Какое-то время назад я сильно переживал насчет того, что бросил в России научную карьеру, переехал в Израиль, и тут надо начинать все сначала. Часто возникало чувство, что ты привез в другую страну кучу валюты, которую тебе здесь никто не обменяет. Весь мой опыт казался мне неконвертируемым и нерелевантным здесь. Но недавно жена прислала мне вот эту цитату из книги Карла Роджерса «О становлении личностью» — и тоски как не бывало:

«В 1940 году я принял предложение преподавать в университете штата Огайо. Уверен, что единственной причиной, по которой меня пригласили, была моя книга "Клиническое лечение трудного ребенка", которую я вымучил во время каникул и кратких отлучек. К моему удовольствию и чего я совсем не ожидал, мне предложили должность профессора. Я от всей души рекомендую начинать свою карьеру в научном мире на этом уровне. Я часто чувствовал благодарность за то, что не вступал в унижающее ученого соревнование в продвижении "ступенька за ступенькой" по лестнице карьеры на факультетах университета, участники которого усваивают лишь один урок – не высовываться».

Удивительно, что чувство российского ученого 2020–х гг. настолько совпадает с чувством американского из 1940-х. Думаю теперь, какой бестселлер написать, чтобы сразу в профессоры.

Пропустил 130-летие своего любимого поэта Маяковского, в строчках которого я никогда не прекращаю черпать вдохновение. Десять лет назад я написал стих к его 120-летию. И он до сих пор кажется мне не столь уж плохим. Выложу его тут.

19. 07. 2013

Шутка ли?
Может быть, интернет с ума сошел вовсе?
120 лет исполняется сегодня Вэ Вэ Маяковскому!
Глупости!
В каком больном черепе,
в каком гнилом мозге
столь глупым идеям жилплощади роздали?

К нему бегу,
бронзовому,
впопыхах распихав оппозицию у Госдумы.
Мчусь мимо омоновских корпусов,
на Тверскую взбираюсь, угрюмый.

Подумаешь, Навальный!
Пять лет дали!
Какая цаца!
Маяковскому дали целых сто двадцать!

Подхожу к нему,
встаю у пьедестала,
спрашиваю:
«Владимир Владимирович,
неужели ваш возраст за век уж перевалил?
Неужели меня настолько старше вы?
Неужто так много воды утекло и чернил?»

И тут,
не поверите,
то ли совсем уже стал бесноватый я,
то ли газом каким у Госдумы от масс защищается власть,
но я точно увидел:
двинулась статуя
и в ответ мне басить начала,
с трудом
        разевая
               пасть:

«Товарищ,
унынье свое ты подальше спрячь
и никому не показывай:
радость –
вот самый верный лечащий врач
от буржуазной заразы!

Сто двадцать?
Подумаешь!
От хода годов
спасает меня нечеловечья магия:
в вереницах своих растранжиренных слов
навеки
      прикован
              к бумаге я!

Но вы!
Уважаемые товарищи потомки!
Презрев и мир, и труд, и май уже давно
и не придумав им взамен идей таких же громких,
какое вы оставите после себя окаменевшее г*вно?!

Что вы оставите после себя из вечного?
Как в текст истории вошьете вы свой клок?
И, наконец,
какого вы Владимира Владимирча
заслужите на свой короткий срок?!»

Он замолчал.
Из глаз его бронзовых
на Тверскую скатилась слеза.
Пожав мне на прощанье руку, Маяковский
молча влез к себе на пьедестал.

#стихи

Шаббат

Современное общество учит нас никогда не приходить в состояние покоя и всегда что-то делать. Эта установка показывает, что сегодня грех нормализуется, становится систематическим. Работать 24/7, гордиться тем, что успеваешь каждый день сделать что-то полезное, быть эффективным и производительным даже в свободное время — все это гордыня. История о творении мира ясно дает понять, что даже Бог умеет уставать и даже Ему нужна была суббота, чтобы наконец отдохнуть. В постоянной работе без перерыва мы теряем Его образ и подобие, и только если у нас есть возможность остановиться, ничего не делать и созерцать, мы можем уподобиться Ему.

Конечно, наша работа и деятельность в значительной степени отличаются от Творения, мы не создаем мир из ничто, но и силы наши значительно скромнее Божественных, поэтому даже после шести дней школы, университета, фабрики или офиса, нам нужен шаббат. Кстати, это означает, что и наш покой значительно отличается от покоя Божьего, и отдыхать так же мощно, как это делает Он, мы не в состоянии. Только подумайте: целых шесть дней Он творил мир, и всего одного дня Ему хватило, чтобы отдохнуть. Я думаю, ограничения, которые евреи накладывают на человеческую деятельность в шаббат, имеют своей целью приблизить наш покой к Божественному покою и одновременно показать человеку, насколько сложно его достигнуть, так как даже в своих мыслях человеку тяжело полностью предаться полному созерцанию. Мысль продолжает работать вместо того, чтобы расслабиться и насладиться самим фактом бытия.

