры. Составной частью альбома, столь же важной, как и сама музыка, являются тексты рубрики, посвященные работам художников проекта. Прочитать их/посмотреть работы художников/ послушать музыку можно на официальной странице лейбла:
http://outsider-art.ru/autoaesthetics

Поддержать лейбл аутсайдерской музыки и меня можно на Bandcamp:
https://outsiderville.bandcamp.com/album/autoaesthetics

#игразолы

Весь год в одной органной импровизации

Думаю, что проводить уходящий год уместно органной импровизацией ad hoc, которая бы инкорпорировала, включала бы в себя весь мир 2020 года со всеми его тревогами, надеждами, радостями, утратами и неожиданными обретениями. Свободная импровизация для органа. С наступающим, света, радости, вдохновения, красоты и добра всем нам! Пусть музыка будет как мир, пусть музыка будет целым миром. Услышимся в новом году.

#сновымгодом #органнаяимпровизация
#игразолы
https://youtu.be/dzhpquLGcio

Joao Pedro Oliveira — Labyrinto

Жоао Педро Оливейрас, португальский композитор, пишет, что с помощью музыки пытается выразить хрупкие и мимолётные вещи, принадлежащие к внутреннему миру человека, которые, возможно, и вовсе невозможно выразить. Сомнения в коммуникативных способностях музыки, вероятно, общее место для многих людей, пытающихся мыслить музыку сегодня. Кроме философских аргументов, ставящих под сомнение статус музыки как универсального языке, есть и ещё вполне злободневные причины: академическая музыка перестала быть культурным центром притяжения, вокруг которого сосредотачиваются смыслы. Крупные институции и концертные площадки не вызывают доверия, трудно поверить, что гуманизм может быть искренним тогда, когда объявляется от лица консервативного и иерархизированного мира. Поэтому, вероятно, возникают иные формы бытования музыки, не встроенные в узкие рамки непроницаемого и закрытого академического мира: как в плане социального бытия музыки (типы концертов, отношения с аудиторией и так далее), так и в жанровом отношении.
Labyrinto Оливейраса — произведение для струнного квартета и электроакустики; композитор мастерски соединяет синтезированные тембры и струнные — кажется, что одна и та же звуковая материя принимает разные формы, флуктуирует между различными состояниями. Если Лабиринт — это в первую очередь лабиринт эмоций, ментальных состояний, то какова окраска этого внутреннего мира? Тревога, отсутствие опоры, предвкушение развязки, томление — субъект Оливейра в постоянном поиске, беспокойство не позволяет ему опереться на что-то известное и привычное. Вероятно, такая музыка выражает дух современности — любой современности — как постоянного поиска, движения, сомнения, неуверенности; все неопределенно, всюду сумерки вместо полудня.

https://open.spotify.com/track/1I69keMd1NiA51gD7aC5ZW?si=yCMUVtioSRi34kH_GuKHMA

#музыкальный_радар

#zettel

О музыке часто говорят, как о чем-то субъективном и не подлежащем анализу — сомневаются в её способности транслировать какое-либо объективное содержание. Но это своего рода предрассудок.

Начиная с самого начала: да, личный опыт задаёт более-менее уникальное восприятие, и это само по себе объективный, т.е. содержащийся в объекте, сконструированной любым субъектом, факт. Далее, у этого специфического опыта есть универсальные интерсубъективные, свойственные восприятию любого субъекта, качества: упрощая, невероятно расслышать в траурной пассакалье живость и игривость скерцо. Эти характеристики в свою очередь связаны с объективными чертами самой музыки: с её динамикой, гармонией etc., с тем, что можно описать, не обращаясь к личному опыту. И музыкант, и далёкий от музыки человек одинаково услышат общие формы пьесы, просто их способность к анализу и к вычленению деталей будет различна. Кроме того, общая форма пьесы и условия её производства, особенности и требования исполнения отражают объективные черты эпохи: структуры музыки воспроизводят структуры сознания и жизненного мира. Анализ музыкальных смыслов и образов имеет дело с диапазоном возможностей, а не с обособленными конкретностями, но это не делает его случайным и произвольным. Искусства принадлежат к области объективного духа, музыка — не исключение.

Музыкальное произведение не сводится к впечатлению в уме, т.е
тому, какие изменения в потоке сознания оно вызывает. От того, что Девятую симфонию услышит человек без богатого слухового опыта, она не перестанет быть Девятой, ее условия исполнения, внутренние структуры, история и прочие многочисленные компоненты не изменятся. И именно это позволяет быть музыке объективным искусством - искусством движущихся звуковых форм, структур, которые не сводятся к их восприятию. Иначе бы у каждого был бы свой карманный Моцарт, созданный его личным восприятием.

Противоположность объективности - случайность, произвол, отсутствие всякой закономерности; неужели сторонник субъективного характера музыки в действительности хочет убедить нас в том, что музыка и её восприятие являются полнейшим хаосом?

Cecil Taylor & Tony Oxley — Being Astral and All Registers (2020)

Легендарный пианист Сесил Тэйлор и барабанщик Тони Оксли записали много совместной музыки: они играли вместе более 30 лет. До сих пор, несмотря на то, что со смерти Тэйлора прошло более двух лет, издаются их архивные записи. Дуэт фортепиано и ударных трудно счесть экзотичным, но манера совместной импровизации Тэйлора и Оксли оригинальна: плотный перкуссионный стиль Тэйлора-пианиста встречается с разреженными, раздробленными ритмами Оксли. Если Оксли создаёт пространство, структуру, скелет, то Тэйлор облачает их в звуковую плоть.

Эти дуэты кажутся скорее не музыкой, но рассказом средствами музыки, неразборчивым текстом, скорее угадываемым, нежели понимаемым сюжетом. Эти записи хорошо слушать тогда, когда пресытился на время всей прочей музыкой.

Музыка настолько горяча, что жар оборачивается своей противоположностью: кажется, что это обжигающий космический холод, вековечный лёд астероидов, потерянных в пустоте межзвёздного пространства.