Годовая инфляция в Башкирии в апреле слегка ускорилась до 6,15%. Самый болезненный рост показали услуги (+11,83%) — это прямой удар по кошелькам жителей. Продовольствие выросло на 4,38%, непродовольственные товары — на 3,8%.
Несмотря на замедление месячной инфляции (0,22%), за четыре месяца 2026 года цены уже поднялись на 2,63%. Особенно тревожно выглядит резкий рост стоимости услуг — именно та сфера, на которую региональные власти имеют наибольшее влияние (ЖКХ, транспорт, медицина, образование).
Власть активно рапортует об успехах, но не может сдержать тарифы и цены на услуги. Это говорит о слабой работе по контролю естественных монополий и низкой эффективности мер поддержки населения. В условиях высокой ключевой ставки ЦБ региональные власти фактически перекладывают инфляционное бремя на жителей.

Не видать нам теперь армянских гвоздик!
👇👇👇
Уже с 22 мая их запретили ввозить в нашу прекрасную страну. Ядовитыми оказались...

Средняя зарплата в России в 2026 году может взлететь до 114–122 тыс. рублей, сообщают православные экономисты. По их словам, в феврале 2026 года она составила 103,9 тыс. рублей, что на 15,9% больше, чем годом ранее. Основные причины роста — нехватка работников и повышение МРОТ. По прогнозам, прирост зарплат составит 14–20%.

Гульнур Кульсарина досрочно сложила полномочия депутата Госсобрания Башкортостана. Официальная причина — необходимость полностью сосредоточиться на работе в госфонде «Защитники Отечества» . Звучит патриотично и безупречно. Время непростое, поддержка участников СВО требует полной самоотдачи — кто ж спорит?

Но есть нюанс. По данным источников, истинная цель Кульсариной — Госдума . Она уже заявилась на праймериз «Единой России» по Стерлитамакскому округу . А там правило железное: депутат Госдумы не имеет права совмещать мандат с работой в фонде.

Вот и вся арифметика. Уйти из Курултая сейчас, чтобы не создавать конфликт интересов позже, — логичный и своевременный шаг. Официальная версия про «сосредоточение на фонде» — не ложь, но лишь половина правды. Полная картина выглядит иначе: Кульсарина не уходит из политики, она переходит на новый, более высокий уровень.

По сути, грамотный аппаратный манёвр: и репутацию сохранила, и к федеральной кампании подготовилась. Вопрос только в том, заметит ли избиратель разницу между официальной версией и реальными мотивами. Вряд ли.

В Уфе торжественно открыли 800-метровую улицу имени Владимира Жириновского. Приехал сам Леонид Слуцкий, Радий Хабиров поблагодарил ЛДПР за сотрудничество. Красиво, патриотично, но с душком.

Потому что уфимцы дважды «выбирали» это название. Первый раз — разделились почти поровну, второе голосование — по странному совпадению: неделю лидировало «против», а за одну ночь вбросили больше 800 голосов «за». Общественники прямо сказали: либо фанаты Жириновского не спят, либо накрутка. Легитимность под вопросом.

Власти и ЛДПР сделали вид, что всё честно. Хабиров поблагодарил партию, но не объяснил, как голосование за одну ночь перевернулось. Слуцкий приехал перерезать ленточку, но не ответил на вопросы про манипуляции.

Итог: 800 метров асфальта, на которых местное правительство и ЛДПР продемонстрировали, что мнение жителей — опция. Если, конечно, не спят по ночам.

Вчера Уфа дышала хлористым водородом. Концентрация — в 9 раз выше нормы. Это бесцветный газ с удушающим запахом. Его вдыхание — химический ожог дыхательных путей, кашель, отдышка. И это — официальный отчёт Башгидромета.

В семь утра на Свободы, 44 — 9 ПДК. Сероводород на Ульяновых — 2,3 ПДК. Изопропилбензол — 1,8 ПДК. И так весь день.

Где реакция властей? Тишина. Где предупреждение для уфимцев? Тишина. Где объяснение — кто выбросил, почему, как не допустить? Тишина.

Чиновники предпочитают перерезать ленточки на улицах Жириновского, а не отвечать за воздух. Нет комментариев, нет проверок, нет успокоительных сигналов. Только сухие цифры в отчёте — для галочки.

9 ПДК — это не «повышенный уровень». Это город, в котором опасно находиться. Но уфимцы узнают об этом только из отчётов. Потому что местное правительство занято другим.

Решение освободить концессионеров школ от налога на имущество в Башкортостане показывает, насколько запутанной стала сама схема школьных концессий. Формально власти объясняют изменения борьбой с «круговоротом» бюджетных денег: республика сначала платит аренду, а затем часть средств возвращается обратно в виде налога. С технической точки зрения логика в этом есть.

Но сама ситуация вызывает вопросы к региональной политике в сфере образования. Критики отмечают, что вместо прямого строительства школ за бюджетные средства власти выбрали сложную концессионную модель с долгосрочными арендными платежами и дополнительными финансовыми издержками. В итоге суммы аренды выглядят крайне высокими, а население получает ощущение непрозрачности расходов.

Кроме того, подобные схемы усиливают зависимость социальной инфраструктуры от частных операторов. Для жителей всё это выглядит как сложная финансовая конструкция, в которой государство сначала создаёт проблему, а затем героически устраняет её последствия.

Минпросвещения фактически дало понять: динозавры в детских садах разрешены, а вот единороги признаны нежелательными, поскольку не относятся к русскому фольклору и «традиционным ценностям». Вместо них предлагают использовать сказочных персонажей вроде Сивки-бурки.

