Всем моим любимкам — с Рождеством Христовым !

*кринжовая_открытка_из_вотсапа.png*

Ладно, больше чем на Венесуэлу мне оказалось похуй на посудину из теневого флота.

Нихуя непонятно и не очень интересно. Будем смотреть чё там по итогу будет. А то половина телеги скоро в окно из-за дофаминовой ямы прыгнет.

Эту хуйню написал WP на основании источников близких к ситуации

Хуйня короче, не берите в голову. Уровень НЕМС стабилен.

Так выглядят одиночество

Рубикон репостнул двух майоров

Ну ёбаный рот этого казино блять

Zетка 2023.

Поздней ночью таки закончил читать второй том. Сейчас пишу этот текст, причём не для распространения, а скорее для саморефлексии. Надо по пунктикам отложить в виртуальной памяти, что зацепило и полюбилось, а что вызывает сероводородную отрыжку. Пойдём по порядку.

Предисловие. Фунт.
Отчасти расширил мою картину понимания того, как это произведение создавалось, ведь первоначально я тоже должен был быть в этом томе, но он настолько «разжирел», что пришлось закинуть меня уже в следующий год, благо всё веселье у меня как раз там и происходило.

Норин. Оперативная обстановка и диспозиция.
Для нас, людей, которые из телеги вылезают разве что для сна и жратвы, ничего нового не будет. Но как краткая вводная для нормальных читателей и гостей из будущего (для себя чуть не потерял момент, что книжку эту могут читать и 10 лет спустя, когда, может, и мне понадобится памятка) прям хорошо. Сухо, по фактам, но не нудно. Не буду больше Жене комплиментов сыпать, а то раздобреет.

Людоед. Ебучий Угледар.
Рассказы о войне, которую я, слава Богу, не видел так, как автор. Эмоциональные качели. Там нас разъебали, тут, о, там хохлы валяются, снова пиздец и так покругу. Здесь и далее по всей книге очень хорошо легли картинки и фотографии. Небольшая ностальгия по двухтомнику «Чечни». В какой-то момент кажется, текст должен закончиться словами «а потом меня разъебало миной и я погиб», слава богу, что нет.

Восьмёрка. Штуууууурм.
Ощущения от текста, как будто я смотрю «Лучшие в аду», только в текстовом формате. Текст залетел, дал свою странную дозу дофамина и так же быстро закончился. Растягивать текст было бы преступлением против темпа повествования, а так это было очень хорошо.

Головин. Собачку жалко.
Пожалуй один из самых чувственных и трогательных моментов книги. К смерти и увечьям людей мы на четвёртый год войны уже стали равнодушны, может поэтому собаки ещё заставляют переживать и сочувствовать. Почему-то при написании этих строк стало немного мерзко на душе. Если продолжать про текст, я бы использовал его для государственной пропаганды. Пожалуй, это будет лучшая её часть.

Волков. Кровь, кишки, анархия.
Всегда с грустью думал о медиках и всех сопричасных на этой войне. Для обычного военного война – это рутина. Копать, ждать, снова копать, дежурство, переезд, опять копать. И чем дальше в тыл, тем больше рутины. С медиками всё иначе. Каждый день – кровь, пиздец и жизнь на грани смерти. И завтра будет всё то же самое. Учитывая, что на свою руку я решился посмотреть только после того, как мне всё зашили, не могу представить, как этим людям удаётся весь этот пиздец переживать из раза в раз. По самому рассказу мы можем заглянуть за эту самую ширму. Не по вине автора, но читать не хотелось. Прочитал.

Кузьмин. Бабкосело Работино.
Ух, вся первая половина книги смачно передаёт весь пиздец 23 года. Тут не исключение. Опять месиво, опять адреналин и благодарность высшим силам, что меня там не было. Любви достойна только пехота, и любовь эта пахнет так себе.

Сивашенков. Отвага без слабоумия (и патронов).
Тут, слава Богу, мне как читателю дали передышку, и я смог почитать маленький эпизод переполненный через край авантюрой и эпиком. Текст воспевает великую силу слова и стратегического положения. После прочтения в голове возник эпизод из штурма Берлина, когда немецкие солдаты несли на носилках красноармейца, который их пленил. Пожалуй, самый приятный «боевой» рассказ.

Сасушка. Бюрократия через пот кровь и слёзы.
По причине личного знакомства с автором не могу быть, да и не буду объективным. За всё время нашего общения Влад ни разу не делился всем тем пиздецом, который ему пришлось пережить, и о котором я узнавал через рассказы общих знакомых и его оскорбительно редкие появления в массовых медиа. Теперь я знаю ещё больше и всё так же радуюсь, что имел честь быть с тобой знакомым. С нетерпением жду, когда мы в очередной раз встретимся, я буду пить «Куба либре», а ты как обычно закажешь себе чайник с чаем.

