Задержание и арест руководителя компании-производителя скандального БПЛА "Буря-10" Виктора Янькова в очередной раз подтвердило коррупционный характер освоения местными "производителями" и стоящими за ними бурятскими чиновниками сотен миллионов бюджетных рублей, выделенных на производство жизненно важных для наших бойцов на СВО комплексов. Сработали здесь, по нашим сведениям, бурятские чекисты.

Повторимся - ранее судимого по ч. 4 ст. 160 УК "присвоение и растрата" Янькова завел на производство "Бури-10" (и поручился за него перед Цыденовым) зампред правительства Бурятии Иван Альхеев, который был и находится в курсе всех схем удешевления производства и вывода бюджетных средств посредством фиктивных сделок. Именно Альхеев курирует эту сферу и несет ответственность за некачественно собранные, не соответствующие заявленным характеристикам БПЛА, которые военные долгое время вообще отказывались принимать.

Точно такую же ответственность несет и глава Бурятии, который, будучи информирован о проблемах с "Бурей-10", настойчиво и со скандалами продавливал военных на принятие его на вооружение. По данным источников БКС с площади Советов, последнее делалось даже не для того, чтобы помочь фронту, а для того, чтобы успеть сжечь на передовой как можно больше дефектных "Бурь", ставших в условиях вскрытия масштабных хищений вещественными доказательствами.

Только ленивый в бурятском телеграме не задался вопросом: как теперь глава Бурятии будет смотреть в глаза Полпреду Президента в ДФО Юрию Трутневу, которого он напару с Альхеевым несколько лет подряд вводил в заблуждение относительно качества собираемых БПЛА, зная об их реальном состоянии. И все это под высокие речи о помощи фронту.

Наблюдаем.

https://xn--r1a.website/bcsoyuz/3383

Алексей Цыденович, кто нибудь что нибудь уже сделает 😄😄😄

Мем как вся наша жизнь

Субсидии выдавались по закону, а не по указке министра

В Железнодорожном районном суде г. Улан-Удэ продолжаются слушания по уголовному делу, в центре которого находятся бывшие и действующие чиновники Министерства сельского хозяйства Республики Бурятия. В качестве свидетелей были допрошены несколько человек, сотрудников Министерства.

Одним из ключевых эпизодов в деле Дареева, являются обвинения в злоупотреблении полномочиями при выдаче государственных субсидий сельхозпроизводителям. Обвинение намекает на существование неких «черных списков» и возможность манипулирования процессом. Однако показания свидетелей, данных в суде, с исчерпывающей ясностью доказывают: механизм выдачи субсидий в Министерстве сельского хозяйства Бурятии был прозрачным, коллегиальным и бюрократизированным настолько, что единоличное влияние министра на него было исключено.

Как работала система выдачи субсидий

Показания свидетелей отдела животноводства, были наиболее подробными и ценными для установления истины. Они описали стандартную и законную процедуру:

1. Документы от сельхозпроизводителей поступали в общий отдел министерства, где регистрировались и в зависимости от направления передавались в профильные отраслевые отделы.

2. Каждый специалист отвечает за определенный вид субсидий. Он их смотрит на полноту представленных документов, согласно порядка предоставления субсидий. На вопрос Если сельхозтоваропроизврдитель подходит под все условия, то отказать в субсидии не возможно?» Свидетель пояснила «Да не возможно». На вопрос Может ли руководитель попросить выдать субсидию предприятию, которое не подходит под условия свидетель искренне удивилась «А как? У меня таких случае не было» Дальше она пояснила, что не было и обратных случаев.

3. Ключевой элемент системы — «лист согласования». Это документ, который визировали начальники всех заинтересованных отделов (около 5 человек). «Кто подписывает, тот и дает согласие», — отметил свидетель. Это означает, что финансисты, юристы и отраслевики независимо друг от друга проверяли пакет документов. На вопрос адвоката была ли подпись министра в листе согласования свидетель показал, что нет.

4. После успешного согласования формировался реестр получателей. Свидетель уточнил, что далее подписывается соглашение с получателем субсидий. Документ подписывают либо министр, либо первый зам.

Роль Дареева в этом процессе

В описанной многоступенчатой системе роль министра Дареева была строго ограничена.

1. Он не проверял документы — это делали рядовые специалисты.
2. Он не принимал единоличного решения — оно предварительно согласовывалось всеми начальниками отделов.
3. Его подпись на соглашении была финальным актом в длинной цепочке, подтверждающим, что все предыдущие инстанции не нашли нарушений.

На прямой вопрос, давал ли Дареев указания выделить или отказать в субсидии какому-либо производителю, свидетели дали однозначный ответ: «нет». А наоборот отказать, хотя все документы соответствуют? «Тоже Нет»

Обвинение также интересовалось о существовании негласных указаний в отношении неугодных производителей.
«Черный список» предприятий, которым следовало не давать субсидии, не подтвержденное ни одним свидетельством

Один из свидетелей на прямой вопрос о существовании черного списка заявил: «Прямую отвечу. Я такого списка не знаю»

Другой свидетель заявила: «Я этого списка не видела, я думаю, не было, и не существовало, наверное, никогда»

Показания свидетелей также прояснили, что отказы в субсидиях имели исключительно законный характер.
Свидетель подчеркнул, что при обнаружении мелких технических ошибок (отсутствие печати, запятой) производителям давали возможность их устранить, а не отказывали сразу.
Представленные в суде доказательства опровергают обвинения в злоупотреблении полномочиями при выдаче субсидий. Механизм, детально описанный свидетелями, был выстроен так, чтобы минимизировать человеческий фактор и исключить произвол. Дареев в этом механизме выступал не как «кукловод», а как одно из многих визирующих лиц, чья подпись ставилась лишь после того, как все другие из проверок были успешно пройдены.