В своих работах «Общество усталости» и «Аромат времени» (последнюю обещают скоро выпустить на русском в моем переводе) Бён-Чхоль Хан, ссылаясь на Хандке, пишет о Божественной усталости, которая позволяет добавить в нашу беспорядочную деятельность созерцательный элемент. Эта Божественная усталость наступает, когда усталость и выгорание от постоянной активности переводят нас из неспособности-больше-мочь в способность-наконец-не-мочь. Эта способность — способность к недеянию, отказу от действия, которая даже требует душевного усилия, такого, например, как усилие соблюдать шаббат.

Именно эту потенцию, потенцию-не-мочь и демонстрирует Бог на седьмой день. Он показывает, что может в какой-то момент перестать мочь. И я думаю, что в этом моменте открывается путь к решению проблемы теодицеи. Если Бог всемогущ, то есть может все, это значит, что Он может в том числе и не мочь. Атрибут всемогущества внутренне диалектичен. Всемогущество Бога не означает, что Он должен быть способен пресекать любое зло в этом мире. Всеблагость Бога не исключает того, что в некоторых случаях Он просто может не мочь сделать что-то. Где проходит граница между Его позитивной и негативной потенциями, — это отдельный вопрос, который требует самого глубокого изучения.

#религия #теология

Это явление в Израиле называется «выставка». Когда израильтянам надоедают их старые вещи, они их не выкидывают на помойку — они их выставляют. А другие израильтяне, для которых эти вещи еще очень даже, могут с выставки принести их себе домой. Так что на фото не просто кот, а кот выставочный.

Котики выбирают остаться дома и вкушать аромат времени!

Говорят, что в рамках проекта «Лед» вышла уже третья книга Бён-Чхоль Хана в моем переводе, на этот раз речь идет об «Аромате времени». Потом выйдет еще «Кризис повествования», а следующие переводы я буду редактировать.

На мой взгляд, нынешняя книга — наиболее удачная работа в плане и содержания, и перевода из уже вышедших. С точки зрения содержания, особого внимания заслуживает последняя часть, где Хан критикует учение Арендт о деятельной жизни, утверждая, что осмысленная жизнь требует созерцательного элемента и что не отделение теории от практики ведет к политическим проблемам современности, а сведение теории к практике.

С точки зрения перевода, я особо горд переводами поэтических фрагментов, каждый из которых мне удалось перевести в поэтическом же формате. Это первый мой опыт, и я им горжусь.

#переводы #философия

Тем временем я балдею с действий своего нового правительства, которые, разумеется, напрямую касаются моих интересов. Как раз по этой программе я устроился работать, будут ли у службы абсорбции в науке средства, чтобы профинансировать мое трудоустройство в следующем году, непонятно. Возможно, стоит сделать все так, как говорит Голденберг.

Читал сейчас «Критику цинического разума» Петера Слотердайка и вот на какой любопытный фрагмент наткнулся:

«[Во] времена позднего Средневековья университеты обретают свое значение в социальном хозяйстве дерзости и кинического интеллекта. Они вовсе не были только местом учебы и исследований; там всегда резвились и ваганты, и прочая экстравагантная молодая интеллигенция, которая была достаточно умна, чтобы найти кое-что получше зубрежки. Особенно славилась в этом отношении парижская Сорбонна, представлявшая собой город в городе, Латинский квартал, в котором мы находим предшественников всех разновидностей позднейшей богемы. В буржуазные времена университетские годы были для учащейся молодежи временем, позволяющим отсрочить переход к серьезной жизни, – временем, когда можно пошалить, прежде чем дело дойдет до необходимости делать карьеру и упорядочить жизнь. Именно о студенческих шутках и розыгрышах, студенческих вольностях и времяпрепровождении вспоминают взрослые, когда позднее, будучи серьезными господами, говорят, что и они когда-то были молоды».

Любопытно, что, когда я создавал этот телеграм-канал, я как раз руководствовался этой жаждой вернуться к какой-то дерзости студенческих лет, когда философия была для меня не профессией, а способом бросить вызов всему, что говорят вокруг, развенчать здравый смысл и просто насладиться созерцанием мира и интеллектуальной беседой. Так что, я думаю, те, кого называют «вечными студентами», наверное, самые счастливые в мире люди. Разумеется, если они учатся ради наслаждения, а не чтобы преодолеть чувство нехватки своих компетенций (которое такими средствами, разумеется, не преодолевается).

