⚖ Арбитражный суд Московского округа поддержал суд первой инстанции по вопросу отказа в отмене решения МКАС при ТПП РФ в части распределения расходов на представителей

Российская компания обратилась в арбитражный суд с заявлением об отмене решения МКАС при ТПП РФ в части распределения расходов на представителей. По мнению российской компании, арбитры применили ненадлежащие нормы Регламента, утвержденного Приказом Торгово-промышленной палаты Российской Федерации (ТПП РФ) от 18.10.2005 № 76, вместо Положения об арбитражных расходах (Приложение 6 к Приказу ТПП РФ от 11.01.2017 № 6). По этой причине арбитражное решение противоречит публичному порядку РФ.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления. В обоснование отказа суд указал, что доводы российской компании направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и пересмотр решения по существу. В определении суд также отметил, что арбитры оставили обращение заявителя о разъяснении арбитражного решения в спорной части без удовлетворения. При этом арбитры дали указание, что пункт 7 решения содержит подробное описание доказательств несения издержек, представленных сторонами, а также мотивы применения к вопросу распределения издержек сторон Положения об арбитражных расходах. Ссылки российской компании на предположение одного из арбитров о возможности иного разрешения требования об издержках сторон, выраженное в особом мнении, нельзя положить в основу отказа в выдаче исполнительного листа или отмены арбитражного решения.

Суд кассационной инстанции согласился с приведенными выводами первой инстанции.

С текстом постановления кассации можно ознакомиться по ссылке.

Находящееся под санкциями США общество «Силовые Машины» одержало победу в споре SIAC

В 2013 году совместное предприятие российского общества «Силовые Машины» (истец) и вьетнамской компании «PetroVietnam Technical Services Corporation» (ответчик) (дочерняя компания «PetroVietnam») выиграло тендер в связи со строительством ТЭС во Вьетнаме. Стоимость тендера оценивалась в 1,2 млрд. долларов.

В 2018 году США ввели санкции в отношении истца. В этой связи, как стало известно, из-за блокировок счетов, при реализации проекта возникли проблемы. В результате работы по проекту приостановились. К тому моменту проект был реализован более, чем на 75%. Истец при этом указывал на форс-мажор в обоснование приостановки своего участия в проекте.

Поскольку истец вложил значительные ресурсы в проект, между сторонами совместного предприятия возник конфликт. Известно, что первоначально истец попытался урегулировать спор на правительственном уровне, однако вьетнамская сторона проигнорировала предложение о переговорах. Истец обратился с требованиями к ответчику в арбитраж по регламенту SIAC. Ответчик заявил встречные требования, ссылаясь на то, что от блокировки проекта пострадали обе стороны.

Арбитражное решение было вынесено в ноябре 2023 года. Из публичных источников известно, что состав арбитража удовлетворил требования истца в размере 500 млн. долларов, а также отклонил встречные требования ответчика о взыскании убытков в размере 3,5 млрд. долларов. В остальном информация о деталях решения остается конфиденциальной.

Информацию о деле можно найти здесь и здесь.

⚖ Арбитражный суд Ростовской области отказал в признании и приведении в исполнение решения суда Китая по причине наличия оговорки о подсудности споров российскому суду

Российская компания (заявитель) обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании и приведении в исполнение Решения Народного суда средней ступени города Нинбо провинции Чжзцзян Китая о взыскании с другой российской компании (заинтересованное лицо) задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами. Изначально решение суда было вынесено в пользу китайской текстильной компании, права требования которой, судя по обстоятельствам дела, перешли заявителю.

Заинтересованное лицо возражало против удовлетворения заявления, в частности, со ссылкой на то, что договор между сторонами разрешенного в Китае спора предусматривал подсудность споров в Арбитражном суде Ростовской области. В ответ на аргумент заинтересованного лица о наличии оговорки о подсудности заявитель указал на фальсификацию договора с оговоркой в пользу российского суда.

Суд исследовал положения ст. 490 ГК Китая и указал, что в Китае предусмотрено три способа выразить волеизъявление – подпись, печать и отпечаток пальца. При этом исходя из практики судов Китая, официальная печать считается основным доказательством волеизъявления компании. Кроме того, как установил суд, подпись для надлежащего волеизъявления не обязательна, а стороны могут использовать неофициальные печати (подписи), если так сложилось между ними в порядке торгового оборота.

Далее суд оценил представленный в дело договор и указал, что на нем проставлена прямоугольная печать от имени китайской компании. Установив также, что стороны совместно ведут коммерческую деятельность с 2020 года, обе стороны исполняли обязательства по договору и к нему есть дополнительное соглашение, суд сделал вывод о том, что договор заключен. По мнению суда, отрицание факта его заключения свидетельствует о злоупотреблении правом в нарушении ст. 10 ГК РФ.

Пункт 10.5 спорного договора содержит оговорку о том, что «все споры . . . будут рассматриваться в государственном суде Российской Федерации – Арбитражном суде Ростовской области». В этой связи суд посчитал, что при рассмотрении спора была нарушена компетенция российского суда. По этой причине суд отказал в признании и приведении в исполнение решения китайского суда в России.

С определением суда можно ознакомиться по ссылке.

🎉Аудитория телеграм-канала «Международный арбитраж» пересекла отметку в 2000

Благодарим всех читателей за интерес к работе нашей команды. Надеемся, что вместе с Вами мы увидим еще много интересного и проарбитражного!

