Ратник 2-го раZряда

Олесь Бузина ошибался во всём

Пять лет назад Малороссия лишилась русского публициста Олеся Бузины. Его могила, восторженная реакция украинцев и не наказанные убийцы, — могила самой Малороссии. Преступное украинство, боевики и лимитчики-интеллигенты, стреляло по человеку, а попало по идее разрешения возникшего кризиса ненасильственными методами. Пять лет назад вместе с Олесем Бузиной погибла не только Малороссия, но и иллюзия, что точку в настоящем конфликте поставит не армия, а политики.

«Там тоже есть хорошие люди, за которых нужно бороться, но сейчас на Майдане балом правит смерть», — спустя полгода Олесю Бузине вторил горловский командир, запрещая своему заму расстреливать колонну украинских срочников из двадцать пятой, днепропетровской, бригады. Летом четырнадцатого у нас ещё оставались люди, способные разговаривать, пусть даже и с бескомпромиссными требованиями сдать бронетехнику и перейти на сторону народа. Именно так, жёстко, но без убийств, подтверждая слова Бузины, Стрелков заполучил броню для славянского гарнизона.

Олесь Бузина был интеллигентом, одним из немногих апологетов русских на Украине. Его борьба — «колонки и статьи сквозь цензуру проталкивал» — шла не за донецкое бандформирование Януковича, а против навязывания галицко-волынской идентичности его Малороссии. Олесь Бузина был идеологом борьбы с украинской опухолью, убивающей всех отличных от неё. Бузина презирал галицких хамов, всё чаще заседающих за кафедрами киевских и харьковских университетов. Народ-хам отвечал обвинениями в украинофобии.

Был ли Олесь Бузина украинофобом? «Вурдалак», его книжка, посвящённая Тарасу Шевченко, интересна лишь в качестве деконструкции внутри украинского дискурса: споры о Шевченко — элемент украинской культуры, одна из осевых тем как украинского авангарда, так и современной литературы. Настоящим украинофобам достаточно того, что Шевеченко — второразрядный поэт, а вся украинская культура — кривоватенькое отражение культуры либо русской, либо польской. Настоящим украинофобам нет нужды доказывать это на страницах книг.

Олесь Бузина, со всеми его отсылками к истории Российской Империи и белого движения, прожил жизнь малоросса. Случившаяся война — а он предсказывал её — была чуждой ему: малороссы не могут желать ни штурма Донецка украинцами, ни штурма Киева русскими. Олесь Бузина был пацифистом, верующим в торжество жизни, не смерти.

Одна из проблем Минских соглашений — полная дискредитация идей пацифизма: содержание речей оказывается менее важным, чем то, где их произносят. Пацифистские речи в Киеве отличаются от их московских аналогов не только тем, что в Киеве за них избивают и убивают. Уезжай бы Олесь Бузина в Россию, остался бы жив. Но его мысли и идеи уж точно воспринимались бы иначе, быть может даже как предательские.

Трагедия русских Украины в том, что трусливая, аморфная и жаждущая лишь наживы масса паразитирует на идее сотрудничества с Россией. Желая не уподобляться неоднократно предававшим его регионалам, Олесь Бузина навсегда остался в Городе, сохраняя за собой возможность не потерять связь с почвой, своими глазами увидеть крах находящегося в семистах километрах от фронта Киева.

Пять лет назад в этот день возможность каких-либо переговоров и политических урегулирований была уничтожена украинцами. Они убили Олеся Бузину, русского писателя и политика. Не имеющая ни капли человечности дворняжья свора показала, что продолжит убивать русскую интеллигенцию при каждом удобном для неё случае. Безнаказанно.

И это значит, что Олесь Бузина ошибался во всём. Колонки, речи и переговоры закончились пять лет назад. Теперь — лишь война. Иначе всех колумнистов, ораторов и дипломатов попросту вырежут под обиженное стрекотание.

75 views21:53