Иран и Израиль должны заключить соглашение, и заключат соглашение, так же, как я добился соглашения между Индией и Пакистаном, в том случае используя ТОРГОВЛЮ с Соединёнными Штатами, чтобы внести разум, сплочённость и здравомыслие в переговоры с двумя отличными лидерами, которые смогли быстро принять решение и ОСТАНОВИТЬСЯ! Также, во время моего первого срока Сербия и Косово вели себя очень агрессивно, как это происходит уже многие десятилетия, и этот давний конфликт был на грани перерастания в ВОЙНУ. Я остановил это (Байден навредил долгосрочным перспективам очень глупыми решениями, но я это снова исправлю!). Другой пример — Египет и Эфиопия и их спор по поводу огромной плотины, которая оказывает влияние на величественный Нил. Там сейчас мир, по крайней мере пока что, благодаря моему вмешательству, и так будет и дальше! Точно так же мы скоро добьёмся МИРА между Израилем и Ираном! Сейчас проходят многочисленные звонки и встречи. Я делаю многое, и никогда не получаю за это признания, но это нормально, НАРОД понимает. СДЕЛАЕМ БЛИЖНИЙ ВОСТОК ВЕЛИКИМ СНОВА!

Я только что приехал из Бат-Яма. Это очень тяжёлый день. Как я и предупреждал, будут дни трудные — но будут и дни великие.

Сегодня мы идём по пути устранения двух основных угроз нашему существованию: иранского ядерного оружия и баллистических ракет. Мы действовали в последний, двенадцатый час — до того, как Иран мог совершить рывок к ядерному оружию, и до запуска программы по производству десятков тысяч баллистических ракет, подобных тем, что сейчас обрушились на Бат-Ям и другие города. Через шесть лет таких ракет могло быть уже двадцать тысяч. Это две экзистенциальные угрозы, которые мы должны устранить.

Я назвал эту операцию «С народом вечности» — потому что без вашей поддержки и невероятной стойкости, граждане Израиля, наша цель была бы недостижима. С вашей сплочённостью и верой мы справимся. Вы проявляете подлинную национальную ответственность.

Соблюдайте указания командования тыла — это действительно спасает жизни. Наше сражение происходит с трудностями и жертвами.

Сорок лет назад я предупреждал: самая большая опасность для Израиля — если режим аятолл в Иране получит ядерное оружие с намерением уничтожить наш народ, связывающий свою судьбу с веками еврейской истории. Тогда надо мной смеялись, считали мои слова преувеличением и политикой. Не всегда удавалось убедить даже собственное руководство поступать решительно; приходилось бороться и с американскими администрациями, которые соглашениями давали Ирану двигаться к оружию и вкладывали в это миллиарды. Мы замедляли иранскую ядерную программу, но не останавливали её. Всё это время Иран пытался сомкнуть вокруг нас «кольцо удушения» — мы противостояли злу, как учили нас поколения народа Израиля.

Когда 7 октября произошла подлая атака ХАМАС, мы ответили немедленно: первым делом нанесли удар по ХАМАСу и поставили освобождение заложников приоритетом. Многие не верили в успех — полагали, что не вернём даже одного. Я думал иначе, и сегодня, благодаря нашей стойкости, мы уже вернули более 200 заложников. Я не сдамся, пока не вернём всех. Вчера я дал распоряжение ускорить переговоры — момент благоприятный, я чувствую в этом Божий знак. Я не оставлю никого из пленных, ведь для народа Израиля бесценна жизнь каждого.

Помимо выполнения этих задач — уничтожения ХАМАСа и освобождения заложников — одновременно с этим сосредоточились на угрозе с севера. Я дал приказы по экстренной связи и ударам по ракетным складам, которые Насралла собирал долгие годы. Армия Израиля, ВВС, разведка блестяще уничтожили основные запасы ракет, а затем я дал приказ ликвидировать Насраллу. После этого стало ясно: вся стратегическая энергия Ирана будет сосредоточена на ядерной и ракетной угрозе. Потому мы были обязаны действовать в самый последний момент, чтобы не допустить катастрофы — не дать случиться второму Холокосту. Мы начали сильную операцию и продолжаем её сейчас.