Суд Узбекистана по гражданским делам рассмотрел спор вне своей отраслевой компетенции из нескольких договоров, несмотря на оговорки о подсудности и арбитражную оговорку CIETAC

Спор возник в отношении прав на доли в двух компаниях. Права на доли в компании «Run Tong Metal Industrial» (Run Tong) распределялись в соответствии с трехсторонним соглашением о передаче акционерных прав и деятельности компании (Трехстороннее соглашение). Участниками соглашения были, в том числе, физическое лицо Airken Tiemur, компания «Jiangsu Huaiye Technology Development Co. Ltd» (Jiangsu). Трехстороннее соглашение содержало арбитражную оговорку со ссылкой на регламент CIETAC.

Позднее компания Run Tong была ликвидирована путем присоединения к компании «Li Da Metal Technology» (LDM). В свою очередь, доли в компании LDM были проданы. Два договора купли-продажи долей в компании LDM содержали оговорки в пользу областного экономического суда Узбекистана с указанием на исключительную подсудность споров суду. Контрагентом в одном договоре выступило АО «Узбекский металлургический комбинат» (УМК), а в другом – компания «Contessera AG» (Contessera).

Согласно процессуальным нормам Узбекистана, по общему правилу корпоративные споры подведомственны местным экономическим судам, даже если сторона спора – физическое лицо. Если суд выясняет, что правило подсудности спора нарушено, он передает спор по подсудности. Несмотря на это правило, Airken Tiemur обратился в межрайонный суд по гражданским делам с иском о солидарном взыскании денежных средств в размере 67 500 000 юаней (около 9 400 000 долларов) на основании Трехстороннего соглашения (Дело 1). Ответчиками по иску выступили компании Jiangsu, Contessera и УМК.

В ответ на требования истца УМК подал встречный иск в рамках того же судебного разбирательства. УМК просил суд уменьшить цену, предусмотренную в договоре купли-продажи долей в компании LDM, на сумму 12 249 860 долларов. Известно, что ранее УМК обращался с теми же требованиями в экономический суд (Дело 2), и суд принял иск УМК к рассмотрению. Требования УМК в обоих делах не были связаны непосредственно с Трехсторонним соглашением, только с договорами купли-продажи, притом, что Airken Tiemur не был стороной этих договоров.

Межрайонный суд по гражданским делам решил объединить Дело 1 с Делом 2 и рассмотреть их совместно в порядке гражданского судопроизводства. При этом суд указал, что рассмотрение первоначальных требований истца и встречных требований УМК в одном деле способствует более быстрому и правильному рассмотрению спора.

Суд вынес решение по существу спора, проигнорировав возражения компании Jiangsu против компетенции суда со ссылкой на оговорку CIETAC. Как отмечается в комментариях коллег из Узбекистана, суд сделал это безосновательно.

Далее компания Jiangsu подала ходатайство о передаче встречного иска УМК, на рассмотрение экономического суда в соответствии с правилами о подведомственности корпоративных споров. Межрайонный суд по гражданским делам также отклонил это ходатайство, хотя признал, что спор корпоративный.

Поскольку суд по экономическим спорам уже принял к производству дело по иску УМК по тем же обстоятельствам и основанию в рамках Дела 2, Jiangsu попросила оставить встречные требования в гражданском производстве по Делу 1 без рассмотрения. Суд отклонил и это ходатайство.

По существу спора межрайонный суд по гражданским делам удовлетворил как первоначальный иск, так и встречный иск. Более того, суд удовлетворил требования в пользу компании Contessera, хотя она не заявляла исковые требования.

Обзор дела доступен по ссылке.

Текст решения суда на русском языке доступен здесь.

⚖️ Арбитражный суд города Москвы отказал в отмене арбитражного решения, несмотря на доводы иностранной компании о неуведомлении по фактическому адресу

Иностранная компания (заявитель) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с заявлением об отмене арбитражного решения от 03.08.2023, вынесенного по регламенту АЦ РСПП. Данным решением арбитры взыскали с заявителя в пользу федерального учреждения (заинтересованное лицо) спасательное вознаграждение в размере 1 135 000 рублей и арбитражный сбор.

Из обстоятельств дела следует, что спор возник в связи со спасением судна, которое потерпело бедствие в городе Туапсе в июне 2022 года.

В обоснование необходимости отмены арбитражного решения заявитель ссылался на ненадлежащее уведомление об арбитраже. Как утверждал заявитель, он узнал об арбитражном решении не ранее 22.08.2023 – даты его получения зарегистрированным агентом заявителя на Маршалловых островах. Совместно с арбитражным решением заявитель получил постановление состава арбитража от 04.04.2023 о продлении арбитража на 150 календарных дней.

По мнению заявителя, он не был надлежащим образом уведомлен о начале арбитража, в связи с чем не мог участвовать в процессе, назначить арбитра, представлять письменные и устные объяснения, участвовать в назначении эксперта и т.д.

Заявитель утверждал, что узнал об уведомлении о начале разбирательства из текста арбитражного решения. Из арбитражного решения следует, что уведомление направлялось по адресу регистрации заявителя на Маршалловых островах (который, как отметил состав арбитража, указан на корпоративном сайте заявителя), по адресу некой российской компании в Туапсе и по электронной почте указанной российской компании.

При этом фактически, исходя из расположения офиса единоличного исполнительного органа, заявитель находится в Турции. Заявитель утверждал, что упомянутый адрес на Маршалловых островах – место регистрации оффшорного агента заявителя и не может считаться надлежащим адресом уведомления. Относительно уведомления российской компании в Туапсе заявитель указал, что данная компания не являлась и не является морским агентом, номинированным заявителем. Данную компанию номинировала в качестве менеджера-коммерческого оператора спасенного судна другая задействованная в перевозке иностранная компания.

