Был такой случай.
Папу разбил инсульт, и я попытался вызвать невропатолога на дом. В поликлинике наотрез отказывались, ссылаясь на занятость специалистов. И это правда, сам однажды убил пару дней на очередь. Дошёл до заведующей поликлиникой, которая даже не стала вникать в мою проблему.
Поэтому я нашёл, к кому обратиться, ибо живу в этом городе всю жизнь. В кабинете завполиклиникой раздался звонок, даже не знаю точно, откуда. Заведующая получила пиздюлей, мой папа получил невропатолога буквально в тот же день. Правда, проблему это не решило. Пришлось привезти другого доктора, грамотного, опытного и, как водится, алкоголика. Он-то папу на ноги и поставил.
Другой случай.
У одного приятеля стала подтекать труба отопления точно в потолочной плите, с хомутом не подлезть. Стал он звонить в ЖКО, в аварийку. Аварийка не отозвалась, ЖКО – тоже. Пришёл туда своими ногами и прямиком – в кабинет начальника. Объяснил ситуацию...
– Пишите заявление, я рассмотрю, приму решение.
– Так, течёт труба, ремонт, мебель, соседи снизу!..
– Нет специалистов.
– !!!
– Ну, подайте на меня в суд.
Прикрыл аккуратненько мой приятель дверь с этой стороны. Взял стул поновее, разбил его об стол для совещаний и говорит:
– Я сейчас вызову хулигана, и он воткнёт тебе в ляжку ржавый гвоздь...
Заканчивается история так: "Подхожу к дому, а меня уже и аварийка дожидается, и сантехники жековские".

То есть, при определённых условиях система в общем-то работает.

По случаю дня чекиста.
Пришёл в нашу рекламную фирму строгий человек из регионального ФСБ с заказом. Нужно было изготовить доску почёта. Разговаривал сухо, отрывисто, сугубо по существу: "Метр на два? Хорошо. Объёмная эмблема? Отлично. Акрил? Подождите, запишу".
Напоследок спрашиваю:
– Скажите, как вас зовут, чтобы знать, к кому обращаться с вопросами.
– Иванов. Алексей Иванов.
– Простите, это ваша настоящая фамилия?
– Разумеется.
– Я просто подумал, что это ваш оперативный псевдоним.
И, уже прощаясь, говорю:
– И напоследок: давно вы за нами наблюдаете?
Он внимательно посмотрел на меня:
– С самого основания...
И назвал точную дату.
Со стороны коридора из-под двери потянуло подвальной сыростью.

Подруга из Латвии Ира рассказала историю, как её сосед-латыш однажды пнул бомжа, который прилёг. И сломал себе ногу. Решив поправить карму, выписал из Индии буддийского монаха, чтобы тот молился за Латвию. Буддийский монах метафизически оказался хохлом.

Умер мой школьный друг, он же бас-гитарист нашей школьной группы Серёга Резчиков.
Как и следовало ожидать, умер в деревне, в пьянстве и одиночестве.
На вопрос "Как это случилось?" жена Маринка ответила:
- Я грешу на спирт... Но врачи наверняка же напишут "сердечная недостаточность"!.. Станут они возиться...
- А ты что хотела бы,.. чтобы они написали "отравление метанолом"?

Пока собирался, Лена рассказала такой случай.
Идёт она по улице и встречает этого Серёгу.
- Привет, как дела?..
- Привет, то-сё... Недавно встречаю мишкиного брата (тоже, к слову, Серёгу), спрашиваю: "Давно Мишку-то видел?" А он и говорит: "Да в рот его ебать!.."
Идёт она дальше. Натыкается на брата моего.
- Привет, как дела?..
- Привет, то-сё... Встретил я тут как-то Серёгу Резчикова, спрашиваю: "Давно Мишку-то видел?" А он и говорит: "Да в рот его ебать!.."

В общем, съездил, попрощался.

Однажды замдиректора коммерческой компании, в которой я работал, уволился и по увольнении позволил себе ряд оскорбительных высказываний в адрес компании и её владельцев. Песковские бандиты, крышевавшие контору, вытащили бедолагу из дома, затолкали в машину, вывезли в лес, слегка отпиздили и заставили на камеру извиниться за свои слова.
Наш директор в минуты полного душевного согласия с самим собой и окружающей действительностью очень любил пересматривать это видео.

