❗️Вице-спикер ЗС Санкт-Петербурга, член правления Союза журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области Марина Шишкина покинет пост руководителя городского отделения партии «Справедливая Россия – Патриоты – За правду».

Причиной этого стал отказ поддержать курс лидера партии Сергея Миронова на сближение с ЧВК «Вагнер» Евгения Пригожина. «Я сомневаюсь, что в Петербурге эта идея вызовет большую поддержку. По крайней мере, перед вами стоит тот человек, который эту поддержку оказать не может», — заявила она в интервью «Фонтанке».

На конференции отделения партии его новым руководителем станет, скорее всего, Надежда Тихонова - племянница Сергея Миронова. В прошлом она была депутатом ЗС и кандидатом в губернаторы.

Как-то давным давно я приехал брать интервью у врачей, которые Ельцину пытались наладить сон (он страдал от бессонницы и его подключали к специальному аппарату). Они наотрез отказывались говорить об этом - врачебная этика. Но потом врачи достали бутылку коньяка, закурили, стали рассказывать другие истории. Без Ельцина мне это все стало малоинтересно, я попросил их самих написать статью про расстройство сна, мол, я сам страдаю - напечатаю. Они прислали. Я посмотрел верстку: фото двух врачей - мужчины и женщины, и заголовок «Как мы спим». Естественно, я поменял.

Наш мудрый губернатор Беглов месяц назад на открытии памятника Блоку толкнул речь, возложил к памятнику цветы и перекрестился на бронзовую четырехметровую скульптуру поэта. Процитирую богобоязненного губернатора по сайту Законодательного собрания Петербурга: Глава Северной столицы Александр Беглов также подчеркнул крепкую связь Александра Блока с Петербургом. Он отметил, что классик был «самым петербургским поэтом» и настоящим гражданином, который, несмотря на трудности, остался с родным городом до конца.
То есть намекнул, что есть ненастоящие граждане, которые решили умереть в другом месте. Если бы наш исторически подкованный губернатор почитал википедию, то, наверное, немало бы удивился:
«Весной 1921 года Александр Блок вместе с Фёдором Сологубом просили выдать им выездные визы. Вопрос рассматривало Политбюро ЦК РКП(б). В выезде было отказано и вместо этого было постановлено «поручить Наркомпроду позаботиться об улучшении продовольственного положения Блока». Луначарский отмечал: «Мы в буквальном смысле слова, не отпуская поэта и не давая ему вместе с тем необходимых удовлетворительных условий, замучали его».
Ряд историков полагал, что В. И. Ленин и В. Р. Менжинский сыграли особо негативную роль в судьбе поэта, запретив больному выезд на лечение в санаторий в Финляндии, о чём, по ходатайству Максима Горького и Луначарского, шла речь на заседании политбюро ЦК РКП(б) 12 июля 1921 года. Выхлопотанное Л. Б. Каменевым и А. В. Луначарским на последующем заседании политбюро разрешение на выезд было подписано 23 июля 1921 года. Но так как состояние Блока ухудшилось, 29 июля 1921 Горький просит разрешение на выезд и жене Блока как сопровождающему лицу. Уже 1 августа разрешение на выезд Л. Д. Блок подписано Молотовым, но Горький узнал об этом от Луначарского только 6 августа.
Оказавшись в тяжёлом материальном положении, поэт серьёзно болел и 7 августа 1921 года умер в своей последней петроградской квартире от воспаления сердечных клапанов на 41-м году жизни.
<...> Накануне смерти Блок долго бредил, одержимый единственной мыслью — все ли экземпляры «Двенадцати» уничтожены... Перед смертью, после получения отрицательного ответа на запрос о выезде на лечение за границу (от 12 июля), Блок сознательно уничтожил свои записи, отказывался от приёма пищи и лекарств. Как свидетельствует В. Ф. Ходасевич: «Блок умирал несколько месяцев… Он умер как-то „вообще“, оттого, что был болен весь, оттого, что не мог больше жить. Он умер от смерти».

В общем, понятно: замучили настоящего гражданина, который, несмотря на то, что хотел уехать, был оставлен умирать в родном городе, чтобы наш начитанный губернатор смог его смертью попрекнуть тех, кто уехал.