Арбитражный суд города Москвы учел представленные в дело доказательства направления документов об арбитраже службой DHL. Кроме того, суд сделал вывод, что российская компания, которой направлялись уведомления, действительно была морским агентом заявителя: в дело были представлены заявление на вход в порт Туапсе, приход, генеральная декларация и показания капитана о приходе в торговый порт России.

Кроме того, суд отметил, что заявитель не представил в дело документы, опровергающие его надлежащее уведомление.

Таким образом, суд указал, что нет оснований для выводов о ненадлежащем уведомлении заявителя. Следовательно, суд не нашел оснований для отмены арбитражного решения.

Акт суда доступен по ссылке.

Кассационный суд Дубая закрепил подход, согласно которому неоплата арбитражных сборов не влияет на действительность и исполнимость арбитражных соглашений

Ранее, еще до принятия Закона ОАЭ об арбитраже 2018 года, в случае невозможности оплатить аванс на расходы Дубайский международный арбитражный центр (DIAC) мог вынести решение о прекращении производства по арбитражному делу. В таком случае считалось, что арбитражное соглашение прекратило свое действие. Таким образом, несмотря на наличие арбитражного соглашения между сторонами, спор становился подсудным государственному суду Дубая.

В одном из недавних дел истец инициировал арбитраж, но не оплатил аванс на расходы. Ответчику предложили оплатить аванс на расходы за обе стороны, но он отказался, и производство по делу прекратилось.

После этого истец решил обратиться с тем же иском в суд Дубая. Суд первой инстанции посчитал, что у него есть компетенция по спору по правилам общей подсудности, поскольку арбитражная оговорка неисполнима и исчерпала свою цель.

Однако кассационный суд не согласился с позицией нижестоящего суда и отменил ее. Суд указал на следующие обстоятельства:

🔸 пункт 1 статьи 45 действующего Закона ОАЭ об арбитраже предусматривает, что производство в арбитраже прекращается вынесением арбитражного решения, которое окончательно разрешает спор;

🔹 согласно пункту 4 статьи 54 Закона ОАЭ об арбитраже арбитражное соглашение остается силу, даже если вынесенное на его основе арбитражное решение было отменено (если само по себе такое арбитражное соглашение действительное и исполнимое);

🔸 решение о прекращении производства по арбитражному делу в связи с неоплатой арбитражных сборов не ведет к порочности самого арбитражного соглашения (в силу его недействительности или по иным основаниям), если арбитражное решение по существу спора не было вынесено;

🔹 решение о прекращении производства по арбитражному делу в связи с неоплатой арбитражных сборов также не означает презумпцию отказа от возражений (waiver) о наличии арбитражного соглашения, в том числе в суде;

🔸 если производство по арбитражному делу прекратилось из-за неоплаты арбитражных сборов, стороны сохраняют право заново обратиться с теми же требованиями в арбитраж.

Таким образом, кассационный суд указал, что, несмотря на прекращение производства по арбитражному делу из-за неоплаты аванса на расходы, арбитражное соглашение сохраняет действительность. Следовательно, в таких делах исключается применение правил общей подсудности.

С новостью о позиции кассационного суда можно ознакомиться по ссылке.

1 марта 2024 года вступила в силу новая редакция Регламента Нидерландского арбитражного института (NAI)

Нововведения призваны оптимизировать эффективность арбитража. Основные из них выражаются в следующем.

Учреждены новые административные органы:

🔸 Организационный комитет (Case Management Committee), который администрирует процесс. Ответственный член Организационного комитета может давать рекомендации составу арбитража и указывать на очевидные ошибки в решении или на отсутствие в решении выводов по каким-либо требованиям.

🔸 Комитет по отводу (Challenge Committee), который рассматривает ходатайства об отводе арбитров. Итоговое решение об отводе принимает Палата по отводу (Challenge Chamber).

Дополнены положения о гарантиях независимости и беспристрастности арбитров:

🔹 При подаче в NAI запроса об арбитраже или краткого ответа на запрос об арбитраже теперь нужно раскрывать наименования лиц, которые финансируют участие сторон в арбитраже.

🔹 Стороны спора и арбитры получили возможность комментировать заявления кандидатов в арбитры о независимости и беспристрастности в срок, который устанавливается Организационным комитетом.

🔹 Боковые арбитры должны поддерживать связь с ответственным членом Организационного комитета при назначении председателя состава арбитража.

Расширены полномочия арбитров. В частности, предусмотрены следующие дополнительные полномочия:

🔸 В рамках процедуры постановлений на ранней стадии (early determination) принимать процедурные определения о том, что: 1) иск является явно недопустимым; или 2) заявлен явно за рамками компетенции состава арбитража; 3) у иска явно нет правовых оснований.

🔸 Налагать на стороны спора штрафные санкции за ненадлежащее процессуальное поведение.

🔸 Объединять споры из разных контрактов в одно разбирательство, если это споры между одними и теми же сторонами.

Кроме того, арбитров обязали проводить второе предварительное слушание для консультирования сторон не позднее чем через три недели после передачи арбитражного дела составу арбитража.

Также в новый Регламент вошли следующие положения:

🔹 Закреплена ускоренная процедура арбитража, предполагающая вынесение окончательного решения в течение 6 месяцев.

🔹 Местом арбитража по умолчанию является Амстердам.

🔹 Передача любых юридически значимых сообщений обязательно осуществляется в электронном виде (по email или через платформу NAI).

Подробнее ознакомиться с изменениями Регламента NAI можно в источнике.

Новая редакция регламента NAI (2024) доступна по ссылке.

Вышла новая редакция Руководящих принципов Международной ассоциации юристов (IBA) относительно конфликта интересов в международном арбитраже

Новая редакция Руководящих принципов опубликована в феврале 2024 года. В основном поправки носят уточняющий характер. Основная цель авторов изменений заключалась в том, чтобы адаптировать документ под современные запросы арбитража.

