Нашел нечто "гениальное" из эпохи становления советской микроэлектроники из речи заместителя министра радиопромышленности СССР:

Ребята, хватит заниматься ерундой. Персонального компьютера не может быть. Могут быть персональный автомобиль, персональная пенсия, персональная дача. Вы вообще знаете, что такое ЭВМ? ЭВМ — это 100 квадратных метров площади, 25 человек обслуживающего персонала и 30 литров спирта ежемесячно!

Это 70-е годы. В США вот-вот появится первый ПК и прообраз Интернета. Мне это напомнило заявление военных экспертов 2021 года, которые говорили, что "дроны" это баловство тех, кто ничего не понимает в войне.

Знаете, прослезился. Приятно, что мы веками стабильны в своем госуправлении и целеполагании. А знаете, что было потом? Потом отстав на поколение, советские НИИ побежали кустарно копировать старые американские ПК, но так и не смогли сделать это хорошо.

Опять Живов СССР порочит. Нет. В 1960-е мы еще были в топе и на равных, в 1970- началось отставание, в 1980-е оно оформилось окончально, а 90-е колоссальная советская отрасль микроэлектроники умерла. Но вот погрустите еще сильнее. Первый советский прообраз ПК "МИР-1" был создан в Киеве в 1965 году, а в 1967 году в Монреале его приобрел IBM. В первый и последний раз американцы купили советский компьютер. Но чтобы прям совсем загрустить, вот еще факт. МИР-1 производили В Северодонецке (еще недавно зона боевых действий) Луганской области на Северодонецком заводе вычислительных машин (окончательно ликвидирован в 2014 году).


ЖИВОВЪ | ЖИВОВЪ В МАХ

Главный риск для семей, планирующих детей сегодня - это отсутствие заработка и угроза потерять имущество от налётов БПЛА. Так же страх за детей во время налётов, страх выкидыша от нервов.

Уже приходят на почту письма, в которых семьи, которые живут в зоне досягаемости украинских дронов, а это уже около 1200 км от ЛБС, уже перенесли обсуждение вопроса рождения ребёнка на следующий год именно по этой причине. Интернет, кстати, полон таких же роликов на эту тему.

Продолжение - читать на закрытом канале тут.

Нацбанк Украины разрешил вывод любых валютных заработков топ-менеджерам и наёмникам

Национальный банк позволил иностранным топ-менеджерам (например, членам набсоветов) украинских компаний с 1 мая 2026 года свободно и без ограничений выводить за границу свои заработки. Все полученное можно будет конвертировать из гривны в нечто приличное перечислить за границу. Об этом говорится в постановлении НБУ №43, которое вступило в силу с сегодняшнего дня, 24 апреля.

Аналогичные нововведения с 1 мая предусмотрены для иностранных наёмников, которые воюют за ВСУ. Этим же постановлением украинским военнослужащим позволяется проводить идентификацию в банках не только по паспорту, но и по военным документам. Предприятиям ВПК упрощается покупка безналичной валюты на межбанке: без учета текущих остатков инвалюты на счетах, полученных средств иностранных государств или агентств и пр.

«Пам'ятай, чужинець, тут господар українець!». Ну да. Учитывая то, что в украинском ВПК сейчас пасётся целая толпа американо-британо-европейских функционеров, включая Келлога, Помпео и Брауна-младшего, такая финансовая норма не могла не появиться. Украина остаётся в режиме жёсткого валютного контроля для своих граждан и обычного бизнеса — лимиты, ограничения на покупку валюты и фактически закрытые каналы вывода капитала. Для иностранцев из «нужной категории» вводится почти противоположный режим. Снимается не только запрет на вывод, но и барьер на доступ к валюте. Параллельно оборонным предприятиям упрощают покупку валюты вообще — без учёта остатков и поступлений.

И тут вылезает любимая украинцам тема. Появляется стимул оформлять часть доходов как выплаты иностранным менеджерам и выводить их через легальный канал. Возникает риск использования номинальных иностранцев — формально назначенных в органы управления, но фактически работающих прокси для вывода средств. Дополнительная серая зона — военные закупки: упрощённый доступ создаёт пространство для завышенных контрактов, внешних откатов  иди ищи ветра в поле.