Но интересен сам жест креститься на бронзовую статую. Таким образом наш набожный губернатор решил обратить в веру поэта, писавшего в письме к Е. П. Иванову в 1905 году «никогда не приму Христа» (СС: В 8 т. Т. 8. С. 131). В письме к матери от 13 апр. 1909 г. Блок писал: «...единственный общий наш враг - российская государственность, церковность, кабаки, казна и чиновники» (Там же. С. 281). Высказывание Блока в ст. «Мережковский» (1909) - «духовное лицо, сытое от благости духовной, все нашедшее, читающее проповедь смирения с огромной кафедры, окруженной эскадроном жандармов с саблями наголо» (Там же. Т. 5. С. 360) В письме Он еще более определенно высказал негативное отношение к Церкви: «Я не пойду к пасхальной заутрене к Исакию, потому что не могу различить, что блестит: солдатская каска или икона, что болтается - жандармская епитрахиль или поповская нагайка» (Там же. Т. 8. С. 275).

❗️Басманный суд Москвы заочно приговорил блогера, бывшую издательницу журнала «Собака» Веронику Белоцерковскую к девяти годам колонии. Ранее её признали иностранным агентом.

Также Белоцерковской запретили пять лет администрировать интернет-страницы.

Вероника давно находится за границей.

Никто так не раздражает, как человек, который всегда прав. В школе наш учитель географии Феликс Федорович Перченок ( известный человек, вот, к примеру, про него программа Ивана Толстого http://www.russiangrave.ru/radio-svoboda-/-radioprogrammyi-/-mifyi-i-reputacziiuchitelya), водил нас в походы. И насмешливо предупреждал: «Никогда в походе не доказывайте: «Я же говорил, что нужно было идти туда!», когда группа уклонилась от маршрута. Все уже поняли, что пошли не туда, а ваше «я же говорил» будет их только раздражать».

Мне кажется, что эти люди наверху играют в игру хильди-вульди. Гибнут люди, взрывают дома, жизнь превратилась в ад. А у них какие-то разборки. Про игру хульди-вульди я узнал, когда меня, молодого программиста, в советское время отправили из КБ (конструкторского бюро) на картошку. Молодые, может, не знают, но в СССР инженеров каждый год на месяц отправляли в совхозы, там они жили в бараках, собирали урожай (больше вредили, по моему опыту), пели под гитару, слегка блядовали, но в основном пьянствовали. Магазины открывались в два, после чего, как вы понимаете, работа прекращалась. По вечерам играли на деньги в карты, в нарды и шахматы. Неожиданно кто-то предложил сыграть в хильди-вульди. Я в незнакомые игры не играю, но тут же собрались уже немного косые желающие. Просверлили в столе в центре дырку. Каждый играющий снимал штаны, привязывал шнурок к своему органу и протягивал этот шнурок через дырку в столе на столешницу. Дальше ведущий перемешивал все шнурки и страшно орал не хуже Охлобыстина: «Хильди-вульди!!!». Игрок должен был со всей силы дернуть за шнурок.
Я был зрителем (честно. не участником), и не видел более смешной игры. Игрок не знает, чей шнурок он дернул. Может, соседа. А, может, и свой.

Пресс-служба Законодательного собрания Петербурга рассылает предложение съесть мягких французских булок.

https://xn--r1a.website/rotondamedia/4311

Ты помнишь, как все начиналось?

Был ли Балабанов антисемитом? Переводчик Алексея Балабанова Тобин Обер рассказывает про съемки фильма "Война". Очень интересно. Я там тоже упомянут)))
https://youtu.be/0IqwJAQ8Rhk