Документ по-прежнему состоит из двух частей. Первая часть содержит Общие стандарты, а вторая часть представляет собой их практическое применение — перечни ситуаций, потенциально указывающих на наличие или отсутствие конфликта интересов у арбитров. В новой редакции подчеркивается особая важность Общих стандартов. Уточнено, что первая часть не может рассматриваться в качестве второстепенной по отношению ко второй, более прикладной части.

Важные уточнения внесены в Общий стандарт 3 о раскрытии информации:

🔹 новый стандарт 3(e) призывает арбитра либо не принимать назначение, либо заявлять самоотвод, если арбитр считает, что ему следует раскрыть определенную информацию, но правила профессиональной тайны или другие правила профессионального поведения препятствуют такому раскрытию;

🔹 новый стандарт 3(g) закрепляет, что нераскрытие обстоятельств, которые могут вызывать «в глазах сторон» сомнения в беспристрастности арбитров, не всегда означает наличие конфликта интересов и не всегда должно вести к обязательному отводу арбитра.

В новой редакции Руководящих принципов обязанность арбитра раскрывать информацию по-прежнему преимущественно определяется с помощью «субъективного теста», поскольку важную роль играет именно субъективная оценка сторон спора в отношении беспристрастности и независимости арбитра. Но есть пределы влияния этой субъективной оценки. Например, если ситуация входит в Зеленый перечень, даже при наличии сомнений сторон арбитр может не раскрывать информацию.

Кроме того, уточнены положения о финансировании арбитража третьими лицами. Теперь в пояснении к Общему стандарту 6 закреплено, что под третьими лицами, предоставляющими стороннее финансирование, и сторонними страховщиками расходов (third-party funders and insurers) понимаются не только те, кто имеет прямой экономический интерес в исходе арбитражного разбирательства, но и те, кто контролирует сторон спора или способен повлиять на исход спора, включая назначение арбитров. Такие третьи лица могут быть приравнены к стороне, что может значительно повлиять на решение арбитра о раскрытии информации.

Вторая часть Руководящих принципов сохраняет «систему светофора» (traffic-light system), включает 3 неисчерпывающих перечня типовых ситуаций, свидетельствующих о наличии или отсутствии конфликта интересов: Зеленый, Оранжевый и Красный перечни. Оранжевый перечень претерпел больше всего изменений. В нем описываются ситуации, которые могут, по мнению сторон, вызывать сомнения в беспристрастности или независимости арбитра. Есть обязанность арбитра раскрывать информацию о таких ситуациях. В Оранжевый перечень вошли, в числе прочих, следующие ситуации:

🔸 арбитр в настоящее время выступает или выступал в течение последних трех лет в качестве эксперта или аффилированного лица одной из сторон в несвязанном деле (п. 3.1.6);

🔸 арбитр в течение последних трех лет назначался в качестве эксперта более трех раз одним и тем же представителем (counsel) или юридической фирмой (п. 3.2.9);

🔸 арбитр совместно с представителем одной из сторон спора одновременно являются арбитрами в другом арбитражном разбирательстве (п. 3.2.12);

🔸 арбитры в текущем разбирательстве одновременно являются арбитрами в другом арбитражном разбирательстве (п. 3.2.13);

🔸 арбитр занимает какую-либо руководящую должность в арбитражном учреждении или ином компетентном органе в отношении спора и в этой должности участвовал в принятии решений (п. 3.4.3).

Подробнее ознакомиться с основными изменениями можно по ссылке.

Здесь доступна новая редакция Руководящих принципов. По данной ссылке опубликован сравнительный документ, в котором подробно отражено каждое обновление.

Опубликована статистика HKIAC за 2023 год

Гонконгский арбитражный центр (HKIAC) в 2023 году остался одним из самых популярных в мире арбитражных учреждений. Год стал рекордным для HKIAC по общей сумме заявленных требований.

На рассмотрение в HKIAC было передано 500 дел, 281 из которых разрешены в порядке арбитража, 10 дел – в порядке медиации, и еще 209 дел – в порядке особой процедуры для споров о доменных именах. 184 арбитражных разбирательства из 281 администрировались HKIAC. Общая сумма заявленных требований достигла рекордной отметки в 92,8 млрд HKD (около 12,5 млрд USD), что более чем в 2 раза превышает показатель 2022 года. Средняя сумма заявленных требований в рамках администрируемого арбитража составила 467,6 млн HKD (около 60,1 млн USD).

Основные данные по делам, отраженные в статистике HKIAC:

🔹 Самая распространенная категория споров – корпоративные споры (21%). На втором месте по популярности – споры в сфере строительства (17,1%). Третье место разделили коммерческие и морские споры (по 16%).

🔸 89,7% администрируемых арбитражных разбирательств были международными по своей природе (т.е. по крайней мере одна из сторон этих споров не относилась к Гонконгу). Всего в арбитражах HKIAC поучаствовали стороны из 63 юрисдикций. В топ-3 вошли Гонконг, континентальный Китай и Британские Виргинские острова. Россия на 7 месте, что отражает высокий интерес российского бизнеса к арбитражу в HKIAC.

🔹 83% администрируемых арбитражных разбирательств велись на английском языке, 12% – на китайском, 5% – и на английском, и на китайском одновременно.

🔸 96,8% всех арбитражных разбирательств проходили с местом арбитража в Гонконге. В оставшейся части разбирательств место проведения арбитража не указывалось.

🔹 Самым популярным применимым к существу спора правом стало гонконгское, на втором месте – английское. Российское право расположилось на 12 месте.

