Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Документальный фильм о гении балета из Риги Михаиле Барышникове британского режиссёра Тони Кеша. Версия с русским переводом.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍5👎3
📸 Мемель в прошлом, Клайпеда в настоящем
Кстати, о Клайпеде. После включения в состав России в 1795 году Мемель не стал провинциальным захолустьем. Напротив, в XIX веке это был второй по грузообороту порт Прибалтики после Санкт-Петербурга.
Через него шёл массовый экспорт в Англию и другие страны: русское зерно, лён, пенька, лес. Город процветал на русском сырье и русском спросе на импортные товары (колониальные товары, уголь). Аристократия и купечество Санкт-Петербурга и Москвы держали здесь свои торговые конторы.
▶️ Город был глубоко интегрирован в экономическую систему Российской империи, что противоречит мифу о его исключительно «немецком» характере в этот период.
❕ Подпишитесь на @BalticBridge
Кстати, о Клайпеде. После включения в состав России в 1795 году Мемель не стал провинциальным захолустьем. Напротив, в XIX веке это был второй по грузообороту порт Прибалтики после Санкт-Петербурга.
Через него шёл массовый экспорт в Англию и другие страны: русское зерно, лён, пенька, лес. Город процветал на русском сырье и русском спросе на импортные товары (колониальные товары, уголь). Аристократия и купечество Санкт-Петербурга и Москвы держали здесь свои торговые конторы.
▶️ Город был глубоко интегрирован в экономическую систему Российской империи, что противоречит мифу о его исключительно «немецком» характере в этот период.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍10❤1👎1
Forwarded from Тени Прибалтики
🇱🇻 Уголовные дела как инструмент надзора: что стоит за реформой в Сейме
В Латвии обсуждается инициатива, способная изменить основы правовой системы. Выдвинутая правящими партиями, она способна окончательно превратить страну в полицейское государство.
Юридическая комиссия Сейма рассматривает вопрос: можно ли разрешить использовать материалы уголовных дел, включая записи прослушек и допросов, в административных и регуляторных процедурах. Формально — чтобы усилить борьбу с нарушениями. Фактически — чтобы создать сквозную систему надзора за гражданами и организациями, основанную на данных из уголовных дел.
1️⃣ Использование материалов вне уголовного суда
Сейчас информация, собранная в рамках уголовного преследования, может быть доказательством только в этом конкретном деле. Но предлагается разрешить её применение и в других юрисдикциях. Это значит:
▪️ Записи разговоров, сделанные в деле о взятке, могут использоваться для обвинений в ценовом сговоре.
▪️ Протокол допроса свидетеля — для аннулирования лицензии специалиста.
▪️ Переписка, изъятая в одном деле, — для административного штрафа в другом.
Уголовное дело — это процедура с чёткими рамками: презумпцией невиновности, правом на защиту, адвокатом, стандартами доказательства. Административное дело — это чаще всего внутренняя процедура госучреждения. Наказание может вынести комиссия или даже один чиновник. И тут никакой защиты, никакой презумпции нет.
2️⃣ Кто получит доступ к материалам
Обсуждается возможность открыть доступ к материалам уголовных дел сразу нескольким государственным структурам:
▪️ Налоговой службе — для аудитов и доначислений.
▪️ Совету по конкуренции— для расследования картельных сговоров.
▪️ Центру защиты прав потребителей — для мер против бизнеса.
▪️ Финансовой разведке — для блокировки активов.
▪️ Строительным, санитарным, природоохранным инспекциям — для санкций.
Эти органы смогут запрашивать и использовать материалы, собранные в уголовном процессе. Это включает прослушки, стенограммы, внутренние заключения. Причём — в ситуациях, не связанных с изначальным делом.
Если человек упоминается в телефонном разговоре другого, или обсуждается его поведение — это уже может стать основанием для действий. Он даже не обязан быть обвиняемым.