Зная способности Роскомнадзора, могу предположить, что теперь все фото под угрозой. Роскомнадзор запустил систему поиска запрещенного контента "Окулус" (раньше сотрудники отлавливали вручную). Теперь искусственный интеллект отечественной настройки будет искать в сети все запрещенное, в том числе и ЛГБТ.
Вспомнил отрывок из интервью Курта Воннегута из "Континента" (1987 год)
— Были ли вы в России?
— Да. (Улыбается.) Вначале мы с моим другом полетели в Хельсинки и сели на поезд, пересекающий границу. Пересекли ее мы без проблем. Остановились в гостинице «Астория», богатой, для иностранцев... Через 48 часов нам в гостинице выдали билеты назад в Хельсинки: сказали, что нужно освободить комнату. За эти двое суток мы, правда, успели посмотреть Эрмитаж... Итак, нас выслали в Хельсинки. Это было в 1967 году. Несколько лет спустя я встретился в Нью-Йорке с Евтушенко, на банкете в его честь, куда я был приглашен. Он знал меня как писателя и сказал: «Вы непременно должны приехать в нашу страну». Я ответил: «Последний раз, когда я попытался это сделать, меня из этой страны вышвырнули». Он обещал выяснить, в чем дело. Через несколько лет он опять приехал в Америку читать свои стихи и сообщил мне: «Да, да, это очень забавно. Они подумали, что вы — педераст!»

Для каждой следующей игры заказывают новый комплект синих.

https://xn--r1a.website/spbgorod/1414

На киностудии Ленфильм отделом дублирования иностранных фильмов заведовала добрая душа, Алла Михайлова, и она часто подбрасывала нам работу по укладке текста на губы актёров. Припоминаю, что, кроме меня, эта подёнщина перепадала Бродскому, Косцинскому, Кушнеру, Лосеву, Марамзину, Уфлянду (он впоследствии женился на Алле). Делался дубляж таким образом: кинолента разрезалась на куски с диалогами, эти куски склеивались в кольца, и проекционный аппарат начинал гонять по экрану очередной фрагмент. Актёр-укладчик вглядывался в губы персонажей и говорил литобработчику, где ему нужны звуки, открывавшие рот – «а», «у», «я», а где губные – «п», «б», «в». Задача состояла в том, чтобы переделать русский перевод отрывка по возможности близко к тому, как это произносилось на экране. Заключительный этап, озвучивание, делался профессиональными актёрами, мы в нём не участвовали.

Обычно европейские и американские фильмы доставались Кириллу Косцинскому – всё же он и по возрасту был старше всех нас, и знал несколько иностранных языков. Мне же чаще приходилось работать с фильмами союзных республик. Но страсть к лингвистике обернулась у Косцинского тем, что он уже в лагере начал собирать коллекцию жаргонных и блатных слов, которая потом вылилась в его «Словарь ненормативного русского языка». Граница между цензурными и бранными словами в его сознании постепенно размывалась, и однажды это привело к микро-скандалу на студии дубляжа.

Я сидел в просмотровом зале и уныло подбирал слова для латышских крестьян XIX века, чьи страдания под гнётом царизма были чёрно-бело воссозданы Рижской киностудией. Вдруг из соседнего зала появляется режиссёрша и – да, читатель, я люблю вспоминать себя в роли спасителя! – кричит точно, как Павел Коган:

– Игорь, спасай! Кирилл, злодей, смену кончил и смылся, и погляди, что он мне оставил!

На экране начинает крутиться полуминутное кольцо из «Майерлинга». Снова и снова император Франц-Йозеф (актёр Джеймс Мейсон) уговаривает своего сына, кронпринца Рудольфа (актёр Омар Шариф), не жениться на незнатной чешке, снова и снова повторяет, что их дети будут не Габсбурги, а какие-то bastards! Эта губная «б» и следующая за ней «а» видны так отчётливо под усами Мейсона, что обойти их невозможно. И что же сделал злодей Косцинский? Вписал в текст слово из своего словаря: «выБльАдки».

– Я не могу выпустить ленту с таким словом! – стенает режиссёрша.

А и правда – что тут можно придумать? Сказать «бастарды»? Многомиллионный советский кинозритель не знает этого слова. «Незнатные, незаконнорожденные»? Не вмещается по длине, нет губных звуков. Поломав голову я совершаю очередную трусливую уступку цензуре и предлагаю слово «пàрии». Осчастливленная режиссёрша убегает. Кирилл при встрече обливает меня презрением и насмешками. Я принимаю их покорно. Разве могу я сердиться на человека, который, с риском для себя, месяц назад переправил на Запад с заезжим иностранцем рукопись «Практической метафизики»?