🔸 Заявлено всего пять отводов арбитров. Только один отвод был удовлетворен. Еще один был отозван самой стороной, заявившей отвод.

🔹 HKIAC назначил 172 арбитра, 60 (34,9%) из которых женщины. 59 (34,3%) – арбитры, ранее не назначавшиеся HKIAC в течение последних трех лет.

🔸 HKIAC направил 19 заявлений в 13 судов континентального Китая в рамках соглашения об обеспечительных мерах между Гонконгом и КНР. В ответ на заявления суды КНР заморозили активы на сумму, составляющую примерно 76,1 млн USD.

Заслуживают внимания также следующие факты, отражающие новую практику в связи с реформой Гонконга в сферах финансирования арбитража третьими лицами и гонорара успеха:

🔹 Стороны раскрыли информацию о финансировании арбитража третьими лицами в одном деле, администрируемом HKIAC.

🔸 Стороны раскрыли информацию о соглашениях о гонораре успеха (outcome-related fee structure agreements, ORFSA) в трех делах. Одно из таких соглашений заключили после начала арбитражного разбирательства. Все три дела администрировались HKIAC, одно из них по регламенту ЮНСИТРАЛ.

Подробнее со статистикой HKIAC за 2023 год можно ознакомиться по ссылке.

Арбитражный суд города Москвы исследовал существо спора о зачете и отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского решения

Компания из Испании (заявитель) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения, вынесенного по правилам МКАС при ТПП РФ в отношении общества из России (заинтересованное лицо). Арбитры присудили в пользу заявителя около 2,7 млн. евро.

Из обстоятельств дела известно, что общество из России было дистрибьютором товаров, производимых заявителем. По договору поставки между сторонами заявитель поставил заинтересованному лицу товар, но последний оплатил его лишь частично. По этой причине заявитель обратился в арбитраж согласно оговорке в договоре поставки.

Заинтересованное лицо возражало против выдачи исполнительного листа на третейское решение, поскольку, по его мнению, оно противоречит публичному порядку России.

В частности, по мнению заинтересованного лица, поскольку заявитель досрочно прекратил охрану товарного знака по лицензионному контракту, у заинтересованного лица возникли встречные требования. В ходе третейского разбирательства заинтересованное лицо ссылалось на то, что еще до начала разбирательства произошел зачет указанных встречных требований.

Лицензионный договор, в свою очередь, предусматривал оговорку в пользу Арбитражного суда города Москвы. Заинтересованное лицо считало, что состоявшийся зачет необходимо оценить в непосредственной связи с требованиями заявителя. Поэтому, по его мнению, у состава арбитража не было компетенции рассматривать ни вопрос о зачете, ни требования заявителя как тесно связанные с ним.

Арбитры посчитали, что могут рассмотреть требования заявителя без анализа зачета встречных требований. Последний, в силу оговорки в лицензионном договоре, должен рассматриваться в Арбитражном суде города Москвы. Арбитры отметили, что  указание на отсутствие у них компетенции по зачету не лишает заинтересованное лицо права обратиться в государственный суд с требованиями из лицензионного договора. Также арбитры подчеркнули, что лицензионный договор не является внешнеторговой сделкой.

Арбитражный суд города Москвы поддержал доводы заинтересованного лица. При этом суд указал следующее:

🔸️  Прослеживается взаимосвязь между договором поставки и лицензионным договором. Суд добавил, что у заинтересованного лица не было оснований обращаться в государственный суд по зачету его требований из лицензионного договора, «поскольку зачет не оспаривался в судебном порядке». При таких обстоятельствах заявление о зачете являлось способом защиты права.

🔹️ Не подлежит учету довод заявителя о том, что, назначив арбитра и поучаствовав в арбитраже, заинтересованное лицо признало компетенцию третейского суда без учета требований по зачету. По смыслу Закона о международном
коммерческом арбитраже, назначение арбитра само по себе не лишает лицо права ссылаться на отсутствие компетенции третейского суда.

🔸️ Согласно п. 19 Постановления Пленума ВС РФ № 6 от 11.06.2020, если обязательства прекращены зачетом, но одна из сторон обратилась в суд с иском из прекращенного зачетом обязательства, другая сторона вправе в отзыве заявить о состоявшемся зачете, а суд, рассматривающий спор, обязан исследовать юридические и фактические основания таких возражений основанных на зачете. Суд также не согласился с доводом заявителя о недопустимости возражений о зачете при наличии третейского решения, поскольку заявление о зачете было сделано еще до начала разбирательства.

По мнению суда, заявитель по сути заявил несуществующее требование, при том, что зачет не оспаривался в судебном порядке. Суд указал, что третейское решение не соответствует принципу правовой определенности и «не устанавливает баланс интересов спорящих сторон». Его исполнение, как посчитал суд, повлекло бы нарушение основополагающих принципов российского права. Из этого суд сделал вывод о нарушении публичного порядка России и отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения.

Определение суда доступно по ссылке.

⚖ Должник не смог оспорить выдачу исполнительного листа на принудительное исполнение третейского решения, ошибочно посчитав, что определение вынесено в пользу неверного лица

ООО «Кольская ВЭС» (российское общество, должник) обратилось с иском к греческой компании Cantreva S.A. (греческая компания) в МКАС при ТПП РФ по требованиям из независимой гарантии, выданной греческой компанией в обеспечение исполнения обязательств ее дочерней российской компании ООО «Кантрева» (взыскатель) по договору подряда. Третейским решением в удовлетворении исковых требований отказано, с российского общества в пользу греческой компании взысканы судебные расходы на представителя.

