В начале 2000-х нейробиологи Университетского колледжа Лондона несколько лет изучали память лондонских таксистов — людей, обязанных наизусть знать около 25 000 улиц, тысячи перекрёстков и маршрутов города. Экзамен «The Knowledge» считается одним из самых сложных в мире и занимает в среднем 3–4 года подготовки.

Исследователи сравнили МРТ мозга таксистов и людей без такой тренировки. Выяснилось, что у водителей задняя часть гиппокампа — зоны, отвечающей за пространственную и эпизодическую память — была значительно развитее.

Ключевой момент: это изменение не было врождённым. У новичков, только начавших обучение, таких различий не наблюдалось. Структура мозга менялась в процессе системной тренировки памяти, по мере того как информация организовывалась в маршруты, связи и устойчивые образы.

Этот случай стал одним из самых убедительных доказательств того, что память — не фиксированное качество, а навык, который перестраивает мышление и даже физиологию мозга.

Таксисты не «зубрили» город, они выстраивали логичную и легко воспроизводимую систему хранения.

Именно этот принцип лежит в основе курса «Вспомнить всё» в Orator Club.
Не зубрежка, а структурирование, кодирование и извлечение информации.

Потому что хорошая память — это не количество, а архитектура.

27 января 1944 года в ходе операции «Январский гром» войсками Ленинградского и Волховского фронтов была окончательно снята 900-дневная блокада Ленинграда — самая жестокая в мировой истории. За время блокады погибли по разным данным, от 300 тысяч до 1,5 миллиона человек.

Нам, живущим сейчас в сытости и комфорте, невозможно описать то страшное время – обратимся к воспоминаниям блокадников:

Первым умер от голода мой родной брат Леня — ему было 3 года. Мама на саночках отвезла его на кладбище, захоронила в снегу. Через неделю пошла на кладбище, но там валялись лишь его останки – все мягкие места были вырезаны. Его съели. (Грязнова В.В.)

Морозы достигали 40 градусов, а не было ни дров, ни угля. Съедено было все: и кожаные ремни, и подметки, в городе не осталось ни одной кошки или собаки...Трупы уже перестали убирать, их просто заносило снегом (Алешин Е.В.)

Из клея варили студень, в доме остался перец, лавровый лист, и это все добавляли в клей. (Бриллиантова О.Н).

Весна. Можно есть листья деревьев. Мы проворачиваем их через мясорубку и лепим лепешки. У нас пухнут животы (Аксенова ТР).

Не задумываясь, ехали на рытье окопов. Дети, с 5-го по 10-й классы. Никто никого не заставлял. Это было святое — для Родины. (Залесская В. М.).

Анальные пробки изначально продавались как чудодейственное средство от головных болей, прыщей и психических расстройств.

В XIX веке они назывались «ректальными расширителями доктора Янга». Их использовали в медицине для лечения самых разных болезней.

По словам самого доктора Янга, этот инструмент для расширения прямой кишки может вылечить сумасшествие. Причем 3 из 4 пациентов с этим психическим расстройством сообщили, что устройство вылечило их после нескольких недель использования.

Доктор Янг утверждал, что ректальный расширитель также устраняет неприятный запах изо рта, угри, анемию, бессонницу, анорексию, головные боли, диарею, геморрой, расстройство желудка, нервозность, раздражительность и другие недуги.

А доктор был затейником...

27 января 1929 года состоялся первый в истории России конкурс красоты "Мисс Россия". Правда, прошел он в Париже, и в состав его участников и жюри входили эмигранты,  но всё же руссияне.

В состав жюри вошли Иван Бунин, Константин Коровин, Александр Бенуа, Серж Лифарь.

Победила 18-летняя Валентина Остерман из Ростова. Правда, уже через день ее дисквалифицировали, поскольку выяснилось, что она была не беженкой с «нансеновским» паспортом, а гражданкой Германии, что не соответствовало условиям конкурса.

В итоге титул первой в истории Мисс России перешел 16-летней Ирине Левитской из французского Медона. Девушка бежала из России в 8 лет, окончила школу при католическом монастыре. «Из меня хотели сделать монахиню, а вышла «Мисс Россия» , - говорила Ирина.

Она отказалась подписывать предложенный ей одной из киностудий контракт и занялась живописью.

На снимках: слева - Остерман, справа - Левитская.