3️⃣ Автоматизация контроля: подключение ИИ
На заседании Юридической комиссии прозвучал и третий вариант: подключение искусственного интеллекта к массиву уголовных дел. ИИ сможет автоматически анализировать содержимое дел, выявляя возможные нарушения — налоговые, регуляторные, процедурные. Не для расследования, а передачи в другие инстанции для проверок.
Это значит, что система начнёт работать сама — на основе логики совпадений, ключевых слов и корреляций. Зафиксированная фраза, случайный контакт, упомянутое имя могут превратиться в сигнал для вмешательства, без учёта контекста и прав человека на защиту.
4️⃣ Что на кону
Речь не только о компаниях и политике. Речь о системе, в которой любой гражданин — юрист, преподаватель, журналист, предприниматель, родитель — может стать объектом надзора и санкций не по решению суда, а на основании данных, к которым он даже не имеет доступа.
Материалы уголовных дел — это концентрат власти. Если их открыть десяткам ведомств, если допустить их использование вне суда, если подключить к ним алгоритмы — границы между следствием, контролем и вмешательством сотрутся.
❗️ И это уже будет не государство закона, а государство тотального подозрения и контроля. Другими словами — диктатура, но с современным апгрейдом.
@tenipribaltiki
В Латвии обсуждается инициатива, способная изменить основы правовой системы. Выдвинутая правящими партиями, она способна окончательно превратить страну в полицейское государство.
Юридическая комиссия Сейма рассматривает вопрос: можно ли разрешить использовать материалы уголовных дел, включая записи прослушек и допросов, в административных и регуляторных процедурах. Формально — чтобы усилить борьбу с нарушениями. Фактически — чтобы создать сквозную систему надзора за гражданами и организациями, основанную на данных из уголовных дел.
Сейчас информация, собранная в рамках уголовного преследования, может быть доказательством только в этом конкретном деле. Но предлагается разрешить её применение и в других юрисдикциях. Это значит:
Уголовное дело — это процедура с чёткими рамками: презумпцией невиновности, правом на защиту, адвокатом, стандартами доказательства. Административное дело — это чаще всего внутренняя процедура госучреждения. Наказание может вынести комиссия или даже один чиновник. И тут никакой защиты, никакой презумпции нет.
Обсуждается возможность открыть доступ к материалам уголовных дел сразу нескольким государственным структурам:
Эти органы смогут запрашивать и использовать материалы, собранные в уголовном процессе. Это включает прослушки, стенограммы, внутренние заключения. Причём — в ситуациях, не связанных с изначальным делом.
Если человек упоминается в телефонном разговоре другого, или обсуждается его поведение — это уже может стать основанием для действий. Он даже не обязан быть обвиняемым.
На заседании Юридической комиссии прозвучал и третий вариант: подключение искусственного интеллекта к массиву уголовных дел. ИИ сможет автоматически анализировать содержимое дел, выявляя возможные нарушения — налоговые, регуляторные, процедурные. Не для расследования, а передачи в другие инстанции для проверок.
Это значит, что система начнёт работать сама — на основе логики совпадений, ключевых слов и корреляций. Зафиксированная фраза, случайный контакт, упомянутое имя могут превратиться в сигнал для вмешательства, без учёта контекста и прав человека на защиту.
Речь не только о компаниях и политике. Речь о системе, в которой любой гражданин — юрист, преподаватель, журналист, предприниматель, родитель — может стать объектом надзора и санкций не по решению суда, а на основании данных, к которым он даже не имеет доступа.
Материалы уголовных дел — это концентрат власти. Если их открыть десяткам ведомств, если допустить их использование вне суда, если подключить к ним алгоритмы — границы между следствием, контролем и вмешательством сотрутся.
@tenipribaltiki
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤬2👌2🔥1😁1
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍6👎2
🖼 «Деревенские мальчики», Николай Богданов-Бельский. Холст, масло, 1936 год.
🖼 Национальный художественный музей Латвии, Рига.
