Вам ведь наверняка интересно, почему эти вот треклятые бумажные херовины с кодом клеятся в основном на крышку пивной банки, да? Нет? Да пофиг, все равно расскажу.

Речь, если кто не понял, про марки «Мамой клянусь» «Чeстный знaк», которыми обязаны снабжать свою продукцию все пивоварни и которые многих раздражают, потому что соприкасаются с наливаемым из банки пивом.

И вот казалось бы, ну наноси ты их куда-нибудь, где они никому не мешают: на бок, например, или на донышко — вообще идеальное место. Но нет! А почему нет? А потому что любое другое расположение марки, отличное от центра крышки, в большинстве случаев создаст проблемы производителю, дистрибутору и конечному продавцу.

Представим себе в общих чертах логистику пивных банок. Сначала они хаотично движутся по конвейеру линии розлива, где на них марки сперва наносятся, а потом считываются. Затем пиво упаковывается в коробки и отправляется на склад, откуда пиво отгружается дистрибутору, который опять же считывает марки и развозит товар по точкам продаж. Там марки снова сканируются — как при приемке, так и при продаже конечному потребителю. То есть марка считывается на каждом этапе пути от завода до кассы, а значит доступ к коду должен быть максимально прост и оперативен. В целом местоположение этой наклейки (или гравировки) может быть любым — лишь бы ее можно было надежно нанести и прочитать. Но есть важный момент: марки должны наноситься и считываться максимально быстро и с минимальными затратами. Потому что любое замедление процесса или его усложнение — это минус деньги.

Что будет, если бахать марки на бок тары? С нанесением проблем нет: просто лепишь на каждую банку как придется и все. Но в этом случае, во-первых, марка может закрывать собой какую-то важную часть информации на этикетке, а во-вторых, ее будет проблематично считать на том же конвейере: тара неконтролируемо вертится на линии вокруг своей оси, и код легко может в ответственный момент отвернуться от сканера. Да, можно разворачивать каждую банку нужным местом или ставить больше сканеров, но это и денег стоит, и линию замедляет. Отказать!

Может, тогда все-таки на дно? Этот вариант получше, но все равно проблемный: переворот банки туда-обратно на линии розлива — это опять таки лишнее замедление и затраты, да и к тому же на дно часто наносится дата, так что коду там делать уже нечего. Кроме того, если размещать марку на днище, то придется или упаковывать банки вверх дном, или наплевать на состояние психики тех, кто при считывании на разных логистических этапах будет переворачивать все содержимое коробок вручную (в случае отсутствия агрегационного кода). Вдобавок к этому, дно банки вогнутое, что усложняет и нанесение, и считывание марки. В общем, размещать код на дне — тоже так себе вариант.

Остается крепить код на крышку, причем лучше всего — в ее центр, чтобы вращение банки вокруг оси не смещало точку нанесения/считывания. И так уж получается, что ключик — самый оптимальный, хотя и не самый изящный вариант. И наносить легко, и считывать просто, и никаких дополнителных ухищрений не требуется, и всем участникам логистической цепочки в целом одинаково удобно проклинать эту бестолковую хероту.

Да, все это касается прежде всего крупных производителей, производящих огромные объемы пива в единицу времени и стремящихся к максимальной оптимизации всех процессов. Для небольших пивоварен все несколько проще, но даже при их сравнительно небольших объемах нанесение марки на ключ крышки в большинстве случаев остается самым простым и надежным решением. За редкими исключениями типа Salden's: там этикетки печатаются прямо на заводе, поэтому и коды ЧЗ оказалось проще и дешевле печатать сразу на них.

Поверьте: пивоварням, как и нам с вами, эта нашлепка на крышке банки тоже не нравится, поэтому они стараются или перейти на гравировку, или уменьшить саму марку (чтобы не задевала выливающееся из банки пиво), или сделать ее легко отклеиваемой.

А вообще они, конечно, рады были бы сунуть эту марку совсем в другое место, причем вместе с банкой. Но это уже уголовщина.

У местного чемпионата есть важное отличие от российского — здесь разрешено пиво на стадионах. На матче с «Реалом» от 1 до 1,5 тысяч тенге (150-225 руб) за бокал, поэтому местные берут сразу по 10. Но никаких инцидентов не возникает.

Дэн сгонял на матч Лиги чемпионов в Алматы и выяснил важное

Там на футбол можно ходить без Fan ID и на стадионе купить пиво даже по не самой высокой цене. И никаких угроз безопасности болельщиков от этого не происходит.

А главная угроза безопасности — это рукожопость ментов и организаторов в их стремлении сделать безопасность совсем безопасной.

В мире осталось всего две демократии — РФ и КНДР.
Но у северных корейцев нет Партии любителей пива.

Сегодня день рождения поэта и любителя пива Сергея Есенина.
Газета «Ведомости» предлагает любителям его творчества пройти тест.

Пятница — хоть и не большой праздник, но зато всенародный и постоянный.

В один прекрасный день я взял и полностью вычеркнул из своей жизни пиво. Никогда не забуду эту беспонтовую пятницу.

Джон Берд Финч (17 марта 1852 — 3 октября 1887) — американский политик и педагог, занимавший пост председателя Партии сухого закона, скончался 138 лет назад в этот день.
В честь него сегодня мир отмечает Международный день трезвости.
Но нам интереснее другое — его партия.

Партия сухого закона (ПСС) — это политическая партия в США, известная своим историческим противостоянием продаже и употреблению алкогольных напитков, а также тем, что она является неотъемлемой частью движения за трезвость. Это старейшая из существующих третьих партий в США и третья по продолжительности существования партия.
Формально она существует и по сей день.

Её история наглядное подтверждение старой истины — исполнение желаний может иметь неприятные последствия.
«Бойтесь своих желаний — они имеют свойство сбываться» — слова из романа «Мастер и Маргарита» Михаила Булгакова, которые произносит Воланд, предупреждая Маргариту.

Хотя Партия сухого закона никогда не была одной из ведущих партий в Соединённых Штатах, в конце XIX — начале XX века она была важной силой в системе «третьих» партий. Организация пришла в упадок после введения сухого закона в США, но после отмены Восемнадцатой поправки в 1933 году количество голосов, отданных за неё, увеличилось. Однако по окончании Второй мировой войны её популярность окончательно пошла на спад: в 1948 году её кандидат в президенты в последний раз набрал более 100 000 голосов, а в 1976 году партия в последний раз набрала более 10 000 голосов.

В общем, партия добивалась сухого закона, а когда его ввели, резко потеряла позиции и популярность.
Движение всё — конечная цель ничто!

Лондон