ПОЛНАЯ СОВМЕСТИМОСТЬ

Мой друг Андрей Фунт, вспоминая прошедшие четверть века, подметил одну вещь, которая мне очень запомнилась. Он сказал: "к 2018-му ваш плейлист может состоять из одних только русских исполнителей, и вы ничего не потеряете".

Дело вкуса, конечно, можно соглашаться или нет, но это очень точное замечание. Где-то мы все ещё копируем западные образцы, где-то уже изобретаем своё, но в целом по качеству звука и музыки наши группы от ихних уже неотличимы, а по текстам — в любом случае ближе и понятнее отечественному слушателю.

Так вот, к 2026 то же самое можно констатировать и про сериалы. Нет, мы, конечно, используем драматургические каноны и ходы из арсенала Нетфликса, куда ж без них. Но когда в нулевых и десятых нам показывали кино про Москву и москвичей, то казалось, что на экране такой малобюджетный Нью-Йорк, а герои — американцы, хреново переозвученные на русский.

"Полная совместимость", по форме и по драматургии на первый взгляд —  тоже медицинский процедурал вполне американского образца. Главная героиня (Мария Лисова) — молодая, талантливая , принципиальная и крайне неуживчивая девушка-врач, приезжает после института трудиться в ординатуре куда-то в глушь, в отделение трансплантологии. С порога, с двух ног влетает в конфликт. Тут тебе и симпатичный, но подбухивающий и потерявший интерес к работе хирург, и санитарки, с недоверием глядящие на столичную фифу, и молодой мент, получивший смертельную травму — мозг умер, а органы вполне годятся для пересадки больным пациентам. И главврач (неожиданное и весьма убедительное амплуа Певцова), который почему-то сразу очень жесток к новенькой, и с которым эту новенькую, как постоянно намекают авторы, связывает какая-то давняя история. Ну и идеально голивудская завязка: нужно довезти и пересадить органы, пациенты ждут, на счету каждая минута, а на пути у героев — целый ворох препятствий.

Всё по канону, и даже несколько "в лоб". Но, как учили нас драматурги, выбор места решает ничуть не меньше, чем выбор главного героя вместе с его внутренними и внешними конфликтами. Действие происходит в вымышленном городе Заполярске, но на вполне реальном русском Севере. Бесконечное белое безмолвие, тропинки, проложенные в сугробах выше человеческого роста, остовы занесённых, брошенных, сожжённых машин по дороге из одного города в другой. Белые полярные совы, которые, как известно, не то, чем кажутся. Местный фольклор, согласно которому человек, умирая, переходит границу между мирами, похожую на зеркало, где эти миры отражаются один в другом. Шаманка, якуты в мехах, передвигающиеся на огромных джипах с оленьими рогами на крышах. Метель, сквозь которую герои везут заветные органы для пересадки, и то вязнут, то греют двигатель горящей покрышкой. И всё это — не экзотика ради экзотики, а органичные части сюжета. И уже забываешь про Нетфликс, будь он неладен. А вспоминаешь наше, родное: "Записки врача" Булгакова, "Капитанскую дочку" (главу про буран) Пушкина. Это русское кино, которое смотришь — и любишь эти снега, эту ледяную красоту.

Где-то авторы жертвуют правдоподобием конфликтов ради динамики, но надо признать, добиваются своего — две серии смотрятся на одном дыхании. Главные препятствия пройдены, загадки — остаются. Что там у героини с главврачом? Выживут ли пациенты? Что знает шаманка, и что же, чёрт возьми, за совы? Будем смотреть дальше.