Встретил в душевой бассейна "Спартак" старого толстого друга Славку Сердюка в чём мама родила и заорал на всё помещение: "Ну, что, обнимемся, пока голенькие?" Обнялись, конечно. К чему всякие пошлые условности!.. Остальные голые мужики продолжили деловито смывать с себя хлорку, но стали делать это подчёркнуто деликатно.

Фотографии блюд высокой кухни меня чрезвычайно раздражают.
Все эти странные украшения какой-то маленькой хуйни, которую не поймёшь, какой вилкой есть. А, может быть, её и есть не надо, а она нужна, чтобы её специальным образом уронить на штаны...
Я люблю, чтобы еда лежала кучей. И чтобы управление ею было интуитивно понятно. Ворох рабоче-крестьянского салата, над которым можно, не боясь разрушить сложный букет ароматов и вкусов, опрокинуть солонку с перечницей, ливануть могучей струёй оливковое масло и винный уксус. Ухватить жадно добрую порцию тертого пармезана, метнуть её в кучу макарон с соусом болоньезе и поглощать, хлюпая, шлёпая макаронинами по щекам и запивая красным домашним вином. Отскоблить от сажи печёные на гриле перец и баклажаны и обмакивать в их в лужи уксуса и масла, оставшиеся после рабоче-крестьянского салата...

...Или обглодать скелет индейки, оставшейся после новогодней ночи.

Утро большой семьи гуманитариев.
– Почему в туалете свет горит? Там кто-то есть?..
– Аз есмь!

Мой давнишний отзыв о "Левиафане". Пусть побудет здесь.
Как сказала Анастасия Кириленко, поскольку я человек испорченный, мне "Левиафан" понравится. И оказалась права.
Я совсем не знаю этого режиссёра, больше ничего не смотрел, кроме маленькой новеллы в "Нью-Йорк, я люблю тебя", и поэтому, к счастью, сравнивать мне "Левиафана" не с чем в том смысле, режиссёрский провал ли – этот фильм, или, напротив, его небывалый взлёт над самим собой.
От начала и до конца - тягостная тоска и ожидание беды. И при этом никаких нравоучений, никакого пошлого морализаторства. Хочешь, ищи смысл, делай выводы, бросай бухать, вставай на лыжи. Нет - налей тонкостенный стакан водяры всклень и выцеди медленно сквозь зубы.
Безбрежный, свинцовый русский мир, где предательство так же естественно, как любовь и жалость, а храм воздвигается на обломках пустой жизни, И абсолютно все горят в аду, каждый в своём собственном. Даже дети.
Во время финальной сцены проповеди вдруг подумал, что если бы режиссёр взял за основу проповедь вполне живого некиношного протоиерея Димитрия Смирнова, это смотрелось бы абсолютно неправдоподобно, потому что действительность может быть мерзее. Звягинцев ещё нас пожалел.

Утренний разговор про Крещенские купания.
– Дьяк Кураев разжигает. Говорит, что купаться в проруби не надо.
– Ну, это уже забава такая, тусовка. К тому же, все бухие. Никто же трезвым в прорубь не лезет...
– Как это "никто"?!..
– Ну, кто?..
– Радик Айнуллов.

Если бы меня спросили, хочу ли я быть активным жителем Ульяновска, то я бы ответил так:

Активный житель города производит гораздо больше мусора, шума, углекислого газа, чем пассивный, поэтому основная часть его усилий уходит на преодоление вреда, который он сам же и нанёс своей активностью, а уж потом, если повезёт, он, может быть, принесёт немного пользы. Именно из этих соображений я предпочитаю приносить пользу родному городу тем, что наношу мало вреда, то есть, не шевелюсь и лениво наблюдаю.

Так бы я ответил. Но мне лень, и никто меня не спрашивает.

Всем интересно, что поделывают мои конторские старушки.
Зашла речь о кино. Обсуждают в основном телесериалы. Я ни одного не знаю, поэтому решил внести свежую струю:
– А вы "Амели" смотрели?
– Нет. А он о чём? Расскажи.
– Но тогда это же будет спойлер!
– Ну, спой.