Снова Фунт. Симфония Мятежа.
Говоря о 23 годе, невозможно было не написать про тот злосчастный день, когда пехотный корпус им. Вагнера перестал существовать. Формат повествования выбран крайне удачно. Из чувства политкорректности не буду выражать свою позицию по данному вопросу. О наших павших либо хорошо, либо никак. Здесь я впервые начал плеваться на отрывки текста Свята Павлова.

Княzь. Гиркин-Рунов-Стрелков.
Текст наполнен любовью к фигуре Стрелкова настолько, что, по ощущениям, Игорь Иванович на изображении должен начать мироточить. К сожалению, рассказ без счастливого конца и, учитывая всё, что впоследствии наговорил полковник ФСБ, не имею ни малейшего желания оправдывать всё происходящее. Правы были те люди, которые говорили, что Стрелков умер в Славянске.

Сергеев. Кому на Руси жить хорошо.
Даже не знаю, что здесь можно сказать. Чуть лучше узнал, как работала медийная машина Вагнера. Да и всё, пожалуй.

Фадеев. У края бездны.
Заголовок решил не переделывать, уж очень он хорош сам по себе. Текстовый вариант фильма о фильме. Если сам фильм был напичкан вознесением донбасской пехоты на небеса, то текст, слава Богу, этого лишён. Не смотря на все огрехи и мои личные ощущения, фильм стал, пожалуй, лучшим из всего, что снимали про СВО. Соответственно, текст просто не мог быть плохим.

Ринат. Боец и актриса.
Единственное, что хочу сказать, скромность была лишней. Автор по-настоящему хорош и может не стесняться этого. Слог был вдохновенным.

Свят Павлов. Панихида по пропаганде.
Честно признаться, это первый случай, когда я сознательно не стал дочитывать текст. Не опускаясь до прямых оскорблений, скажу лишь, что читать было до ужаса мерзко. Готов купить за двойной ценник экземпляр книги, откуда вырежут всё, что говорит монархист без монарха в голове.

Владик. Кохана, ми вбиваемо нашу организационно-штатную структуру.
Снова здравствуйте, снова непредвзятое мнение идёт нахуй из чувства товарищества к одному из моих любимых собутыльников. Текст Угольного – это то же самое, что сказал Норин, но в версии для тех, кто дрочит на стрелочки, ОШС и корпусную реформу. Нам на пальцах объяснили, где хохол обосрался и почему. С грустью заметил, что не было истории, как европейский штаб НАТО в Винсбадене несколько недель дрочил спутниковые снимки Старомайорска чтобы найти брешь в обороне ротного опорного пункта.

Глебова. Харьков – русский голод.
Со всем сожалением сообщаю, что текст не вызвал вообще никаких эмоций. Может, я просто сам по себе устал, но прямо сейчас заново прочитав текст от начала до конца, понял, что всё-таки все душевные терзания автора прошли мимо меня. Возможно, я разучился читать писателей с образованием.

Петров. Полтава – русский город.
А вот тут всё с точностью до наоборот. В тексте чувствуется жизнь и трепет, а диалоги пробивают на смех и слёзы. Жизнь — ужасная сука, но вместе с тем — крутейший сценарист. Идея украинского подполья жива и несказанно радует.

Максим. Товарищ ухилянт — крепитесь.
Если вы будете читать эту повесть, вам удастся понять, в насколько безнадёжном и плачевном положении находится самый обычный адекватный украинский мужик. Россия ещё не близко, ТЦК – пидорасы, вокруг хохлы, а отступать некуда, позади родная мать.

Рыбкин. ВНЖ на ВГА, сплошная ВИА ГРА.
Всё-таки слушать Сашу вживую сильно приятнее, чем читать его. Прокомментирую его главу так: «Это был пиздец. Но это был весёлый пиздец!».

Пелевин. Солеград.
Это было не просто смело. Это было пиздец как смело. Крайне удачная часть книги, все эмоции вот так просто не передать. Пожалуй, первый раз за весь второй том я прям искренне смеялся. Возможно, от нервной обстановки, что сложилась вокруг автора, но это работает и мне похуй, почему.

Писатель Петровский. О.
Вот если бы на месте автора был бы поставлен прочерк, я бы всё равно понял, что эту оду любви и войне писал именно Петровский. У меня полное ощущение, что ему когда-то не сказали, что в жизни есть опция «притормозить», и он так и живёт свою жизнь на каких-то зашкаливающих оборотах и безумных скоростях.

Банникова. Непобедимая сила русского духа.
По всей видимости, из-за того, что я достаточно много времени провёл в Белгородской области, для меня весь текст не стал чем-то новым или удивительным. Рядовому читателю, может, и зайдёт. Но не вставить этот текст было бы немного гнусно.