Игорь Ефимов «Связь времен»

Завет Ленина – «из всех искусств для нас важнейшим является кино» – соблюдался свято. А это означало, что цензурный зажим в кинематографии был самым свирепым. Но и кассовые сборы фильмов постепенно приобретали статус важного показателя. Директор киностудии Ленфильм, бывший актёр цыганского театра Киселёв, учил режиссёров и сценаристов, как обеспечивать высокие кассовые сборы без ущерба для идейности фильмов:

– Вот, допустим, у вас картина на девяносто минут. Так нужно, чтобы 85 минут шли танцы, драки, блядки, погони, грабежи, любовь всякая, пьяные оргии – чтобы зритель валом валил. А в последние пять минут входят милиция и дружинники и всю лавочку разгоняют. «Такого не должно быть в нашей стране!» Неужели непонятно?

Игорь Ефимов «Связь времен»

Люди не верят, что на Ленфильме снимали фильмы про "танцы, драки, блядки, погони, грабежи, любовь всякая, пьяные оргии". Вот фильм 1965 года, как раз времен директорства Киселева.

Шофёр Паначук торопится в районный центр, посёлок Горск. Несмотря на спешку и видимую нетрезвость (полбутылки водки и пиво с утра), по пути он берёт «левых» пассажиров. В посёлке к нему подходит милиционер, которому Паначук сообщает, что видел за рулём разбившегося на дороге «Москвича» погибшего поселкового доктора.

Позже на имя молодого районного прокурора Чижова приходит анонимное письмо, в действительности написанное Иваном Ермолаевичем — пожилым человеком, в доме которого этот же районный прокурор снимает комнату. Иван Ермолаевич, имеющий склочный характер, был одним из пассажиров, которых подвозил Паначук. В анонимном письме он обвиняет шофёра в пьянстве за рулём и аварии, повлекшей гибель поселкового доктора. Чижов быстро раскручивает версию убийства по неосторожности, однако подчинённый Чижову пожилой следователь прокуратуры не спешит с написанием обвинительного заключения.

Впоследствии Иван Ермолаевич оговаривает и Чижова, обвинив его в свя́зи со своей падчерицей Галиной, беременной от другого мужчины, но стесняющейся сказать правду. Галина бесследно исчезает: все полагают, что она покончила с собой из-за Чижова.

Чижова отстраняют от должности, ему никто не верит, он оказывается в той же ситуации, что и Паначук. В характере прокурора происходит перемена, когда из обвинителя он сам становится обвиняемым.

Пожилой адвокат, с которым Чижов раньше часто конфликтовал, жалеет его. Он находит уехавшую к отцу своего будущего ребёнка Галину, которая к тому времени уже вышла за него замуж. Галина сообщает следствию правду, Чижова восстанавливают в должности. Тем временем пожилой следователь прокуратуры находит истинного виновника аварии, им оказывается водитель похожего грузовика, спекулирующий ворованными пустыми мешками. Паначука отпускают из-под следствия.

В концовке фильма Паначук случайно подвозит Чижова и его жену.

В 1996 году я часто сидел у «Аквариума» на Пушкинской, 10, все выпивали, Боря пел. Вдруг однажды неожиданный звонок в дверь. Кто-то из молодых администраторов пошел открывать. Возвращается: «Борис, там какой-то седой старик на велосипеде...». Боря бросил гитару и побежал к двери: «Севка пришёл!».
Севе Гаккелю тогда было 43. Сегодня ему 70. Завтра пойду на день рождения.

Сева Гаккель, 1983 год.
Фото Владимира Быстрова

Сева: «Несмотря на то, что у меня среди предков много генералов, я вырос пацифистом и ненавижу все это».
Сегодня на своём дне рождения.

На дне рождения Севы Гаккеля зашла речь об одном старом знакомом. Я стеснялся про него спросить, думал, что он давно умер.
- Да ты что, - мне говорят. - Вон же он с молодой женой.
Богатыри, не мы.