Во время блокады Ленинграда в окружении оказался и единственный в стране Монетный двор — это привело к дефициту медалей "За отвагу" и "За боевые заслуги" на фронтах (Монетный двор работал в эвакуации но не справлялся).

Было решено восстановить Монетный двор в Москве

Часы Судного дня, показывающие время до ядерного Апокалипсиса, придумал химик Евгений Исаакович Рабинович - дважды эмигрант, вначале бежавший из молодой советской республики в Германию, а после из-за Гитлера - в США.

В 1939 году Рабинович (по словам самого Эйнштейна) был соавтором его письма Рузвельту о необходимости создать ядерное оружие - ибо Гитлер близок к его получению.
В 1945 году именно вариант текста Рабиновича лег в основу "Доклада Франка" - обращения ядерщиков к властям США с просьбой не проводить атомные бомбардировки японских городов, а "бахнуть бомбу" в безлюдном месте, чтобы показать ее мощь и силу. Как мы знаем, Штаты доклад проигнорировали и ударили по Хиросиме и Нагасаки - после чего боящийся видения "пылающих небоскребов" Рабинович создал и возглавил "Бюллетень учёных-атомщиков", где придумал те самые "Часы судного дня".

Как отмечают историки, из-за того, что Рабинович был антисоветчиком, он сам "сдвигал" стрелки вперед (и заповедовал последователям) именно в связи с военной и политической активностью СССР (и нынешней России). К примеру, самое далекое от полуночи значение Часов было в 1991-м году - когда СССР попросту прекратил свое существование, а в 2007 году после "Мюнхенской речи" Путина стрелки "полетели" аж на две минуты вперед.

Кстати, во время Карибского кризиса команда Часов Судного дня... просто не успела быстро собраться, договориться и перевести стрелки часов - это показало их "эффективность" в отображении" кризисов.

Сейчас, в связи с конфликтом на Украине и участии в нём (косвенном и уже прямом) ядерных держав, стрелки часов переведены на рекордные "85 секунд до полуночи".

28 января 1741 года родилась Наталия Петровна Голицына - фрейлина «при пяти императорах», прототип графини в пушкинской «Пиковой даме».

Дочь графа П.Г. Чернышева вышла замуж за князя Владимира Голицына и немедленно подчинила его своей воле. Энергичная и умная, она создала себе такое положение, что ей оказывали внимание все государи и государыни, начиная с Екатерины II и кончая Николаем I.

С возрастом она стала дурна собой, имела большие усы и бороду. Именно этот образ ветхой старухи, обладавшей отталкивающей внешностью «в сочетании с острым умом и царственной надменностью», и возникал в воображении первых читателей «Пиковой дамы».

Согласно легенде, внучатый племянник Голицыной, князь Сергей Григорьевич Голицын-Фирс, рассказывал Пушкину, что однажды начисто проигрался в карты, в отчаянье бросился к Голицыной с мольбой о помощи. Наталье Петровне была известна тайна трёх карт — тройки, семерки и туза. Если верить фольклору, он тут же отыгрался. В Петербурге Голицыну иначе как «Пиковой дамой» не называли

Сын Наталии Петровны - Дмитрий Владимирович - был военным губернатором Москвы - а его прапраправнук - Габриель Атталь - недолго был премьер-министром Франции в наши дни

30 лет назад, 28 января 1996 года, скончался русский поэт и лауреат Нобелевской премии по литературе 1987 года Иосиф Бродский

В России смерть великого поэта всегда становится концом большой эпохи. С Пушкиным умер русский ампир — гармония, ещё не порушенная славянофильством и западничеством. С Блоком закончился петербургский период русской истории, с Ахматовой — советская культура, из Петербурга выросшая. Ахматова считала себя последней. Она писала: «И казалось, что после конца//Никогда ничего не бывает.//Кто же бродит там у крыльца//И по имени нас окликает?»

Как Вознесенский и Евтушенко, с одной стороны, или Рейн и Кушнер, с другой, Бродский пришел «после конца», но в отличие от всех своих современников сразу осознал это. Он не рвался в новые дали, как это было повсеместно принято в начале 60-х. Он стал бродить у крыльца и окликать ушедших по имени.