В общем, побольше нам всем богемного тунеядства!🥂🍾

В день, когда началась война в Израиле, 7 октября, мы с женой оказались в Риме. Многие наши друзья предложили нам на время приехать к ним: звали в Париж, Стамбул, Баку. Я очень рад, что у нас есть столько хороших друзей, которые переживают за нас. Мы подумали, что нам неспроста предоставился шанс оказаться вне страны в этот момент, и решили не возвращаться в Израиль. По самым разным причинам мы решили поехать в Баку, где провели 10 прекрасных дней с друзьями, их прекрасным сыном и собакой. Надеялись, что все закончится как можно быстрее, но пока нам каждый или через день приходят уведомления о бомбежках.

В итоге из Баку мы решили прилететь на время в Москву, чтобы переждать самую горячую фазу конфликта. Надеюсь, в ноябре уже сможем вернуться. Вот так оно работает: стоило искренне написать, что скучаю по России и дождю, как обстоятельства привели меня в дождливую сырую Москву.

Спасибо большое всем, кто помог нам добраться сюда и оказаться в безопасности! Сил всем, кто сейчас в Израиле!

Первая сцена, которую увидел в метро по приезде в Москву. Эта пара еще очень смачно целовалась, прикрываясь кепкой. Гегель, видимо, очень возбуждает🫣

Побеседовали с философом Алексеем Соловьевым о Бен-Чхоль Хане, обсудили переведенные вышедшие и еще не вышедшие работы, поговорили за созерцательную жизнь, нарративы и патологии позднего капитализма: https://youtu.be/1zyU7FcrXTM?si=nHkwTfvgs9G_f8dH

Чтение российских медиа, заявлений официальных лиц и учебника по «Основам российской государственности» привлекло мое внимание к понятию государства-цивилизации, вокруг которого сегодня оказывается выстроен российский политический дискурс. Сейчас я планирую поближе ознакомиться с литературой по этой теме, может быть, получится выстроить из этого какой-то исследовательский проект. О том, как все это пойдет, я решил рассказывать здесь.

Первая работа, на которую я наткнулся, – это статья Мэтью Блэкбёрна «Мейнстримный русский национализм и идентичность ‘государства-цивилизации’: перспективы снизу» 2020 г. Автор провел полуструктурированные интервью с жителями трех российских городов – Нижнего Новогорода, Москвы и Санкт-Петербурга – и прилегающих к ним регионов в 2014–2016 гг., чтобы выявить, какие элементы официально тиражируемой идеи России как государства-цивилизации, приживаются в повседневном дискурсе россиян, а какие – нет.

Для этого исследователь выделил три элемента концепции России как государства-цивилизации. Первый – идея русских как государствообразующего этноса, который за счет своего миролюбивого характера сплачивает воедино культуры всех остальных народов России и, тем самым, делает их культуры частью своей культуры, а представители остальных этносов тоже становятся русскими в культурно-цивилизационном плане. Второй элемент – государственный аполитичный патриотизм, считающий, что для поддержания государства-цивилизации России нужна сильная власть, навязывающая культурное единство сверху, а от гражданина требуется подчинение ей. Третий элемент – идея традиционных ценностей, которые и являются основой русской цивилизации.

Блэкбёрн показывает, что первые две идеи поддерживаются населением крупных городов, тогда как третья – нет. Опрошенные не понимали, что значит «быть россиянином», вместо этого они предпочитают говорить о гражданах России как о русских, независимо от их этноса. Они считают, что представители «малых народов», среди которых особенно часто упоминаются татары, башкиры и якуты, тоже являются русскими и своими. Также опрошенные отмечали идею о необходимости воспитания в духе патриотизма для поддержания единства страны. Но при этом опрошенные совершенно не смогли выявить, в чем же заключается идейная основа России как цивилизации. Данные свидетельства хорошо кореллируют с опросами данного года, которые свидетельствуют о том, что только для 11 процентов россиян имеет значение религиозная вера как ценность, тогда как концепция России как государства-цивилизации считает именно традиционные религии России ее цивилизационной основой.

Любопытно и то, как концепция государства-цивилизации позволяет отточить образ Других. Поразительным образом «малые народы» России не включают в себя кавказцев, как следует из опросов. Дагестанцы и чеченцы – другие, они не ассимилируются в русскую культуру и было бы, может, и хорошо их отделить, но такое решение могло бы привести к развалу России, так как оно подтолкнуло бы к сепаратистским настроениям в других частях России. Здесь как раз подключается идея патриотизма и сильной вертикали власти. Хотя русские миролюбиво присоединяют к себе другие этносы своей культурой, нужна мощная вертикаль власти для поддержания этого культурного единства. И ради этого приходится терпеть даже невыгодные и дорогие соседства в одной стране с культурно чуждыми элементами.