Собкова. Мемориал.
Ну вот опять же. Не вставить рассказ было бы глупо, но лично мне читать об этом было не интересно. К местам памяти всегда странное отношение. Какое бы оно не было праведное и народное, было бы лучше найти ему подходящее место. Продолжать не буду, тут слишком много личного.

Имашев. Ода алкоголю и графоманству.
Я никогда не пойму нацболов. Тут я честно признаюсь, уже во второй раз не смог прочитать до конца вот ЭТО. В теории читатель должен погрузиться в мир автора и вместе с ним поплыть по течению текста, желательно в правильные моменты выпивая по стопке крепкого, но, видимо, это не про меня. По ощущениям я будто читаю сценарий артхаусного кино, которое не особо-то и хотел смотреть. Если Свят Павлов у меня вызывал хотя бы приступы тошноты, то здесь меня банально заебали текстом и вынудили читать сначала по диагонали, а затем и вовсе перелистывать страницы в ожидании когда уже это всё закончится. Не горю желанием обидеть автора, но крайне жалко бумаги и чернил, которые потратили на печать всей этой алкохардкорной повести о ПТСР. Я никогда не пойму нацболов.

Бастраков. Слеза.
Как будто этого было мало, Дима под конец книги решил довести меня до слёз. Хороший ход. Всё, что накопилось за три дня чтения, вышло скупым ручейком на щёки и грудь.

500.
Ещё когда я читал оглавление, закралось смутное предчувствие. Дойдя до конца, я понял, что рад тому, что не попал в этот том. При всём понимании сложности, многогранности и отвратительности темы, не имею ни малейшего желания соседствовать с ней. Скорее всего, я просто зачерствел и не особо хочу ебать мозги себе и людям. Но как есть.

Подводя итоги.
Я ненавижу Книгу Z. Ненавижу за то, что её надо очень долго ждать и за то, что она так быстро заканчивается. И будь в ней хоть тысяча страниц с очень мелким шрифтом, этого всё равно было бы мало. Эта книга меня отымела и оставила с крайне скверным послевкусием. Не потому, что книга плохая, а потому, что год, который она описывает, был поистине хуёвым. В этом томе не хватило рассказа гражданского инженера, который возводил линию Суровикина, мелкого комерса, торгующего всем, чем придётся в прифронтовом городке, и рассказа генерала уровня Мордвичева или Теплинского, чтобы это трио из Норина и Угольного заиграло во всей красе. Я очень и очень люблю «Книгу Z». Я сам не знаю, откуда эта любовь.

Позавчера мне написал Молодой Артиллерист Ступа. В 2024 году он был одним из тех срочников, которые, как известно, ни в какой СВО участия не принимают. Молодой артиллерист Ступа написал об этом текст для «Книги Z». Текст не влез во второй том, но пойдёт в третий — тем более, что третий том будет посвящён как раз 2024 году.

Так вот, а написал мне Молодой Артиллерист Ступа с простейшей просьбой:

— Мне не нравится текст, который я тебе присылал, хочу всё переделать.

Как автору, мне это чувство знакомо. Как автору довольно опытному, также известно, что иногда к нему лучше не прислушиваться. Нормально всё написано, и нечего рефлексировать, пиши следующее, забей, придумал хуйню сам себе, иди поспи.

Однако, автор — Царь и Бог, поэтому я ответил то, что только и мог ему ответить. Мол, возьми, да перепиши, а я сравню, хуже не будет.

Он прислал новую версию, я её ещё не прочитал. А сейчас смотрю — в канале у Молодого Артиллериста Ступы рецензия на «Книгу Z». Аж в три поста уместилась, не лонгрид конечно, но и не халтура.

Прочитал — хорошо. Слог куда увереннее и убедительнее, чем в той, старой версии текста о срочниках-артиллеристах, которые не принимают никакого участия в СВО.

Выходит, наверное, не зря он его переписывал, новая версия должна быть действительно лучше.

В этом месте пора бы уже появиться ссылке на предзаказ третьего тома, но её пока нет, поэтому покупайте первый и второй. Благо, на второй Молодой Артиллерист Ступа написал отличную рецензию.

Вот её начало: https://xn--r1a.website/Stupa_Z/1755

Надо было до нового года составить опросник с топ 10 раздражающих военблогеров.

Но поезд уже ушёл. Лично у меня первое место делили бы Романов и Филатов. Более мерзких персонажей ещё надо поискать.

Кстати о Филатове.

Прошла любовь, завяли помидоры. Филатов нашёл себе нового папика. На место Белого пришёл Спартак. А ведь такая история любви была...

Предлагаю в следующий Орешник вставить какой нибудь отщеп из верхнего палеолита, чтобы хохлы вообще ахуели.

Корпускулярно-волновой трампизм.

Это когда не знаешь, в какое полушарие моча ебанёт Трампу на этот раз и какой прикол он в зависимости от этого выкатит.