Его поэзию принято делить на периоды, противопоставляя «непосредственную» раннюю лирику — «поздней» культурологической. Это — наивно. Он с самого начала, с первых же строк, с «Рождественского романса» стал собирать и музеифицировать останки. Его поэзия — это растянутая на несколько томов грандиозная выставка экспонатов культуры, своего рода музей мадам Тюссо, в котором мертвецы стоят в обнимку с особняками.

Его отъезд из России, как известно, был вынужденным, но со временем стало понятно, что советская власть ничуть не определила, скорее исполнила волю поэта. Он уже все каталогизировал в России и поехал собирать камни Европы — в Рим и Византию. «Ни страны, ни погоста//Не хочу выбирать.//На Васильевский остров//Я приду умирать» — это знаменитое пророчество лишь кажется несбывшимся. Конечно, оно осуществилось, в том смысле, что Васильевский остров для Бродского менее всего топографическая дата, а смерть Петербурга как свою собственную он описывал десятки раз. И возвращаться ему было некуда и незачем.

Он был последним русским поэтом, для которого поэзия и культура были абсолютно тождественны, и первым, кто сделал из этого свою тему. И в одном ряду с Тютчевым, Блоком, Мандельштамом и Ахматовой из всех поэтов «после конца» оказался только он — потому что сам себя туда поставил.

«Коммерсантъ daily», 30 января 1996 года

28 января 1820 года русская кругосветная экспедиция на шлюпах «Восток» и «Мирный» под командованием капитана 2-го ранга Фаддея Фаддеевича Беллинсгаузена и лейтенанта Михаила Петровича Лазарева открыла шестой континент Земли – Антарктиду.

Это географическое открытие стало одним из величайших достижений в истории человечества и венцом эпохи великих русских морских экспедиций.

Экспедиция вышла из Кронштадта 16 июля 1819 года. Шлюпом «Восток» командовал Беллинсгаузен, осуществлявший общее руководство, шлюпом «Мирный» – Лазарев. Оба судна не были приспособлены к плаванию во льдах, что делало предприятие крайне опасным. Общая численность экипажей составляла 190 человек.
После длительного перехода через Атлантику, остановки в Рио-де-Жанейро и исследования южных морей, 16 января 1820 года впервые показался край шельфового ледника, впоследствии получившего имя Беллинсгаузена.

Экспедиция дважды совершила полное плавание вокруг Антарктиды, неоднократно пересекая Южный полярный круг и максимально приближаясь к берегам материка. Было открыто 29 островов, в том числе острова, названные в честь побед Русской армии в Отечественной войне 1812 года – остров Бородино, остров Малоярославец, остров Смоленск, а также в честь адмиралов и офицеров флота.

Поход длился 751 день. Корабли прошли около 50 тысяч миль – расстояние, более чем в два раза превышающее длину экватора.
24 июля 1821 года шлюпы вернулись в Кронштадт.

Беллинсгаузен впоследствии опубликовал фундаментальный труд «Двукратные изыскания в Южном Ледовитом океане и плавание вокруг света» (1831), содержащий первые зарисовки антарктических пейзажей и описание местной фауны.

В 1938 году в Нью-Йорке произошло событие, которое долго оставалось почти незамеченным. Актёрская студия Group Theatre, где преподавал Ли Страсберг, распалась из-за внутреннего конфликта — актёры не могли договориться, что важнее: строгая внешняя форма или личное переживание на сцене.

После распада часть труппы ушла в кино и принесла с собой метод работы с внутренним опытом. Уже через несколько лет именно эти актёры — выпускники студии Страсберга — стали лицом нового голливудского реализма. Марлон Брандо, Монтгомери Клифт и позже Аль Пачино демонстрировали на экране непривычную для своего времени «некрасивую», неровную, но абсолютно живую игру.

Почти парадоксально, но в это же десятилетие в СССР был запрещён театр Всеволода Мейерхольда, а сам режиссёр арестован. Его биомеханика считалась формалистской и опасной, хотя именно она давала актёру точный инструмент управления телом и вниманием.

Исторический факт в том, что оба подхода — и метод Страсберга, и система Мейерхольда — были радикальными именно потому, что вскрывали механику творчества, а не оставляли актёрскую игру на уровне «таланта».

Для истории театра и кино это был момент перелома: актёр перестал быть исполнителем роли и стал соавтором формы и смысла.

На этом соединении и построена «Творческая лаборатория» в Orator Club — работа с переживанием по Страсбергу и структурой по Мейерхольду как единым инструментом современного актёра и мыслителя.