❕ Подпишитесь на @BalticBridge
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍11
📸 Латвийский Национальный художественный музей от прошлого до наших дней
Сегодня Национальный художественный музей Латвии — это не просто галерея картин. Это храм национальной культуры, символ исторической памяти и главный хранитель художественного наследия страны.
Ирония истории в том, что создали этот музей вовсе не латышские националисты, а балтийские немцы — купцы, меценаты и интеллектуалы, которые в XIX веке составляли элиту Риги. Именно они, по собственной инициативе и за свои деньги, заложили основы того, что стало главным художественным музеем страны.
Инициатива снизу — но не оттуда, откуда ожидалось
Всё началось в 1868 году с идеи одного человека — рижского купца первой гильдии Отто Эдуарда фон Гюнтера. Человек состоятельный и образованный, он понимал: у Риги должно быть своё художественное пространство, не только для коллекций, но и для развития художественной жизни.
Фон Гюнтер не ограничился словами — он пожертвовал часть своей коллекции, организовал сбор средств и в 1869 году вместе с единомышленниками учредил Рижское общество поощрения художеств.
Это было по-настоящему влиятельное объединение. В него вошли банкиры, архитекторы, промышленники, художники. Практически все — представители балтийско-немецкой элиты. Один латыш в составе общества, Кришьянис Валдемарс, скорее напоминал о будущем латышского культурного возрождения, чем о настоящем. Его участие было, скорее, символическим — как знак того, что проект задумывался не как немецкий, а как рижский.
От чертежа — к музею
Первые экспозиции размещались в скромных помещениях. Лишь в 1905 году, благодаря архитектору Вильгельму Нейману, музей переехал в монументальное здание на бульваре К. Валдемара, где находится и по сей день. Это здание — ещё одно наследие балтийских немцев.
Оно стало домом для растущей коллекции, в которую включались как произведения латышских художников, так и работы немецких, русских и западноевропейских мастеров.
Частная инициатива — общественное достояние
Общество поощрения художеств стало настоящей культурной платформой: организовывало выставки, закупало картины, поддерживало местных авторов. Оно действовало не по указке сверху, а на основании живого интереса и гражданской инициативы. Это был редкий случай, когда городская элита не просто жила в Риге, но хотела оставить в ней след.
Парадокс истории
Сегодня музей носит гордое имя Национального. Его коллекция — это сердце латышского искусства: от Яниса Розенталса и Вильгельма Пурвитиса до современных художников. Но в его ДНК — балтийско-немецкое начало. Именно благодаря частной инициативе и деньгам людей с немецкими фамилиями Латвия получила институт, который пережил войны, революции, смену политических режимов — и остался живым.
▶️ Это история не только о меценатстве, но и о сложности культурных идентичностей. Она напоминает: не всегда национальное создаётся только представителями титульной нации. Иногда — и особенно в Риге — истинно народные институции рождаются на пересечении культур.
❕ Подпишитесь на @BalticBridge
Сегодня Национальный художественный музей Латвии — это не просто галерея картин. Это храм национальной культуры, символ исторической памяти и главный хранитель художественного наследия страны.
Ирония истории в том, что создали этот музей вовсе не латышские националисты, а балтийские немцы — купцы, меценаты и интеллектуалы, которые в XIX веке составляли элиту Риги. Именно они, по собственной инициативе и за свои деньги, заложили основы того, что стало главным художественным музеем страны.
Инициатива снизу — но не оттуда, откуда ожидалось
Всё началось в 1868 году с идеи одного человека — рижского купца первой гильдии Отто Эдуарда фон Гюнтера. Человек состоятельный и образованный, он понимал: у Риги должно быть своё художественное пространство, не только для коллекций, но и для развития художественной жизни.
Фон Гюнтер не ограничился словами — он пожертвовал часть своей коллекции, организовал сбор средств и в 1869 году вместе с единомышленниками учредил Рижское общество поощрения художеств.