Другие Другие – это мигранты. Идея России как государства-цивилизации требует того, чтобы въезжающие в страну на заработки люди культурно ассимилировались, учили русский язык и так далее. Иначе они не могут считаться частью государства-цивилизации. Таким образом идея государства-цивилизации дает гражданам идейное основание для выражения своей неприязни к выходцам из стран бывшего СССР, одновременно позволяя российским официальным лицам предъявлять геополитические притязания на влияние в этих странах.

#цивилизация

На волне интереса к государству-цивилизации, начал читать «Философические письма» Чаадаева. И во втором письме обнаружил, что неотъемлемой чертой особой русской цивилизации, если таковая вообще имеется, он считал всякое пренебрежение к комфортной жизни:

«Сделайте свой приют как можно более привлекательным, займитесь его красивым убранством, почему бы даже не вложить в это некоторую изысканность и нарядность? Ведь это вовсе не особый вид чувственности, заботы ваши будут иметь целью не вульгарные удовольствия, а возможность всецело сосредоточиться в своей внутренней жизни. Очень прошу вас не пренебрегать этими внешними мелочами. Мы живем в стране, столь бедной проявлениями идеального, что если мы не окружим себя в домашней жизни некоторой долей поэзии и хорошего вкуса, то легко можем утратить всякую утонченность чувства, всякое понятие об изящном. Одна из самых поразительных особенностей нашей своеобразной цивилизации заключается в пренебрежении всеми удобствами и радостями жизни».

И далее:

«Святые мужи не думали, что они унижают свое достоинство, отдаваясь заботам о таких предметах, наполняющих значительную часть жизни. В этом безразличии к жизненным благам, которое иные из нас вменяют себе в заслугу, есть поистине нечто циничное. Одна из главных причин, замедляющих у нас прогресс, состоит в отсутствии всякого отражения искусства в нашей домашней жизни».

Так что, согласно Чаадаеву, hygge — это, видимо, одно из высших проявлений цивилизации и прогресса. Так что когда просвещенные интеллектуалы зубоскалят над дискурсом Собянина о комфортном и удобном городе, они делают принципиальную ошибку. Возможно, мы еще не знаем, какую скрытую мощь содержит в себе этот дискурс для возможного противостояния идеологии государства-цивилизации и «особого пути». Особенно если принять во внимание, что по этому самому собянинскому комфорту, судя по мне и многим моим знакомым, как раз и тоскуют многие покинувшие Россию релоканты, а задачей нашего гибридного режима и было выдавливание из страны всех недовольных. Тоска по покинутому комфорту нынешнего релоканта — опасный призрак возвращения всех неудобных граждан на их Родину, поближе к несомненным благам цивилизации.

#цивилизация #чаадаев

А вообще Чаадаев был не только лишь за hygge, но и магию утра тоже поддерживал:

«Часто с первых часов дня бываешь выбит из намеченного круга занятий, и весь день испорчен. Нет ничего важнее первых испытанных нами впечатлений, первых мыслей вслед за подобием смерти, которое разделяет один день от другого. Эти впечатления и эти мысли обычно предопределяют состояние нашей души на весь день. Вот он начался домашней сварой и может кончиться непоправимой ошибкой. Поэтому приучитесь первые часы дня сделать как можно более значительными и торжественными, сразу вознесите душу на всю ту высоту, к какой она способна, старайтесь провести эти часы в полном уединении, устраняйте все, что может слишком на вас повлиять, слишком вас рассеять, при такой подготовке вы можете безболезненно встретить те неблагоприятные впечатления, которые затем вас охватят и которые при других условиях превратили бы ваше существование в непрерывную борьбу, без надежды на победу. К тому же, раз это время упущено, потом уж не вернешь его для уединения и сосредоточенной мысли. Жизнь поглотит вас всеми своими заботами, как приятными, так и скучными, и вы покатитесь в нескончаемом колесе житейских мелочей. Не дадим же протекать без пользы единственному часу дня, когда мы можем принадлежать самим себе».

Вспоминая давешний разговор о Бен-Чхоль Хане и созерцательной жизни, так и тянет прийти к заключению, что магия утра дает почувствовать аромат времени.

#чаадаев

Только в играх правила рождают веселье. В обычной жизни веселье — это исключение из правил. Как правило, оно вообще-то не весело. Вообще-то это удивительно, что в мире можно вдруг увидеть что-то веселое. За всякий момент веселья в мире стоит быть благодарным. Хорошая шутка — один из лучших подарков, который мы можем сделать другому. Поэтому в хорошем гейм-дизайне, наверное, есть доля волшебства.

(Решил попробовать себя в жанре странных афоризмов где-то между Беньямином, Ницше и Эпиктетом)

#афоризмы