Сама дискуссия показывает, насколько далеко зашла попытка идеологически регулировать даже детские игрушки. Аргументы о «правильных» и «неправильных» персонажах выглядят спорно: ребёнок воспринимает игрушку прежде всего как элемент игры и фантазии, а не как культурно-политический символ. Динозавры, единороги и драконы одинаково существуют в воображении детей и массовой культуре.

При этом особенно парадоксально, что разговоры о «традиционных игрушках» идут на фоне почти полного отсутствия российских брендов среди самых продаваемых игрушек страны. Получается, государство обсуждает идеологию единорогов, но пока не способно создать конкурентоспособную отечественную индустрию детских товаров.

Закрытие комментариев под петицией в поддержку Мавлиева (как сообщают комментаторы) действительно выглядит как странный шаг. Для создателей петиции комментарии — это главный индикатор того, что за подписями стоят живые люди, а не просто «палец вверх» от бота. Отключая обсуждение, устроители сами создают почву для слухов о том, что «великая народная поддержка» — это на самом деле тихая работа админов и ночные накрутки.

Более того, в современных реалиях сбор подписей давно превратился в игру цифр. Любой технический специалист знает, что накрутить 1000 голосов за ночь стоит копейки. Поэтому когда убирают возможность написать «своими словами» или задать неудобный вопрос, создается впечатление, что устроителям есть что скрывать. В итоге вместо реальной народной поддержки мы получаем картинку, где миллионы просмотров, тысячи «лайков» и ноль живого диалога. Это не борьба за справедливость, а фарс с элементами плохой театральной постановки.

Власти планировали с 1 июня ввести плату за VPN-трафик — 150 рублей за каждый гигабайт сверх 15 ГБ в месяц . Но не сложилось. Операторы дружно заявили: технически не готовы. Чтобы настроить биллинговые системы, нужно 3-4 месяца, а то и до полугода .

Ирония в том, что это инициатива сверху — по данным СМИ, Минцифры выполняет «поручение» . Но реализовать красиво не выходит. У операторов куча вопросов: какой трафик считать «международным» и что делать с теми, кто превысил лимит, но не заплатил ?

В итоге перенос — до осени, а по некоторым данным — аж до 2028 года . Показательный провал: власти хотят наказывать, а технологии не тянут. Мера, призванная затруднить обход блокировок, упирается в банальную неготовность инфраструктуры. Пока чиновники придумывают запреты, жизнь идёт своим чередом

Власти включают АО «Башавтотранс» в перечень стратегических предприятий. Официально — чтобы спасти от приватизации . Звучит патриотично. Но есть нюансы.
Проблема первая: в 2025 году предприятие получило 1,2 млрд рублей чистого убытка. Годом ранее была прибыль 183 млн . Куда делась прибыль? Почему убыток вырос в разы? Власти молчат.
Проблема вторая: акционирование проводили под лозунгом «требования федерального законодательства». Уставный капитал увеличили в 4 раза — до 2,65 млрд . Формально — мощь. По факту — всё те же старые автобусы без кондиционеров и миллиардные убытки.
Что на самом деле? Процедура выглядит как классическая схема: госпредприятие превращают в АО, увеличивают капитал, а потом… объявляют стратегическим. Чтобы точно никто не купил. Вопрос: если актив убыточный, кому он вообще нужен? И зачем тогда вся эта бюрократия с акционированием?
Ответ простой: перевозчик остаётся убыточным, возит людей за госсубсидии. А чиновники отчитались о «проделанной колоссальной работе» . Только пассажирам от этого не легче.

Субсидии нерусскоязычным СМИ: спасать местную прессу — или закрыть глаза на проблемы почты?
В Башкирии предложили выделить субсидии нерусскоязычным и местным изданиям. Аргумент: из-за закрытия почтовых отделений и нехватки почтальонов люди не получают оплаченную подписку. Жители Абзелиловского и Караидельского районов, к примеру, вообще вынуждены сами забирать газеты в соседних селах.

Проблема реальная, и субсидии редакциям, безусловно, помогут не закрыться. Но они не лечат корень зла — разрушение системы почтовой доставки на селе. Пока «Почта России» сокращает отделения в три раза, районные газеты теряют подписчиков. Люди перестают выписывать даже любимые «районки», потому что тратят деньги впустую.

Предложение ставить коллективные абонентские ящики вместо полноценных отделений — это латание дыр. Субсидии на газеты — тоже временная мера. Вопрос в другом: готово ли государство сохранять сеть почтовой доставки как таковую? Или тиражи местных СМИ продолжат падать, несмотря ни на какие доплаты?

Дело мэра Уфы Ратмира Мавлиева ломает сложившийся в России антикоррупционный шаблон.
Главное, чего здесь пока нет — это антикоррупционного иска прокуратуры. А должен быть. По стандартной практике, как только крупного чиновника задерживают по тяжкой коррупционной статье, следом подаётся иск об изъятии имущества, законность приобретения которого не подтверждена доходами. Для этого даже не нужен приговор — достаточно самого факта обвинения .
Обычно прокуратура не медлит. Но в случае с Мавлиевым — молчок. Никаких требований ни к нему, ни к его родственникам. Нет даже намёка на проверку соответствия расходов и доходов.
Почему так? Эксперты подозревают личные связи обвиняемого в региональной прокуратуре . Сам Мавлиев уже обратился в Генпрокуратуру с жалобой на «заказной» характер дела . Теперь мяч на федеральном уровне: отреагирует ли Генпрокуратура на этот сбой в стройной системе? Или антикоррупционная машина дала сбой именно там, где должна была работать безупречно?

Приоритеты «Единой России»...