Глава 1.

Память — штука избирательная. Одни вещи стирает без жалости, другие вбивает так, что до конца дней ощущаешь запах пороха и крови, смешанный с пылью подсолнухов. 30 мая 2022. Этот день, подбитый, как старый танк, врезался в меня навсегда. Деревушка под Северодонецком, безымянная точка на карте, ставшая для нас краем света и началом всего.

Наш накат был сборной солянкой из одних первоходов. Пятьдесят человек, и только четыре сержанта — костяк, пытавшийся скрепить эту зеленую массу. Разбили по отделениям. План был прост, как молоток: три группы зачищают левый фланг и центр, наша, четвертая, — должна была взять правый, крайние дома, торчащие на отшибе, как гнилые зубы. Мы были крюком, краем клещей.

Не успели. Всего десять минут — а в войне они вечностью меряются. Только начали рывок от опушки к первому сараю, как нас «срисовали». Сначала редкие разрывы казалось будто прямо за шиворот, потом свистовая симфония — пули щелкали по кирпичам, резали воздух. А потом пришли они — тяжелые, всхлипывающие «плюхи» с неба. Сто двадцатые мины 16 килло ядрёного фугаса и чугуния. Земля вставала на дыбы черными фонтанами, смешанными с осколками и щепками.

Хаос. Крики, нечленораздельные команды. Часть нашей группы осталась там, на Донбасской земле, навсегда. Остальные, и я в том числе, метались, как затравленные звери, искали любое укрытие. Мое пристанище нашлось — куча песка и грязи, полметра высотой, бывшая воронка. Из-за нее, прижимаясь щекой к прикладу «СВД», я поливал свинцом двор напротив, прикрывая тройку ребят. Они, перебежками, короткими очередями, рвались к низкому белому дому.

Двое уже нырнули в темный провал двери. Третий, парень с позывным «Цыган», был в трех шагах от порога. И в этот миг время сжалось, превратилось в тягучий, кошмарный слоу-мо.

Во двор, прямо как гром среди ясного неба в прямом смысле, словно нехотя, прилетела та самая шальная 120я мина, которыми беспорядочно пытался нас остановить противник. Прилетела собака метко. Оглушительный хлопок — и весь двор брызнул огнем. Попадание было почти прямое, настильный. 120 мина, она похожая на толстую болванку, влетела во двор, прямо в точку, где должен был оказаться Цыган.

Мир взорвался светом и грохотом.

Всех троих отшвырнуло, как тряпичных кукол. Тот, что был уже в доме, просто влетел внутрь, подхваченный взрывной волной. Второго, «Балу», осетина с гордой посадкой головы, волной вышвырнуло назад, вместе с секцией деревянного забора — он пролетел через него, словно через бумажную ширму. А Цыгана… Цыгана порвало.

Не убило на месте. Его просто разрезало, вдоль туловища, от подмышки, через весь живот и до таза. Это было не кровотечение, а извержение. Оторвавшись от ПСО-1 я застыл, на секунду онемев. Первый раз. Первый раз в жизни видел такое. Мозг отказывался понимать масштаб, сводя все к простой команде: «Пацаны. Надо помочь».

Оставив двойку прикрытия вести беспокоящий огонь, я рванул. Около 100 метров открытого пространства. Свист пуль стал фоном, белым шумом. Золотое правило первохода: если льют не прицельно, а по площади, шанс поймать пулю — как в лотерею. Бежишь, и вся вселенная сужается до цели — до этого клубка тел, пыли и крови.

Первым наткнулся на Балу. Он лежал в обломках забора, глаза дикие, невидящие. Когда я наклонился, он инстинктивно вскинул автомат в мою сторону и было уже нажал на спуск — свой, трофейный «АКС-У». Еле докричался, вырвал ствол. «Свои, черт! Осетин, очухайся!» Взгляд прояснился. Осмотрел наскоро: вроде цел, только из ушей алая струйка — контузия.

Вместе ворвались в дом. Внутри — полумрак столба пыли, запах затхлости и пороха. На полу, у печки, копошился первый из тройки, «Дед». Осколки прошли в слепую, скорее всего некоторые навылет через плечо, грудь, ноги, еще пара царапнула голову. Бледный, но в сознании. «Живой, командир, живой», — пробурчал он. Вытащили его на улицу, с Балу.

Киевская армия “живых маячков” в Константиновке.