В холле конторы на столике лежат книги, которые кто-то принёс из дома, потому что дома их никто не читает. Я там обнаружил даже "Москва - Петушки".
Разговаривал по телефону насчёт сбора книг в редакции "Улправды" для онкологических больных на тему, можно ли ещё привезти из дома книги. По окончании разговора сотрудница Лена говорит: "Может, ты и эти книжки захватишь?.. Тут есть даже подходящие по содержанию". При этом вертит в руках "Посмертные записки Пиквикского клуба".

На концерте Би-2 через два ряда впереди сидел уже готовый к восприятию прекрасного, то есть пьяный как просёлочная дорога чувак. Ещё до начала концерта размахивал руками, делал козу и выкрикивал нечленораздельные рок-н-ролльные речёвки. Суровый телохранитель, сидевший возле сцены, меланхолично, но внимательно за ним наблюдал. Как выяснилось, не зря. Песни через две-три он протиснулся к окончательно распоясавшемуся меломану и настоятельно пригласил его на выход. Тот безропотно полез, наступая на ноги соседям, продолжая пританцовывать и размахивать козой. Причем, одной рукой делал козу, а второй придерживал штаны. Но, не справившись с собственной экзальтацией, взметнул обе руки, отчего штаны свалились с тощей задницы.
Что уж он там творил, неизвестно. Не исключено, что решил, не мешкая, передёрнуть затвор, пользуясь царящей на концерте атмосферой всеобщей любви.
Впоследствии он ещё не раз появлялся в зале с безумными, но счастливыми глазами, мерцая и покачиваясь, как огонёк зажигалки в руках благодарного зрителя.
Рядом со мной сидела молодая и стройная с распущенными длинными волосами. Увидев её, я воскликнул: "Ого! Я остаюсь тут". Рухнул в кресло и стал ждать начала концерта, увлекшись наблюдением за оживлённым меломаном-эксгибиционистом. Девушка, вероятно, посчитав себя обязанной развлечь немолодого мужчину, воскликнувшего в её адрес "Ого!", принялась со мной в одностороннем порядке беседовать. "А вы когда билеты покупали?.. Я купила только сегодня! Интересно, почему концерт не сделали в Мемориале, там же места больше... Вы не думайте, у меня есть муж!.."
Не раньше и не позже, а ровно, когда грянул припев "А ты танцуй, дурочка, танцуй!", она сорвалась с места и закружила себя в танце. Молодая, красивая, стройная, с длинными светло-русыми волосами и отличными рефлексами.
Возможно, она всё ещё танцует, - команда танец прекратить не поступала.

Утренние разговоры.
— Помнишь, в Риме мы завтракали в дешёвой забегаловке? Там эти здоровые мужики за прилавком постоянно ржали во весь голос... А у нас ходят все как говна в рот набрали.
— Почему же ты меня постоянно дёргаешь, когда я громко смеюсь?
— Потому что это всех раздражает! Я боюсь, что тебя отпиздят...

Жизнь со всей очевидностью доказывает: человеку, облечённому властью, достаточно лично удостовериться, что у него работает всё, что он распорядился, чтобы работало, и не работает то, чему он запретил работать. Убедившись, что всё так и сталось, он удовлетворённо откидывается в своих кожаных креслах и почиет безмятежно. Эти удивительные люди – стихийные субъективные материалисты. Они абсолютно уверены в том, что жизнь вне поля их зрения отсутствует.
Различным профильным охранителям достаточно взять себе за правило: приказал, допустим, Медведев, чтобы, к примеру, "Рутрекер" не работал - отруби ему персонально "Рутрекер". И всё – можешь дальше продолжать устраивать пиратский бизнес жены своей Галины.

