На свете нет ничего, что не могло бы быть китайцу едой, еврею фамилией, и чего бы не спиздил хохол.

Да, на скрине — история о том, как хохол украл неразорвавшуюся ФАБ. Доброе утро.

30 лет газете "Лимонка". Меня больше всего поражают в списке авторов — ЯРОСЛАВ МОГУТИН И ЛЕНЯ ГОЛУБКОВ, причём буквально через запятую.

Олды оценят, зумерам — гугл в помощь. А газету — с юбилеем!

https://xn--r1a.website/adirect/23001

Вчера вышел номер "Литературной газеты" с моей рецензией на секисовский "Курорт". И вчера же, как оказалось, у Секисова был день рождения. Не думаю, что в газете специально подгадывали, и надеюсь, что никто никому праздник не испортил) Итак,

...Итак, главный герой повести Митя – сотрудник московской газеты либерального направления («не крайнего, но того направления, которого держалось большинство» – нет, это цитата не из «Курорта») 37 лет от роду – после объявления мобилизации берёт на последние сбережения билет во Владикавказ, переходит через Верхний Ларс и оказывается в Грузии. Он живёт в курортном городке на берегу Чёрного моря в окружении других релокантов и зарабатывает на жизнь тем, что от имени вебкам-модели переписывается с её клиентами.

В тексте множество раз упоминаются дикпики этих клиентов, которые Митя по долгу службы вынужден рассматривать и нахваливать. Это, да ещё два ярких эпизода с грузинами — в одном из которых грузины «ласково трогают Митю за живот, будто беременную жену», а в другом некий грузинский доктор «резко и глубоко входит Мите пальцем в анус» — придают повести неуловимый гомоэротический фон. Впрочем, легко возбуждающихся защитников традиционных ценностей просят не беспокоиться — этот фон именно что неуловимый, куда важнее тут то, что и улавливать-то не надо, потому что оно бросается в глаза: повесть носит эксгибиционистский и мазохистский характер...

Читать целиком.

«Вопрос о членстве в Евросоюзе поставлен на паузу до 2028 года, чтобы исключить любые возможности дальнейшего нанесения репутационного ущерба Грузии и манипуляций со стороны Брюсселя»

Вот и хорошо. Грузины — мудрый народ. Куда более мудрый, нежели те, кто решил, что пока Россия занимается украинским вопросом, можно выскочить из объятий империи, чтобы сразу запрыгнуть в другие. Стать еще одной звездочкой на синем флаге. Хохлы, если что, тоже так думали.

О язычестве и неоязычестве.

Неоязычников сейчас атакуют по всем фронтам. Вот и Патриарх сказал, что язычество равно нацизму. Не будем спорить с церковью, одна из ее задач — охранять свою веру. Просто давайте признаем факт — интерес к этой теме есть, и он глобален. А я внезапно нашел ответ на вопрос "почему" — в фантастической литературе.

Когда читаешь фантастику конца 20 века, постоянно удивляешься, как точно писатели предчувствовали наш 21 век в одних его проявлениях, и как совершенно "проглядели" другие. Понятие "киберпространства" ввел Гибсон в 1982 году — когда пользовательский интернет только-только делал первые шаги. В его романах есть киберпреступники, "ковбои" (прообраз хакеров), а также очень верное понимание того, что в будущем "реальная жизнь" станет уделом богатых, в то время как бедные будут довольствоваться цифровыми имитациями.

Всё так — но при этом герои звонят друг другу по таксофону, а новости читают с распечаток, "факсов". Современному читателю совершенно непонятно — как можно было, предвидя всемирную сеть, не предвидеть ее постоянную доступность. Это же нетрудно: сложить два и два, "матрицу" и радио. Почему они этого не сделали?

Если вглядываться в образ "матрицы" дальше, видна еще одна общая черта. Момент "подключения" к ней всегда описывается как покидание душой тела. Человек лежит неподвижно, подсоединенный к проводкам — а сознание его путешествует где-то в цифровых мирах. Всегда есть момент "перехода": ты либо здесь, либо там. Это — христианское представление об устройстве вселенной, где между землей и небом, между мирским и божественным лежит чёткая граница. Идея "матрицы" — она вообще очень религиозная, киберпространство — это обитель чистого духа, тот самый Бог, который постоянно познает самое Себя.

