Вчера я задал ряд вопросов Уполномоченному по правам человека Чеченской республики Мансуру Солтаеву. Из-за смонтированного видео со звонком, якобы, в спецприемник, где, якобы, находится моя мама.

Сегодня мой брат Байсангур попробовал самостоятельно дозвониться и задать сотрудникам спецприемника интересующие нас вопросы. Но, вот незадача, официальные номера спецприемника, указанные на сайте МВД ЧР, не работают. Либо на другой стороне отвечают, что это номер служб ЖКХ.

Вся эта история разогревает сомнения, что наша мать на самом деле находится в спецприемнике. Кому на самом деле звонил Солтаев? Почему обычный смертный не может дозвониться до спецприемника? Вопросы, заданные мною вчера, остаются актуальными, и я все еще жду на них ответы.

Навальный Live выпустили фильм, в котором задается совершенно обоснованный вопрос: Почему Кремль боится Кадырова?

Мое мнение неизменно. Я считаю, что настоящие преступники — это кадыровцы во главе с самим Рамзаном Кадыровым. Это он отдает приказы по осуществлению похищений и пыток с последующим оправданием преступных действий на территории России.

Меня периодически спрашивают, получаем ли мы какую-то поддержку со стороны. Так вот, тут Государственный департамент США призвал российские федеральные власти освободить мою маму.

Помимо прочего, он требует, чтобы все лица, причастные к продолжительным нарушениям прав человека в Чечне, были привлечены к ответственности, в соответствии с законодательством России.

Вдобавок напомню, что ЕСПЧ обязал Россию ответить на вопросы, касаемо похищения и удержания моей матери, до 7 февраля.

Так что, да, мы получаем поддержку со стороны. Что, как мне кажется, говорит о том, что правда и здравомыслие на нашей стороне.

Итак. Мансур Солтаев, Уполномоченный по правам человека Чечни, все же посетил спецприемник. ЧГТРК показали, что мама действительно там находится. На момент съемки, почему-то, в ночное время. Когда человечество спит, и моя мать, в том числе, должна отдыхать.

Будто по моему списку вопросов, Солтаев показал маму живой, убедился, что ей дают инсулин и позволяют соблюдать диету. Правда, тонкостей диеты диабетика нам не объяснили.

Но все еще непонятно:
— «Почему вы не допускаете к Мусаевой адвокатов»?
— «Почему начальство спец.приемника не отказало от помещения Заремы в камеру»? Я напомню, что закон запрещает заключение и содержание в спец.приемнике диабетиков по административным правонарушениям.

И у меня возник еще один вопрос: Почему вы не взяли комментарий у матери? Почему ей не протянули красно-зеленый микрофон и не дали высказаться? Вдруг у нее есть жалобы? Фельдшер не может говорить за нее. Но, почему-то, говорит.

2018 год повторился.

Напомню, что такой же репортаж в 2018 году ЧГТРК снимали и с моим братом Ибрагимом, которому не хотели оказывать медицинскую помощь в СИЗО.

Но по итогам наших звонков и заявлений в правоохранительные органы нам удалось не только добиться увольнения Глав.врача медико-санитарной части СИЗО за халатность и бездействие, но и спасти жизнь Ибрагиму, который умирал от разрыва аппендикса.

История нашей семьи и личной трагедии брата с подробностями о пытках в Чечне от Новой Газеты

Не молчите, когда вас едят враги.

Адвокатов не пускают в спецприемник в Грозном, где находится Зарема Мусаева.

Прямо сейчас местные сотрудники ссылаются на карантин и «вызов начальства». Это продолжается более часа. Звонки в дежурную часть сбрасывают сразу после того, как слышат фамилию «Мусаева». При этом вчера уполномоченный по правам человека в Чечне туда попасть смог, общаясь с местным врачом без маски.

А глава СПЧ Фадеев заявил, что Мусаеву могут навестить прокурор, адвокат и члены общественной наблюдательной комиссии. В реальности — это не так. «Комитет против пыток» подал жалобу на её содержание, предоставив медицинские документы Заремы Мусаевой. У женщины диабет 2-го типа с осложнениями, это заболевание входит в перечень болезней, при которых арест недопустим. А значит она должна быть немедленно освобождена.

‼️ Зарема Мусаева отказалась от услуг адвоката

Сегодня группу адвокатов не допустили в спрецприемник к Зареме Мусаевой, сославшись на карантин и «вызов начальства».
⠀
Через 2 часа ожидания у закрытых дверей к адвокатам подъехал Хусейн Айдамиров, замначальника полиции МВД ЧР по охране общественного порядка. Он показал заявление, якобы написанное Заремой Мусаевой.