Греческая компания уступила своей российской дочерней компании право требования исполнения третейского решения. В результате дочерняя компания обратилась в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение третейского решения в части расходов в отношении должника. Одновременно должник обратился в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением об отмене указанного третейского решения, полагая, что оно противоречит публичному порядку России. Дела объединили в одно производство, к участию в деле привлекли материнскую греческую компанию как заинтересованное лицо. Суд первой инстанции выдал в пользу взыскателя исполнительный лист, в отмене третейского решения отказал.

Должник обжаловал определение суда в Арбитражном суде Северо-Западного округа. В кассационной жалобе должник изложил следующие доводы:

🔹 судебный акт в части выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда принят в пользу ненадлежащей стороны – греческой компании, которая не заявляла требования о выдаче исполнительного листа;

🔸 заинтересованное лицо извлекло необоснованную выгоду через недействительную гарантию в обеспечение исполнения обязательств по договору подряда, что противоречило публичному порядку России;

🔹 третейское решение по другому спору из договора подряда, на который ссылались арбитры при принятии решения по настоящему спору, было отменено как противоречащее публичному порядку России, так как были нарушены принципы соразмерности взыскания и справедливости судебного разбирательства.

Кассационный суд не согласился с должником, указав следующее:

🔸 суд первой инстанции вынес определение о выдаче исполнительного листа в пользу российской компании, довод о выдаче исполнительного листа в пользу греческой компании не подтвердился материалами дела;

🔹 довод должника о том, что третейское решение по настоящему спору нарушает российский публичный порядок, по сути является исключительно несогласием с третейским решением по существу спора;

🔸 должник не доказал наличие оснований для отказа в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда;

🔹 отмена третейского решения в рамках дела по спору, который возник из договора, не имеет правового значения для рассмотрения спора, который возник из независимой гарантии.

Кассационный суд обратил особое внимание на важность принципа добровольного исполнения решения, принятого третейским судом, и подтвердил, что третейский суд надлежащим образом оценил все отраженные в заявлении обстоятельства возражения, поэтому публичный порядок не нарушается.

Так, кассационный суд оставил определение суда первой инстанции о прекращении производства по делу и выдаче исполнительного листа в силе.

Постановление суда доступно по ссылке.

Европейский суд по правам человека удовлетворил жалобу компании, чье заявление о признании арбитражного решения рассматривалось более 17 лет

В 1993 году состав арбитража обязал Правительство Албании выплатить компании Iliria (Италия) сумму в размере порядка 500 млн евро (в пересчете с итальянской лиры) и проценты по займу из расчета 13% годовых.

В 1998 году Iliria обратилась в Апелляционный суд Тираны с заявлением о признании арбитражного решения. Суд удовлетворил заявление, вынеся два решения: сначала в отношении основного долга, позднее – в части процентов. Тем не менее Правительство Албании оспорило решения суда по ряду правовых оснований. Спор два раза передавался на рассмотрение Верховного суда Албании – по отдельности в отношении каждого из решений. Верховный суд Албании отменил оба решения в 2005 и 2007 годах соответственно, направил дело на новое рассмотрение. В 2012 году было вынесено решение против компании Iliria, однако Конституционный суд Албании передал дело на новое рассмотрение в Верховный суд. В 2013 году Верховный суд Албании снова вынес решение против компании Iliria.

Позднее компания Iliria снова обратилась в Конституционный суд Албании, указав на неправомерно долгое рассмотрение дела. Конституционный суд Албании отклонил эту жалобу в 2015 году – к тому времени с момента начала разбирательства в судах Албании прошло более 17 лет.

Не получив правовую защиту в национальных судах Албании, компания Iliria обратилась в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) на основании п. 1 ст. 6 Европейской конвенции по правам человека 1950 года. Компания Iliria указывала, что срок судопроизводства по ее делу в отношении признания арбитражного решения был неразумно длительным. При этом компания не обжаловала принятое судами Албании решение по существу.

ЕСПЧ согласился с тем, что рассмотрение дела в судах Албании неразумно затянулось. Конституционный суд Албании попытался обосновать отсутствие ненадлежащей задержки, разделив процесс на две части: (1) с 2009 по 2012 год (в отношении этого периода у компании Iliria не было возражений) и (2) с июля по октябрь 2013 года (по мнению Конституционного суда, в этом периоде не было неправомерной задержки). ЕСПЧ не принял такую позицию, указав, что период рассмотрения дела нужно рассчитывать с 11 марта 1998 года (дата, когда компания Iliria подала первое заявление в суды Албании) по 22 декабря 2015 года (когда Конституционный суд Албании отклонил жалобу). Таким образом, срок рассмотрения дела в судах Албании составил 17 лет и 9 месяцев.

Также Правительство Албании ссылалось на то, что часть задержек при рассмотрении дела произошла по вине самой компании Iliria. Однако ЕСПЧ с этим не согласился. Во-первых, суд указал, что при первом обжаловании решения о признании арбитражного решения Правительством Албании задержка произошла по причине несвоевременной подачи апелляционной жалобы последним. Во-вторых, неоднократная передача дела на пересмотр произошла по инициативе Верховного и Конституционного судов Албании. Наконец, на протяжении долгих периодов сами суды Албании не проводили слушания по делу и не принимали никаких процессуальных решений. ЕСПЧ также отметил, что неоднократная передача дела на пересмотр может свидетельствовать о серьезных недостатках судебной системы Албании.

В результате, решением от 5 марта 2024 года, ЕСПЧ удовлетворил жалобу компании Iliria, присудив в ее пользу 10 800 евро, из которых 4 800 евро составила компенсация морального вреда и 6 000 евро – компенсация расходов. Изначально компания просила 100 000 евро компенсации морального вреда и 21 000 евро компенсации расходов, подтвержденных счетами.