В принципе, новость хорошая. Эффективность европейской финансовой помощи резко снизится.

Руководство одной из структур РКН зарабатывает почти 1 млн рублей в месяц. Например, директор «Главного радиочастотного центра», предприятия которое охотится за VPN-сервисами и занимается блокировками, получает 991 тысячу. Зарплаты других подчинённых варьируются от 757 до 921 тыс руб.

А врачи и учителя зарабатывают копейки. Сотрудники ФСБ, которые ловят террористов, зарабатывают в 7-10 раз меньше, при этом обеспечивая реальную безопасность РФ.

Обычные люди всей страной собирают на расходники для армии, а кучка дармоедов, по сути ничем не занимаясь,
получает зарплаты гораздо выше, чем штурмовики на позициях.

Возможно, стоит отправить данных сотрудников и их сыновей в штурмовые роты на СВО?

❗️При атаке БПЛА на Екатеринбург повреждён многоэтажный жилой дом

Губернатор Свердловской области Денис Паслер сообщил о первой с начала СВО атаке украинского беспилотника на Екатеринбург. По предварительным данным, целью стал жилой дом в центре города. В связи с инцидентом из здания были эвакуированы 50 человек.

Удар пришёлся по 30-этажному жилому комплексу «Тринити» на улице Хохрякова. Беспилотник типа «Лютый» повредил строительные конструкции и остекление на уровне 25–30 этажей. По уточнённой информации, в результате атаки пострадали шесть человек, один из них госпитализирован.

По данным Министерства обороны РФ, в течение прошедшей ночи дежурными средствами ПВО перехвачены и уничтожены 127 украинских беспилотных летательных аппаратов самолётного типа. Беспилотники ликвидированы над территориями Белгородской, Брянской, Воронежской, Калужской, Курской, Орловской, Смоленской, Ростовской, Волгоградской, Астраханской, Свердловской, Челябинской областей, Республики Татарстан, Республики Крым, а также над акваториями Чёрного и Азовского морей.

Напомню, что Екатеринбург находится на расстоянии около 1700 км от линии фронта.

💥Ночь «Калибров» и «Гераней»: подробности массированного удара по Украине 25 апреля 2026 года

В ночь на 25 апреля Воздушные силы ВСУ зафиксировали 666 средств воздушного нападения — 47 ракет различных типов и 619 ударных БПЛА. По информации украинских мониторинговых каналов, атака носила трёхфазовый характер: сначала работа ракеты, затем волны дронов для их прикрытия.

Такой подход типичен для тактики высокоточных ударов: «Калибры» и «Искандеры» наносили первый, точечный удар по объектам критической инфраструктуры, а дроны подавляли ПВО и добивали мобильные цели.

Основной удар пришёлся на Днепр, но взрывы зафиксированы в Харькове, Чернигове, Сумах, Одессе и Киеве.

На фото Днепропетровск. Горят нефтебаза и нефтехранилище.

Почему чиновники за деревьями не видят леса? Часть первая

Коллега Живов приводит интересный пример того, что логика чиновников в родном Отечестве сталкивается с проблемами не только в новейшее время. Хотя и неизвестно, хорошо это или нет. Если пытаться мыслить конструктивно, то сюжет про непонимание перспектив ЭВМ — не про глупость отдельных чиновников, а про системный сбой в механизме принятия решений и технологического прогнозирования. Опять-таки, неизвестно, хорошо это или плохо.

В 1960–70-е годы вычислительная техника в СССР действительно ассоциировалась с крупными вычислительными центрами: машины типа БЭСМ, ЕС ЭВМ, М-серии. Это были инфраструктурные объекты, встроенные в плановую экономику. В этой логике «персональный компьютер» выглядел не просто фантастикой, а бессмысленным отклонением от модели.

В США персональный компьютер появился потому, что сложился спрос: малый бизнес, университеты, частные пользователи, венчурный капитал. В СССР такого спроса не было. Государство было единственным заказчиком, а ему не нужен был ПК — ему нужны были системы управления, оборонные вычисления, планирование. Без спроса нет и приоритета.

