В Южной Корее набирают бешеную популярность «рукастые» мастера из Бурятии

В одном из местных пабликов во «ВКонтакте» накануне появился любопытный пост, посвящённый работе в Южной Корее. Его автор – уроженец Бурятии, который живёт и трудится в стране утренней свежести вот уже десять лет.

Наш земляк отметил, что за эти годы успел изучить каждый уголок местных заводов, строек, мотелей и полей.

- И именно здесь, вдали от дома, я почти ежедневно вижу одних и тех же людей – наших, из Бурятии. И количество рукастых мастеров, которые здесь собрались, просто поражает воображение, – признался он. – Это плотники, способные по слуху определить качество древесины и возвести конструкцию любой сложности с нуля за считанные дни

Наши земляки как всегда с душой.

Семья Базаровых из Улан-Удэ приняла участие в программе Поле чудес. В суперфинал не прошли, но это не главное.

Главное, как себя показали. Тепло, ярко, по-настоящему. С песней, со стихами на бурятском языке, с нашими угощениями. Всё, чем мы гордимся.

И видно, что это зашло. И зрителям в студии, и зрителям всей страны.

Такие семьи — это про настоящую многонациональную Бурятию. Про традиции, уважение к своим корням и уважение ко всем жителям нашей страны.
И, конечно, хочется отметить, что в Бурятской Росгвардии настоящие таланты служат!))

Спасибо семье Базаровых за это настроение. 🤗💪👍

Стройки Бурятии: провал или цена рывка?
В инфополе республики сейчас доминируют «долгострои»: Третий мост, очистные, театр «Ульгэр». Информационный шум создает ощущение, что всё рушится. Но если посмотреть на ситуацию как аналитики, а не как обыватели, картина становится объемнее.
Факт №1. Проблемные стройки — это не уникальное «проклятие Бурятии».
Это общероссийская норма для мегапроектов. Вспомним:
— Дамбу в Питере начинали в 1979-м, закончили в 2011-м.
— «Газпром Арену» строили 10 лет, бюджет вырос в 6 раз.
— ВПП аэропорта «Байкал» тоже сдавали с боем (проблемы Спецстроя, угроза разрыва контракта), но сейчас это одна из лучших полос за Уралом.
Вывод: трудности на этапе строительства — не катастрофа, а рутинная (хоть и тяжелая) работа. Важен финал.
Факт №2. У Бурятии есть успешный антикризисный опыт.
Те же самые скептики забывают:
— Перинатальный центр пережил демонтаж этажа и смену проекта, но сегодня принял уже 32 тысячи родов.
— Онкоцентр — уголовные дела, смена подрядчика, но оборудование запущено, пролечено 15 тысяч пациентов.
— Ледовый дворец — демонтаж некачественного бетона, доп. вложения инвестора (250 млн), но он работает.
Во всех случаях объекты не бросили. Это принципиальный момент.
Факт №3. Текущая «зона турбулентности» — это борьба, а не коллапс.
🔹 Третий мост. Готовность 49%, каркас есть. Контракт с «Хотьковским автомостом» расторгнут. Взыскано 700 млн гарантии + арест имущества. Финансирование от Росавтодора сохранено. Это не «мёртвый долгострой», а смена подрядчика.
🔹 Правобережные очистные (15,4 млрд руб.). Отставание 260 дней, есть претензии к качеству бетона. Но! Правительство доказало завышение стоимости на 865 млн и выбило неустойку 900 млн. Это единичный случай в РФ, когда губернатор лично сопровождал депутата Рябцеву по проблемным стройкам. Объект под контролем Минстроя РФ — не бросят.
🔹 «Ульгэр» и ДК в Кяхте. Бывший подрядчик («Бурятпроектреставрация») — в реестре недобросовестных, директор под следствием (200 млн нецелевых). Но новый подрядчик («Элитстрой») уже работает. Сдача в 2026 году.
🔹 ЖК «Мегаполис» (Хусаев). Проблема с банком «ДОМ.РФ», сдана 1 из 25 блок-секций. Однако мартовские переговоры Цыденова с «ДОМ.РФ» дали результат: работы возобновят, дорогу к ЖК построят. Заодно напомним: с 2017 года в Бурятии решены проблемы 1906 дольщиков (случай «Зодчего» и Убодоева).
Главное:
Информационный шум вокруг строек — обратная сторона реального строительного бума, начавшегося в 2017 году. До Цыденова таких денег и таких проектов в республике просто не было. И то, что мы сейчас наблюдаем — не «провал власти», а ручной антикризисный менеджмент на пределе возможностей.
Да, сроки сдвигаются. Да, подрядчики — федеральные монстры — допускают брак. Да, есть уголовные дела.
Но ни один крупный объект не брошен. ВПП, перинатальный центр, онкоцентр, ледовый — это всё уже работает. Будут работать мост, очистные и «Ульгэр».
Проблемы — это цена масштаба. А бегство подрядчика в Корею и уголовные дела по хищениям — это, как ни цинично звучит, признак того, что за стройками следят, а не закрывают на них глаза.

P.S. Ситуация тяжёлая, но управляемая. Бурятия не уникальна по долгостроям — уникальна по попыткам их дожать. И это главное отличие текущего момента от 90-х или нулевых.

Не расслабляемся, но панику отставляем.