Это было по-настоящему влиятельное объединение. В него вошли банкиры, архитекторы, промышленники, художники. Практически все — представители балтийско-немецкой элиты. Один латыш в составе общества, Кришьянис Валдемарс, скорее напоминал о будущем латышского культурного возрождения, чем о настоящем. Его участие было, скорее, символическим — как знак того, что проект задумывался не как немецкий, а как рижский.
От чертежа — к музею
Первые экспозиции размещались в скромных помещениях. Лишь в 1905 году, благодаря архитектору Вильгельму Нейману, музей переехал в монументальное здание на бульваре К. Валдемара, где находится и по сей день. Это здание — ещё одно наследие балтийских немцев.
Оно стало домом для растущей коллекции, в которую включались как произведения латышских художников, так и работы немецких, русских и западноевропейских мастеров.
Частная инициатива — общественное достояние
Общество поощрения художеств стало настоящей культурной платформой: организовывало выставки, закупало картины, поддерживало местных авторов. Оно действовало не по указке сверху, а на основании живого интереса и гражданской инициативы. Это был редкий случай, когда городская элита не просто жила в Риге, но хотела оставить в ней след.
Парадокс истории
Сегодня музей носит гордое имя Национального. Его коллекция — это сердце латышского искусства: от Яниса Розенталса и Вильгельма Пурвитиса до современных художников. Но в его ДНК — балтийско-немецкое начало. Именно благодаря частной инициативе и деньгам людей с немецкими фамилиями Латвия получила институт, который пережил войны, революции, смену политических режимов — и остался живым.
▶️ Это история не только о меценатстве, но и о сложности культурных идентичностей. Она напоминает: не всегда национальное создаётся только представителями титульной нации. Иногда — и особенно в Риге — истинно народные институции рождаются на пересечении культур.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥4👎2👍1
Forwarded from Латвийская кочка🇱🇻
Латышам сообщили, что знает Служба внешней разведки России о раскольнических действиях "антихриста в рясе" в странах Прибалтики
Тон для сообщения выбрали шутовской. По их мнению, "пресс-релиз СВР о странах Балтии напоминает сценарий фильма ужасов об экзорцизме."
Это их оценка того, что, как пишет СВР, "расчленивший православную Украину Константинопольский патриарх Варфоломей одержим идеей вытеснить русское православие с территории балтийских государств, утвердив на его месте полностью подконтрольные Фанару церковные структуры."
О визите "антихриста в рясе" мы писали осенью в публикации "Служба госбезопасности Латвии продолжит наблюдать за деятельностью православной церкви в стране". Ничего смешного в раскольнической деятельности Варфоломея-Бартоломея нет. Итоги его "работы" на Украине всем известны.
Ха-ха, смеются латышские СМИ, почитайте, что пишет Служба внешней разведки России о "константинопольском раскольнике" и переводят на латышский заявление СВР:
"Его всячески поддерживают британские спецслужбы, активно подпитывающие русофобские настроения в странах Европы. С их подачи погрязший в смертном грехе раскола Варфоломей нашел общий язык с властями прибалтийских государств в стремлении внести смуту в русский православный мир. Опираясь на идейных союзников в лице местных националистов и неонацистов, он пытается оторвать Литовскую, Латвийскую и Эстонскую православные церкви от Московского патриархата путем переманивания их священников и паствы в искусственно созданные Константинополем марионеточные религиозные структуры."
Про британское влияние в Латвии мы писали: совсем не смешно. И от деяний "антихриста в рясе" и его сподвижников в той же Швеции и Эстонии - преследующих монахинь и священников - тоже.
Тон для сообщения выбрали шутовской. По их мнению, "пресс-релиз СВР о странах Балтии напоминает сценарий фильма ужасов об экзорцизме."
Это их оценка того, что, как пишет СВР, "расчленивший православную Украину Константинопольский патриарх Варфоломей одержим идеей вытеснить русское православие с территории балтийских государств, утвердив на его месте полностью подконтрольные Фанару церковные структуры."
