Почему эмигрантский толстый журнал "Современные Записки" лучше дореволюционных толстых журналов "Русское Богатство" или "Русская Мысль"?
Потому что в первом почти вся литературная часть - высшая русская классика ХХ века. И научная часть очень хороша.
А во втором-третьем почти вся литературная часть - дрянь.

Деньги для журнала

Наилучший в эмиграции русский журнал "Современные Записки" периодически получал деньги от Чехо-Словакии. И поэтому совершенно не критически любил её вождей Масарика и Бенеша и вообще модельный поучительный опыт этой страны, пока она не умерла.
Жить-то надо.
Последний номер журнала, в 1940 году, его соредактор В.В. Руднев издал на свои последние деньги, устроившись под Парижем рабочим на завод.
Такое у нас редко.

Переворот в украинском вопросе России.

Да, московские прожектёры Медведчука продолжают квакать о нейтральной Украине.
Но реальность революционна: освобождённые от украинского неонацизма регионы б. УССР - ПРЯМО, конституционно включаются в состав России.
Это ВПЕРВЫЕ за последние 120 лет освобождает Россию от выращивания своего врага.
Это сделал Путин. Поклон ему.
А клоунам Медведчука - позор и посрамление.

Николай Черкасов (Александр Невский).
Его старшая дочь 11-12 лет погибла в Блокаду Ленинграда.
Черкасов в это время был уже орденоносцем и сталинским лауреатом за фильм "Александр Невский"

Наша Освободительная война, наши тысячи погибших ради карьеры Медведчука? Нет. Если мы против этой позорной перспективы, мы уже сейчас должны не только интегрировать новые регионы в Россию. Но и ставить новые территориальные цели. Серьёзно ставить. Без художественной литературы. КАКОЙ следующий новый регион России с б. УССР?

Дети и старость.

Дети сами по себе совершенно не гарантируют от одинокой старости.
Перефразируя, скажу: дети - это возмездие. Даже отдав всё своему ребенку, ты можешь остаться в одиночестве. Если воспитал одного и особенно эгоиста.

Любовь и игра в любовь.

По утрам, идя на работу, захожу в кафе. Здесь много поучительных типов.
Вот непременные взрослые любовники, неотрывно обнимающиеся и поедающие друг друга глазами. Больше им негде и некогда.
Вот пара в игре. Девушка холодно изображает любовь.
Вот настоящая пара. Они живут единым дыханием. Даже почти не глядя друг на друга.
Вот родитель с детьми. Он весь в напряжении и заботе. А дети совершенно свободны. Это любовь. И может быть она будет взаимной.

Чему меня научила госслужба.

Политика и управление это непрерывное, ежечасное усилие. Иначе их просто нет.
Политика как объект это никогда не познаваемый до конца хаос. В нём побеждает только непрерывное личное усилие.
Личное усилие только тогда имеет шанс на успех, когда реализует не свою доктрину и схему, а своё знание о предмете.
Никакое знание не может заменить главного - твоих ценностей. Только они дают смысл твоим знаниям и усилиям.
Кроме ценностей, в политике нет ничего стабильного. Даже самый серый и влиятельный кардинал неизбежно превращается в тлен.
Хочешь успеха в политике - достигай результата, а не смотри в зеркало. Там нет ничего

Хамы, дураки и боты в соцсетях бессильны. Они легко уничтожаются удалением. Для них это новость

В чём секрет успеха мэра Собянина супротив мэра Лужкова?

Деньги. Много денег.
Но даже очень много денег не сделали Собянина электорально успешным. Причина - внутри него самого.

Политическая программа. Самая суть старого и нового.

Ровесница и почти единомышленница Потресова - Е. Д. Кускова - пишет в его некрологе о самой сути его программы для России. Это "культурно-политическое освобождение России на основе демократии".
У меня нынче нет полной уверенности в самоценности демократии в условиях масскульта и олигархии, капитализма и монополии Запада.
Но в первенствующей роли культуры для политического освобождения народа я убеждён вместе со старыми великими.

Москва имени Собянина.

Да, это принципиальное, демонстративное, наглое, грубое, антикультурное, бесчувственное, разрушительное отрицание наследия Москвы и Москвы вообще как истории и символа. Витрина этого собянинского отрицания - почти голый кусок земли под названием "Парк Зарядье".
Я убеждён, что после Собянина, через 50 лет, "Парк Зарядье" снова станет ИСТОРИЧЕСКОЙ частью города.
Я не москвич, но нужно быть откровенным врагом Москвы, глухим к истории Москвы и России, чтобы учинить огород с погребом под именем Зарядья.

Так что: есть адвокат у тундры в центре Москвы рядом с Кремлём в Москве имени Собянина?
Даже боты примолкли. Где адвокаты ТУНДРЫ в Зарядье? Опять хлеб свой зря едят?

Солоневич - фашист и дебил.

В 1935 году, ещё заигрывая с демократической прессой в эмиграции, пишет: представьте себе, что если проклятая советская власть провалится к чертям - крестьянин сразу начнёт собирать свой урожай со всей своей посевной площади. "Мы сможем насыпать зерном новые материки", - пишет он, роняя демагогическую слюну.
Сразу видно: советский физкультурник и дебил.
Допустим - собрал, а дел-то куда? доставил куда? как? оборотные средства взял где? сохранил где? продал кому?
Крестьянская его утопия - единоутробна прибалтийскому крестьянскому де-факто фашизму.

Бессилие политического прогноза о России.

Противники Советской власти в 1920-1930-х упорно ждали то её свержения, то эволюции, то перерождения.
А она убила сама себя. Руками своего очередного вождя. Самого простого происхождения. Вряд ли даже читавшего больше двух томов Ленина.

Да здравствует победа нашего народа. Позор фальшивым страданиям лжецов о мирном договоре

⚡️Тема мирного договора с Японией для России закрыта — МИД РФ

Идиоты.

Эмигранты в 1930-е годы ругают Сталина за "гипертрофированную индустриализацию". Нет, они не враги. Они хорошие, верные и умные русские люди. Но они идиоты.
Именно индустриализация и подвиг нашего народа спасли нашу страну.

Душа бессмертна.
Люблю тебя. Ты помогаешь мне жить и быть честным.
До встречи.

Ах как мне нравится эта новая карта

Константин Вагинов - Андрей Белый.

Первые же цветовые слова "Козлиной песни" Вагинова о мерцающей фосфорической зелени Петербурга - ясная аллюзия на миазмы каналов в "Петербурге" Белого.
Это видно ИХ читателю, мне. Наверное, об этом уже написали их исследователи. Я сам в подобных своих штудиях привык автоматически фиксировать эти внутренние рифмы. Как люди ТОГО времени.
Как покойный мой брат штудировал символику цвета в "Петербурге" Белого и писал о ней в стол. Привет тебе, мы живы. Столько нового после тебя, бОльного, страшного. Но мы живы.