Наш репортаж.

Комичный и при этом очень показательный эпизод из нашего репортажа, иллюстрирующий системный кризис обороны ВСУ. Российские командиры, наблюдая трансляцию с дрона, не могли понять - в атаку вышли два наших штурмовика, а кто этот третий, который пытается их догнать? Оказалось, ВСУшник. Взяли его в плен. На допросе почти потерявший рассудок украинец, рассказал, что полгода в одиночку выживал в блиндаже. Едва услышав русскую речь, пошёл сдаваться, лишь бы выбраться из этого ада.

Это не единичный случай. Пленные под Константиновкой в один голос твердят: их задача была не воевать, а быть «живым маячком». Киев, сделавший ставку на дроны при тотальной нехватке пехоты, использует людей как датчики. Солдат закапывают в землю — в норы среди воронок и обломков техники. Его функция — сидеть, молчать, ждать нашего продвижения и лишь потом — вызвать беспилотник.

Сбежать с такой позиции нельзя. Все отходы ВСУ заминированы «бабой-ягой», ими же и снабжают этих «датчиков». Вот и сидят они, пока их не уничтожат КВНом, ТМ-кой или пока у них крыша не поедет от одиночества.

Эта практика — не хитроумная инновация, а отчаянный жест обречённой армии, чьи резервы тают. Именно из-за чудовищных потерь и нехватки людей позиции ВСУ теперь — решето. Нет сплошной линии обороны, а есть островки-«маячки». Этим и пользуются наши подразделения, мастерски просачиваясь в «серые зоны» и занимая территории без громких штурмов. Сами украинцы называют эту тактику сложным словом «инфильтрация».

Что касается Константиновки, то на подступах к городу формирования киевского режима годами строили тут «многоуровневую оборону», но в реалиях 2025-го это бетонное наследие теряет смысл.

Очередная «битва за фортецию» началась не штурмом крепостных валов, а сражением уже за крепостными стенами.

Обучение танковых экипажей это комплексный подход к подготовке работе на поле боя. Это целая система, направленная на подготовку высококлассных специалистов, способных эффективно выполнять боевые задачи. Под руководством опытных инструкторов 4-й бригады🇷🇺 военнослужащие получают знания и навыки, которые имеют решающее значение для успешного выполнения операций на поле боя. Благодаря такому комплексному подходу наши танкисты уверенно выполняют боевые задачи на фронте, демонстрируя высокий уровень профессионализма и готовности к бою в самых сложных условиях.

🇷🇺 3-я ударная

⚫️Обратная связь

Крещение. Благословение.

Погружение в студеную зимнюю воду. Проверка на прочность. Русских проверяет природа, история, враги… Из огня да в полымя… это про нас.
Но сегодня вода спасительна. Спасительна и благословенна. Чтобы встретиться с самим собой - оголенным, открытым, готовящемся. Если не холодна вода - встречи не произойдет.

Сила русского православного духа в молитве и погружении. В смелости и воле. В любви и отречении.

Чем больше понимаешь и знаешь, тем нужнее закаленный дух, тем необходимей холод благословенных вод с именем Христа. Крещение на служение.

С Богом, сильные духом!

С молитвами за вас,
Олеся Шигина,
режиссер,
Позывной мама.

«При крещении Твоём во Иордане, Господи, открылось поклонение Троице: ибо голос Родителя свидетельствовал о
Тебе, возлюбленным Тебя Сыном именуя, и Дух в виде голубя подтверждал Его слова непреложность. Явившийся Христе Боже и мир просветивший, слава Тебе! Аминь!» - тропарь праздника Крещения Господня.

С праздником дорогие братья и сестры! С крещением господним !

Политрук l ЮВО

На моей памяти, это, пожалуй, лучшее видео погони ФПВ-дрона "Князь Вандал Новгородский" за транспортным средством противника. Боевой расчёт "Футболиста" ЦСН БАРС-САРМАТ против BMW командира полка "Люфтваффе" ВС Украины.

Для специалистов добавлю, что оператор работал на пределе излёта катушки, начав преследование с расстояния в 13 км. И полюбуйтесь показателями рitch (тангажа). Дальше сами всё увидите.

Да, надеюсь, вы сможете представить, какие эмоции были в блиндаже нашего боевого расчёта. И какие эмоции испытывали пассажиры и водила BMW. Но об этом теперь можно лишь только догадываться...