О визите "антихриста в рясе" мы писали осенью в публикации "Служба госбезопасности Латвии продолжит наблюдать за деятельностью православной церкви в стране". Ничего смешного в раскольнической деятельности Варфоломея-Бартоломея нет. Итоги его "работы" на Украине всем известны.
Ха-ха, смеются латышские СМИ, почитайте, что пишет Служба внешней разведки России о "константинопольском раскольнике" и переводят на латышский заявление СВР:
"Его всячески поддерживают британские спецслужбы, активно подпитывающие русофобские настроения в странах Европы. С их подачи погрязший в смертном грехе раскола Варфоломей нашел общий язык с властями прибалтийских государств в стремлении внести смуту в русский православный мир. Опираясь на идейных союзников в лице местных националистов и неонацистов, он пытается оторвать Литовскую, Латвийскую и Эстонскую православные церкви от Московского патриархата путем переманивания их священников и паствы в искусственно созданные Константинополем марионеточные религиозные структуры."
Про британское влияние в Латвии мы писали: совсем не смешно. И от деяний "антихриста в рясе" и его сподвижников в той же Швеции и Эстонии - преследующих монахинь и священников - тоже.
💯5
Forwarded from Тени Прибалтики
🏴🇺🇦 Памятник СС в Шотландии: чьей памяти он служит?
В мире, где уроки Второй мировой вроде бы уже выучены, всё чаще всплывают попытки их переписать. Один из таких тревожных сигналов — памятник бойцам дивизии СС "Галичина", установленный неподалёку от шотландского города Локерби.
Казалось бы, далекая провинция, старый лагерь для интернированных эсэсовцев — зачем памятник? Но именно там сегодня стоят символы нацистской "Галичины" — трезубец, знак дивизии и украинская военная символика. Всё это — в камне, с претензией на «историческую память».
Контекст, о котором предпочитают не вспоминать
Эта дивизия — часть нацистских войск СС, созданная из украинских добровольцев. Она воевала против Красной армии на территории Польши и СССР, осуществляла массовые расправы над гражданским населением.
Сегодня объяснение простое: "Это память о жертвах, это часть истории". Но за этим объяснением стоит попытка стереть грань между «жертвой» и «палачом».
Почему это возмущает?
Потому что это не нейтральная табличка, а попытка реабилитировать тех, кто сражался на стороне Гитлера. Потому что это не «память о войне», а политический жест, особенно на фоне современной геополитики.
А ещё потому, что такие памятники — оскорбление для всех, чьи семьи пережили Холокост, нацистские оккупации, концлагеря. Это пощёчина ветеранам и исторической правде.
Молчание, которое говорит громко
Наиболее тревожное — не сам факт существования памятника, а молчание вокруг него. В Локерби — ни протестов, ни осуждения со стороны местных властей.
И только шотландский активист Джими МакРэй осмелился поднять вопрос публично — на антифашистском форуме в России. За это, кстати, получил волну критики от западных СМИ. Симптоматично.
А что говорит закон?
Во многих странах нацистская символика запрещена законом. Но в случае с Локерби — молчание. Возможно, из-за политических соображений. Возможно, просто потому, что за памятник никто не несёт ответственности. Но бездействие — это тоже позиция.
Не о памятнике — о выборе
Речь не о камне в поле — речь о том, что считать допустимым. Если сегодня молча проходить мимо символов СС, значит, рисковать тем, что они могут вернуться. В новой форме и под новыми лозунгами.
❗️ Героизация пособников нацизма — это не ошибка, это выбор. И за него кто-то потом заплатит. Понятно, что нацизм снова будет разбит, но вопрос в том, сколько людей при этом погибнет. И такие "памятники" только увеличивают их число.