В зацементированной системе (неважно, советской или капиталистической) управленец не получае бонус за риск и инновацию, но несёт ответственность за провал. В такой конфигурации любое «экзотическое» направление (ПК, сетевые технологии, позже — дроны) автоматически воспринимается как угроза карьере. Отсюда типовая реакция: дискредитировать новое как «ерунду».

Технологии уровня ПК или интернета требуют горизонта 10–20 лет и допускают высокую неопределённость. Такие проекты плохо вписываются в жёсткое планирование. В результате приоритет получают улучшения существующего, а не создание нового класса продуктов. Факт интереса со стороны IBM в 1967 году к советской технологии — показателен: задел был. Но дальше он не масштабировался. Причина — не в технологиях как таковых, а в отсутствии экосистемы: массового производства, программного рынка, пользовательской среды.

Это не «русская проблема» и не уникальный советский дефект. Это типовой эффект крупных иерархических систем: они хорошо масштабируют уже понятные решения, плохо работают с радикальной новизной, склонны недооценивать технологии, которые сначала выглядят игрушкапереходят к их признанию только после внешнего шока. В США ошибались не меньше (те же оценки ПК в начале 1970-х), но там была среда, где альтернативные идеи могли выжить и получить финансирование. В СССР и, во многом, современной России, такой параллельной среды не было, поэтому ошибка становилась системной.

Если убрать идеологию и смотреть на это как на задачу дизайна системы, то рабочий вариант — это не отрицание планирования, а его сочетание с механизмами, которые в принципе допускают радикальную новизну, конкуренцию гипотез и быстрый пересмотр приоритетов. Ключевая проблема позднесоветской и ныне-российской модели не в госучастии, а в монополии одного заказчика и одном канале принятия решений. Да и терпимость к риску у нас получила свою специфику: «своим» придворным компаниям можно почти всё, какому-нибудь внешнему игроку пробиться со своей идеей крайне сложно. Речь даже не о бюджете, а о том, чтобы тебя выслушали люди, понимающие, о чем ты вообще говоришь.

Значит, исправлять нужно именно эти узлы. Как именно — в следующем тексте.

Часть вторая тут.

🟥 Нам кажется или провластный политолог Марат Баширов чего-то лишнего сказал? Мы о том, что он прямо написал, что что государство, возможно, намеренно своей политикой подталкивает малый бизнес к банкротству, чтобы получить новых контрактников.

Предприниматели из МСП массово сталкиваются с проблемами. Кто-то закрывает бизнес, кто-то уходит в тень (то есть в зону финансовых и налоговых нарушений) и хочет пересидеть эти тяжелые времена, но непросто всем. У МСП в отличии от крупного бизнеса нет финансовых подушек безопасности, вся работа с колес и сильно зависишь от кредитов, неплатежей, изменения ставок аренды и налогов, от потребительского спроса. И как-то объединения "Опора России" и "Деловая Россия" молчат. А они ещё живые? Вроде должны бить в набат, забрасывать письмами власть.
...
А я задался вопросом: а куда деваться мужчинам, которые закрыли бизнес или попали в долги из-за него? Где взять деньги на семью и как вернуть долг?
...
То-то и оно. Уйдя на СВО. Лично знаю несколько таких парней. Решение настоящего мужчины. Не скажу, что государство подталкивает к этому, но факт остается фактом.

👁‍🗨«Ламповый Преемник», конечно, засчитывает Баширову вот эти «предохранители от дискредитации» - «решение настоящего мужчины», мол, восхищен, и «не скажу, что государство подталкивает к этому…». Но… именно это он и сказал.

Что тут добавить? Мы уже давно говорили, что сценарий мобилизации давно лежит и ждет своего времени, но использовать его страшно, особенно, сейчас, когда и так все напряжены и выборы на носу. Вот и пытается государство «лимон» социально-экономических проблем превратить в «лимонад» контрактников.

Почему чиновники за деревьями не видят леса и как им с этим помочь. Часть вторая

Первая часть тут.

