Ультраправый кандидат на пост президента Чили Хосе Антонио Каст от Республиканской партии (PR) встретился в Риме с премьер-министром Италии Джорджей Мелони. По итогам встречи он признал, что вдохновлен итальянским опытом в решении проблемы нелегальной миграции и намерен применить его в Чили.

Вообще миграционная тема, в т.ч. в привязке к проблеме безопасности - в фокусе кампаний кандидатов, что вполне объяснимо. По данным 2023 года в Чили проживало около 1,9 миллиона иностранцев, это почти 10% населения. С 2018 по 2023 год число мигрантов в Чили выросло почти на 47%, большинство из них - венесуэльцы. По опросам, более половины чилийцев (55%) воспринимают рост миграции как потенциально конфликтогенную ситуацию.

При этом Чили- одно из государств, где иностранцы могут голосовать на выборах после пяти лет проживания в стране. Это серьезный электоральный ресурс, который оценивается в 800 тысяч избирателей, и опять же большинство из них - венесуэльцы. Кого они поддерживают? С одной стороны венесуэльцы, покинувшие свою страну из-за кризиса, который связывают с режимом Мадуро, по логике не должны были бы симпатизировать чилийским левым. С другой- именно левые и левоцентристские силы в Чили, включая президента Борича, традиционно демонстрируют бóльшую терпимость к мигрантам, реализуют меры по их интеграции, проводят менее агрессивную депортационную политику. Хотя в итоге даже Борич был вынужден ужесточить политику и признать, что Чили не в состоянии принимать неограниченные потоки беженцев.

Интересна и позиция главной конкурентки Каста по правому лагерю Эвелин Маттеи из коалиции Chile Vamos, которая на контрасте с ним разыгрывает карту "золотой середины". Она также обещает усиление пограничного контроля и депортации, но они прежде всего коснутся тех, кто имеет проблемы с законом. По недавнему опросу, в рейтинге электоральных предпочтений Маттеи занимает третье место с 18%. Коммунистка Жаннет Хара и Каст идут практически вровень: 26% и 25%.

Боливия снова станет удобной для США?

За две недели до второго тура президентских выборов в Боливии, в котором встретятся два оппозиционера от правых сил, госдепартамент США опубликовал доклад об инвестиционном климате в Боливии за 2025 год.

Он свидетельствует об интересе США к сотрудничеству с Боливией в сельском хозяйстве, энергетике, добыче критически важных минералов и в целом в горнодобывающей промышленности.

Хотя нынешний инвестиционный климат и действующее законодательство Боливии оцениваются как “недружественные для инвесторов”, авторы доклада предвидят скорые перемены:

Боливию уже в ноябре 2025 года могут ждать быстрые изменения. На выборах в августе прорыночные партии получили супербольшинство в парламенте, а во второй тур президентских выборов вышли два кандидата, ориентированных на США. Независимо от того, кто из них станет президентом, он получит мандат на проведение реформ, благоприятных для инвесторов.

После четырех подряд побед на президентских выборах (2005, 2009, 2014 и 2020 годов) правящее левое Движение к социализму, расколотое на несколько фронтов, на выборах в августе набрало в совокупности меньше 12% действительных голосов.

Какую позицию после смены власти Боливия займет по венесуэльскому вопросу? И почему это вызов для России

После смены власти Боливия, вероятно, выйдет из устоявшегося за 20 лет треугольника с Россией и Венесуэлой.

Помимо прочих вызовов, ожидающих Россию после смены власти в Боливии, венесуэльский вопрос — один из самых чувствительных. Он имеет не только символическое измерение, но и может во многом определить контуры будущего российского присутствия в Латинской Америке.

Каракас остается важной “точкой входа” России в регион, и на фоне эскалации напряженности между Венесуэлой и администрацией Трампа, его значение только возрастает. Боливия, хотя и кажется здесь “третьим игроком”, после выборов может стать звеном, через которое начнут перестраиваться региональные расклады.

Ни один из двух кандидатов, вышедших во второй тур выборов в Боливии, не признаёт Николаса Мадуро демократически избранным президентом. Но если от центриста Родриго Паса еще можно ожидать умеренной позиции невмешательства в духе “не признаём, но пусть разбираются сами”, то Хорхе Кирога настроен жестче.

В 2019 году он в статусе экс-президента подписал открытое письмо в поддержку Хуана Гуайдо как “законного лидера Венесуэлы”. Правое переходное правительство Жанин Аньес (2019–2020), в котором Кирога в первые месяцы курировал международные связи, официально признало Гуайдо президентом Венесуэлы. Тогда Москва отреагировала, но скорее по форме, чем по содержанию, поставив под сомнение легитимность переходных властей Боливии в этом вопросе: “Сначала выиграйте выборы, а потом занимайте позицию по Венесуэле”.

Выборы 2020 года правые проиграли, и боливийский выпад против Мадуро был отложен еще на пять лет. Теперь же контекст меняется. В случае победы Кироги мало сомнений в том, что он признает президентом Венесуэлы Эдмундо Гонсалеса — соперника Мадуро на прошлогодних выборах.

Москве снова придется реагировать, но уже на позицию демократически избранной власти Боливии, опирающейся на парламентское большинство.