@tenipribaltiki
В мире, где уроки Второй мировой вроде бы уже выучены, всё чаще всплывают попытки их переписать. Один из таких тревожных сигналов — памятник бойцам дивизии СС "Галичина", установленный неподалёку от шотландского города Локерби.
Казалось бы, далекая провинция, старый лагерь для интернированных эсэсовцев — зачем памятник? Но именно там сегодня стоят символы нацистской "Галичины" — трезубец, знак дивизии и украинская военная символика. Всё это — в камне, с претензией на «историческую память».
Контекст, о котором предпочитают не вспоминать
Эта дивизия — часть нацистских войск СС, созданная из украинских добровольцев. Она воевала против Красной армии на территории Польши и СССР, осуществляла массовые расправы над гражданским населением.
Сегодня объяснение простое: "Это память о жертвах, это часть истории". Но за этим объяснением стоит попытка стереть грань между «жертвой» и «палачом».
Почему это возмущает?
Потому что это не нейтральная табличка, а попытка реабилитировать тех, кто сражался на стороне Гитлера. Потому что это не «память о войне», а политический жест, особенно на фоне современной геополитики.
А ещё потому, что такие памятники — оскорбление для всех, чьи семьи пережили Холокост, нацистские оккупации, концлагеря. Это пощёчина ветеранам и исторической правде.
Молчание, которое говорит громко
Наиболее тревожное — не сам факт существования памятника, а молчание вокруг него. В Локерби — ни протестов, ни осуждения со стороны местных властей.
И только шотландский активист Джими МакРэй осмелился поднять вопрос публично — на антифашистском форуме в России. За это, кстати, получил волну критики от западных СМИ. Симптоматично.
А что говорит закон?
Во многих странах нацистская символика запрещена законом. Но в случае с Локерби — молчание. Возможно, из-за политических соображений. Возможно, просто потому, что за памятник никто не несёт ответственности. Но бездействие — это тоже позиция.
Не о памятнике — о выборе
Речь не о камне в поле — речь о том, что считать допустимым. Если сегодня молча проходить мимо символов СС, значит, рисковать тем, что они могут вернуться. В новой форме и под новыми лозунгами.
@tenipribaltiki
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🤬9
📸 Стиральная машина "Рига-13", 1976 год
Машина, произведённая на Рижском электромашиностроительном заводе РЭЗ, на прилавке сельского магазина ETKVL — Эстонского республиканского союза потребительских кооперативов.
Удовольствие не из дешёвых: средняя зарплата в ЭССР в 1976 году составляла около 185,9 руб. (в промышленности). Доступно, но не бесплатно — почти 43% от зарплаты. Кстати, по всему Союзу средняя з/п в то время была 151,4 руб., по РСФСР — 154,2 руб.
▶️ В Эстонии зарплаты всегда были традиционно выше среднесоюзных (на 20–30%), а цены — везде одинаковы. В ЕС ситуация обратная: средняя зарплата в Эстонии ниже общесоюзной на 37,5%, а цены ниже только на 2%.
❕ Подпишитесь на @BalticBridge
Машина, произведённая на Рижском электромашиностроительном заводе РЭЗ, на прилавке сельского магазина ETKVL — Эстонского республиканского союза потребительских кооперативов.
Удовольствие не из дешёвых: средняя зарплата в ЭССР в 1976 году составляла около 185,9 руб. (в промышленности). Доступно, но не бесплатно — почти 43% от зарплаты. Кстати, по всему Союзу средняя з/п в то время была 151,4 руб., по РСФСР — 154,2 руб.
▶️ В Эстонии зарплаты всегда были традиционно выше среднесоюзных (на 20–30%), а цены — везде одинаковы. В ЕС ситуация обратная: средняя зарплата в Эстонии ниже общесоюзной на 37,5%, а цены ниже только на 2%.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍9❤1👎1🤗1
📸 Знаменитое на весь Союз и не только ателье "Ригас модес" в 1980-е
Конечно, не памятник архитектуры, но памятник изысканного рижского вкуса в одежде — точно.