Если бы спросили, что нужно сделать для ускорения инновационного мышления и его реализации в России, то советы были бы примерно такие.

Двухконтурная архитектура: базовый план – и экспериментальный сектор. Базовый контур закрывает инфраструктуру и оборону (длинные программы, стабильное финансирование, KPI по надёжности и масштабированию). Параллельно существует отдельный контур, высокорисковых проектов с иными правилами: короткие циклы, портфельная логика (много малых ставок), допустимость 70–80% тупиковых проектов без санкций для исполнителей. Этот контур институционально изолирован, чтобы его не задавили отчётностью – но имеет конкретные сроки исполнения.

Плюрализация заказчика. Государство остаётся крупнейшим игроком, но не единственным. Нужны независимые бюджеты и мандаты у нескольких агентств, региональные программы, отраслевые корпорации, университеты. Между ними — конкуренция за решения. Это убирает ситуацию, когда одно ведомство (и даже конкретный один человек в уютном кресле) может «убить» направление одной фразой.

Встроенная конкуренция команд и стандартов. Даже внутри госсектора проекты запускаются параллельно несколькими командами с разными архитектурами и допущениями. Победитель определяется по измеримым результатам и стоимости масштабирования. Важно поддерживать открытые стандарты и модульность, чтобы не запирать систему в одной технологической ветке.

Спрос на инновации создаётся сверху. Если массового спроса пока нет (как на PC в своё время) его заменяют программами госзакупок, которые формируют ранний спрос: школы, медицина, муниципалитеты, армия. Важно, чтобы это не были «не имеющие аналогов образцы», а гарантированные серии.

Важно убрать персональную ответственность за неудачу в экспериментальном контуре при сохранении ответственности за нарушение процедур. Карьера зависит от качества постановки гипотез, скорости итераций и честности отчётности, а не от доли провалов.

Нужны некие институции с мандатом на 10–15 лет (советы по технологиям, программы «больших вызовов») и независимая экспертиза с правом останавливать или, наоборот, ускорять проекты. Критерием должен быть не только объем, но и показатели кривой обучения: снижение себестоимости, рост производительности, мультипликативные эффекты.

Сложное, но важное – связка науки, образования и производства. Лаборатории при университетах с правом создавать малые предприятия, мобильность кадров между НИИ и производством, открытые репозитории и стандарты. Это снижает трение при переходе от прототипа к серии.

Заимствование допускается, но как ускоритель входа в технологию с чётким планом «расхождения». Когда именно должны появиться собственные архитектурные решения, локальные цепочки поставок. Потому что массовое копирование без расхождения фиксирует отставание — именно это произошло после ориентации на линейку IBM/360.

Даже при доминировании внутреннего заказчика система должна проверять себя на внешних рынках: экспортные контракты, совместные проекты, лицензирование. Внешний спрос дисциплинирует качество и сроки.

Как это выглядело бы на практике? Госпрограмма формирует портфель из 100–150 перспективных идей по направлению (вычисления/ИИ/дроны), распределяет их между 20–30 независимыми (!) командами. Через 6–12 месяцев остаётся 20–30 проектов с подтверждённой динамикой, им дают крупные закупки и доступ к производственным мощностям. Через 2–3 года — 3–5 решений выходят в массовую серию. Остальные закрываются без санкций для людей, но с фиксацией уроков, выводов и прочего полезного опыта «как не надо делать».

Нужна система, где план задаёт направление и обеспечивает масштаб, а встроенная конкуренция, многоканальный заказ и допустимость провала обеспечивают появление нового. Без этих элементов любая модель будет централизованной, и принципиально отвергать то, что не укладывается в текущую картину мира — или даже голову одного конкретного человека.

Сегодня украинские беспилотники долетели до Екатеринбурга, который находится на расстоянии около 1700 км от линии фронта.

12 февраля этого года БПЛА ВСУ пролетели около 1750 км до Ухтинского нефтеперерабатывающего завода в Республике Коми.