Решение Европейского суда по правам человека доступно по ссылке.

Комментарий на английском языке доступен здесь.

Опубликован отчет о деятельности Совета по совершенствованию третейского разбирательства за 2023 год

В отчете Совета по совершенствованию третейского разбирательства содержатся сведения о тенденциях арбитража в России в 2023 году.

Также в отчете содержится информация о движении арбитражной реформы, в частности, инициатив, касающихся механизма принудительного исполнения обеспечительных мер, принятых в рамках арбитража, и повышения эффективности арбитража.

Отчет доступен по ссылке.

Сегодня мы хотим поделиться с вами итогами нашей деятельности в 2023 году. Традиционно мы собрали в отчете всю информацию о проектах и мероприятиях Российского института современного арбитража, а также статистику дел, рассмотренных Российским арбитражным центром.

С радостью отмечаем, что тенденция к росту международных споров продолжается – в 2023 году они составили 1/4 от общего количества дел, а география сторон арбитража охватила 15 стран. В то же время исполнимость решений РАЦ в российских арбитражных судах по-прежнему осталась стопроцентной.

Помимо этого, в 2023 году нам удалось провести три образовательных академии, открыть офис в Международном финансовом центре Дубая, организовать масштабную международную конференцию в Москве, а также многое другое.

Подробнее с результатами нашей работы можно ознакомиться по ссылке.

Эстония денонсировала договор с Россией о правовой помощи

Интерфакс сообщает:

«Президент Эстонии Алар Карис (Alar Karis) утвердил в понедельник закон о денонсации договора с Россией о правовой помощи, сообщила канцелярия главы государства.

В пояснительной записке к закону говорится, что двусторонние отношения Эстонии и России следует сохранять лишь в той мере, в которой они являются необходимыми. При этом возможность сотрудничества с Россией по вопросам гражданских, семейных и уголовных дел сохраняется, в дальнейшем при их решении будут исходить из правил международного частного права и международных конвенций.

20 марта парламент Эстонии одобрил представленный правительством проект закона о денонсации договора с Россией.

Договор о правовой помощи был подписан в 1993 году в Москве и вступил в силу 19 марта 1995 года с автоматическим продлением каждые пять лет. Для денонсации договора следует уведомить другую сторону не менее чем за полгода до истечения пятилетнего периода действия договора.

Нынешний пятилетний период завершится 18 марта 2025 года. Таким образом, ноту о денонсации необходимо передать России до 18 сентября 2024 года».

⚖ Арбитражный суд Московского округа указал на противоречие иностранного арбитражного решения российскому публичному порядку в результате неприменения моратория на возбуждение дел о банкротстве

Состав арбитража в споре, администрируемом Арбитражной комиссией ОАО «Белорусская универсальная товарная биржа», вынес решение о взыскании с российского завода (ответчик) пени и штрафа в период действия моратория на возбуждение дел о банкротстве (мораторий), установленного Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 (Постановление). Сумма спора составила почти 76 млн российских рублей. Мораторий предусматривал, помимо прочего, запрет на начисление должникам штрафных санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория.

Белорусская нефтяная компания (истец) попыталась добиться признания и приведения в исполнение арбитражного решения через белорусский государственный суд, но государственный суд отказал в удовлетворении заявления по причине неподсудности. Затем истец обратился с аналогичным заявлением в Арбитражный суд Московской области. Ответчик возразил против удовлетворения заявления со ссылкой на нарушение российского публичного порядка, поскольку суммы, подлежащие выплате в соответствии с арбитражным решением, были начислены за период действия моратория.

Арбитражный суд Московской области удовлетворил заявление истца. Однако Арбитражный суд Московского округа отменил определение суда первой инстанции и направил дело на новое рассмотрение: по мнению кассационного суда, необходимо было учесть возражения ответчика относительно рассмотрения дела в отсутствие его представителя.

При новом рассмотрении суд первой инстанции снова вынес определение о признании и приведении в исполнение иностранного арбитражного решения. Суд посчитал, что решение не противоречит российскому публичному порядку и подлежит признанию и приведению в исполнение на территории России. При этом суд руководствовался положениями Соглашения стран СНГ от 20.03.1992 «О порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности» (Киевское соглашение) и Соглашения между Россией и Беларусью от 17.01.2001 «О порядке взаимного исполнения актов арбитражных судов Российской Федерации и хозяйственных судов Республики Беларусь» (Соглашение о взаимном исполнении). По мнению суда, принятие иностранного арбитражного решения без учета моратория само по себе не является основанием для применения оговорки о публичном порядке.

Ответчик не согласился с позицией суда и подал кассационную жалобу в Арбитражный суд Московского округа. Кассационный суд при рассмотрении дела указал на следующие обстоятельства:

🔸 к спору нельзя было применять Киевское соглашение и Соглашение о взаимном исполнении, поскольку они распространяются только на вопросы взаимного признания и приведения в исполнение решений государственных судов, а не арбитражных решений;

🔹 в период с 01.04.2022 по 01.10.2022 в России действовал мораторий, основная цель которого – защита российского публичного порядка, а именно экономической стабильности и экономической безопасности России;

🔸 мораторий распространял свое действие на всех участников гражданско-правовых отношений, кроме лиц, указанных в п. 2 Постановления. Стороны спора к таким лицам не относились.

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что присуждение пени за период действия моратория свидетельствует о нарушении российского публичного порядка. Поскольку арбитр начислил лишь часть неустойки за период действия моратория, кассационный суд постановил изменить определение суда первой инстанции и признать и привести в исполнение арбитражное решение в части. В результате истцу удалось взыскать всего около 22 млн из изначально заявленной суммы, составлявшей почти 76 млн российских рублей.