В нём сообщается, что в настоящее время Мусаева имеет «реальную возможность воспользоваться услугами защитника Александра Немова» и что её права ей разъяснены, далее по тексту: «в услугах не нуждаюсь».
⠀
Также в заявлении говорится, что по состоянию здоровья Зарема отказывается принимать участие в каких-либо процессуальных или иных действиях.

На фото представленное заявление.
⠀
❗️Комитет против пыток не видит причин, по которым насильственно доставленная и якобы совершившая административное правонарушение женщина захотела отказаться от услуг защитника. Мы не раз были свидетелями подобных случаев, когда на обвиняемого оказывалось давление.

Глава СПЧ Валерий Фадеев направил письмо Генеральному прокурору РФ Игорю Краснову с просьбой проверить информацию о недопуске адвоката к моей маме.

Рассказал, почему то, что называют «отказом от адвоката», не имеет юридической силы.

Более того, дополню, что в судебной практике подобные случаи уже рассматривались. Суд признавал, что адвокат имеет право пройти к своему доверителю для удостоверения и консультации даже при наличии полного отказа от адвокатских услуг.

❗️В Грозном моих друзей вызвали в отделы полиции, чтобы узнать, держат ли они со мной связь

Я узнал от знакомых, что полицейские вызвали несколько моих одноклассников и одногруппников. С какой конкретно целью — непонятно, но я подозреваю, что с них спрашивали мою характеристику или пытались запугать, чтобы они сказали какую-то информацию обо мне.

Практика показывает, что во время таких вот «вызовов» у людей проверяют телефоны. Я предполагаю, что полицейские будут пытаться выяснить, держат ли мои близкие связь со мной.

Не знаю, насколько сотрудникам полиции интересно знать, в какие компьютерные игры я играю, или какие читаю книги. Не представляю, какую еще информацию они могли бы получить от людей, с которыми я если о чем-то и разговариваю, так это о наших интересах.

Сейчас местонахождение моих друзей неизвестно.

Дополню, что мои дяди, Сайд-Ахмед и Сайд-Эмин, все еще находятся в заложниках. Предположительно, их держат в Урус-Мартановском ОМВД. Но точной информации об этом у меня нет, как и о том, живы ли они вообще.

Ты находишься в замке дракона, но мы осаждаем его. Ты родила и воспитывала нас в войну. Какие бы злобные идеи ни посещали голову огромного ящера, мы не остановимся. Не останавливайся и ты. Ты сильная женщина, которую не сломить. Ты уже показала это всем.

Я обращаюсь к своей маме, Зареме Мусаевой. И прошу, чтобы люди, имеющие доступ к ней, показали ей это видео. Или дали послушать мой голос, по которому она, я уверен, скучает, как и мы — по ее.

Рамзан Кадыров о похищении моей мамы

Отмечу, что речь звучит из уст Главы субъекта России. Это отрывок из эфира, в котором Кадыров заявил, что в 2015 году забрал мою семью в свою резиденцию. В начале он сам признается, что плохо говорит на русском языке. Но, теперь признаюсь я, кажется, после этих слов я забыл чеченский.

С отрядом переводчиков мы попытались перевести, что сказал Рамзан Ахматович. Советовались и с лучшими филологами Российской Федерации, чтобы таки дословно перевести, что пытался сказать глава Чечни.

Вышло так. Рамзан заявляет, раз вы говорите, что я вашу мать похитил, ну тогда точно похитил. А вы все не мужчины, коли обвиняете меня в похищении. А дальше угрожает, что, если «мы не успокоимся», то он покажет, что еще может сделать. Правда, вот это вот «тогда» можно расценить и как условие, и как время.

И если бы это сказал какой-нибудь необразованный человек, без статуса чиновника, и, тем более, главы региона, то подобное можно было бы проигнорировать. Но, нет. Это говорит подчиненный Путина. «Ну раз вы говорите, что я плохой, тогда буду еще хуже».

Можно ли расценить этот разговор как прямое признание похищения моей мамы? Лично я — расцениваю. Я слышу его, признание и угрозы. Но как юрист понимаю, что оценку должны дать психологи-лингвисты. О чем я их и прошу.

Нашлись люди страшнее Басаева и Хаттаба. Кто это? Наша семья

В своем сегодняшнем обращении Кадыров заявил, что во время двух войн воевал против «таких, как мы». Бастардов, заявляющих, что Аллаха нет. Безбожников и «поддерживающих терроризм и экстремизм».

По закону, любого потенциального преступника, даже террориста, необходимо задержать. Установить, что он действительно причастен к терроризму, и вынести обвинительный приговор. Но не убивать. Что Кадыров завещает своим детям.