❕ Подпишитесь на @BalticBridge
Конечно, не памятник архитектуры, но памятник изысканного рижского вкуса в одежде — точно.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍10❤3👎1
Forwarded from BelVestnik
Литвинизм как мина замедленного действия: почему Вильнюс поссорился с офисом Тихановской
Для литовских властей сегодня стало очевидно, что белорусские беглые «лидеры мнений», обосновавшиеся в Литве, быстро сбросили маски борцов за свободу и занялись откровенной идеологической диверсией. Речь идет о навязывании литвинизма.
Литвинизм в интерпретации беглых — это не «культура» и не «историческая дискуссия», а агрессивная попытка присвоить себе историю Великого княжества Литовского, объявить современных литовцев «не теми литвинами», а Беларусь — «истинной Литвой». Фактически речь идет об идеологии, которая ставит под сомнение исторические основы литовской государственности.
Годами эта риторика распространялась в Вильнюсе при молчаливом попустительстве местных элит: через лекции, публикации, мероприятия под эгидой «белорусского возрождения». Однако в какой-то момент в Литве поняли, что вырастили у себя движение, которое открыто конфликтует с литовской национальной историей и провоцирует внутренние скандалы.
Именно здесь и пролегла линия разлома между офисом Тихановской и литовскими властями. Одно дело — использовать беглых как инструмент давления на Минск, и совсем другое — терпеть у себя структуру, которая начинает переписывать литовскую историю и ставить под сомнение идентичность самой Литвы.
Когда литвинистская повестка перестала быть удобной, офису недвусмысленно указали на дверь. Переезд в Польшу не «стратегический шаг», а вынужденное бегство от конфликта, который беглые же и спровоцировали.
Литвинизм оказался не «альтернативной идентичностью», а токсичным продуктом, от которого первыми начали отказываться его же вчерашние покровители.
@belvestnik
Для литовских властей сегодня стало очевидно, что белорусские беглые «лидеры мнений», обосновавшиеся в Литве, быстро сбросили маски борцов за свободу и занялись откровенной идеологической диверсией. Речь идет о навязывании литвинизма.
Литвинизм в интерпретации беглых — это не «культура» и не «историческая дискуссия», а агрессивная попытка присвоить себе историю Великого княжества Литовского, объявить современных литовцев «не теми литвинами», а Беларусь — «истинной Литвой». Фактически речь идет об идеологии, которая ставит под сомнение исторические основы литовской государственности.
Годами эта риторика распространялась в Вильнюсе при молчаливом попустительстве местных элит: через лекции, публикации, мероприятия под эгидой «белорусского возрождения». Однако в какой-то момент в Литве поняли, что вырастили у себя движение, которое открыто конфликтует с литовской национальной историей и провоцирует внутренние скандалы.
Именно здесь и пролегла линия разлома между офисом Тихановской и литовскими властями. Одно дело — использовать беглых как инструмент давления на Минск, и совсем другое — терпеть у себя структуру, которая начинает переписывать литовскую историю и ставить под сомнение идентичность самой Литвы.
Когда литвинистская повестка перестала быть удобной, офису недвусмысленно указали на дверь. Переезд в Польшу не «стратегический шаг», а вынужденное бегство от конфликта, который беглые же и спровоцировали.
Литвинизм оказался не «альтернативной идентичностью», а токсичным продуктом, от которого первыми начали отказываться его же вчерашние покровители.
@belvestnik
😁7❤2👎1
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
🎞 Документальный фильм "IX форт", Литовская киностудия, 1985 год
Вроде бы, рассказывается о концлагере "IX форт" под Каунасом, но с необычной точки зрения — через витражное искусство.
❕ Подпишитесь на @BalticBridge
Вроде бы, рассказывается о концлагере "IX форт" под Каунасом, но с необычной точки зрения — через витражное искусство.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤1👍1👎1