Мужики нынче постят свои фотки в военной форме. У меня тоже где-то есть парочка. Но, как давеча сказала наша бухгалтер Милана: "Миша и военная форма в моём воображении никак не совмещаются".
Вот на этом и порешим.
Оно и правда: в форме я выглядел так себе. Китель был слишком узок, брюки слишком широки, что придавало мне отдалённое сходство с Чарли Чаплином. Китель и шинель я ненавидел – они стесняли движения. Зато любил брюки и растоптанные летние ботинки. Растоптал я их довольно быстро, поскольку ежедневно проходил от батальона до своего радиолокационного комплекса 2 километра туда и примерно столько же обратно. Летом, покидая батальон, я первым делом расстёгивал галстук и верхние пуговицы рубашки, набивал фуражку дикими абрикосами, которые росли вдоль трассы Керчь-Феодосия, шёл по бетонному кабельному лотку,, орал во всё горло Starstruck из альбома Rainbow On Stage, пожирая абрикосы и старательно перешагивая через больших виноградных улиток, которые ползали там в сумасшедших количествах.
Сейчас там одни руины. Некогда могучий комплекс превратилась в полуразрушенный красного кирпича сарай, подъезд к нему зарос кустарником, и туда не продраться. Но батальон как ни странно жив, хотя и кидает его с рук на руки.

Всем, конечно, интересно, какая у меня была первая работа. Те, кто постарше, помнят, что на Гончарова из подвала дома 30 всегда воняло тухлой капустой. То есть, идёшь по самой центральной улице города мимо здания – памятника архитектуры, и вдруг тебя прямо-таки сшибает с ног безобразная вонь... Так вот, с непарадной стороны этого дома размещалось предприятие по засолке овощей – огурцов, помидоров и, само собой, капусты. В подвале громоздились огромные дубовые бочки со всем этим смердящим великолепием, которое потом развозили по овощным магазинам для продажи гражданам. Командовала процессом старуха-татарка Марьям, которая изъяснялась по-русски через пень-колоду. Мы её так и звали – солистка Марьям. Вот там-то я и работал пару месяцев в компании таких же недорослей летом между 9 и 10 классами – зарабатывал на турпоездку в Одессу. Должность называлась "грузчик", но мы в основном занимались тем, что вытаскивали пустые бочки на улицу, разводили огонь в очаге под огромным котлом, в котором грели воду, и мыли эти самые бочки, вернее возюкали по ним тряпками сомнительной чистоты. В перерывах играли в прятки, опять же прячась за бочками или внутри. Там царила дичайшая антисанитария. Марьям на нас орала, в отместку за это один из работничков нассал в бочку с капустой.

В Москве на обочине при въезде на раён, где живут друзья мои и собутыльники Бузуевы, по вечерам появляется проститутка. Чуть поодаль стоит машина, где сидит её сутенёр. Когда я впервые её увидел, было холодно, и вот она там в полутьме слонялась по ледяному кочкарнику, несчастная и мёрзлая. И сам собой накатил экспромт, совместный с великим А. Блоком:
"В ночь ледяная блядь канала..."

Вызвал "Яндекс-такси". Водитель сперва стал веселить меня рассказами о ДТП, которым он был свидетелем. Затем в попытке уловить мои музыкальные предпочтения стал листать свою авторадиолу, старательно и максимально быстро пролистывая всю ту музыку, которая меня смогла бы хоть как-то заинтересовать. В результате остановился на суперхите Сергея Жукова "Крошка моя, я по тебе скучаю" и этим удовлетворился.

В конце 90-х на углу улиц Л.Толстого и Железной Дивизии был фирменный магазин ликёрки "Бахус". Наружное оформление делало агентство рекламы "Апрель". На угол дома на высоте в пять метров установили памятник Вакху. Весёлый пьяненький толстячок в венке из виноградной лозы сидел на винной бочке и подмигивал проезжающим трамваям.
Скульптором этого замечательного творения был Виктор Атякшев. Фигура Вакха была предварительно вылеплена из гипса и потом оклеена стеклотканью, пропитанной эпоксидкой. Чтобы не заморачиваться с лепкой ног, Витя сделал гипсовые слепки со своих и, когда снимал гипс, повыдергивал на ногах все волосы. В общем, весь монумент получился лёгким, но когда его покрыли серебрянкой, стал выглядеть довольно весомо.
Однажды две девчонки стояли на углу прямо под Бахусом и болтали. Я, проходя мимо, заметил им, что зря, мол, вы тут так легкомысленно зависли, эта штука вылита из цельного куска чугуна. Девочки резво отпрыгнули в сторону.