Однако самый дальний удар был 6 октября 2025 года. Тогда в Тюмени над территорией предприятия в микрорайоне Антипино было обезврежено три украинских БПЛА, как сообщало правительство Тюменской области. Это более 2000 км от линии фронта.

Причем никаких признаков применения новых БПЛА нет. Украина с 2023 года использует для таких ударов БПЛА «Лють», видимо, с некими модификациями.

За это время Россия так и не смогла адаптировать систему ПВО к атакам таких БПЛА. Бесспорно, что эти атаки осуществляются не без помощи западных разведок, которые предоставляют данные о местоположении российских систем ПВО, и полетные задания для БПЛА составляются с учетом этого.

Вместе с тем очевидно, что необходимость введения «объектового ПВО» уже перезрела. Однако лишь месяц назад были внесены изменения в Закон "Об оружии", наделяющие ЧОПы правом получать от Росгвардии боевое стрелковое оружие для защиты охраняемых объектов от атак дронов.

На прошлой неделе в Ленинградской области объявлено о привлечении резервистов для создания мобильных групп ПВО.

Понятно, что России необходимо давать адекватный оборонительный ответ на эту угрозу или переходить к активным и пропорциональным этим угрозам атакующим решениям. Места сборки БПЛА в Европе известны. Значит, нужен и следующий шаг. Пустыми, не подкрепленными делами, заявлениями никого уже не напугаешь. Только ежа.

Дроны долетели до Екатеринбурга. Что с этим делать прямо сейчас

В сети уже полно роликов с дроном, влетающим в жилой дом в Екатеринбурге. Минобороны в своей сводке подтверждает перехват беспилотников не только над Свердловской областью, но и над Челябинской.

Новая реальность - «Лютые» долетают до Урала. Пока проба пера, пока это не массированный налет. Но с учетом «совместных» производств БПЛА в Европе - это вопрос времени. Какие меры напрашиваются прямо сейчас, если смотреть взглядом практикующего дилетанта?

Во-первых, уточнить, не летят ли дроны из Казахстана. В порядке бреда, но в качестве рабочей версии. Чтобы исключить, так сказать.

Во-вторых, помню, года три назад на одной из встреч с одним очень высоким начальником один военкор сказал, что надо бы нам тероборону создавать во всех регионах. Или, как минимум, в европейской части. И натаскивать их на борьбу с дронами. С одной стороны получаем какой-никакой резерв, умеющий заправить ленту в пулемет. С другой страна чувствует сопричастность к СВО.

Тогда на него посмотрели с улыбкой врача-психотерапевта. Сегодня у нас есть закон о резервистах, которых можно на добровольной основе привлекать для обороны критически важных объектов. Пора. В Ленинградской области начали. Не надо ждать, пока дроны прилетят по УВЗ.

В-третьих, надо срочно провести инвентаризацию «гражданского ПВО» в приграничье, выявить самые эффективные программные решения и масштабировать их на территорию всей страны. Или хотя бы ее европейской части.

Я видел в Курске в ситуационном центре большие экраны, на которых отображалась вся воздушная обстановка. Там сидели представители всех заинтересованных ведомств - от Минобороны и МЧС, до «скорой» и мониторинга соцсетей. И по каждой цели принимали решение специально назначенные люди моментально. Там можем РЭБом подавить. Эту перехватим дроном-истребителям, туда направляем две мобильные группы из этого района - подлетное время 12 минут, успеют.

Ну а не успеют - в Орловской области точно такие же экраны. С точно такой же воздушной обстановкой. И там видят, что летит надо Курской областью в их сторону и готовятся перехватывать. Беда в том, что в Орловской области другая система. И другое программное решение. А в Брянской третье. А в Тульской - четвертое. И тд. А есть ощущение, что система «гражданской ПВО» должна быть единой.

Это так, навскидку. Эффективные новые средства перехвата у нас есть, надо только масштабировать. Но тут уже все зависит от промышленности. Которая теперь под ударом и на Урале.

Не сомневаюсь, что раскачаемся. Но лучше рано, чем поздно.

Подробно о там, как построена Курская «гражданская ПВО», писал здесь.

@sashakots