Но мы, живущие во времена, описанные фантастами, знаем, что вышло всё совсем не так. В матрице мы с вами уже живем, но живем частично, на полшишечки. Нет никакого перехода, никакого щелчка, выходя в "киберпространство", не обязательно оставлять тело недвижно лежащим. "Там" и "здесь" органично переплетено и чем дальше, тем больше будет переплетаться. А это больше соответствует языческому представлению о том, что боги и духи живут рядом с нами, и грань между нами и ими зыбка и условна.

Это — не текст в защиту язычества, но констатация факта: "примитивное" понимание мира внезаппно стало более актуальным. С этим придётся разбираться нынешним боговсловам, и просто запретить — нет, не получится.

Что касается Алеппо. Турки нам никогда не были друзьями. И пока не будет креста на Софии, русскому человеку нечего делать в этой поганой Турции.

Я тоже был на премьере этого фильма. Там в начале показана работа разведки: мужики идут по полю, где недавно был бой. Поломанные, сожженные деревья, остатки техники, развороченное железнодорожное полотно. Везде мины — надо идти медленно, след-в-след. По стандартам современного кино — никак не экшен-сцена, несмотря на периодически грохот и довольно близко ложащиеся снаряды. Но я залип на нее, потому что вспомнил.

Пески, 22 год, наши войска только что взяли этот населенный пункт, хотя по факту — серая зона. И мы точно также идём, и тоже никакого экшена нет — но в воздухе электричество, и сама земля как будто напряжена, и какдый шорох слышен, и так сильно пахнет трава, и горячий металл, и ощущение, будто ты ступил на поверхность Луны, или никогда, никем не обитаемого острова, и теперь открываешь его — первым из людей.

И уже на экране автор фильма спрашивает у бойца, за которым идёт: "а здесь всегда так охуенно?". И зал смеется — две трети мест занимают бойцы, и, наверное, тоже вспоминают, как в первый раз оказались на войне.

Автор, репортер RT, после этих съемок подпишет контракт с "Эспаньолой", уйдет воевать и погибнет, кажется, под Часовым Яром. Узнав, каково это — "идти по алмазной ржи". По только что отвоеванной у врага земле.

В раннеперестроечном детстве меня водили на утренний спектакль по мотивам "Кота Леопольда". Сценарий к нему писал, скорее всего, какой-то малоталантливый поклонник Берроуза, которому был навсегда заказан путь на большую сцену. Там мыши пытались украсть у профессора Забодай Бодайло Козлодоева Озверин, чтобы отомстить Леопольду, но перепутали пробирки и приняли Отшибин, после чего у их начался натуральный трип.

Так вот, мыши там представлялись: Мыш Серый, сокращенно Сэм, и Мыш белый, Бэм. Да-да, американская пропаганда уже тогда настойчиво проникала в неокрепшие умы. Вместе с Отшибином.

Кто не в курсе, Артемьев — пионер электронной музыки. Не только советской, но и мировой.

Немцы из группы Kraftwerk стали мировыми звёздами, создав себе имидж музыкантов-физиков, музыкантов-учёных: Ich bin ein Musikant mit Taschenrechner in der Hand. Но этим самым музыкантом с калькулятором задолго до них стал Артемьев — выпускник консерватории, затем сотрудник НИИ, затем соавтор одного из первых в мире синтезаторов, фотоэлектронного АНС.

Он создатель электронных звуковых галактик. Музыкального космоса.

И да, Артемьев в 2019-м ездил в Донецк. Так что если кто и заслуживает персональной выставки, то, конечно, он.

Удивительным образом, капиталист на плакате с текстом Демьяна Бедного оказался похож на самого Демьяна.

Это кит, говорят.
        Возможно и так.
Вроде рыбьего Бедного —
            обхвата в три.
Только у Демьяна
         усы наружу,
               а у кита
внутри.

https://xn--r1a.website/dva_vozdja/4316

Чернорусы и черноруски

https://xn--r1a.website/afric_ylbIbka/8421

Что касается Грузии. Даже самый организованный протест не победит даже совсем слабое государство.

У государства неизмеримо больше возможностей и монополия на насилие — даже если у протестующих в руках оружие. Государство может и должно защищать себя. Протесты «легитимны», пока они не переходят в насильственную фазу — с этого момента государство может давить их совершенно законно, и у него есть для этого все возможности.

Белоруссия показала, что если государство не испугалось, то количество протестующих не имеет вообще никакого значения. Государство может проиграть, только если оно решит сдаться.

Так что грузинской полиции и армии — сил и твердости. А грузинам — просто посмотрите на Украину. Оно вам надо?