С его слов, мы хуже Басаева, поскольку он не говорил что бы то ни было против Устазов.

«Если Басаев — террорист, Хаттаб — террорист, то и мы — террористы».

Аргументация, конечно, железная. Но единственное, что я добавлю, так то, что моя мама все еще находится в заложниках у этого человека, а вместе с ней и двое моих дядь.

Хочу в Грозный на митинг против меня...

Наверное, вы хотите услышать мои комментарии касаемо происходящего?

Ну, а как это комментировать? Несколько дней власти Чечни рассылали сообщения чеченцам с требованием прийти на митинг. В аккаунтах социальных сетей представителей власти появились посты с проклятиями в сторону нашей семьи и конкретно меня.

Сейчас эти люди топчут наши фото. Жгут их. Машут идентичными, будто напечатанными в одной типографии, транспарантами с проклятиями.

Делают ли это люди по своей воле? Не уверен. Пугает ли это меня? Нет. Потому что знаю, что за показательной картинкой стоит иная правда. Что на самом деле народ поддерживает нас.

Эти две недели я получаю множество слов поддержки. Читаю положительные комментарии под моими интервью. И это сильнее «400 тысячного» митинга.

Что меня беспокоит больше, так то, что сегодня маме избрали меру пресечения в виде заключения под стражу. Вновь закрыв глаза на то, что это противозаконно. Что при ее заболевании держать ее под стражей нельзя.

Это происходит одновременно с публичной демонстрацией страха в центре Грозного. «Получайте, Янгулбаевы. Террористы и безбожники», — так, наверное, думает Кадыров, наблюдая за происходящим в эфире ЧГТРК. Пускай думает дальше. Пускай угрожают отрезанием голов и требованиями к другим государствам сдать нас России.

Что действительно важно — моя мать. Заложница этого страха. Она не должна быть там. Она должна быть дома с моим отцом в Нижнем Новгороде.

В подтверждение слов, что людей на митинг против нашей семьи «сгоняли».

Это написала моя знакомая, которая учится в ЧГУ. С ее слов, сотрудники университета, охранники, просто забрали всех парней с пар. Студенты даже не имели представления, что это за митинг. Против чего воюем? А оказалось, против меня.

Чеченские СМИ заявляют, что митинг — несанкционированный, то бишь стихийный. Это должно означать, что возник он по воле озлобленного народа. Но, как видим, далеко не все пришли туда добровольно.

Я увидел своего дядю, Сайд-Эмина, и безумно рад этому.

По сети разлетелся материал ЧГТРК, в котором мой дядя, которого похитили в прошлом году и о котором я до сегодняшнего дня ничего не слышал, якобы отрекается от меня. От «врага народа». Когда я смотрел это видео, то непроизвольно улыбался. Первая мысль, которая посетила мою голову: «Он жив».

Я знаю, что он не отречется от меня, так же, как и я — от него. Мы все любим и уважаем друг друга, и в сказанное в том видео я не верю. Потому что знаю Дугу, Сашку и ХазВашу. Они были для меня примерами, когда я взрослел.

Насчет моего отношения к религии. Я считаю, что это — личное дело каждого. И никто не имеет права лезть в душу и сердце человека. Лично я уважаю любого, кто искренне верит и исповедует веру. А не делает из этого «визитную карточку».

Всевышний сам решит, кто я и что со мной делать. Чего я достоин. Не позволяйте вводить себя в заблуждение. Не разрешайте манипулировать вами и вашим сознанием. Я открыт, и вы всегда можете спросить у меня про мое отношение к любым вопросам.

Хорошая новость: адвокаты «Комитета против пыток» все же смогли попасть к моей маме.

Плохая: мама плохо себя чувствует.

«Состояние здоровья у нее не очень, выглядит она не очень. Ей тяжело ходить, координация в пространстве у нее нарушена. Врачи к ней вроде как приходят, она сама говорит об этом, и мы разговаривали с руководством СИЗО — они говорят, что все необходимые меры принимают», — рассказали РБК мои коллеги из КПП.

Мама, как я и говорил раньше, отвергает свой «отказ» от адвокатов. Пресс-секретарь КПП Наталья Курекина рассказала «Соте», что на допросе мама потребовала адвоката КПП, которого ей выбрал я.

Я все еще хочу увидеть того участкового, который пострадал от рук матери. Его лицо, травмированное женщиной, больной диабетом, измученной дорогой из Нижнего Новгорода в Грозный.

Естественно, я все еще не верю и не буду верить, что она на самом деле «нанесла телесные повреждения в виде ссадины и раны левой скуловой области» этого человека.

Не каждый день из-за вас президент страны вызывает на ковер губернатора.