Постановление суда доступно по ссылке.

Верховный суд Польши указал, что с учетом обстоятельств конкретного дела арбитражную оговорку можно признать неисполнимой в случае неплатежеспособности стороны спора

Истец (физическое лицо из Польши) обратился в Районный суд в Варшаве с иском к ответчику из Люксембурга. Поскольку ответчик сослался на арбитражную оговорку, Районный суд отказал в рассмотрении спора. При этом суд отклонил доводы истца о недостаточности у него средств на оплату арбитражных расходов.

Апелляционный суд Варшавы подтвердил позицию нижестоящего суда и указал на действительность арбитражного соглашения между сторонами спора. При этом суд отклонил ссылку истца на то, что отсутствие средств на ведение арбитража ведет к недействительности или неисполнимости арбитражного соглашения. По мнению Апелляционного суда Варшавы, риски, связанные с неоплатой арбитражных расходов, лежат в зоне ответственности сторон арбитража. Кроме того, суд указал на возможность альтернативных способов финансирования арбитража, включая финансирование арбитража третьими лицами.

Позднее дело дошло до Верховного суда Польши, который пришел к следующим выводам:

🔹 С учетом п. 1 ст. 6 Европейской конвенции о правах человека 1950 года и ст. 47 Хартии ЕС об основных правах 2000 года «объективная финансовая неспособность» нести арбитражные расходы сама по себе не ведет к недействительности арбитражного соглашения по смыслу п. 2 ст. 1168 Гражданского процессуального кодекса Польши (ГПК Польши). Тем не менее, такая «объективная финансовая невозможность» может привести к неисполнимости арбитражного соглашения по смыслу ст. 1165 ГПК Польши.

🔸 Изъятие спора из юрисдикции государственных судов – проявление автономии воли сторон. Однако такое проявление автономии воли ограничено базовым правом на доступ к правосудию. Заключение арбитражного соглашения не является отказом от права на судебную защиту в государственных судах. Скорее арбитражное соглашение предоставляет альтернативный механизм разрешения споров, обеспечивающий защиту прав, эквивалентную защите в государственном суде.

🔹 Арбитражные расходы, включая расходы на оплату юристов, могут служить объективным препятствием в доступе к арбитражу. С одной стороны, нельзя исключать возможность улучшения финансовой ситуации стороны спора. С другой стороны, невозможность оплаты расходов может стать перманентным ограничением в доступе к защите прав. Стоит различать также финансовое положение физического лица (как в настоящем деле) и юридического лица. В этом контексте отказ в рассмотрении требования только по причине того, что неплатежеспособная сторона не может нести арбитражные расходы и, например, поэтому инициировать арбитраж, приравнивается к лишению стороны права на судебную защиту.

🔸 При этом неисполнимость арбитражного соглашения основывается не столько на самом факте невозможности стороны оплатить арбитражные расходы. Для признания арбитражного соглашения неисполнимым невозможность оплатить расходы в каждом конкретном деле должна быть неустранимым препятствием в доступе к арбитражу по смыслу применимых правил арбитража. Суд учитывал, что существуют арбитражные правила, которые, например, позволяют другой стороне спора принять меры, чтобы сохранить арбитражное соглашение, позволяют арбитражному центру временно принять расходы на себя или иным способом снизить эффект последствий неплатежеспособности стороны арбитражного соглашения.

С учетом указанных выводов Верховный суд Польши признал арбитражную оговорку неисполнимой.

С комментариями на английском языке к этому делу можно ознакомиться здесь и здесь.

⚖ Арбитражный суд города Москвы отказал в признании и приведении в исполнение иностранного судебного решения по причине уведомления о процессе не по адресу ЕГРЮЛ

Верховный суд Узбекистана направил в Арбитражный суд города Москвы ходатайство о признании и приведении в исполнение решения Ташкентского областного суда Узбекистана в части взыскания с ООО «Болатекс» (ответчик) государственной пошлины в бюджет государства.

Арбитражный суд города Москвы исследовал обстоятельства дела и посчитал, что в нем отсутствовали доказательства надлежащего уведомления ответчика. В частности, суд указал на следующие обстоятельства:

🔹 чтобы иностранное судебное решение порождало права и обязанности у лиц на территории России, оно должно пройти процедуру экзекватуры («быть легализовано») в компетентном российском суде;

🔸 признание и приведение в исполнение решений компетентных судов государств-участников СНГ осуществляется на основании Соглашения о порядке разрешения споров, связанных с осуществлением хозяйственной деятельности, от 20.03.1992 (Киевское соглашение);

🔹 п. 3 ч. 3 ст. 242 АПК РФ требует приложить к заявлению о признании и приведении в исполнение иностранного решения доказательства того, что должник был надлежащим образом извещен о разбирательстве в иностранном суде;

🔸 п. 7 ч. 1 ст. 244 АПК РФ закрепляет правило о том, что российский суд может отказать в признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений, если это противоречило бы публичному порядку Российской Федерации;

🔹 иностранный суд направил уведомления ответчику не по тому адресу, который содержался в ЕГРЮЛ. При этом данные в ЕГРЮЛ доступны публично, следовательно, как истец, так и суд могли свободно обратиться к сведениям об ответчике в ЕГРЮЛ и узнать его адрес регистрации. Таким образом, истец не приложил достаточных усилий по уведомлению ответчика.

Поскольку суд установил, что ответчик был ненадлежащим образом извещен о процессе, суд отказался в признании и приведение в исполнение решение иностранного суда.

Определение суда доступно по ссылке.